Развлекашки

71. Фитц. Бесит всё. Назойливость белобрысого говнюка в белом халате. Что он так прицепился? Какого хрена у человека с маленьким ребенком так много времени свободно?! Негодник, испуганно таращащийся даже на то, как мужчина пьёт кофе. Впрочем, когда тот был нещадно выпнут подальше, стало хоть немного спокойней. Что ни говори, а постоянное присутствие парня в доме непривычно. И иногда мешает до невозможности. А так - хоть и жалкие две декады, но передышки. Можно спокойно заняться своими делами, не встречаясь постоянно с зашуганным взглядом. Фитц бурчал - босые ноги холодил пол, а искать тапки было откровенно лень. Вернее, с опять разнывшейся спиной не хотелось нагибаться. После Риги массаж Луизы, оставаясь всё столь же приятным, перестал помогать. Однозначно саботаж! Щелкнуло уведомление о новой записи. Оказывается, Рига почти так же как Анги любит выкладывать фото. На этот раз только виды сада очередного поместья. И всё равно бесит. Хоть он и обошелся без того, чтоб выложить обнимашки. Словно они перешли в такую стадию, когда их уже стоит скрывать. Бесила однозначно подарочная коробка, адресованная всё тому же Родриге Фолку. Доставленная ровно в годовщину круга от Пабло Каннигена. Искушение выкинуть эту пошлую мерзость было необычайно велико. Мужчина с трудом успокаивал себя, уговаривая, что выкидывать чужое не слишком этично. Тем более, если это принадлежит совершенно бесправному рабу. Ужин, ещё один просмотр фотографий и пары видюшек. Оказывается, парень любит пугающие квесты, прохождение которых постеснялся выкладывать в сеть. Фитц совершенно забыл забрать коврик раба из химчистки, поэтому злобно сопящий Рига неохотно устроился на кровати. Из сна мужчину нагло вытащил прыгающий на животе раб. Ещё и одеяло утащил; одно слово - негодник. Осторожное прикосновение нервных пальцев к лицу, волосам, по ушам. Фитц прикрыл глаза, чтобы не видеть сосредоточенного взгляда, оставляя лишь теплое прикосновение губ. Мягкое, словно бы не до конца уверенное, что это то, чего парню хочется. Почему в этот раз ему было проще простить? Из-за того, что Рига изначально не хотел изменять или же потому, что зная о случившемся, Фитц не видел подробностей? Исповеди участников это совершенно иное. Когда мужчина подмял парня, тот лишь выдохнул, упираясь ладонями в грудь. Долгий поцелуй, почти привычно тиская жадно отвечающего негодника. Почти с силой отрываясь от сладких губ, утыкаясь лицом в сгиб плеча. Недовольное бурчание Риги, хоть без попыток убежать. Словно он не понимает, что в этот раз Фитц просто не сможет захотеть остановиться. На то, чтобы отодрать себя от негодника ушло сил куда больше, чем на три подхода со стапятидесятикилограммовой штангой. Кладовка, швыряя на кровать тензель и доставая так толком и не испробованный падл. В конце концов, если и прибью, то хоть не будет больше проблем. - Раздевайся. Если, конечно, ещё не передумал. Рига засопел, заливаясь краской и яростно мотая головой. Жадно глядя на поблескивающий заклёпками тяжелый девайс. Ухватился за майку, пытаясь стянуть и при этом не перестать разглядывать игрушку. Запутался в руках и одежде, явно предпочитая, чтобы клубок был распутан без его участия. Фитц рыкнул, выуживая негодника, прижимая к себе и снова впиваясь требовательным поцелуем в губы. - Ты уверен, что хочешь этого? - Да. Рига мгновенно выпалил ответ, сам себя затыкая ещё одним поцелуем. Тензель, застёгивая ремешок Фитц задумался, нужно ли стоп-слово. Перегнул через изножье кровати, спуская штаны с задницы. Шлепок ладонью, скорее проверить реакцию, чем желая причинить боль. Негодника отпустило сковавшее напряжение, он прогнулся, мыча и явно требуя большего. Фитц отступил ещё немного назад, обеспечивая себе удобную дистанцию. Плоский шлепок, подбрасывающий парня под завывающий хрип счастья. Почти сразу же ещё один. Третий, перекрывая след от первого удара и отставляя паузу на осознание и прочувствование боли. Следующий, жадно впитывая зрелище того, как боль прокатывается по изогнутому в пояснице телу, заставляя беспомощно вцепляться в кровать. Чуть замедленный танец с идеально подходящим партнёром, следующим желаниям. Негодника уже трясёт не переставая, он ёрзает, всхлипывает, вытягиваясь на мысках. Словно ему также не хватает близости, сплетения тел в удовольствии. Выпутывать хвостик кляпа из волос, не выдернув по пути половину, безумно неудобно. Фитц неодобрительно фыркнул, понимая, что от жадности у него трясутся руки. Чему до безумия способствует то, что негодник яростно трётся задницей о член. Прикосновение горячее даже через ткань. Рывок за всё же отловленный хвостик, отшвыривая кляп в сторону. Давая недовольному мычанию обрести форму разборчивой речи. - Хватит! Трахните уже наконец! Надо было подготовить. Растянуть хоть немного. Мужчину хватило лишь на то, чтобы оттянуть себя назад, лихорадочно трясущимися руками размазывая скользкий холодный гель по члену. Болезненный обоим толчок в режущую болью тесноту. Рывком и, кажется, с хрустом, разгибая негодника, прижимая поперёк груди к себе. Резко. Отчаянно острые судороги. Смесь горячечного удовольствия, до боли впившихся в руки пальцев, еле ощутимый привкус крови. Долгий выдох, разжимая зубы и мягко целуя укус. Легкое касание губами плеча, ловя горло локтём. Ласково поглаживая кончиками пальцев по дёргающемуся животу, груди, бёдрам. Толика магии, формируя на кончиках пальцев болевое заклинание. Всё так же нанизанный на член Рига дёрнулся, сжимаясь. Глупое ощущение. Если Фитц начнёт двигаться, то всё оборвется слишком быстро. И почему-то казалось, что не слишком приятно для обоих. Слишком тесно. Лёгкий укол статики по сережке в соске. Чуть прикусывая за ухо и медленно шепча какой-то бред. Невесомо лаская и выщёлкивая магию болью по теплой коже. Укол электричества по головке, стволу, прижимая пальцы под яйцами. Болевое заклинание. Визг, Рига бьется в хватке, до точек перед глазами болезненно сжимаясь вокруг члена. Толчок бёдрами откровенно опасаясь, что иначе упадёт, не давая получить удовольствие, а Рига окончательно отрубится. Толчок, обхватывая всё так же безудержно торчащий член. Яростно пытаясь выплеснуть страсть, прикусывая за ухо, перебивая пальцами на члене. Вцепляясь второй рукой в плечо, опасаясь задушить негодника. Краем сознания отмечая мерзкий скрип кровати и заглушающие его хрипы и стоны негодника. Оргазм почти оглушает когда негодника снова накрывает. Резко, почти портя кайф. Опустошение, от которого с трудом удается стоять на ногах. Очень неохотно разжимающаяся хватка на руке. Очень несчастное шмыганье носом. Мужчина понимал, что надо разжать руки, отпуская раба. Тело слушается неохотно и вяло. Спина предупреждающе ноет, намекая, что лучше воздержаться от душа и, уж тем более, таскания раба. Осторожное прикосновение губ к искусанному - и когда только успел - плечу. Мягко скользя кончиками пальцев по влажному телу прижатого. Любовника. От осознания того, что эта шмыгающая носом испорченная дрянь стала настолько дорогой, ленивая нега отступает. Зато становится куда проще отстраниться, давая покачивающемуся Риге удрать в душ. Мужчина грузно плюхнулся в кровать, тупо глядя в потолок. Как с ним могло случиться что-то подобное? Господи, за что? Мужчина осознал, что он уже почти спит. Надо помыться. Даже если негодник сейчас сидит в бигудях. Негодник сидел весь в соплях, аккуратно сложив локти на край ванны и самозабвенно ревел. Мужчина осторожно устроился рядом, слегка приобнимая. - Что случилось? - Всё нормально, - душераздирающе всхлипнув - просто эмоциональная реакция. Ну да, не реветь же в кровати с комфортом. Мужчина протяжно вздохнул, заталкивая слова поглубже, мерно проводя рукой по дурной голове, давая спокойно выплеснуть эмоции и прийти в себя. Рига ерзал, постепенно успокаиваясь. Ещё раз шмыгнув носом и тут же вытирая зарёванное лицо. - Хорошо, что вы шлепалку купили. Божественная штука. Фитц тихо усмехнулся, легко целуя в висок. Выпускать негодника из рук совершенно не хотелось. - Мыться пойдём? - Я сам помоюсь, спасибо. Мужчина осторожно вытер мокрую щеку, обхватывая Ригу под мышками. - Давай сначала ты ляжешь в кровать, а потом уже довредничаешь. Парень неразборчиво бухтел, тихо шмыгая носом и совершенно не мешая намыливать. Правда, забраковал не тот шампунь и очень злобно засопел, когда Фитц не догадался, что после ополаскивателя нужно еще что-то мазать. Неспешное намыливание обоих, выныривая из благостного настроя, заметив кровь у негодника. Уже привычное использование артефакта, закрывая повреждения. Это смущало. Так не должно быть. Это не те травмы, которые могут быть во время сессии. - Прости. И без того мерзко, насколько невнятно это прозвучало. - Какая корова? Рига даже приоткрыл один глаз, не убедительно делая вид, что ещё не окончательно заснул. - Извини. Я не должен был. - Вам плохо? Да хватит мямлить, придурок! - У тебя кровь. Прости, я постараюсь в следующий раз быть сдержаннее. Рига мощно зевнул, тут же отплевываясь от воды. - Вы не всегда сдержаны. На удивление беззаботным тоном, негодник породил ещё один зевок, на этот раз предусмотрительно в плечо мужчины. Фитц окончательно почувствовал себя мудаком. Лучше бы Рига закатил скандал. Чуть покачивающийся парень совершенно не мешал себя вытирать, прихватил буквально декаду назад купленный халат, ушатываясь в кровать. Багровый ему, кстати, тоже идёт. И надо будет спросить, не видел ли Рига, куда затерялся синий. Когда Фитц улегся, Рига, на удивление, ещё ворочался, грозно сопя. Пару раз ткнул коленкой, успокаиваясь лишь почти весь устроившись на Фитце. Пару раз пришлось убирать мокрые и щекотные пряди с лица. И вот к этому мужчина так привязался? Нет, как Фитц и предполагал, существовать рядом однозначно комфортно. Не считая пола и статуса, Рига оказался идеален. Та самая толика пакостности характера, при которой с девушкой не скучно. И да, безумно редкая реакция на боль. Отзывчивость. Жадность. Хоть и шокирующая непристойностью, но до неприличия щекочущая самолюбие. Утром Рига с интересом сунулся в коробку, аккуратно вскрывая. С интересом покрутил робота в виде паука в руках. Залез в инструкцию, пробежался по кухне, стенам, потолку. - Какая классная штука! Словно его детский восторг может уменьшить неодобрение хозяина. Успокоился он только минут через двадцать, раскапывая упаковочную бумагу и доставая письмо. Прочитал, становясь всё более насупленным. Злобно изорвал, выкидывая обрывки так, чтобы Фитц не смог прочитать. И оставляя непонятным, что же такого ему написал уже покойный Канниген. - Ты серьезно собираешься это оставить? Рига очень тяжело вздохнул, звонко щелкая коготками игрушки по кафелю пола. - Ну забавная же игрушка. Несмотря на то, что тот человек насильник. - Ты смотрел новости? - Да, я знаю, что он мёртв. На удивление безразлично. Кинув отвратительную механическую пародию на насекомое на диван, Рига подошел сзади, кладя руки на плечи. - А вы знаете, что в городе орудует маньяк? Настолько вкрадчивым голосом, что мужчина почти встревожился. - Насколько мне известно, полиция его активно ищет. Не думаю, что тебе что-то грозит. - То есть он может быть где угодно? - Да. Рассказывать всё, что он знает, Фитц не собирался. По ряду причин. Тема начала нервировать даже больше, чем подарки от поклонников. Которые, бля, трахали его Ригу. - Значит, нам надо быть очень-очень осторожными? - Осторожность никогда не помешает. - А вдруг он уже где-то рядом? - Исключено. Камерами просматривается весь дом, сад и прилегающие улицы. Посторонних в доме нет. Фитц судорожно пытался хоть как-то сменить тему. Ради того, чтобы она стала менее… острой. Рига столь же упёрто гнул обратно. - Должно быть, он очень осторожный и изобретательный. Негодник зарылся носом в волосы. Вздохнул, словно досадуя на тормозящего мужчину. Естественно, при чём тут Фитц и какой-то жестокий маньяк? Или? Пауза, сопоставляя действия и интонацию с неосведемлённостью собеседника. Всего лишь заигрывания? - Знаешь, почему для тебя это не важно? Откровенно злобно рыча. - А? Куда более обрадованно. - Потому что ты не доживёшь! Перехватывая запястье правой руки, вставая со стула и одновременно выламывая наглую лапу. Негодник воодушевленно застонал. - Я тебя прибью раньше! Затыкая раковину и врубая воду на полную. Столешница из дерева, но чтобы найти вилки для жарки птицы, пришлось пошариться в ящике. Когда вилка пробила ладонь, фиксируя руку, Рига заорал. Вторая рука, максимально раскинув руки в стороны, не оставляя негоднику возможности куда-либо деться. Вот теперь это однозначно возбуждало. Нож, срезая одежду и цепляя кожу тонкими царапинами. Раковина уже наполнена, воду можно выключать, чтобы ничто не мешало слушать. Негодник захлёбывается криками на длинные порезы. Ещё один взгляд на пробитые ладони - нет, гранёные лезвия вошли удачно. Сухожилия не задеты, крупные сосуды далеко. Сгрести волосы в руку и оборвать крик бульканьем из воды. Отпустить, давая хрипло раскашляться, пока Фитц судорожно искал что-то могущее заменить смазку. Протяжный мазок языком по длинной царапине вдоль лопатки, перепачкивая задницу в масле. Фитц уже давно задумчиво смотрел на одну из лопаток для жарки - очень уж заманчиво удобная ручка, жесткое плоское окончание. Несколько ударов по спине, оставляя полосы по бледной коже. По заднице под всё более истеричные требования перестать дразнить и наконец-то трахнуть. Уже нет острой потребности и игру можно растянуть. Дразня, вынуждая Ригу подаваться навстречу. Нереально приятные движения. Чуть непривычно - масло скользит не так. Размашистые удары и снова в дурман жара. Притапливая, чтобы насладиться тем, как Рига дергается, пачкая всё в крови. Судорожно сжимаясь, пытаясь дёрнуться и снова беспомощно захлёбываясь криками. Слишком красиво. Непристойно приятно. Слишком. Невыносимо. Фитц кончил непристойно рано. Невозможно, учитывая частоту игр. То, как выгнутый за волосы Рига дёргается, также урвав свой кайф, неприятно. Ещё и вырубился. Кухня выглядит так, словно кто-то неумело пытался убить хрюшку. Кровью забрызганы шкафы, фартук, полотенца. Вся не убранная посуда. По дороге, оказывается, они ещё успели расколотить пару чашек и тарелку с остатками завтрака. Бля. Совершенно обречённо. Патовость ситуации - отпустить голову негодника можно лишь после того, как раковина опустеет. Остановить кровь - только после того, как будут убраны инородные предметы. Свалить бревно в кровать - лишь после того, как тело будет отмыто. 72. Рига. Зачем я это сделал? Как я мог? Почему? Рига просто упал на колени у ванны, качнулся вбок и сел на бедро, сложив руки на бортик. Изо рта вырвался сначала сдавленный скулёж, быстро перешедший в глухой вой. Парня трясло истерикой, пока эмоции настойчиво выходили хриплым плачем. Почему? Почему именно я? За что? Нос уже забился, не давая нормально дышать и красочно прореветься. Что на меня нашло? Как я мог предложить ему такое? Рига отчаянно хотел побиться головой о ванну. Докатился… Подставил задницу мужику и получил от этого кайф. Это убивало Родригу сильнее всего. Ведь это был первый раз, когда парень сознательно полез к своему садисту, и тот сделал всё именно так, как надо было обоим. Мой садист. Невероятно… Неужели вся эта череда проб окончилась только благодаря ментату? Иначе этого садиста из элиты я бы и не увидел никогда. Плач навалился с новой силой и Рига тихо завыл, всхлипывая и хлюпая носом. Хозяин пришёл неожиданно. Это было стыдно - осознанно позволять кому-то видеть его в таком состоянии. Это, наверное, третий раз в жизни, когда после сессии настолько хорошо, что не выразить ничем, кроме слёз. Душ и дорога до кровати совсем потерялись в сонливости, и засыпал Рига уже совершенно спокойным. Хотя пришлось поворочиться - Хозяин яростно искусал правое ухо и теперь оно горело и ныло, мешая найти идеальную позу для сна. Хотя, внезапно, хозяйское плечо пришлось кстати. Мой садист. Это так странно… На следующее утро фра Ментаге вручил подарочную коробку. Внутри был забавный механический паук размером с ладонь, к нему шла простая инструкция, а управлялся он с интера. Забавная какая игрушка! На дне коробки лежало письмо. Родрига отправил паучка покорять люстру и развернул вдвое сложенную бумагу. Адресат ныне покойный фра Пабло Канниген. Он тоже странный. С особой жестокостью расправился с тремя друзьями, теми, которые насиловали Ригу и заперли в подвале, а потом и покончил жизнь самоубийством. По крайней мере так писали в новостях. “Я уже сбился со счёта какая это попытка, надеюсь, этот вечер для тебя был приятнее, чем для меня. Хотел бы узнать тебя ближе. Надеюсь, что ты сможешь найти того, кто станет для тебя единственным. П. Канниген P.S. Ты сумасшедший, но ты прекрасен” Родрига не знал, что делать и куда деть себя от злости. Подонок! Смеет такое писать после того, что сделал со мной?! Шлюхой меня считает?! Правильно, что мозги себе вынес! Мразь! Письмо было не столько разорвано руками, сколько изодрано неконтролируемым всплеском магии. Рига скомкал игрушку в ладонях и швырнул на диван в гостиной. Успокойся. Просто успокойся. Он просто еблеохотливый кобель, ничего кроме задницы ему не нужно было. Хозяин снова неодобрительно посмотрел на паучка, который отправился исследовать шкаф с посудой. Действительно прикольная игрушка, нельзя же её винить в том, что её создатель псих. Но обстановку действительно надо было разбавить. Выплеснуть злость. Выплеснуть эмоции. И Хозяин, как всегда, прекрасно с этим справился. Очнувшись в кровати, и обнаружив рядом на столике завтрак, Родрига убедился, что никаких следов разгула, кроме отлупленной задницы, не осталось, расправился с едой и отправился искать фра Ментаге и его болящую спину. - Ох, не надо было никуда уезжать, - с усилием проминая мышцы. Жира на спине стало, конечно же, меньше, но получающие хорошую нагрузку мышцы и в узлы теперь вязались крепче. - Да блин! - Растирая руки. - Осторожненько, - парень залез на стол, устраиваясь на бёдрах мужчины и взялся за массаж с новой силой. Из такого положения применять силу было удобнее. Хозяин выл ещё охотнее. - Как у тебя получается душить меня из такого положения? - Стискивая зубы и ворча. - А это всё ваша страсть к дракам говорит! - Кулаком проминая широчайшую мышцу. - Кто опять с големом шесть раз за декаду бодался, а потом изменял мне с Луизой? - Луиза хотя бы делает это не так болезненно! - Вцепившись в край стола до побелевших костяшек. - Кто тебя вообще к людям подпустил, садист белобрысый? И ты думаешь я не знаю, кто подговорил фра Элджебет перестать меня кормить? - Ничего не знаю! - С силой проводя руками от загривка до поясницы, начиная последнюю стадию массажа. На работу Хозяин вышел человеком. И даже одобрил подарки для матери, Анги, Инги и фра Элджебет на женский день. Странно, но в день перед выходным фра Ментаге не задержался на работе, хотя Рига подозревал, что там будет некий фуршет в честь женского дня, а пришёл вовремя. - Не уходи, - внезапно сказал мужчина, когда вещь подал ему домашнюю обувь, и достал из портфеля длинный плоский футляр, характерный для ювелирных украшений. - Повернись-ка спиной. Рига заинтригованно повернулся, не поднимаясь с колен. - Подними волосы, - прозвучало из-за спины. Парень послушно собрал длинные пряди чёлки в хвост на затылке, открывая шею. Глаза засветились, когда Рига увидел перед носом его. Идеальный строгий ошейник. Шириной не менее трёх пальцев, квадратные звенья с шипами вовнутрь, и цепочка удавки, соединяющая края полотна. Шипы коснулись шеи, давая почувствовать тяжесть, холод и то, что несмотря на тупой кончик, они будут вгрызаться в шею, как клыки зверя. Родрига восторженно коснулся кончиками пальцев гладких с внешней стороны пластинок. Дыхание сбилось от возбуждения, заныли вмиг затвердевшие соски, требующие, чтобы их мяли кусали и тянули на серёжки пирсинга, а член болезненно упирался в ткань белья и штанов. Резкий рывок сверху. Рига захрипел, когда клыки жуткого зверя вгрызлись в шею и огромная страшная тварь поволокла его в своё логово, чтобы разодрать на куски и сожрать. Чудовище швырнуло его на кровать, одним рывком цепляя руки наручниками к изголовью, при этом не отпуская хищной хватки на горле. Рига сам выгнул спину, подставляя задницу, с которой тут же была содрана одежда. Зверь хочет секса. Жёсткого, яростного, дикого. И боли. Залить ею свою жертву и сожрать. Клыки рвали шею, не давая нормально дышать и понимать, что происходит вокруг. На смазку и медленно скользящие пальцы Рига почти не обращал внимания - зверь терзал шею и полосовал бёдра когтями. Рывок страшной пасти, сильнее прогибая в спине и болезненный толчок члена внутрь. Родрига хрипло взвыл, распяленный между цепями, почти без возможности двигаться. Чудовище издевалось над ним, продолжая рвать клыками шею и одновременно двигаясь так, чтобы в животе всё сжималось от наслаждения и боли, чтобы всё внутри переворачивалось и бурлило. Это уже потом Рига, оценивая ощущения, поймёт, что стимуляция простаты это дико приятно, не до оргазма, но удовольствия приносит немало. А сейчас он кричал от наслаждения и боли, отчаянно дёргая руками и пытаясь резче податься назад, чтобы адская тварь двигалась сильнее и жёстче. Наслаждение лавиной обрушилось на спину, прибивая к кровати и давая с хрипом и свистом втянуть воздух, тут же закашлявшись. Всё тело дрожало и дёргалось в послевкусие невероятных ощущений и эмоций. Чудовище… нет, Хозяин, осторожно перевернул на спину, освобождая руки и убирая ошейник, чтобы Рига не ткнулся в него лицом, и ушёл. Кажется парень ещё помнил, как Хозяин ворочает его по кровати, обтирая горячим влажным полотенцем, а потом заворачивает в одеяло, плюнув на попытки засунуть вещь в одежду. Утро встретило Ригу мокрой задницей, ломотой в спине и красочным багрово-алым ожерельем следов на шее. Которые парень трогал и тыкал пальцем при любой возможности. Больно было до сих пор. - То маньяки, то адские твари, - рассматривая шею в длинном зеркале, пока фра Ментаге брился, - что за город вообще? Резкий рывок за волосы и крепкая хватка на шее, взорвавшейся мучительно-сладкой болью, вдавившая в стену, проникновенное рычание на ухо, и Рига со стоном спустил в штаны, вцепившись в спину зверя. 73. Фитц. Мужчина лежал, рассеянно проводя кончиками пальцев по сине-багровым переливам на потрясающе бледной коже. Сейчас он их не видел. Не мог ощутить. Но то, во что превратилась шея парня, неотрывно стояло перед глазами. Рига что-то буркнул, не пытаясь проснуться, извернулся, подставляя спину и снова утихомирился. Тонкий и трогательно беззащитный. Хоть это, по большей части, и стереотип. Почти нормальный парень, просто с саблезубыми тараканами. Не считая инвазии - не нуждающийся в чьем бы то ни было покровительстве. Фитц почти рычал от уже осточертевшего нытья Канды. Вместо того, чтобы выдать гениальное медикаментозное решение, тот хотел то купить, то арендовать Ригу. Не отдам. Мой. Завораживающе красивый в своей порочности. Совесть рычала почти голосом фра Кастелас “он живой человек. Нельзя запирать его в четырёх стенах”. До отпуска надо посмотреть, как Рига сможет сосуществовать с социумом. Узнать его мнение. А потом уже и начинать канитель с арендой. Или не начинать. Мямлю, как нерешительно девица. Хорошо ещё, что без лишней публики. Утро выходного дня началось с непристойных домогательств. Рига упёрся в мысль, что его хозяин регулярно недополучает страданий и унижений. Привычно небрежно отмёл в сторону здравый смысл, безжалостны вытаскивая Фитца по магазинам. Похудел, прямо до невероятия! Ага, как же. Два раза. Привычное мучение с размером. Несколько часов Фитц мужественно держался, напяливая жмущие в самых невообразимых места шмотки жуткого вида. Но всё же психанул, прерываясь на обед с активным поиском по сети информации о частных ателье. Выбрал с пристойным портфолио. Тут уже дело пошло куда плодотворней - измерение во всех плоскостях, выбор тканей и фасонов. Результата придётся подождать пару суток. Но хуже, чем представленное в магазинах готовой одежды просто не может быть. - Похудел, говоришь? Задумчиво разглядывая непойми чем довольного негодника. - Да, хозяин, вы очень хорошо похудели. Даже немного быстрей, чем я рассчитывал. Фитц неодобрительно фыркнул на подлизу. Тот совершенно счастливо улыбнулся, безмерно довольный. И правда что ли взвесится? Мужчина небрежно отловил негодника, чтобы потрепать по волосам под возмущенные вопли, что прическу портить это “фи”, а трогать его так все три раза “фи”. Прикольная злобная фигня, вызывающая стойкое умиление. И столь же привычное одёргивание себя. Визит в Хэвен, на этот раз не ради общения, а желая воспользоваться девайсами. Давно вызревшая идея, для которой требуются весьма специфические девайсы. Просторное помещение, в котором можно развернуться с кнутом, три варианта фиксации, нужный генератор импульсов, дающий возможность давать разное напряжение на разные электроды. Правда, кроме генератора, в кабинете была ещё фак-машина. При виде которой негодник попятился, явно опознав что это такое, спиной упираясь в Фитца. Побуксовал немного, рассматривая длинный ряд фалоимитаторов. - Хозяин, - и глаза жалобные-жалобные, - может, не надо? Несмотря на пошлость обстановки, это смотрелось необычайно забавно, и Фитц просто не смог не поддразнить. - А я хочу. Обхватывая поперек туловища и легко прикусывая за ухо. Тёплый, гибкий, приятный. И страшно перепуганный. - Пожалуйста, только не это. - Раздевайся. - Казалось, ещё немного и Рига разревется от стыда и беспомощности. - И хватит засматриваться на это, - небрежный жест на искусственные члены, - не вижу в подобном ни смысла, ни удовольствия. В конце концов, я со своим. Рига прищурился, наконец-то рассматривая комнату целиком, а не только так понравившийся ему прибор. Немного нервно передёрнул плечами, начиная аккуратно складывать одежду на диванчик. Фитц как раз успел перехватить клубную нижнюю, забирая у неё поднос с напитками и отправляя прочь, и кинуть трёхметровое чудовище кнута. Не самый удобный и далеко не самый любимый девайс. Но сейчас он казался вполне подходящим - резкое и глубокое воздействие, которое притом не даст Риге мгновенно уплыть в его обдолбанный эндорфинами рай. Вдумчивый перебор поножей и наручей достаточно анатомической формы, а учитывая не снимающиеся с запястья браслеты, на правой руке пришлось фиксировать предплечье. Фиксация уже вполне возбуждённого негодника с растянутыми в стороны руками и ногами. Повязка Риге на глаза, на которой Фитц не удержался от непристойно приятного поцелуя, скользя ладонями по телу игрушки. Для парня он, наверное, красивый. На коже никаких дефектов. Ни шрама, ни волоска. Крепление крокодильчиков к колечкам в сосках и фиксация проводов были столь же муторными, как и подвес при помощи верёвок. Прокладка проводов к кистям - иглы будут позже. Провёл ещё свернутым кольцами кнутом по спине. Зная, что негодника это возбуждает, и проверяя, есть ли тому куда крутиться. Рига смог лишь сильнее вцепиться пальцами в цепи. Удар, отрывисто, без разогрева. Глухой стон и пауза, пока боль не схлынет. Ещё один, обнимая гибким крутом по груди. Пауза, давая схлынуть ощущениям и следующий удар, перечеркивая ягодицы черным плетением. Рига всхлипывает, бормочет что-то непонятное. Слишком близко к оргазму. Надо дать ему выплеснуть кайф. Мужчина подошёл, обнимая и ласково касаясь губами шеи. Медленно вдавливая два пальца, чтобы растянуть и нащупывая кончиками уплотнение. Как-то неожиданно Рига сжался, выстанывая и обмякая. Слишком внезапно, словно украв кайф Фитца. Пришлось снова браться за кнут, опрокидывая на Ригу водопад боли. На этот раз пихая пальцы одновременно с жёстким болевым разрядом на сережки. Захлёбывающийся кайфом вопль, судорожно сжатое тело. Иглы электродов с хрустом входят под ногти, ещё не дав толком прийти в себя, снова и снова швыряя болью по жадному негоднику. Всхлипывающего Ригу пришлось сначала отпаивать чаем, завернув в тёплый плед. Потом он неуверенно, но самостоятельно смог одеться и даже добраться до такси. Где его и отрубило. Видимо, не издеваться над хозяином и его больной спиной для негодника не рассматривалось как вариант.