following the stars

Чангюну четырнадцать, когда он понимает, что облажался в прошлой жизни. У него был шанс остаться с Кихёном до конца, но вместо того, чтобы как можно скорее вернуться в Корею и вписать себя в жизнь Кихёна, Чангюн решил остаться в Америке, сосредоточившись на своей работе и нескольких вещах в его жизни, которые он мог контролировать, которые всё ещё делали его счастливым. И он сожалеет об этом сейчас. Он сожалеет обо всём этом, и если бы он мог отправиться к Кихёну, он бы это сделал. Но уже слишком поздно. В этой жизни Чангюн — средний ребёнок из пяти, второй из трёх мальчиков, и ни один из его братьев и сестёр не связан с ним кровью. Самая старшая сестра — наркоманка. Брат, второй по возрасту — пьяница. Чангюн — самый нормальный из всех, или он просто воображает это себе и на самом деле так же испорчен, как и остальные. А его младшие… Что касается странных близнецов, они довольно нормальные, но девочка не говорит вслух и не смотрит в глаза никому, кроме своего брата, а у её брата проблемы с характером. В начальной школе его дважды вызывали к директору за драки во время уроков. Его родители, если Чангюн может так их называть, не намного лучше. Его мать наркоманка, яблочко от яблоньки, и чтобы поддерживать свою привычку, прежде чем принять больше приёмных детей и их банковские чеки, она торговала своим телом, а затем и телом своей старшей приёмной дочери. Его отец тоже наркоман, но он жестокий и вспыльчивый, и тело Чангюна навсегда сохранит на себе следы ярости его отца. Если бы это было всё, то Чангюн, возможно, справился бы с этим. Но это не всё. Школа — это ад. Его сверстники игнорируют его. А те, кто не игнорируют, ненавидят его. Его учителя пренебрегают им и притворяются, что его нет в классе вместе с ними. У него нет друзей, не на кого положиться, когда всё становится слишком плохо. Его старшие брат и сестра могли бы ходить в его школу, но они никогда не посещают занятия, а младшие — в другой школе. Чангюн одинок. Чангюн чертовски одинок. Облегчение почти приходит, когда он решает убить себя. В окружении наркотиков сестры, выпивки брата и одной из бритв отца, Чангюн знает, что может сделать это. Но он временит с этим. Чангюн собирает то, что ему нужно, прячет под кроватью и в задней части шкафа в комнате, которую он делит с близнецами, и ждёт. Почему? Потому что, может быть, это его жизнь. Может быть, это будет последняя жизнь. Может быть, это жизнь, в которой Кихён придёт к нему сам. Может быть, он попытается убедить Чангюна, что они должны быть вместе, чтобы иметь возможность бороться и переживать всё это вдвоём. Может быть, это та жизнь, в которой Чангюн сможет возвращаться домой к Кихёну, поющему арии на кухне. Но дни тянутся. Они тянутся и превращаются в недели, месяцы, и так проходит ещё один год. Чангюну пятнадцать, это его день рождения, у него сломаны нос и запястье, и тогда он думает, что, возможно, Кихён не придёт за ним в этой жизни. Возможно, он вообще не существует в этой жизни. Вереница дней продолжает тянуться, и мысли остаются с Чангюном всё время, издеваясь над ним и охотясь за его слабостями, пока, наконец, Чангюн не сдаётся. Чангюну пятнадцать, когда он выкапывает полупустую бутылку из глубины шкафа и извлекает таблетки из дыры в нижней части матраса. Он скидывает всё в рюкзак и сбегает из дома в глубокой ночи. Чангюну шестнадцать, когда он кидает таблетки в рот и выпивает содержимое бутылки, пока истощение, наконец, не побеждает его. На этот раз это так же просто, как лечь спать.