W.C.K.D.

       Ньют был высоким юношей, да насколько, что мне приходилось запрокидывать голову, чтобы посмотреть на него. Он был почти мужчиной по сравнению с остальным населением Глэйда, которое состояло преимущественно с 14-17-летних подростков, поэтому он ясно выделялся среди толпы молодых зевак. Помимо вечно хмурого карего взгляда, у него были длинные волосы пшеничного цвета, длиной еле достающие до широких плеч. Парень довольно-таки подтянут и мускулист, я бы не назвала его хиленьким. На Ньюте была надета обычная коричневая футболка, темно-синего цвета джинсы и тяжёлые берцы — обычное здешнее одеяние, как я успела пооглядываться и заметить. — А девушки тут есть? — Ты единственная в Глэйде, — без отлынивания от прямого ответа, проговорил блондин. Я остановилась и выразительно посмотрела на него. Мда, намотали срокач, прямо под носом у неудовлетворённой подростковой детворы, которая при малейшем желании может меня скрутить и передать по кругу.        И что мне делать? Уже в который раз нахожусь в полном непонимании. А это начинает прилично раздражать. — Ты это серьёзно? — Похоже, что я вру? — Я тебя не знаю, более того, никого не знаю, следовательно, не могу доверять ни единому слову. Ньют ответил мне пристальным взглядом, облизнул губы и парировал: — Справедливо, Шнурок, но у тебя нет выбора: либо так, либо никак.        Дальнейшее продолжение разговора перестало интересовать, ибо моё рассеянное внимание привлекли исполинские стены, расставлены точно по периметру Глэйда. Стены были наглухо закрыты, и, как я поняла, запирали всех присутствующих тут на одной только поляне. То есть, других мест, кроме Глэйда-поляны больше нет? — Это ещё что за хлам? — Я указала на 30-метровых великанов. Начинаю уже привыкать к подобным странностям здесь. — Сегодня не скажу, потерпи, правила для всех одинаковы, Шнурок, — Ньют приобнял меня за плечи и увёл подальше от серых стен. — Почему? Меня съедает страх, идущий на ряду с любопытством, что такого я могу узнать… — Я сказал не сегодня, значит не сегодня, Салага. Я даже представлять не хочу, что ты сделаешь с собой, если узнаешь хоть толику всего, что здесь происходит, — Ньют нахмурился и посмотрел на стены, — впрочем, ты не одна. Почти все шанки тут не желают высовывать свои носы за пределы той правды, которую себе напридумывают. Гораздо безопаснее знать, что тебе не угрожает ничего хуже, чем злой Галли, поверь. — Неужели все настолько плохо? — Я заглянула ему в глаза. Парень оторвал взгляд от стен и перевёл его на меня. В его шоколадах читалось недоумение и беспокойство, однако он лишь тряхнул головой и: — «Плохо» — совсем неподходящее слово для полного описания творящегося вокруг сраного кланка, — совсем рядом со мной послышался грубый, мужской бас.        Повернувшись, я увидела высокого парня азиатской наружности, мне также пришлось поднапрячь шейные позвонки, чтобы увидеть его лицо. Юноша имел неестественные своей притягательностью чёрные, как смоль, глаза. Ветер играющий в его волосах, прелестно ворошил стоящие торчком чёрные короткие волосы. Возможно сыграло моё впечатлённое воображение, но от парня до меня доносился свежий запах ветра и зелени. Он не сильно превосходил Ньюта в физическом плане. Будучи так же в форме, азиат мог похвастаться внушительными мускулами, которые были видны благодаря белой футболке, сидящей на нём в обтяжку.        Футболка красиво оттеняла его накаченные, загорелые руки, которые держали поднос с едой: дымящаяся кружка чая и приятно пахнущий обед. Я, смекнув, что засмотрелась, занялась более важной проблемой.        Мой желудок сразу позаботился сообщить мне, что он голоден. Все мои попытки хоть немного разузнать об этом странном месте слегка поубавились, а потом и вовсе испарились, сметая всё простым голодом. — Ньют, ты же не хочешь, чтобы смерть молодого Чайника повесили на тебя? Я ужаснулась. — Да, надо бы подкрепиться, пойдем, Шнурок. «Камилла» Моё имя.        Я вспомнила! И сразу по всему телу прошлась успокаивающая волна спокойствия за своё адекватное состояние, ибо теперь у меня будет хоть что-то, связывающее меня…со мной. — Камилла, меня зовут Камилла. Наконец-то. — Рад, что ты вспомнила своё имя. А теперь… — Ух, твоя мама наверняка пролистала кучу фолиантов, чтобы отыскать настолько длиннющее имя для своей дочурки. Милла — это единственное на что способен мой язык, но я обещаю, что буду совершенствоваться, — пожелал вставить свои пять самоуверенных копеек азиатский парень. — А пока — Минхо, — и в качестве приветствия, сверкнул глазами цвета смолы. — Минхо, иди совершенствуй свой язык об тарелку, нам пора, — Ньют указал мне загорелой мускулистой рукой на здешнюю кухню. — Кстати, что там сегодня? — Очередная собачья дрянь, которую даже Лай не согласился пробовать. Серьёзно, старик, эта собака умнее человека. Он даже не нюхал подсунутую под самый стебанутый нос эту вонючую тарелку, а просто отодвинул её лапой, мол: «Сами жрите свой кланк, скоты». Он умный, говорю тебе. — Что такое «кланк»? — интересно, сколько времени мне понадобится, для того, чтобы вклиниться своим ничего не понимающим телом в общий галдёж. — Звук, знаменующий падение дерьма в сток, — просто ответил азиат. — Фу, — все мои вопросы о местном сленге были скоропостижно размазаны по стене и начисто стёрты с лица Земли.        Кстати, это же планета Земля? Судя по колориту местности, я здесь словно пришелец, или это они не от мира сего. — Привыкай, цыпочка, это тебе не курорт, — легко поддакнул мне Минхо.        Распрощавшись с азиатом, Ньют повёл меня прямо к низкой постройке, возле которой ошивалось почти всё немногочисленное население Глэйда. Передняя часть выглядела как обычный вход в хибарку, но внутри было уютно и по-домашнему хорошо. Холодильник, плита, полочки — здесь был полный комплект кухонного интерьера.        Прямо за Ньютом в помещение зашёл среднего роста парень, чёрнокожий и что самое удивительное — с повышенной растительностью. Глядя на его фартук, завязанный поверх тёмно-серых штанов, я сделала вывод, что это повар. А если думать, что это повар, то он имеет непосредственный контакт с едой и местным властям стоило бы взять во внимание сей факт.        Но я смотрю, что здесь никому не интересно, кто как выглядит, главное, чтобы смиренно выполнял свою работу.        Повара звали Фрайпан, и он мне понравился тем, что был снисходителен к моему временному торможению во время работы, так как Ньют оставил меня ему на попечение, сразу после того, как мы с ним сытно пообедали. — Ками, я зайду за тобой после заката, хорошо? Не уходи никуда, пожалуйста, — блондин пожал руку Фраю, кинул на меня прощальный взгляд и ушёл восвояси. Я хмыкнула. «Ками» и «Милла», уж что-то знакомое. Попыталась ухватиться за несущуюся мысль о прошлой жизни, но дымка рассеялась, и сознание снова стало невинно и стерильно, как чистый лист. Вскоре главный повар поведал мне, что Глэйд существует вот уже с год, человек тут всего лишь с двадцать душ, и каждый исполняет свою работу, пребывая на определённой должности. С завтрашнего дня, начнётся мой каторжный День Первый, где я должна буду, сбивая последнюю спесь с себя, доказывать всему окружающему миру то, что я на что-то гожусь и руки у меня растут не с известного места.        Ужас, одна формулировка подобной мысли отбивает у меня всё желание жить.        Правда, мой вечер начался с такой фразы: — Шнурок, пошли бухать! Праздник за твой счёт! — как только я вышла с Кухни, решив не дожидаться Ньюта, кто-то крикнул мне вдогонку, и я увидела местное копошение туда-сюда: кто-то нёс дрова для будущего костра, кто-то уже был в неадеквате, а кто-то шёл спать.        Однако, вечер продолжался, и меня толпой отнесло к разгорающемуся костру, который был невероятно яркий и высоко поднимался на верх. Мимоходом мне вручили литровую бутылку с янтарной жидкостью внутри. Я решила, что ничего хуже, чем уже есть сейчас не предвидится и пригубила оное. Мой желудок чуть ли не изрыгнул всё содержание бутыля, словно воспламенившийся вулкан, я отхаркала практически всё, что хлебнула, осталась только неприятная горечь во рту.        Срочно нужен был кто-нибудь для прояснения ситуации и мгновенного решения, пока моя задница не начала принюхиваться в поисках скоропостижных приключений.  — Ками! Ками, чёрт возьми, тащи свою тушку сюда, — сквозь толпу галдежа я услышала яростный рык Ньюта.        Проныкавшись мимо пьющих качков, явно соревновавшихся за титул «Алкоголик Глэйда», я добралась до уютного и приятного общества уже знакомых лиц: Ньют, Минхо и хмурый Алби. — Ты где была? Я зашёл на Кухню — тебя нет, прошвырялся и выдохся как грёбанный бегун, бегая по всему Глэйду — нигде тебя нет. Я, кажется, ясно попросил дождаться меня. — Осуждающе сузил свои шоколады блондин. — Извини, я хотела осмотреться самостоятельно. — Никогда больше так не делай, лады? — Выдохнул он. На мой вопросительный взгляд он ответил: — Потому что, это запрещено. — Оо, кажется, кто-то успел сойтись со стебучей разум нормального человека выпивкой местного мудилы! Поздравляю, Шнурок, ты попала в ряды истинных ценителей алкоголя в свой самый первый день, — разбушевался сидящий рядом Минхо и обдал меня горячим жаром свежевыпитого напитка, придвинувшись ко мне вплотную. — Так это что, алкоголь что-ли? Гадость какая-то. — Я не различала никаких силуэтов, рассеяно наблюдая за всем вокруг. — Мда, Шнурок, обдало тебя нехило. Ха, вспомнил прыщавую рожу Уинстона, когда тот с непривычки угандошил целую банку кланковского напитка. Вот это была потеха, блевал и танцевал, и всё сначала. — Ты бы поосторожней с этим, — Ньют ткнул пальцем на бутылку в моих дрожащих руках, — гремучая смесь, утром херово будет. — Херовей, чем сейчас? Сомневаюсь. Если есть возможность напиться, почему бы и нет, — и опрокинула полбанки в себя прямо перед тем, как Минхо резко оборвал меня, забрав оную: — Эй, хватит, слышь? Тебе ясно сказали, что страдать будешь, дубина, вали лучше спать. — Пойду, если кто-нибудь укажет мне место для ночлега, иначе я завалюсь спать прямо в костёр. — А давай! — Минхо, это не смешно. — Пока нет, подождём, когда бурда впитается, и потом... — Ками, пошли, я всё тебе покажу, — Ньют забрал у меня спиртное и передал азиату, который громко и зычно рассмеялся в ответ, заражая общественность. — Доброй ночи, мальчики, — помахала рукой парням и направилась прямо за моим путеводителем.

***

       Хранилище, откуда Ньют достал мне большой спальный мешок, выглядело так же нелепо, как и построено. Кучи пыльных свертков, подобных моему в руках, были разбросаны так, что сам чёрт не разберёт, где пол, а где потолок.        Повторяюсь: это точно Земля? — Вот тут неподалёку сплю я, Минхо и Алби, все старшие, грубо говоря. Мой тебе совет: держись к нам ближе по ночам, чтобы не случилось чего-то неотвратимого.        Держаться ближе к парням по ночам?        «Просто мечта». Я поспешно завернулась в спальный мешок, скомкано поблагодарив блондина. Тот, постояв немного, похмурив свои очи чёрные, развернулся и ушёл в темноту.        За ним последовало и моё сознание.