Подари мне вторую жизнь

- Ты серьезно? – я с восторгом смотрел на протянутые Даней билеты, - ты.. ты не шутишь? – Данила лишь стоял и широко улыбался, он был доволен тем, что его сюрприз удался. Конечно, блять, удался, ведь в его руках были вип-билеты на концерт Оксимирона. Я видел его только один раз в семнахе и еще никогда не был на его концертах, а тут еще и вип-места! - Не шучу, ты рад? – спрашиваешь! Я радовался, как ребенок, которому подарили огромную коробку конфет, - сходим вместе, не против? - Нет, конечно! Только они же стоят дохуя, откуда у тебя такие деньги? – об этом я не подумал. Данила не видел мира целых два года, откуда он взял бабки? - Каким-то чудом продавец не нашла мою заначку, я и вспомнил про нее. Ну что, я надеюсь, это откупит испорченный телефон? – он виновато потупил глаза и смущенно поглядывал на меня из-под ресниц. - Ну и глупый же ты все-таки, Даня! Я уже забыл про это, расслабься, - я ободряюще хлопнул его по плечу и улыбнулся. После той истории с телефоном, которая окончилась разбитым носом и обмороком, я старался меньше раздражать Данилу и не причинять ему беспокойств, ибо он еще не отошел от этого. Я хотел, чтобы он был счастлив и был готов на все ради него, - кстати, когда концерт? - 27 августа, то бишь, послезавтра, в восемь вечера, - значит, у нас есть еще два дня. Прекрасно! - Дань, спасибо тебе. Я, можно сказать, мечтал об этом.., да и давно надо было куда-то выбраться, - я смотрел на него благодарным взглядом, на что он улыбнулся, показав уже такие знакомые кривые зубы, теперь они не казались мне противными или уродскими, теперь все, что было связано с Даней, мне казалось самым прекрасным, самым родным. Леха Медь покинул здание, оставив лишь одного Андрея Кузьмина, а Даня в свою очередь помог ему вернуть мне чувства, вновь показав, что такое любовь. Два дня пролетели незаметно. До концерта оставалось два часа, я уже начал собираться. Даня тоже возился с одеждой. Вдруг я услышал, как он чихнул, отложив вещи в сторону, я направился к нему. - Дань? А ты случаем не заболел? – он стоял, опершись рукой о шкаф, и вытирал нос платком. - Нет-нет, все окей, просто пыль в нос попала, - я подошел и потрогал рукой его лоб. - Ты ебнулся? У тебя жар! Пыль ему попала! И ты в таком состоянии собрался на концерт идти? – я взял толстовку из его рук и отбросил в сторону, - пошли, ты должен лежать. - Но концерт через полтора часа! Мы не успеем, езжай без меня, - Даня пытался возразить, но я был уверен, что один он что-нибудь, да натворит. - Ага, щас. Я без тебя никуда не поеду, понял?! Захотел, блять, - я довел его до дивана, уложил и накрыл пледом, - сейчас я принесу жаропонижающее, а потом будешь спать. - Раскомандовался тут.. генерал блять.. – Данила еще немного поворчал, но все же выпил лекарства и улегся в постель. Я выключил свет и решил выпить кофе, чтобы не уснуть, вдруг Дане станет хуже, - Андрей? - Да? – я остановился в проходе. - Посидишь со мной? – Даня, приподнявшись на локтях, смотрел на меня блестящими глазами, в которых отражался свет, выходящий из кухни. - Да, конечно, - я подошел к Даниле и сел на край дивана. Места было не много, заметив это, Даня отодвинулся к стенке, что позволило мне даже лечь. Устроившись удобнее, я лежал и тупо смотрел в потолок. Хотелось просто лежать рядом с Даней, хоть вечность, лежать и ни о чем не думать. Ни о концерте Мирона, который наверняка сейчас рвал во всю, ни об упущенных эмоциях, ни о чем, - тебе лучше? - Да вроде нет.. Андрей, извини, это из-за меня ты пропустил концерт. Ты так об этом мечтал, прости меня, - Даня лежал ко мне лицом и смотрел куда-то на стену. Я повернулся к нему и, сам не зная, зачем, обнял. Данила уткнулся мне в грудь носом и шумно выдохнул. От него исходил невыносимый жар, как от огня, но я терпел. Ведь главное, чтоб ему было хорошо, а если будет хорошо Дане, то и мне будет хорошо. - Дурак.. спи и ни о чем не беспокойся, для меня сейчас самое главное - это твое здоровье, - я поцеловал его в бритый висок, закрыл глаза и провалился в сон. Что за странное место? Меня окружают тёмные высокие стены. Воздух пропитан сыростью, отчего по телу пробегает холодок. Я стою в своей потрёпанной военной ветровке. Откуда-то веет сквозняк, значит, должен быть выход. Я вытягиваю руки вперёд и маленькими шажками пробираюсь в глубь этой зловещей темноты. С каждым шагом становится всё холоднее. И когда я уже начал дрожать от пронизывающего холода, а сквозняк превратился в ветер, я не ощутил под ногами твёрдой поверхности. И вот я лечу. Куда-то вниз. Темнота постепенно отступает. Стоп, там что, скалы?! Нет! Голос срывается на крик. Не хочу я умирать! Ещё немного, и я больше не смогу дышать. Вот так всё и кончается. Я уже протягиваю руку, чтобы коснуться острия огромной скалы, на которую сейчас наткнусь, как шашлык на шампур. Но вместо скалы касаюсь чего-то холодного, странно, но я не чувствую боли. Сначала рука, а потом и всё моё тело падает на пол. Я тут же просыпаюсь. - Сука! – что за хуйня? Я лежал, уткнувшись лицом в пол. Посмотрев на спящего Даню, я потрогал его лоб, горячий, вот бедняга, отправился на кухню, сварить кофе. Семь утра. Пиздец. Да, такой хуйни мне еще не снилось. Интересно, к чему. Обычно мне либо ничего не снится, либо я это тут же забываю. Из размышлений меня вывел задыхающийся кашель, я схватил стакан, налил теплой воды и побежал в комнату. Даня сидел на диване и держался руками за горло, приступ не отпускал его. Я тут же присел рядом и протянул ему воду, Данила жадно прильнул к стакану губами и выпил все до последней капли. Я обнял его и успокаивающе гладил по спине, он дрожал. - Тише, тише.. сейчас я вызову скорую, они помогут тебе, ты только потерпи немного, слышишь? – Даня ничего не ответил, лишь слабо кивнул. Позвонив скорой, я сидел с ним, не отходя ни на шаг, вплоть до приезда доктора. - Ему плохо, давайте скорее! – я нервничал, вдруг Данилу заберут в больницу? Вдруг с ним что-то серьезное? - Спокойно, молодой человек, выйдите из комнаты, не мешайте, - врач был мужчиной лет тридцати-тридцати пяти, с отросшей бородкой и лысей головой. На Алфавита чем-то похож. Дверь за ним закрылась, и я остался стоять в коридоре.