***
POV Арсений
Я давно не мог найти вдохновения, ничто не могло заставить меня сделать хотя бы маленькую зарисовочку. Но это зеленоглазое чудо въелось в моё воображение ярким пятном. Я очень хорошо запомнил черты его лица… Господи, оно такое… необычное и особенное. Он одновременно и вечно краснеющий ребенок, и брутальный парень. На него невозможно не смотреть. Я до сих пор прекрасно помню нашу первую встречу, он был такой милый и злой одновременно, но его улыбка… это нечто, это атомная бомба замедленного действия. Он улыбается, его оттопыренные ушки поднимаются, около глаз собираются милые морщинки, а у меня все переворачивается вверх дном. Когда я вернулся обратно в квартиру, по радио играла безумно красивая и мелодичная песня. А ее слова… они въелись уже в мозг, я слушал ее, а представлял своего юного соседа: Глубже, чем океан. Чище капли росы, Сильнее, чем ураган - твои глаза. Ветер уносит грусть, и ничего не боюсь, Когда смотрю в твои глаза. Эта песня… Она идеальна, я сразу же сажусь рисовать еще не забывшиеся мне черты лица. В твоих глазах - я вижу солнца яркий свет. И невозможно не сгореть, в твоих глазах.***
Антон уже вернулся домой и сел за уроки. Его взор упал на утреннюю «почту», это был уже второй портрет, он начал их собирать, серьезно. Парень держал листок и нежно поглаживал его большим пальцем. Вдруг, трель звонка в дверь раздалась на всю квартиру. Парень очень перепугался, ибо это был первый раз, когда ему кто-то позвонил таким образом в этом жилище. Он ринулся к двери, и, даже не смотря в глазок, открыл ее. — З-здрав… Привет, — смущенно начал Антон. — Привет, привет, соли не будет? — Ты серьезно? — Вполне, — улыбаясь, сказал Арс. — Я… даже не знаю, есть ли она у меня, а ты что, готовить собираешься? – и именно в этот момент его живот предательски заурчал. — Д-д-да, — через смех ответил брюнет – видимо, ты тоже жрать хочешь? — Э-э-э… Я? Возможно, нет наверное, или, да, я очень хочу жрать. — Ну что, голодайка, где готовить будем? — А… Ну… У меня еды маловато для готовки. — Понятно, бери ключи, соль и все то, что тебе надо, пошли ко мне, - сказал мужчина. Они вышли из квартиры Антона и сразу же оказались в соседней. Квартира Арсения была такая же маленькая и уютная. Сразу из коридора вытекала теплая гостиная, там стоял мольберт, диван, телевизор и дверь! У него три комнаты, а не две! В гостиной также было видно балкон, а это, видимо, была его маленькая «студия», где он рисовал. Парни прошли на кухню, Арсений начал готовить борщ, ну ничего себе хозяюшка! Антон попросил воды и облокотился на холодильник, открывая телефон. Очень вовремя, ему сейчас как раз звонил Серега. Парень сразу же натянул улыбку, ожидая новых подколов от друга. — Алло, привет, Серега, как ты там без меня? — А… Антон, здравствуй, — на том конце трубки послышался совсем не его хач. Это скорее всего была его мама. Ее голос дрожал, и ноги русоволосого теперь тоже. — Анна Петровна, что случилось? — на его разговор повернулся встревоженный Арсений. — Сережа… Сережа разбился на мотоцикле сегодня утром, — на том проводе раздался громкий всхлип, юноша выронил стакан, а горячие слезы тихо стекали по нежной коже, — мне очень жаль, Антон. Парень просто скатился вниз по холодильнику. Ему было плевать, что он плачет, что он вообще не дома, на все это было вообще похуй сейчас… — Антон! Антон! Ч-ч-что случилось? – подбежал к нему голубоглазый, он сел рядом и притянул парня к себе. А тот даже не сопротивлялся. Его глаза были стеклянными, но все равно такими же восхитительными. Я не забуду их, даже в глубоком сне. — Мой друг погиб...