Bittersweet

И все-таки — что ж это было? Чего так хочется и жаль? Так и не знаю: победила ль? Побеждена ль? (с) М.Цветаева

Тот, кто считал, что утреннее совместное пробуждение – это сплошная романтика, явно не проверял подобное на практике. Особенно, если законная половина не отличается миролюбивостью и спокойствием. Разлепив глаза и оценив уткнувшуюся ему в бок пятками благоверную, развалившуюся поперек постели и утянувшую одеяло – стало мигом ясно, отчего было как-то зябко – Кирилл пожелал сам себе доброго утра и с трудом подавил желание разбудить ее посредством холодного душа. Ну, так, в отместку за то, что он половину ночи точно мерз, ибо сонные попытки отобрать теплую вещь ни к чему не приводили. Даже спящая Сашка умудрялась быть жутко вредной, активно пинаясь и вновь стаскивая вожделенный предмет. Но заставить ее проснуться спустя полчаса все же придется – иначе, во-первых, она не успеет исполнить свое обещание, а, во-вторых, они рискуют нехило опоздать на Риткину свадьбу, чего последняя не простит ни одному, ни другому. Так что, если Александра не покинет постель в течение указанного времени, утро добрым для нее быть перестанет автоматом. Он позаботится. - Что ж, - меланхолично произнесла Воронцова, поправляя лимонно-желтый шелк длинного платья, что плавно струилось, обрисовывая спортивную фигурку, - Теперь ты можешь спать спокойно, не правда ли? – ловя отражение супруга в огромном настенном зеркале и чуть кривя тонкие губы, едва тронутые алой матовой помадой, «порадовала» она блондина. С ее стороны было выполнено главное условие, которое было обговорено еще прошлой ночью, пусть она и еле успела утром съездить туда и обратно, так что следующий шаг был уже не за ней. - Ты решила осесть дома, варить мне супчики, вязать носочки и преданно ждать с работы? – сделал вид, что совершенно не понял, к чему клонит благоверная, Кирилл, подбирая запонки. Сборы на регистрацию, которая должна была состояться после обеда, шли полным ходом. И, если бы не некоторые приготовления, в которых были задействованы оба супруга, молодой человек точно бы прибыл значительно позже. Но Ритка потребовала, чтобы с утра рядом была не только свидетельница, но и старший брат. Зачем – никто, конечно же, не объяснял. - Губу закатай, - посоветовала шатенка, - Супчики слишком жирные, и в них, кстати, есть лук, а моими стараниями появятся и морковь с перцем; связать я могу максимум шарфик, и то, только для того, чтобы тебя им придушить; а если я осяду дома в ожидании тебя с работы, боюсь, вечером ты узришь гору грейпфрутовых шкурок, разбросанные вещи, возросший счет за электричество и гору немытой посуды. Потому что я буду честно продавливать диван в обнимку с пультом и пакетом конфет, в растянутой футболке и дырявых носках. - Короче, все то же, что имею честь лицезреть каждый день, - подвел итог муж, отработанным движением уклоняясь от полетевшей в него туши, которую до этого момента «образцовая жена» держала в руках. Один глаз так и остался недокрашенным, но ее это мало волновало. Довольно усмехаясь, Сашка вытянула из комода другую представительницу данного вида декоративной косметики, продолжая ритуал. - А можешь дать развод и больше не видеть, - словно между делом, предложила хозяйка квартиры, на что получила издевательский смешок со стороны супруга, расправившегося все же с запонками и подошедшего к «святой невинности» со спины. - И лишиться ежедневного цирка? - Зато приобрести мир, покой и сохранность продуктов в холодильнике, - продолжила соблазнять Воронцова, хитро улыбаясь и утаивая тот факт, что еще бонусом прибавилась бы дележка квартиры, которую она точно не планировала отдавать. - Это меняет дело, - враз посерьезнел блондин, - С твоей готовкой и потреблением здоровой пищи можно отбросить коньки, - он сделал вид, что крепко задумался, мимоходом притягивая к себе искусительницу за талию, и так же, словно бесцельно, перемещая одну руку на ее шею, - Вот только есть одна проблема, - он склонился к ней чуть ближе, подцепляя пальцами за подбородок и ощутимо сдавливая, - Тебе свободу нельзя давать априори: опять во все тяжкие пустишься, что лишь подтвердили недавние новости, - интимным полушепотом произнес Кирилл с выражением полного превосходства и воистину дьявольской ухмылкой, отчего шатенка недовольно поджала губы, понимая, что мимолетная идея провалилась с громким треском. А ведь мог же повестись на ангельский лик и полную покорность! Хотя… кому она врет? Он вообще как-то подозрительно не велся. Что в клубе, что дома, что на работе. Откуда только свалился на ее голову. - Моя жизнь после нашего расставания – не твоего ума дело, - она попыталась вырваться из столь странных объятий, более похожих на собственнически-издевательские, нежели на романтические, но потерпела фиаско: муж не собирался ее отпускать, - В конце концов, Ритка лишила тебя главной головной боли, а я не собираюсь идти против счастья подруги. Можешь думать все, что тебе угодно, но для меня все еще осталась единственное святое в этом мире – твоя сестра. Так что ее я не трону больше. - Кто бы мог подумать, что для вложения в твою черепушку зачатков разума стоило выдать замуж ее, а не тебя, - посетовал блондин. - А было бы неплохо, если бы кто-нибудь подумал, прежде чем претворять свои идиотские идеи в жизнь, - пробурчала Воронцова, вспоминая папочку, - И еще лучше, если бы кто-то, наконец, сообразил, что пора расторгнуть столь идиотский брак, - второй раз за десять минут «прозрачно» намекнула она. Все же, пора было прекращать фарс: в счастливую семью они наигрались, практически все идеи претворены в жизнь, цели – достигнуты. Финальная игра завершилась, и сделала это вполне логично, пусть даже имея некое послесловие. По требованию мужа она съездила утром к отцу, хотя и так не собиралась затягивать с визитом - не в ее правилах теневые игры, после чего передала их разговор супругу почти слово в слово, правда, не совсем понимая, что последний хотел услышать. Она примерно догадывалась о реакции родителя на ее участие в последнем инциденте, так же примерно предполагала возможные последствия, и совсем не удивилась, не получив удара взамен кроме окончательного охлаждения отношений и фразы о том, насколько она разочаровала его. Она и так уже давно видела себя в его глазах "не той". Поэтому не было разницы, когда бы все произошло. Разве что теперь она точно выживет без него, да даже фамилию с радостью поменяет. А для полного счастья осталось получить обещанный развод. И не имеет значения тот факт, что она пока не представляет себе, как это – вернуться в пустую квартиру. Как это – не упиваться фактом того, что она успела в душ первой и обеспечила кому-то сорок минут ожидания. Как это – не закупаться нарочно луком и красным перцем, чтобы переиначить рецепты «под мужа», а потом любоваться на его выражение лица, когда «сюрприз» обнаружен. Как это – не ругаться по поводу того, кто сегодня моет посуду: ведь оба не собираются этим заниматься, и в то же время у нее пунктик на чистоту. Которую, естественно, должен обеспечить кто-то другой. Как это – не скидывать в машинку нарочно с его светлыми рубашками свои линяющие майки, а потом не любоваться на абстракционные перетекания цвета на официальных вещах. Как это – не требовать с утра подвезти ее на работу, потому что у нее автомобиль не заводится, и вообще ей неудобно будет потом оставлять машину на стоянке для сотрудников, поскольку планы не предполагают передвижения на личном транспорте. Как это – не устраивать из-за совершенно невинной фразы глобальную перепалку с поводом для косметического ремонта и грандиозной уборки, лишившись особенно ненужных вазочек и сервизов. Неужели, она и вправду привыкла к этим странным взаимоотношениям и совместному проживанию? - Ты заскучаешь, - не согласился этот самый «кто-то», кому адресовалась последняя фраза, - И можешь даже не протестовать – у тебя все на лбу написано, - предупредил он, - А еще, если ты не забыла, у нас сотрудничество, которое не предполагает обращения на «Вы». Поэтому в ближайший десяток лет отпускать тебя я не собираюсь. - И на которое я еще не дала своего согласия, - из вредности уточнила девушка, наблюдая в зеркало за тем, как муж по ее немой просьбе открывает стоящую на столике бархатную коробочку, выуживая оттуда нечто драгоценное, переливающееся под лампами искусственного света, вспомнив о времени, которое не желало ждать. - Но и не отказала, - последнее, к сожалению, не было возможности оспорить. Поэтому она просто прикрыла глаза, чувствуя едва ощутимое прикосновение чужих губ к обнаженной шее в том же месте, где после обязательно обнимет холодный металл колье, сплетенного искусным ювелиром. Ритка, изначально собиравшаяся устроить неформальную свадьбу, пошла навстречу родителям, которые в голос заявили, что хотя бы она должна по-человечески выйти замуж, раз уж Кирилл умудрился все совершить как-то очень тайно и неправильно. Пришлось отдуваться за двоих, на что рыжая успела с самого утра попенять любимому брату. Потому для процедуры регистрации и предшествующего ей выкупа было снято здание в самом центре города, которое уже насчитывало несколько столетий и могло похвастаться довольно интересной архитектурой как внутри, так и снаружи. Конечно, изредка оно реставрировалось, поскольку активно использовалось, зачастую предоставляясь таким любителям свадеб в старинном стиле. Потому как, если уж делать традиционно-романтичный вариант, как выразилась виновница торжества, то полноценно. Так что кроме регистрации их ожидало еще и венчание, на котором, опять же, настояла она, а родители только поддержали с умилением во взгляде. И теперь, желая отодрать пышную юбку от корсета, как в свое время поступила подруга, она постукивала пальцами по перилам балкончика, на котором они с Сашкой стояли. Если последняя обещала, что устроит потенциальному кандидату в мужья ее «второй половине» все прелести Преисподней, то она это выполнит. С тоской вспоминая про рамки, которых следовало придерживаться, коварно улыбающаяся свидетельница наблюдала за тем, как жених пытается ответить на первую порцию вопросов подружкам невесты, стоя на первой ступени каменной лестницы, что вела в холл, из которого существовало несколько развилок, в каждой из которых его поджидали старательно подготовленные испытания. Махнув рукой на то, что выкуп должен занимать не более получаса, инициативная Воронцова устроила целый квест с рядом плохих концовок, призом в котором, конечно, должна была стать счастливая невеста, в данный момент изнывающая от безделья, а от того забрасывающая кого-то вопросами. - Алекс, мне честно хочется тебе по голове настучать, - не зная, чем заняться в ожидании будущего супруга, Ритка прожигала пытливым взглядом подругу, раздирающую огромный грейпфрут. Липкий сок стекал по пальцам, пока шатенка чистила с трудом отцепленную дольку. Поесть сегодня была не судьба не только молодоженам, но и свидетельнице, отчего оная решила хотя бы сейчас, пока у нее законный перерыв, подкрепиться. Не питаться же одним воздухом остаток дня. Ей подобная перспектива не понравилась еще в день собственного замужества. - Мне от твоего брата вчера хватило нотаций, - поморщилась Сашка, - Я надеялась, что его хотя бы это заставит все же развестись со мной. В кого он у вас такой упертый? - А в кого ты? - задала встречный вопрос одногруппница, - Ты к отцу-то ездила? - У вас других тем с утра нет? Что один, что второй, - возмутилась обвиняемая, не отрываясь от увлекательного занятия и хихикая над растерянным выражением лица кандидата в мужья рыжей: отсюда, конечно, услышать его ответы не было возможности, зато весь спектр эмоций читался неплохо. И Александра им была относительно удовлетворена. - И все же? - Да съездила, съездила, - хмыкнула вспомнившая о договоре Воронцова, жмурясь от наслаждения, полученного посредством кусочка грейпфрута: к этому цитрусовому у нее была однозначно нездоровая любовь, - Предваряя дальнейшие вопросы: меня никто на исправительные работы в Арктику не отправил. Какая-то скромная лекция, направленная за остатки совести и все, - она пожала плечами и добавила после недолгого молчания совершенно серьезным тоном, - Ты знаешь, а мне так действительно стало легче. Словно держись я и дальше за дом и отца, я бы продолжила оставаться ползающим карапузом. А так, пусть несколько резко обрубив связи, я смогла спокойно отделиться и встать на ноги, что давно пора было сделать. В конце концов, компания осталась при нем на том же уровне, пусть и накрылась одна-единственная сделка. Поверь мне, Рит, через год он про нее уже и не вспомнит, заключив еще с десяток более выгодных: одно отец в этой жизни точно умеет - находить приносящие прибыль контракты. - Да уж, - фыркнула студентка, вспоминая брата, правда, с более гуманными путями решения проблемы, - вы с Киром друг друга стоите. Сашка лишь улыбнулась в ответ на это заявление, все так же не спуская глаз с развернувшегося внизу представления. - И, кстати, - подала она голос, повеселев, - А он мне еще спасибо скажет. - Кто? - недопоняла почти замужняя однокурсница. - Да папа. Я ведь ему черный пиар устроила - СМИ два дня только и трещали о странных махинациях в корпорации, привлекая внимание. Потом будут писать о том, что все это было "уткой". В общем, зато о нем никто не забудет. - Марго, позволь украсть у тебя свидетельницу, пока она еще в состоянии думать, в чем я начинаю сомневаться, - появившийся практически из ниоткуда посреди разговора Кир обратился к сестре, - Вы все равно тут особенно ничем не заняты, а потом будет некогда, - рыжая подозрительно сощурилась в ответ на эту просьбу, пока совершенно не обращающаяся на них внимания причина обсуждения терзала сочный фрукт, ни капли не заботясь о том, что здесь творится. Оценив прогресс нареченного, который, наконец, пересек холл, отстрелявшись с малой частью заданий, невеста махнула рукой, мол, забирай. Знала же, что спрашивает брат чисто для проформы – он никогда не отличался особенной зависимостью от чужого разрешения. Получивший «добро» блондин, сомкнув пальцы на запястье благоверной, потянул ее за собой, что вызывало волну возмущения у последней из-за расставания с объектом обожания. - Э-эй! – легонько ударив липким кулачком молодого человека в спину, Сашка попыталась затормозить движение, - Я вообще-то есть хочу! – на мужа протест не возымел ровным счетом никакого действия: с совершенно невозмутимым видом он продолжал уводить оголодавшую шатенку с балкончика. А главное, что никак не удавалось расцепить его хватку, от которой, ей совершенно точно это казалось, у нее будет синяк. - Вечером наешься, - бросил он, не оборачиваясь и не сбавляя темп, - И вообще, ласточка моя пережравшая, куда тебе есть? Ты продукты в холодильнике сметаешь с такой скоростью, что пора уже было на ближайший год запасы отложить, - ехидно прокомментировал благоверный, отчего потерпевшая аж дар речи потеряла, на миг даже как-то обмякнув и позволяя себя спокойно вести куда-то. Правда, маневр был явно обманным, что выяснилось уже спустя минуту, когда вредная девчонка, ощутив, что чужие пальцы уже не столь сильно сдавливают запястье, резко дернулась назад, вырвав руку и отскочив на несколько шагов. Настолько, что теперь дистанция между ними составляла пару-тройку метров. - Ах, так, значит, - сверкнула глазами Воронцова, сощурившись, - Ласточка значит? Пережравшая? – нарочито спокойным тоном протянула обвиняемая, отчего повернувшийся блондин, неосознанно сделал шаг назад. И очень вовремя. Привычно схватив первое, попавшееся под руку, и, запустив этим чем-то в нерадивого супруга, Сашка сообразила, что они находятся не дома и здешнее имущество им не принадлежит, лишь в момент, когда звон разбившейся вазочки под мелкие букеты и груда осколков подтвердили эту теорию. Звучно выругавшись от запоздалого осознания собственной оплошности, девушка испуганно огляделась, ловя удивленный взгляд обернувшейся на звук Ритки, и метнулась к мужу, до которого проблема дошла быстрее – еще в миг, когда благоверная взяла в руки несчастный предмет декора с более чем прозрачным намерением. - Валим, - буркнула она, вцепляясь в рукав его рубашки и подсчитывая убытки, за которые потом будут платить новобрачные. Мысли о еде тут же покинули ее головку, уступая место идеям о том, куда можно скрыться. - Какая же свадьба без драки, - хмыкнул блондин, увлекаемый «второй половиной» куда-то вглубь коридора в поисках никем не занятого помещения. И, желательно, без бьющихся предметов. - А чего ты хотел-то? – вспомнила о причине неожиданного уединения шатенка, когда за их спинами закрылась дверь небольшой комнатки кабинетного типа с письменным столом, парой кожаных диванчиков и скрытой за одним из стеллажей раковиной. Судя по всему, это было административное помещение, в котором сегодня почему-то никого не наблюдалось. Но, в принципе, оно даже к лучшему - их разговоры в свидетелях обычно не нуждаются. Нечаянный зритель либо сойдет с ума, либо определит к доброму психиатру их обоих. Сразу. - Явно не покормить тебя, - отозвался Кирилл, - Руки вымой, - он указал на смеситель в углу, параллельно «любуясь» пятном на рукаве от чьих-то липких пальчиков, пока супруга, пробовала кожей температуру воды и выдавливала из почти пустого флакона каплю жидкого мыла с каким-то приторно-химозным ароматом, якобы обязанным напоминать ваниль. На деле это был совершенно тошнотворный запах, которым можно было тараканов травить вместо дихлофоса. - А мог бы озаботиться и этим вопросом, - пробурчала она, разбрызгивая остатки влаги с рук, не найдя полотенца рядом, - Все вы, мужики, такие: вам готовь, стирай, убирай, а в ответ ничего подобного не дождешься. - Это когда ты стирала и убирала, прости меня? – с выражением бескрайнего удивления на лице осведомился муж, наблюдая за устраивающейся на краю письменного стола Сашкой и с наслаждением отправляющей туфли в свободный полет: пусть на полчаса, но у нее был шанс избавиться от неудобной обуви, в которой предстоит еще полдня бегать. Черт бы побрал дресс-код – длинное вечернее платье с кроссовками почему-то не сочеталось. - Зато не отрицаешь, что готовила! – победно улыбнулась Воронцова, болтая босыми ногами в воздухе, настороженно наблюдая за приближающимся блондином. - Вопрос в том, сколько в результате твоих шаманских танцев на кухне было реально съедобных блюд, - подходя к ней практически вплотную, задумчиво нахмурился молодой человек, - Я даже заскучал по Галине, признаться. - А я говорила, что надо кухарку взять, - с чувством собственной правоты заявила несостоявшаяся кормилица семьи. - Ты у нас теперь девочка обеспеченная, сама зарабатываешь, можешь хоть целый штат прислуги себе позволить, - саркастично уведомил ее Кирилл, жестом фокусника вытягивая откуда-то из-за ее спины неизвестные до сего дня документы. - Знаешь, звучит, как предложение развестись, - серые глаза загорелись от предвкушения, - Правда, кто-то мне еще утром заявлял, что в ближайшее время аннулированного брака мне не видать. Противоречим самому себе? - По части противоречий у нас ты, - хмыкнул блондин, оценив вцепившуюся в его рубашку студентку, - А я всего лишь уведомил, что каждый сам платит за свои желания. Мне и без левых лиц у плиты неплохо. - А это тогда что за бумажки для растопки? – потянула к себе один из листов любопытная личность, за что тут же получила по рукам и насупилась. - Твои шансы на свободу. Или, это правильнее назвать условиями? Но, прежде чем подтвердишь свое согласие, прочитай. И, желательно, полностью, - он, наконец, вручил ей четыре бумаги формата А4, заполненные текстом от и до: у Сашки уже после первого абзаца брови поползли вверх, выражая шок хозяйки и ее негодование. Не от необходимости наладить отношения с отцом - он с ума сошел? И даже не столько от того, что развод ей светит лишь после момента, когда их общее дело будет уверенно стоять на ногах, сколько от количества подпунктов их взаимоотношений, которыми мог похвастаться только качественный брачный контракт. И все же… Любой конец, это новое начало. Пакостническая улыбка осветила лицо бывшей спортсменки, обещая новое развлечение, а рука потянулась к подставке с канцелярскими принадлежностями. Она добилась того, к чему стремилась с самого первого дня. Вот только… того ли самого? И кто вообще победил в последнем сражении? Потому, что их игры бесконечны, и никогда не будет ни первого, ни второго места. Они всю жизнь продолжат меняться местами, вырывая друг у друга пальму первенства, и вновь падая вниз. По крайней мере, в течение того времени, что смогут продержаться в этих отношениях. На белых листах расцветали витиеватые фантастические узоры росписей, скрепляющие их договор, что должен был соединить более крепкими оковами, нежели узы навязанного брака.