По ту сторону реальности

Мы живем в мире высоких технологий, мире компактных гаджетов и интернета; мире, в котором телевидению не верит никто, где холодная война превратилась в информационную. И, казалось бы, в таком мире не должно остаться места мистике и волшебству. Разумный замысел должен стать пустыми словами, а всех ведьм и гадалок стоит посадить в тюрьму по статье мошенничество. Естественно на смену им пришла бы и распространилась по миру теория, что наша вселенная всего лишь голограмма, что мы просто компьютерная модель возможного развития цивилизации похожей на нашу. Но, наш мир совсем не такой, ничего не бывает идеально и настолько четко. Даже сейчас непомерное число людей верят в мистику, верят, что все их проблемы может исправить ритуал, что карты покажут им будущее, что взглянув на хрустальный шар, очередная ясновидящая сможет заглянуть в их судьбу. Да и церковь всё ещё имеет непомерное для нашего века влияние. Но может и не зря? Что если всё это на самом деле существует? Что если ведьмы и маги за нашими спинами всё ещё творят «волшебство» в его привычном понимании? Что если инквизиция не исчезла, а лишь видоизменилась, чтобы не привлекать внимания? Церковь не один раз извинялась за то, что творила начиная с тринадцатого века, но мы понятия не имеем, насколько эти слова искренние. Скорее всего, их работа стала труднее, потому что ведьмы тоже скрылись. Потому что теперь ты не сможешь безнаказанно сжечь девушку на костре. А ещё, потому что сами ведьмы практически разучились колдовать, ведь теперь им это стало совсем не нужно. Но всё же…

«Ворожей не оставляй в живых» [Исх. 22:18]

Что бы вы делали, если бы ваш дом назвали «местом силы», семью «ковеном», а вас «ведьмой»? Ответ кажется очевидным, покрутили бы пальцем у виска, послали соседей и переехали в другой район. Но семья Визард никогда не искала простых путей, поэтому все её члены старались относиться к этому с юмором, страдала лишь старшая дочь Кира. Рыжеволосая красавица с зелёными глазами, и котом с окрасом чернее самой ночи. Она часто попадала под обвинения в колдовстве, но считала все это бредом до одного определенного момента. Пока не услышала разговор отца и матери, про её прабабушек, которые были ведьмами. Достаточно долго она пребывала в шоке, но однажды решила проверить это. Она страдала от сонного паралича уже достаточно долгое время, и лёгких путей так же не искала. Кира решила начать с астральных путешествий, все ещё считая это бредом. Сделав все по инструкции, четко описанной в интернете, девушка действительно почувствовала, как парит в воздухе. В страхе открыв глаза, она поняла что все вышло совсем не так, как она хотела. Вместе с телом девушка подлетела на метр от кровати и так же быстро свалилась назад, шипя от боли. Тогда ей стало не только страшно, но и страшно интересно. Именно поэтому сейчас она сидела за столом в своей комнате, на котором обосновалась спиритическая доска и пыталась вызвать хоть кого-нибудь, но продвинулась она не на много. — Я бездарность в плане магии… — Кира тяжело выдохнула и легла на доску, пытаясь обдумать нынешнее положение вещей. — Топаз, скажи, почему у меня ничего не получается? — Мяу… — кот лишь взглянул на неё, ложась на кровать. — И даже ты не хочешь со мной говорить… — девушка подняла голову, с осуждением смотря на чёрное мохнатое пятно так явно выделяющееся на фоне разноцветного одеяла. За дверью послышался шум и спохватившись, Кира, быстро, как могла, начала убирать все со стола. Когда она схватила спиритическую доску, в комнату вошла невысокая темноволосая женщина. Она хотела было что-то сказать, но увидев в руках дочери то, что в строжайшем секрете хранила на чердаке последние двадцать лет, сменила взгляд с безразличия на осуждение. — Кира, ты опять? — она зашла в комнату, закрывая за собой дверь. — Ну сколько раз я тебя просила не заниматься этим? — Ровно двадцать один, мама. — с раздражением ответила она на очередные выпады. — Ты же знаешь, почему наша семья отказалась от магии! Твоим прабабушкам просто повезло, что они остались живы. — Алисия положила руки на плечи дочери, но та лишь закатила глаза. — Да-да… — она вырвалась из рук матери и поспешила убрать доску под кровать. — Я прекрасно помню: «Мы правнучки тех ведьм, которых вы не смогли сжечь на кострах». Правнучки, которые понятия не имеют как колдовать… — Кира! — женщина сердито оборвала её. — Нам это уже не нужно! — Ты просто никогда этого не пробовала, ты понятия не имеешь, какие возможности это даёт! — обиженно воскликнула девушка, на что мать подошла ближе, прикрывая ей рот рукой и начиная говорить шёпотом. — Умоляю… Не кричи так. Вдруг «они» следят за тобой. — она настороженно подошла к окну, осматривая местность в нем, после чего резко задернула шторы. — У тебя паранойя… — Кира раздвинула шторы, краем глаза успевая заметить чёрную фигуру, скрывшуюся за соседним домом.

Она знала, что за ней следят…

— Пожалуйста, просто будь осторожнее, я тебя прошу. — её тон вновь сменился, но уже на обеспокоенный, после чего женщина вышла из комнаты. Кира лишь тяжело вздохнула, садясь на кровать. В последнее время она не выходила из дома, а если и выходила то не одна. Каждое утро девушка ждала свою подругу Ренар и уже вместе, разговаривая, они шли в школу. С недавних пор та начала беспокоиться за Киру, видя как та время от времени боязливо поглядывает по сторонам. Она не считала себя параноиком, потому что все её страхи были обоснованны. Когда её впервые поймали за колдовством, девушка поняла, её родственники были правы и теперь за ней начинается охота. Тогда Кира с горем пополам отбилась от незнакомки, пытающейся заломить ей руки за спину, попутно говоря, что теперь все будет хорошо, теперь её вылечат и она станет нормальной. Девушка не знала кто это был, но тот вечер ещё долгое время не давал ей заснуть. Кира решилась поделиться этим с самой близкой из всех подруг и была шокирована, когда Ренар раскрыла перед ней свой истинный облик, чтобы поддержать ту. Почему-то это дало ей стимул продолжить учиться, вопреки всем принципам ведьм двадцать первого века.

Во имя Всевышнего — станьте людьми!

Они не знали о своих силах, не знали о себе, учились, жили, в конце концов умирали, не понимая, что могут жить многим дольше обычных людей, просто потому что им запретили понимать это. Им запретили говорить об этом, запретили уметь колдовать, им запретили жить, заставляя «быть людьми», будто они в своей истинной сущности «монстры», не достойные жизни. Кире было больно, но эта боль позволила ей узнать многое и научиться многому. Украсть у родителей ключи от чердака, найти свою родословную, дневники своих прабабушек, узнать свою историю. Девушка чувствовала, что это она, то какой она должна быть, но многочисленные попытки колдовства проваливались, пусть и иногда ей удавалось сотворить самые простые заклинания, вроде воспламенения, левитации или телекинеза. Её положение усугубила ненависть Сирены — её одноклассницы, вечно подозревавшей Киру в колдовстве, не давая ей даже учиться нормально. Однажды с испугу она опрокинула на Сирену ведро с, мало того что холодной, так ещё и грязной водой. В тот момент Кире показалось, что на руках девушки блестит чешуя, но видя в глазах той, как многократно увеличилось желание убить её, теперь уже точно «ведьму», просто сбежала домой. Однако это было наверное не единственной проблемой. Ренар тяжело заболела, нечеловеческой болезнью, скорее её настиг «переходный возраст» их расы. Та больше не могла везде сопровождать её. Теперь Кира осталась без защиты на некоторое время. Она хотела сделать вид, что заболела, но этот трюк не прошёл, мать девушки прекрасно знала, насколько у той «железный» иммунитет. Теперь до школы она почти бежала. Иногда Ренар все же посещала занятия и такие дни становились почти праздником. Здоровье подруги очень беспокоило девушку, и в очередной раз перерыв и так ветхие дневники, она нашла то что искала. Отвар и заклятие на исцеление. Кира легко смогла сделать первое и просто надеялась, что у неё хватит сил закончить это словами, ничего не перепутав. Поэтому сегодня ночью ей нужно было уйти из дома. Она не смогла спросить у духов, стоит ли это делать, так что понятия не имела, чем это может обернуться. Кира поднялась с кровати и начала собирать все самое необходимое. Отвар, книга, деньги на всякий случай, если хватит смелости вызвать такси. Дождавшись, когда время уйдёт заполночь, а родители уснут, девушка уже собиралась вылезти в окно, как почувствовала острую боль в голени. Обернувшись, она поняла, что в ногу вцепился её любимый кот Топаз, который никогда так раньше не делал. Заметив взгляд девушки, он отпустил её, и начал шипеть на окно, будто бы видел там что-то что могло убить его хозяйку. Тогда Кира взяла его на руки и села обратно на кровать. Думая о том, что же ей делать теперь. Пока за окном не послышалось глухое шуршание и стук. Будто кто-то подставил к окну лестницу, не сумев удержать её. По коже прошлась волна мурашек, на глаза опустилась пелена, а страх заставлял забыть как дышать. Она уже не помнила, закрыто ли окно, не знала что ей делать. Кира крепче прижала к себе кота, думая о том, как бы было хорошо если бы он мог говорить с ней, если бы хотя бы он подсказал что девушке делать. Сейчас это было тем, что полностью заполнило её мысли, тем чего она хотела больше всего. И почему-то… — Тебе всегда было достаточно захотеть… — девушка услышала протяжный, но явно не человеческий голос. Широко раскрыв глаза, она опустила взгляд на кота, сидящего у неё на руках. — Я твой фамильяр, поэтому только ты могла дать мне голос. — Ф-фамильяр?.. — она знала что это значит, но не могла поверить, ни в то что с ней говорит кот, ни в то, что именно он говорит. — Не будем об этом… — в его словах все ещё проскальзывало мяуканье, но речь была чистой человеческой. — Бери сумку и за мной, но главное — тихо. Кира послушно взяла сумку и на цыпочках вышла за дверь, заперев её на ключ. Топаз дождался её, после чего пошёл вниз по лестнице, призывно глядя на хозяйку и та пошла за ним. Они спустились вниз и оказались в холле, что прямо под её комнатой. Через не задернутое шторами окно было видно деревянную лестницу, которая обычно лежала в саду на случай, если понадобиться лезть на крышу. — А теперь, представь, что она горит, а я помогу тебе. — кот забрался на кофейный столик, пристально смотря на окно. — Г-горит? Поможешь?.. Но ведь… — Киру одолевали сомнения, ей по прежнему было все так же страшно. — Не волнуйся, тот человек уже в твоей комнате. У тебя получилось поджечь дрова в камине, получится и лестницу. — он обернулся, глядя на хозяйку, Кира не была уверена в своих силах, но чувствовала, что другого выхода нет. Она взяла Топаза на руки и мысленно представила как загорается за окном лестница, как трещит в огне дерево, как искры летят во все стороны, распространяя огонь все дальше. Кира открыла глаза, почувствовав запах пластмассы, горящей пластмассы. Вместе с лестницей загорелась пластиковая оконная рама, а в доме начала вопить пожарная сигнализация. — Пора. Идём. — Топаз спрыгнул с рук девушки и помчался к задней двери. Кира побежала за ним. Повесив сумку через плечо она отперла заднюю дверь, слыша как поднялась её мать и уже начала звонить пожарным. Наверху тоже были слышны крики, неудачливый грабитель или инквизитор, кем бы ни был этот человек — остался без путей отступления. Топаз выбежал на улицу, девушка за ним, он повёл её к дому Ренар, чувствуя безопасный путь, но не смог уберечь её на последнем повороте. Из-за угла дома вышла та самая девушка. Топаз зашипел, Кира взяла его на руки. — Здравствуй Кира… Помнишь меня? — она медленно подходила к девушке с победной ухмылкой на лице. — Я ведь обещала что найду и вылечу тебя. — Я не боюсь, по крайней мере тебя одну… — ведьма сделала шаг назад, но не стала убегать. Она услышала, голос, чужой голос в своей голове, говорящий о каком-то Марке, выманившем её, говорящий, что охотница напротив неё не одна в этот раз. — А я и не… — ухмылка расползалась дальше по лицу, если такое вообще возможно, но Кира поспешила оборвать её. — Боюсь, твой Марк… — начала она, улыбаясь, и делая шаг вперёд. Охотница изменилась в лице, раскрыв глаза от удивления. Откуда эта ведьма могла знать его имя? — Прямо сейчас «лечится» в моей комнате по старым добрым традициям инквизиции. И если ты сделаешь ещё шаг, то почувствуешь, как пламя опаляет его кожу, услышишь как он кричит от боли, пытаясь открыть запертую снаружи дверь. — Ты… Ты… — у неё начиналась истерика. — Да как ты смеешь! Девушка было бросилась на Киру, но та, лишь закрыла глаза, крепче сжимая Топаза, проводника её энергии, и мысленно выстроила перед собой невидимую стену, резко толкая её на девушку. Охотницу, с силой откинуло назад, она успела отлететь на метр и разбить нос об асфальт. Пытаясь подняться, она смогла лишь повернуть голову на «ведьму», в её голове осталась лишь пустота. Кира выдохнула и прошла мимо неё, прямо к дому своей подруги, Ренар. — А актриса из тебя пока лучше чем ведьма. Знаешь же, что тот мальчишка в порядке. — Топаз смеялся, не так как смеются люди, но его глаза выражали смех, он будто разливался внутри кошачьего тела. — Кот, это единственная твоя форма? — неожиданно даже для себя спросила Кира, уже подходя к дому Ренар. — Только в этом мире, Кира, только в этом… — протяжно промурчал он, кладя голову на руку девушке. Неожиданно почувствовав странное, Кира остановилась прямо перед дверью. Её ноги будто налились свинцом, тело обдало жаром, а в глазах потемнело. Топаз спрыгнул с её рук, а сама она ощутила, как жар переместился в район солнечного сплетения, передавая часть энергии в лопатки, и руки, оставляя на запястьях знаки и слова пусть на неизвестном девушке языке, но с интуитивно понятным значением, окрашивая их в белый и чёрный цвета.

«Добро пожаловать в семью, Кира… Tenebris et Lux statera in te*»

Все закончилось. Кира взглянула на свои запястья, на которых красовались надписи «тьма» и «свет». Она была ошарашена. Не зная что и думать, с растерянным видом девушка взглянула на Топаза. Тот лишь по-своему, по-кошачьему улыбнулся. — Поздравляю, Кира, сегодня ты родилась заново… — единственное что он успел сказать, перед тем как дверь открылась.