Семен Семеныч!

      Я очнулся в странном темном помещении. Все мое тело затекло и словно было опутано чем-то липким. Я приоткрыл глаза: так и есть — все мое тело кроме головы было опутано паутиной. Попытка выбраться из кокона не увенчалась успехом: я лишь сильнее запутался и не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Тогда я решительно набрал в легкие воздуха и закричал, благо рот мне не заткнули кляпом:       — Помогите! Ау! Люди! Монстры! Кто-нибудь!!! — мои слова эхом отразились от стен и потолка и гулом ударили по моим ушам. Это отбило мне охоту и дальше продолжать звать на помощь.       Я вновь попытался выкарабкаться из паутины, но опять не достиг положительных результатов. Интересно, чем я так насолил паукам? Наверное, все же не стоило брать у них пончик в долг…       Думая о своем печальном положении, я осматривал помещение, в котором оказался. Точнее, пытаться осмотреть очертания окружающих меня предметов, ибо в комнате царил полумрак. Из того, что меня окружали какие-то коробки, бочки, ящики, я сделал вывод, что нахожусь на каком-то складе. Что я здесь делаю? Почему меня сюда притащили? А главное, кто в этом виноват и что с этим делать?       Ответ на последний вопрос был очевиден — делать мне было абстолютно нечего, так что я решил восстановить цепь событий, которые произошли со мной до попадания сюда.

***

      Мы с королем спускались в темный подвал. С каждым шагом становилось все холоднее и холоднее.       У подножия лестницы сидел за столом мрачный монстр-стражник, который при нашем появлении тут же взвился на ноги и принялся отвешивать нам земные поклоны. Король явно упивался таким к себе отношением, а вот мне было очень неловко, и я мечтал лишь о том, как бы поскорее выбраться из этого холодного и пугающего места.       Но судьба распорядилась иначе: выслушав короля, стражник потопал к обитой железом двери и загремел ключами. Дверь открылась. Тут-то я понял, что такое «холод». Обжигающий воздух, продирающий до костей, дохнул на нас из открытой двери. Мои зубы тут же начали отбивать мелодию «маленькой елочке холодно зимой». Но к моему счастью, мое состояние было замечено и мне выдали шубу с королевского (!) плеча.       Мы прошли в «морозильник». Там стояли семь больших каменных гробов. Это меня удивило: да, до меня упало семь человек (считая того, которого приняли в королевскую семью), но тело первого человека рассыпалось в прах и похоронить его не представлялось возможности. Тогда возникает резонный вопрос — для кого этот гроб? При мысли о том, что в нем когда-нибудь будет лежать мое тело меня передернуло.       Страж принялся стаскивать с гробов крышки, и я заметил, что крышки были инкрустированы драгоценными камнями, которые складывались в рисунок сердца. Каждая крышка имела сердце своего цвета: рубиновое, золотистое, янтарное, изумрудное… наконец крышка последнего гроба была снята. Передо мной лежало шестеро детей: две девочки и четыре мальчика. Все они были похоронены в той одежде, в которой были убиты и с теми вещами, которые были при них. Трое ребят прижимали к груди свои самые дорогие, судя по всему, вещи.       Самый младший из них, лет десяти, не больше, был самым миниатюрным и чертами лица, наполовину закрытого курчавой челкой золотистого цвета, больше походил на девочку. Еще больше сходства с прекрасной половиной человечества ему придавал фартук нежно-зеленого цвета. В руках мальчик держал закопченную сковороду, судя по виду, довольно увесистую.       Второй парень, мальчишка лет четырнадцати-пятнадцати носил темную кожаную ковбойскую шляпу. Нижнюю часть его лица закрывала желтая бандана, как ее носят на Диком Западе. На нем были растегнутая у горла белая рубашка, поверх которой был надет кожаный жилет, и зауженые джинсы. На ногах красовались темные высокие сапоги армейского образца, судя по всему, принадлежавшие кому-то из его старших родственников. Лицо мальчугана было вытянутое, с выпирающими скулами, острым прямым носом, небольшими глазами, на которые падали пряди темно-русых волос, и небольшим ртом, обрамленным тонкими губами.       Третий, самый старший из всех, имел некое сходство с Гарри Поттером: растрепанные темные, почти черные волосы, вытянутый свитер, пузырящиеся на коленках джинсы, потрепанные кеды и самое главное — круглые очки, покоившиеся на остром носу юноши. Его руки были скрещены на груди и крепко держали потрепанную фиолетовую общую тетрадь.       Четвертый пацан, которому было на вид лет тринадцать, был, судя по его накачанному телу, любитель спорта. На его руках были бойцовские перчатки, а на голове была оранжевая бандама с нарисованными на ней олимпийскими кольцами. Правда, то, что это кольца, можно было догадаться только по их взаимоположению: то ли из-за неаккуратности художника, то ли из-за того, что ткань растянулась, эти золотистые кружочки больше походили на кривые четырехугольнички.       Самая старшая из девочек, лет шестнадцати, была стройной и довольно высокой. Ее изящное тело подчеркивал гимнастический купальник и обтягивающие легинсы. На ногах у нее красовались пуанты. Ее ярко-рыжие волосы были убраны в аккуратный пучок на затылке.       Другая девочка имела кругленькое миловидное детское личико, при жизни, очевидно, пышущее жизнью и здоровьем, а теперь мертвенно-бледное. Его обрамляли кудри светлых волос, заплетенных в косу и завязанные голубой атласной лентой. На ней было летнее васильковое платьице с оборочками и рукавами-фонариками. Она была пухленькой, невысого роста. На вид ей было лет девять-десять, не больше.       При взгляде на всех этих детей мне стало не по себе: голова закружилось, меня начало тошнить. К счастью, мое состояние было замечено и вскоре король отпаивал меня горячим чаем из золотого цветка и рассказывал историю чая. Кое-как оклемавшись, я заспешил домой. Пусть я чувствовал себя уже лучше и был вполне в силах самостоятельно дойти до своего жилища, те детские лица все никак не шли у меня из головы: мне нужно было полежать, подумать, рассказать об этом кому-нибудь… хотя бы моей сожительнице Андайн! Так что я попрощался с Азгором, поблагодарил за чай и пошел к лифту.       До отеля Метатона я добрался без происшествий, однако там я заметил Папайруса, разговаривающего с администратором гостиницы:       — Он должен был проходить через ваш отель — как вы могли его не видеть?!       — Сер, вы не в казарме, а в общественном месте — ведите себя соответсвующе! За весь день мимо меня проходит столько монстров: куда мне их всех запомнить?       — Мне нужен не абы какой монстр, а чемпион Подземелья, главный королевский страж! Неужели и он для вас всего лишь рядовой монстр?       — Чего шумим, дорогуша? ~       Я посторался как можно незаметнее проскочить мимо них. Закрывая дверь, я слышал голос Метатона:       — Нет, дорогуша, после нашего совместного ленча я его не видел.       Я пошел к лифту. Возле него стояли две девочки в школьной форме и болтали. Одну из них я знал: это была дочь Гриллби. А вторая, как я понимаю, была ее подругой. Они поведали мне радостную новость: правый лифт временно не работает, так что мне нужно идти к левому. Ну и что мне оставалось делать?       Я поплелся к работающему лифту. По дороге заскочил к Маффет на распродажу выпечки, попросил пончик. Когда я узнал его цену, у меня глаза на лоб вылезли: 9 999 золотых! И это со скидкой! Абалдеть. Но Маффет отпускать меня с пустыми руками не собиралась: взяв с меня расписку о том, что я обязательно верну долг, она выдала мне пончик и кувшин паучьего сидра (- За счет заведения как новому покупателю, — пояснила она) и выпустила из своей паутины. Я с радостью покинул ее и направился к лифту, надеясь, что это было последнее приключение на сегодня.       Но закон подлости решил, видимо, работать в тот день сверхурочно. Когда я подошел к пристани лодочника, там никого не оказалось. Пришлось мне идти к своему дому на своих двоих. Я прошел мост, рядом с которым сидел мрачный монстр и что-то бурчал про современную молодежь и головоломки. Я уже шел мимо эхо-цветов, когда вдруг мне на встречу вышел монстр, похожий на большую утку:       — Молодой человек! Не подскажете сколько сейчас времени?       — Э-э… нет, простите, у меня нет с собой часов… — неожиданно, что-то врезалось мне в затылок. Я упал и уже находясь на грани сознания услышал мерзкий смех.

***

      Так теперь все встало на свои места. Меня вырубили в Вотерфоле, связали и притащили сюда. Но все так же остается открытым вопрос, нафига я им нужен?!       Неожиданно громко скрипнула дверь. Я перевернулся на спину, и мне в глаза рубанул яркий свет:       — Ну что, проснулся?