Мафиози и Художница

— Ммм… Доффи… — раздался тихий стон под ухом Донкихота. — Что такое? — мужчина мигом встрепенулся и обеспокоенно посмотрел на девушку, что лежала рядом с ним. — Где-то болит? — Тошнит… Более он не тормозил и отнес девушку в уборную, где опустил на мягкий с длинным ворсом коврик перед унитазом, сам же тактично вышел. На душе у него было тревожно. Прошел уже месяц после их интимной близости. По правде сказать, все прошло не без последствий. Первых два дня у девушки было небольшое кровотечение, но вызванный в спешном порядке прямо на остров врач сказал, что это вполне нормально, хотя и смотрел на мафиози с огромной укоризной. И вроде все даже прошло нормально, все зажило как следует, но Дофламинго пока держал себя в руках, боясь еще сильнее ей навредить. А вот тошнота у нее появилась буквально пару дней назад, да и аппетит пропал неожиданно, а вот сегодня судя по звукам из туалета еще и рвота. Бывший пират не был дураком и вполне понимал, о чем говорят такие признаки, да и врач советовал посетить гинеколога и провериться на вполне конкретное. Однако он относился весьма скептично к возможности Агнессы забеременеть. И причина для скепсиса у него была вполне весомая. Дело в том, что когда он был молод да зелен к нему завалилась его бывшая любовница с ребенком на руках и принялась его убеждать, что мол чадушко-то твое, изъяви желание его содержать. Он тогда не поверил, хотя какой-то непонятный огонек в нем тогда все же зажегся, но почти сразу же увял после проверки на ДНК, где выяснилось, что младенец не от него. Тогда-то ему-то и поставили неутешительный диагноз — вероятность того, что у него будут дети — ничтожно мала. А все из-за того, что у него какой-то там генетический сбой, и чтобы девушка забеременела от него, у нее должна быть определенная генетическая особенность, да такая, которая встречается у одной на несколько миллионов. Поэтому-то он и был достаточно спокоен и не заморачивался контрацепцией. А что насчет той шлюхи… не ее, не ее ублюдка никто больше не видел. И вот, сейчас он был в растерянности и даже не знал, что ему чувствовать — радость от того, что любимая женщина возможно уже носит под сердцем его ребенка или страх от того, что Несса все еще в инвалидном кресле и как ее организм отреагирует на беременность и не станет ей от этого только хуже? — Доффи, — додумать до чего-то ему не дал слабый голос из уборной. Мужчина мигом рванул к источнику такого любимого им голоса. Его девочка сидела на коврике и выглядела откровенно плохо: бледная, худая, словно скелет обтянутый светлой, тонкой кожей; с темными мешками под ореховыми глазами, да еще и дрожь пробивала все хрупкое тело. Неожиданно любимые глаза закатились, и девушка стала заваливаться вперед. Донкихот еле успел ее поймать Нитями, прежде чем она упала лицом на холодный кафель ванной. Придержав немного Агнессу своей способностью, он вскоре заменил ее на живое тепло своих руки. И снова он тревожно нахмурился, ему все меньше и меньше это нравилось, а если говорить совсем уж откровенно — ему это совсем не нравилось! Дальше закрывать глаза на такие приступы слабости своего Ягненка, он не мог. Поэтому не откладывая в дальний ящик, он приказал подготовить его вертолет, чтобы они направились в больницу. Конечно, куда быстрее было, если бы он сам с помощью Небесных Путей полетит вместе с его девочкой, однако так ею рисковать он не мог. Да и рискованно для этого мира проявлять необычные способности. Слуги и подчиненные достаточно споро справились с поставленной задачей — жить-то хочется, а судя по мрачному лицу босса — головы скоро полетят. И даже, если он сдержится сейчас из-за бессознательной Молодой Госпожи, то потом им уж точно воздастся в троекратном размере.

***

Одна из самых лучших и дорогих частных клиник Европы встретила Короля Подпольного Мира белым цветом и вполне знакомым специфическим запахом. По пути Агнесса все же очнулась и с удивлением уточнила куда они направляются, а после ответа не стала спорить с решительно настроенным мужчиной. В холле больницы их встретил замерший в удивлении местный рабочий штат, который в этот момент находился на первом этаже. Процентов пятьдесят же из присутствующих еще и с любопытством взирали и шептались, обсуждая такую колоритную, но на удивление гармоничную парочку. Он был невероятно высок и статен, да и выглядел очень представительно, даже несмотря на затемненные очки странной формы. Было что-то такое в мужчине, что неосознанно заставляла человека преклоняться перед Донкихотом Дофламинго, что-то такое, что вызывала в людях неконтролируемый трепет! Девушка же была полной противоположностью мужчины. Маленькая, хрупкая, одетая в легкое платье и укутанная в розовую перьевую шубу. Девушка была прекрасна, как бабочка однодневка, казалось, тронешь чуть сильнее и она умрет, оставив на пальцах красивую разноцветную пыльцу тоненьких крыльев. Да, чересчур слабая и обессиленная, но несмотря на все это красивая какой-то такой необычной ласковой и нежной красотой, которая заставляет желать ее оберегать и защищать. Небесный Якша с Нессой на руках размашистым шагом подошел к регистрационной стойки и уточнил где может найти специалиста, который бы немедленно приступил к осмотру его невесты. Да-да, именно так и сказал — НЕВЕСТЫ! От такого художница немного была шокирована. Она никогда ранее не задумывалась об этом, не думала, что ее Доффи когда-нибудь захочет сделать ее своей женой. Да и она не настаивала, ей хватало и просто того, что он рядом, что она может каждый день просыпаться рядом с ним, чувствовать его тепло и знать, что она не одна, что он ее не бросит. И тут он назвал ее своей невестой. Это обычное, по сути ничего не значащее слово, сделало ее по настоящему счастливой, наверное, в этом мире не нашлось бы еще одного настолько счастливого человека как она! — Извините, — женщина за стойкой стала, запинаясь от того, что мужчина над ней навис непроглядной скалой, говорить, — но вам нужно зарегистрироваться, внести паспортные данные пациен… — Ты меня не поняла, фу-фу-фу, — Дофламинго резко оборвал медсестричку за стойкой. — Я не прошу, я приказываю! Диего! — позвал он кого-то. — Да, господин, — к мафиози мигом подошел неприметный мужчина в деловом костюме и с черным увесистым чемоданчиком. — Понимаете, Сеньорита, Молодой Госпоже уже несколько дней нездоровиться, а сегодня она потеряла сознание, поэтому Дон Донкихот желает, чтобы диагностика прошла как можно быстрее, — Диего улыбнулся голливудской улыбкой и достал из чемодана стопку банкнот, после чего положил их на стойку перед девушкой, — а это Вам, чтобы немного ускорить всю бюрократическую волокиту. — Доффи, — тихий, но очень приятный и мелодичный голос раздался в образовавшейся тишине. — Что случилось, Ягненок? — встревоженно отозвался блондин. — Не нужно… я подожду, — Несса с нежностью и просьбой в глазах посмотрела на него. — Хорошо, — без заминки бывший пират понял, что от него требуется и согласился на немую просьбу. Девушка улыбнулась и посильнее прижалась к груди Дофламинго. Некоторое время, которое потребовалось Диего для того, чтобы заполнить все бумажки. После чего подчиненный подошел к своему начальнику и протянул ему лист бумаги, чтобы он и Несса поставили свои подписи. — Прошу за мной, — неуверенно произнесла медсестра, спустя некоторое время. Молодая итальянка проводила странных посетителей к кабинету главного врача и удалилась… подслушивать под дверью, чтобы потом в волю посплетничать. Внутри же происходило что-то уж совсем занимательное. Но к сожалению, вскоре медсестричке пришлось спешно отходить, так как девушке были назначены анализы, да и там по мелочам. Однако самое интересное женщина уже разузнала — странная пациентка была частично парализованной.

***

— Не знаю, как Вам сказать… — мялся врач. — Говорите, как есть, — Дофламинго, изменяя своему стилю, не улыбался. — Хорошо, дело в том, что… Ваша невеста беременная, — наконец-то нашелся с ответом мужчина. — Что? — Донкихоту показалось, что он ослышался. Он был рад и не рад одновременно. С одной стороны — его любимая женщина носит под сердцем его ребенка, а с другой… он боялся ее потерять. И если бы ему нужно было выбирать между Агнессой и ребенком, он бы не раздумывая выбрал первую. — Вы уверены, сеньор? — голос Нессы немного дрожал, но ее лицо излучало непередаваемое словами счастье. — Да, нет никакой ошибки, приблизительно один месяц, может чуть больше, — он перевел дыхание и продолжил. — Я понимаю, что для Вас это неожиданно, да и в Вашем положении это очень опасно, беременность может повредить Вашей и так… сложной ситуации. Поэтому я предлагаю Вам сделать аборт… — Нет! — Джокер, наверное, впервые слышал, как Агнесса повышает голос и смотрит на кого-то с такой… злостью? — Я не буду! Я не убью своего ребенка… — на ее глаза навернулись слезы. — Тише, малышка, тише, — Донкихот пересадил плачущую художницу себе на колени и стал успокаивающе ее обнимать и сцеловывать соленые слезинки с бледных щек. — Доффи, ты же… ты же не… не убьешь нашего малыша? — девушка, заикаясь и сквозь слезы посмотрела на любимого, ища в его глазах ответ. — Он же наш… твой ребенок… я так хочу, чтобы… стать мамой… И взгляд, которым она смотрела на бывшего Шичибукая был переполнен решимостью. И этот взгляд ореховых глаз… напугал его. Он видел всего раз у нее такой взгляд: в тот самым момент, когда она закрыла его своим телом, и атака Ло, что была предназначенная ему, убила ее. Но взгляд… взгляд у нее был решительный. Она тогда уже решила для себя все и была не намерена отступать от своего решения. А художница… она была счастлива, ведь это ребенок от любимого мужчины. Она давно мечтала быть не просто женщиной, но и матерью. Она очень хотела иметь малыша, неважно мальчик или девочка, главное, что в этом ребенке будет течь ее и Доффи кровь. А все остальное… она справится, ведь всегда справлялась. — Конечно, нет. Все успокаивайся, я же с тобой, все будет хорошо, — он еще что-то говорил, пытаясь привести ее в чувства. — Но… беременность и роды… это может быть трудно для девушки, да и детям нужно много внима… — У меня достаточно возможностей и денег, чтобы моя любимая и дети не нуждались ни в чем, — взгляд мафиози был очень убедителен, да и показывал он, что врачу явно следует заткнуться и больше не открывать свой рот. — И аборт она делать не будет, раз этого не желает. — Хорошо, тогда я вам пропишу некоторые препараты и назначения на процедуры… — врач что-то еще бухтел, перечисляя название витаминов, дозировку…

***

С момента посещения врач и выяснения того, что Несса ждет ребенка, прошло уже чуть больше семи месяцев. Беременность проходила сложно: ужасный токсикоз не давал Нессе покоя почти ни на минуту, она не могла нормально есть, так как большинство запахов еды, вызывали у нее тошноту; она не могла рисовать, так как врач запретил вдыхать ей запахи красок, да и сама она не рвалась что-то рисовать, так как аромат от них тоже были ей противны; та еще чувствительная часть тела ужасно стала болеть на пятом месяце, а в особенности позвоночник, да и парализованные ноги отекали, только и спасал массаж. А еще у Агнессы стало очень переменчивое настроение, нет, она не кричала и не ругалась, но Доффи часто мог застать ее плачущей, а ведь раньше она очень редко при нем лила слезы, все свои проблемы скрывая под улыбкой. — Я тебе противна? — как-то вечером спросила его девушка. — Не говори ерунды, с чего ты вообще вбила себе в голову такую глупость? — Доффи с каждым днем все сильнее тревожился за нее, да и врачи давали неутешительный прогноз успешных родов. — Я сейчас не самая красивая, к тому же инвалидка, а ты очень красивый, молодой, богатый, да и Марил… она очень красивая, здоровая… — Кажется, мы об этом уже говорили, — мужчина выглядел очень уставшим и даже замученным. Эти переживания его доконают. — Мне никто не нужен и не будет никто кроме тебя. Донкихот говорил чистую правду, ему действительно никто больше не нужен был. Да, было нелегко справляться с беременностью Нессы (шутка ли, носить в себе несколько килограмм человека), однако это были приятные сложности. Да, были дни, когда бывший пират запирался в своем кабинете с бутылкой рому и вспоминал свое прошлое. Вспоминал свою пиратскую жизнь… свою Семью Донкихота, ведь он действительно считал их всех своей семьей. Но что тут рассуждать об несбыточном. В том мире ему уже ничего хорошего не святило: либо сидеть в тюрьме, либо, если удастся удачно сбежать, всю жизнь скрываться от желающих отрубить ему голову. Ему-то только остается надеяться, что с его Семьей все хорошо. В этом же мире он устроился с не меньшим комфортом, чем в прошлом, хотя может даже и получше будет. А главное — на Земле была его Ягненок, без которого он не видел своего дальнейшего существования. Без Нессы даже воздух не такой свежий, вода не такая вкусная, а солнце совсем неяркое.  — Доффи, — художница в последний раз шмыгнула носом и улыбнулась, как и всегда: ярко и искренне. — Ладно, давай помогу тебе доодеваться и Диего отвезет тебя в больницу. — А ты? — Прости, Ягненок, но у меня еще остались кое-какие дела, поэтому после вертолета поедим на разных машинах, — он поцеловал ее в лоб. — Это надолго? — расстроенно спросила девушка. — Нет, как я могу надолго оставить тебя и наших мальчишек? Фу-фу-фу, — мафиози привычно растянул губы и засмеялся. — Хорошо, — девушка улыбнулась и погладила большой живот, а спустя всего мгновение большая мужская рука накрыла ее маленькую ладошку с тоненькими пальчиками.

***

Агнесса не могла бы ответить точно, как все так получилось. Вот, они с Доффи летели на его вертолете. Вот, он посадил ее в машину, поцеловав на прощание и попросив беречь себя. Вот, они едут в машине по мегаполису, и наконец припарковываются на стоянке перед больницей. Вот, Диего самостоятельно пересаживает ее с мягкого сиденья автомобиля в инвалидную коляску. А дальше… а дальше девушка слышит какие-то странные звуки позади себя, а перед ней падает навзничь ее телохранитель и под его телом растекается ложа чего-то красного. Неожиданно в нос ударяет какой-то пряный запах, отчего ее снова накрывает волна тошноты, сознание мигнуло и покинуло ее. Что было потом, она не знает. Просто, когда пришла в себя с признаками тошноты и страшной мигрени, уже была в каком-то странном заброшенном помещении. Никаких окон, только большая стальная дверь, да мусор вокруг. Недострой, что ли? Оглядевшись по сторонам Несса никого живого не заметила. Попыталась пошевелить руками и поняла, что привязана к неудобному стулу. Она попыталась еще раз дернуться, из-за чего в теле, а в особенности в районе живота, прострелило болью, поэтому девушка решила повременить с какими-то действиями. Некоторое время ничего не происходило, да звуков никаких она особенно не слышала, разве, что птицы пели, совсем как утром. Неожиданно послышались гулкие шаги нескольких людей. Несса напряглась. Стальная дверь мерзко заскрежетала, открываясь. В помещение вошли трое и все они пугали своей внешностью девушку. Нет, она видела и куда похуже зрелища, но сейчас она боялась больше не за себя, а за своих детей, которые находились у нее в утробе и за Доффи, ведь уж точно не она перешла дорогу этим громилам. — Спящая красавица проснулась, — заговорил тот, что был впереди всех, кстати он был совершенно лыс, как коленка. — Что… что вам нужно от меня? — ее голос предательски дрогнул. — Нет, не ты нам нужна, а твой муженёк, мы сейчас ему позвоним и ты с ним поговоришь, и лучше тебе нас слушаться, иначе… — лысый вытащил из кармана складной ножик и раскрыл его, приставляя его к животу девушке. — Тебе все понятно? — Да, да! Я все поняла! — ужас переполнил ее. — Вот и умница, — мужик потрепал ее по волосам. — Звони, — приказал он кому-то из двоих позади себя. — Несса? — раздался ответ на той стороне трубки, спустя всего один гудок, как будто Дофламинго только и ждал этого звонка. — Нет, не Несса, но твоя баба рядом со мной, — заговорил лысый, а потом дернул за волосы девушку, из-за чего она издали болезненный вскрик. — Скажи ему! — Доффи, — дрожащими губами произнесла беременная, чувствую, как по ее щекам текут слезы. — Слышал? — Да, что ты хочешь? — голос мафиози был холодным и злым. — Кое-какую часть твоего бизнеса. — Конкретней, — поторопил его мужчина. — Ну скажем, восемьдесят процентов, — ухмыльнулся лысый. — Хорошо, — согласился Небесный Якша ни минуты не сомневаясь. — Но, если с головы моей жены упадет хоть волосок… ты будешь молить о смерти, фу-фу-фу! — его смех звучал устрашающе, да так, что у всех троих прошел мороз по коже. — Место встречи и время, я скину, — проговорил лысый и скинул вызов. — Я вот все понять не могу, босс, — подал голос до этого момента молчавший загорелый шатен. — Что такого в этой замухрышке? Вроде ни кожи, ни рожи, к тому же инвалидка, а этот псих взял ее в жены, так еще и готов отвалить почти все свое имущество. Несса и Дофламинго действительно обвенчались, буквально через неделю, как они узнали, что вскоре в их небольшой семье обещается пополнение. Свадьба была скромной — это девушка не захотела большого столпотворения. Просто пришли расписались и тихо отпраздновали начало узаконенной семейной жизни. — Сам не могу понять, но у таких садистов какие только не могут быть заскоки, может ему нравятся бревно в постели или другие бабы не могут принять в себя его дрын. Ха-ха-ха! — заржал лысый, радуясь удачной шутке. — А ты, что молчишь? — он двинул по стулу ногой. — Ч-что? — девушка была сильно напугана и с ужасом смотрена на людей. — Ладно, что с этой дуры взять, пошлите лучше выпьем за удачное дело, скоро мы станем неприлично богатыми! Агнесса же осталась одна. Спустя примерно два часа она с удивлением отметила, что поясницу прострелило ноющей болью, которая через определенный временной промежуток стала распространяться на область живота и таза, опоясывая девушку. Это ощущение насторожило ее, очень уж это напоминало начало первой стадии схваток. С другой же стороны у нее только начало восьмого месяца беременности, а с другой ее как раз перед тем как похитили, собирались положить в больницу на сохранение. По правде сказать, ей предлагали остаться в больнице на весь период беременности, но тут будущая мамочка воспротивилась, сказав, что дома за ней присмотрят ни хуже. И вот сейчас она с волнением и страхом отмечала в себе признаки схваток. Паника стала медленно, но верно накрывать ее с головой, да и какой-то странный шум за дверью далеко ее не успокаивал. Какие-то выстрели, крики, стоны… Если бы художница могла, она бы закрыла уши руками, чтобы хоть не так страшно было. Однако она этого не сделала, ее руки были привязаны к стулу, поэтому она лишь согнулась, насколько ей это позволяли связанные руки и большой живот. Неожиданно протяжный скрежет дверей снова раздался и в проеме показался давнишний лысый, который не успел и шагу сделать вовнутрь комнаты, как замертво упал на проходе. Агнесса вздрогнула и в ужасе уставилась в дверной проем, в котором стоял Дофламинго весь заляпанный в крови. Широкими шагами мужчина за миг преодолел расстояние отделяющее их, и он протянул руку, чтобы освободить свою малышку. Однако та в ужасе распахнула огромные ореховые глаза и отпрянула от него. Глаза мужчины под солнцезащитными очками мгновенно заледенели. Именно этой реакции он и боялся от нее и его худшие опасения оправдались. Полоснув Нитями, он освободил ее от веревок и развернувшись к ней спиной, собирался покинуть комнату, параллельно набирая номер одного из своих довереных подчиненных, чтобы тот забрал беременную отсюда, раз она его боится. — Доффи, — голос девушки был неуверенным и слабым, — Доффи, не уходи… не уходи, пожалуйста! Однако несмотря на крики девушки мужчина не останавливался и уже переступил через труп лысого, свернул за поворот, когда раздался болезненный вскрик, стон боли Нессы, а потом какой-то глухой стук, как будто кто-то упал. Крик боли его любимого Ягненка мигом отрезвил мужчину и он, позабыв обо всем, что уже успел себе навыдумывать, бросился назад и застал свою жену, лежащую на грязном полу и корчащуюся от боли. — Больно, Доффи… не уходи, — произнесла она, протягивая к нему свои тоненькие ручки. — Не уйду, прости идиота, это я виноват во всем, если бы сам отвез тебя, ничего бы не было, — он поймал ее ладошки и стал покрывать их поцелуями. Внутри же он костерил себя на все лады. Пока мысленно он сам себя отчитывал, руки уже стянули с собственной спины розовую шубу и укутали в нее девушку, после чего он поднял ее на руки и стремительно по коридорам заброшенной школы направились к машине. И уже садясь в авто он подумал, что лишь бы с ее любимыми все было в порядке

***

Наверное, впервые в жизни Донкихот Дофламинго молился. Молился, чтобы его любимая Несса и его двое сыновей, которых он за время беременности первой полюбил всем своим очерствевшим за годы лишений и пиратства сердцем. Роды шли уже почти сутки и с каждой минутой его волнение только нарастало, сердце болезненно сжималась, ожидая худшего итога, а в душе все переворачивалось. Он порывался пойти к жене, но его не пустили, сказав, что случай очень сложный и лучше врачам сейчас не мешать. Первые два часа Король Подпольного Мира нервно мерил шагами коридор, вслушиваясь в крики любимой. Потом курил, вспомнив эту пагубную привычку, от которой избавился еще в юношестве, но сегодня он не мог с собой ничего поделать, а сигареты хоть немного создавали видимость облегчения. Еще спустя час он сидел на диване перед операционной упершись локтями в колени и уставившись застывшим взглядом в одну точку. Криков больше не было слышно, только редкие стоны и слабо мигающий «Голос» любимой давал ему надежду, что возможно все будет хорошо. Донкихот с трепетом вспоминал, как прикладывал ухо к большему животу Нессы и ощущал, как его мальчишки активно пинаются. А еще он слышал их «Голоса», еще пока тихие и слабые, слившиеся с голосом матери, но для него они стали уже родными. И он был не готов потерять все это. Не свою любимую жену, не своих двух сыновей. Неожиданно из палаты раздался сначала один детский крик, а потом другой такой же детский, но чуть тише и «Голоса» его детей были яркими и как будто стали завершенными. А вот… с увеличивающейся тревогой он понял, что голос его жизни, его воздуха, становится все глуше и глуше, тускнея прямо на глазах. Он хотел уже ворваться в операционную, когда «Голос» Агнессы постепенно стал насыщаться красками. И уже спустя минуту в коридор вышел врач. — Поздравляю, у вас два здоровых мальчика, — улыбнулся мужчина в возрасте протягивая руку, чтобы поздравить новоиспеченного отца. — Спасибо, доктор, — с искренней благодарностью произнес бывший пират, пожимая руку. — А к жене… — Она пока еще без сознания, но уже скоро должна прийти в себя. Врач еще что-то говорил, но мафиози уже не слушал, он направился к кушетке, на которой лежала его любимая. Пусть она сейчас была растрепанной, изнеможенной и уставшей, для него она была самой прекрасной на свете. Он наклонился к девушке, захватил ее ладошку в плен своих пальцев и поцеловал ее. Длинные реснички встрепенулись и Несса открыла глаза с любовью и нежность вглядываясь в дорогие ее сердцу черты лица мужчины. — Как ты? — Все хорошо… дети? — Не волнуйтесь с ними все хорошо, они у вас на удивление здоровенькие родились, — вклинилась одна из медсестер, что держала на руках страшенького из близнецов. — А как вы их назовете? — женщина приложила к груди Агнессы старшего. Вторая девушка с другим младенцем вручила ребенка счастливому отцу, который растерянно и очень аккуратно, боясь навредить крохе, принял его на руки. — Алессандро, — девушка посмотрела на малыша у своей груди и перевела взгляд на второго малыша, который сейчас был на руках у ее мужа, — и Францеско. — Мне нравится, — согласился Дофламинго. — Доффи, убери простынь с правой ступни, а то щекотно, — чуть смущенно улыбнулась девушка, с улыбкой наблюдая как ее грудь смокчит Алессандро. — Щекотно? — переспросил мужчина. — Ты чувствуешь? — Д… да, — растерянно произнесла девушка, когда поняла, что и вправду чувствует и, кажется, может даже шевелить немного ногами. Конечно, мышцы немного атрофировались, но благодаря массажам не так уж и сильно. — Это чудо!

***

Дальше у этой семьи будет еще много приятных и не очень моментов, но они вместе, поэтому справятся со всем, даже с неугомонными детьми. Иногда Дофламинго вместо сказок на ночь будет рассказывать своим сыновьям о своих пиратских приключениях и о Семье Донкихот и великом сокровище Ван Пис. Возможно ни Несса, ни Доффи никогда больше не попадут в тот мир, в котором они нашли друг друга. Возможно когда-нибудь неугомонные близнецы Донкихот попадут в мир полный приключений и станут пиратами, в надежде найти величайшее сокровище Короля Пиратов. Возможно… но это уже будет другая история…

_______________

Алессандро — защитник человечества Францеско — свободный