W.C.K.D.

       После умопомрачительного ночного случая с Минхо, прошёл целый месяц. Точнее сказать, если бы не день и три недели моего обморочного состояния, то в целом я нахожусь тут чуть больше месяца. С момента моего прибытия ещё ни одного новенького Лифт не присылал, что очень насторожило местных жителей: они стали угрюмей, редкие улыбки встречались среди толпы работающих подростков, всё внимание было сконцентрировано на одном — каким будет следующий шаг Создателей.        С недавнего времени, я нахожусь в заложниках не только у ПОРОКа, но и у собственного сознания, ведь Минхо преподал мне отличную пищу для размышлений. Я твёрдо вознамерилась помочь ребятам найти выход, так как ясно ощутимая горечь в хриплом ночном басе главного бегуна меня слегка отрезвила: в этом поехавшем мире существует не только я и моя двойная влюблённость, я не имею такой власти, чтобы держать парней около себя вечно, и мне стоило бы запихать свой эгоцентризм куда подальше, чтобы увидеть их счастливые лица после всего произошедшего дерьма. Возможно, ради этого и стоит отдать свою жизнь.        Мой энтузиазм рос очень скоропостижно, задевая близких мне людей рядом. В итоге, я стала помогать ребятам-бегунам в качестве записывающего карты под их усталую диктовку. А потом остальные бегуны уходили на долгожданный ужин, оставляя меня, Минхо и Ньюта наедине, что явно играло нам на руку, так как эти двое были в курсе моих вернувшихся воспоминаний, что неоднократно выручали нас в объяснении пары-тройки непонятков. Но всё равно вопросов оставалась ещё нетронутая сотня.        Естественно, это всё происходило за спиной Алби, потому что этот шанк на дух не переносил моё присутствие, а я же со временем поняла причину его недовольства: во-первых, с моим появлением, то бишь единственной девчонкой среди половозрелых парней могли бы начаться проблемы, но, так как пока ничего не предвещает беды, я убедилась в том, что ПОРОК умеет вербовать ещё и на расстоянии.        Однако даже если мы и находили ответы, то никак не могли добраться до главной сути — выход. Это и занимало главных Кураторов на частных Сборах, когда собирались только старшаки, чтобы услышать собранные данные от бегунов за определённый период. Ньют и Минхо с головой нырнули в решение главной проблемы, не замечая, как теряют себя в бесперспективных буднях: Ньют осунулся, побледнел, начал избегать компаний, предпочитал оставаться особняком, часто задерживал взгляд на незначительных вещах, будто ненадолго погружался в себя, а иногда и целый вечер мог потратить, пялясь в никуда. В такие моменты мне не хотелось его трогать, хотя я знала, что следовало бы отвлечь его от явно не приятных мыслей. Мне мама любила говорить, что нельзя оставлять человека наедине с его чертями — в омут заберут, и человека потеряешь. Минхо же за всеми этими нервами и беготнёй не столько похудел, сколько подтянулся, вырос и освежился благодаря поддерживающим тренировкам. Он предпочитал не замечать изъянов в намеченном плане, поняв, что всему своё время. И выход они найдут, нужно только «сжать в руках яйца и терпеть».

***

       Первое, что мне стрельнуло в глаза, как только я проснулась — это непривычна серость над головой. Всякий раз я просыпалась перед тем, как соорудить что-нибудь бегунам на завтрак и обед вместо Фрая, я наблюдала прекрасные хитросплетения оранжево-фиолетовых цветов на небе, что всегда меня завораживало и давало слепую надежду на то, что сегодняшний день будет таким же ярким, как и небо над головой. С севера подул пронизывающий утренним холодом ветер, и я недовольно поморщилась.        Наскоро собрав спальный мешок и кинув его не глядя куда, побежала в сторону душевой, ведь по дороге успела увидеть сонно шагающего туда Минхо. Рывком распахнув дверь, я попала в дым ввалившегося за края косяков горячего пара. Помахав рукой, чтобы развеять туман, сквозь который мало что просматривалось, позвала брюнета. Тот уже принял душ и стоял посреди помещения, судорожно вытирая голову, рядом со скамейкой с вещами и экипировкой. — Кого там прёт с утра пораньше? — Это я, Минхо. Полотенце слетело с головы, открывая ему вид на вошедшего. Секунда и на его лице засияла улыбка, парень закинул полотенце на обнаженное плечо, схватив меня за руку, притянул к себе, плотоядно улыбнувшись. — Милла, ты знаешь, что нужно для того, чтобы утро стало добрым? Я потупила взгляд: Минхо впервые за прошедшее время и ночной инцидент начал приставать, на его лице продолжает играть улыбка, это значит… всё хорошо? Да-а, брюнет не всегда бывает предсказуемым, а ведь я думала именно так. — Что-нибудь доброе? — Что-нибудь да. Но я предлагаю просто поцеловаться. Я удивленно подняла брови, уже собираясь отказать, так как на повестке дня у меня стоял вопрос о том, что происходит снаружи с погодой. Однако брюнет, присосавшись к моим губам, как клещ, уже начал действовать более упёрто, спуская руки на бедра и сжимая талию. Я приказала себе расслабиться и получать удовольствие, так как Минхо не отступится, пока не получить желаемого, поэтому спрашивать что-либо сейчас от него было бы бессмысленно. Я положила свои руки ему на плечи, поглаживая мощные плечи, чувствуя, что ещё чуть-чуть и кислород иссякнет. Минхо отступился, только почувствовав мой слабый толчок в грудь. Я вцепилась ему в руки, пытаясь отдышаться. Вот всегда он так! Целует так, что ноги начинают подкашиваться, воздух вылетает из легких, губы дрожат от мягких покусываний, а в голове бардак. Сногсшибательно. — Что творится снаружи? — А что снаружи? — Небо серое. — А, это. Не знаю, Милла, Создатели опять чё-то намутили. Может рассвет заклинило, а ты уже успела в штаны наложить. Кстати, где мой завтрак? Я шокировано распахнула глаза — попросту забыла. Я стремглав бросилась к Кухне, под громкий смех главного бегуна. Разогрела в микроволновке по очереди одну большую тарелку с картофельным пюре и одну с несколькими котлетами, налила чай в чашки, нарезала хлеб толстыми ломтями и сделала салат. Пока я дорезала помидоры, в кухню вошли четверо бегунов во главе с Минхо. Брюнет мне подмигнул, я улыбнулась ему в ответ, начав высматривать Ньюта: с самого утра его будто ветром сдуло с поляны, спальника нигде нет, владельца тоже. Я чувствовала вину за то, что оставалась безучастной именно тогда, когда ему требовалась помощь, ведь весь его вид буквально кричал об этом! Я подошла к пирующим ребятам и во время затишья решилась задать волнующий вопрос: — Ребят, простите, что перебиваю аппетит, но никто из вас не видел Ньюта? Все парни замолкли и озадачено переглянулись. Первый узел беспокойства начал медленно закручивать мои внутренности, постепенно перебираясь к горлу, образовывая неприятный комок. Руки нещадно мяли влажное полотенце в руках, в душном помещении как никогда стало прохладно. Минхо оглянулся на дверь, словно ожидая, что та сейчас распахнётся под мозолистой рукой блондина, потом кинул взгляд на большое окно в Кухне и вернулся к моим глазам. Я подошла ближе и встала за азиатом, положив руки на спинку стула. — То есть, ты его не видела? С утра? Я покачал головой. — Я позавчера видел, как он вечером шёл в лесную чащу, но это же когда было! Голос подал Стив, бегун, правая рука Минхо, отличается прекрасной зрительной памятью, эмоциональностью и беззаботностью, что вполне подходит под его смазливую внешность: шатен с большими карими глазами, красивый ровный нос, впалые щеки с выделяющимися скулами и физически развитое телосложение бегуна. — Позавчера? А вчера? Мои глаза начали заполнять непрошеные слёзы. — Вчера не видел, прости, красавица. — Он вчера в Картохранилище не появился, я видел, как он забегал и выбегал из Лабиринта. Может, он поселился в лесу? Это был Джон, только стажёр, учится и бегает с Минхо. Совсем ещё малёк, я бы дала ему от силы лет 15. Не понимаю, как Минхо позволил ему переступить порог Лабиринта, ведь ему ещё жить и жить, у него даже детская психика толком не выросла и не сформировалась. — А кто его знает, Ньют всегда был с приветом. Я неодобрительно посмотрела на Роберта, высокого угрюмого шатена, который, кажется, нашёл своё призвание во всём находить минусы и сомневаться во всех очевидных вещах. Все воспринимают его, как нудящую бабу в коллективе, как мельком мне охарактеризовал его Минхо, я махала рукой на это, мол, мальчики, они такие, но сейчас своей фразой он меня только убедил в этом. — Будто ты здесь самый нормальный. — Прикинь, походу да. Я насупилась. Роберт угрюмо поглядывал на меня сквозь густые брови. — Если не можешь ничего дельного предложить, просто сиди молча. — Ты мне рот не затыкай, кобыла! — Сейчас я тебе рот заткну. Милла дело говорит, либо захлопнись, либо предлагай. Минхо раздражённо посмотрел на Роба. Тот поморщился и вышел, прихлопнув дверь. Я выдохнула с облегчением, ведь я думала, что сейчас этот бычара полезет на меня с кулаками. Но главный бегун меня латентно защитил и сохранил неприкосновенность. В знак благодарности, я положила руки ему на плечи, чуть сжав и оставляя ладони покоиться на крепкой спине бегуна. К тому же, стало приятно, что Минхо забросил привычку называть меня «Шнурок», а начал звать меня по имени, только так, как называл меня до того, как ПОРОК взял своё. — У Ньюта нет напарника? — Я спросила у Минхо, который сосредоточенно бегал глазами туда-сюда. — Нет, он не брал себе. — Посмотреть в лесу? — Не, пойдём к Воротам, может он уже там, скоро Открытие. Ньют и вправду стоял там, совершенно невозмутимый и в чём-то уверенный, об этом говорила вся его поза: глаза прищурены, руки в карманах широких свободных штанов, рюкзак на одном плече, ноги на ширине плеч, смотрит прямо в щелину размежевания двух серых стен. Не успела я и приблизиться к парню, как каменные створки разъехались, и Ньют мигом сорвался с места. Он наверняка услышал мои крики, так как перед входом в Лабиринт, мельком оглянулся и посмотрел мне в глаза. Я остановилась и поняла, что увидела в них — безысходность. — Я за ним. Минхо похлопал меня по плечу и ринулся в жерло серых стен.