Последний Провидец/The Last Seer

Дорогая Джо, Я надеюсь, что ты уже не беспокоишься обо мне из-за долгого молчания. Я в полном порядке! Вместе с другими нашими соседками; мы решили что, половина из нас останется в нашем доме, а половина в доме Хелен. Наша улица, кажется, относительно безопасной во время рейдов. Я надеюсь, что у тебя все хорошо, и ты наслаждаешься временем, которое проводишь со своими друзьями. Я думаю что, пришлю тебе билеты, обратно в Лондон, в ближайшие время. До тех пор, любовь моя, не думай обо мне, и я буду с тобой. С любовью, Мама Джо сидела на полу в ванной комнате, слезы текли по ее лицу. Она уронила письмо на пол, когда она смотрела на стену, а голове была лишь одна мысль. Как я могла оставить свою мать в Лондоне? Она ненавидела себя за слезы. В то время как она наслаждалась временем, проведенным с братьями и сестрами, она также скучала по матери. Она скучала по братьям. Если бы только она могла сражаться вместе с ними… Это до безобразия абсурдная идея, учитывая, что она девушка, но мечтать ей никто не запрещал. Но защита ее матери была ее единственным вариантом борьбы в этой войне. Если бы это означало спасение жизни, ее матери, она бы это сделала. -Возможно, я могла уйти раньше. Внезапный стук в дверь, пораженный ее от мыслей. Она вскочила на стенд и вытерла слезы: -Да? -Ой, прости Джо! — Люси плакала по ту сторону двери. Джо улыбнулась и повернула кран, чтобы казалось, будто она закончила свои дела и сунула письмо в карман. -Нет, это я виновата, что заставила тебя ждать, — извинилась Джо, открыла дверь, улыбаясь младшей девочки. -Все в порядке. Как насчет сыграть со мной в карты или какую-нибудь другую игру? Мне ужасно скучно, а Питер только и делает, что слушает радио — Люси улыбнулась -А Сьюзен?» -Она уже старая для игр. Джо закатила глаза.  — Люси, ты же знаешь, что я старше ее, не так ли? — Люси хмыкнула и кивнула в ответ, — Если я на два года старше ее и желаю играть с тобой, то и она не «старая» для игр! — Думаю, ты права! — воскликнула Люси, сжимая руку Джо — После того, как я схожу в туалет, мы сможем начать играть! Джо улыбнулась и направилась прямо по коридору к большой библиотеке, где дети проводили большую часть своего времени. Она могла слышать голос по радио, так как она подошла к комнате. Питер уже сидел перед ним. Он повернулся и помахал ей. — Премьер Министр говорит немного, но все это очень важно. Джо подошла к стулу напротив парня и внимательно слушала, как Питер повернул ручку вверх. Глубокий голос Уинстона Черчилля стал понятней, и все, что она могла сделать, это оставаться на месте. — Эти жестокие, бессмысленные и беспорядочные бомбардировки Лондона, конечно, часть планов вторжения Гитлера. Он надеется, убивая в основном число гражданских, а в частности женщин и детей. Он будет терроризировать, и запугивать людей этого могучего имперского города, что бы сделать их бремя более тяжелым… … Он знает дух британской нации, или жесткое волокно лондонцев… … которые были разведены, чтобы ценить свободу гораздо выше своей жизни! Питер и Джо улыбнулись друг другу, гордость наполнили девушки, как она думала о том, насколько сильна была ее нация. Они продолжали внимательно слушать Черчилля, что бы ни упустить не одного его слова. Они цеплялись за надежду, которую он давал своей речью, она действовала на них как успокоительное.  — То, что он делает, чтобы зажечь огонь в сердцах британцев, здесь и во всем мире, который будет гореть долго после того, как все следы пожарища, что он вызвал в Лондоне, были удалены. -Кто это говорит? — тихо спросила Люся стоя за Питером. Друзья подпрыгнули и кинулись закрывать радио. Эдмунд тоже стоял возле Люси, и выглядел он довольно заинтересованным тем, что они слушали. Питер повернулся и улыбнулся Люси: — Премьер-министр Черчилль, сказал несколько утешительных слов. — О, я могу слушать? — Нет, это не для детей — огрызнулся Эдмунд. — Эд, замолчи — сказал Джо, смотря прямо на мальчика. — Боже, ты такая же как, он — воскликнул он с улыбкой, — Я, например, не думаю, что Люси должна слушать это. — И мы согласны с этим, — произнес Питер со строгостью в голосе — Прости, Лу. -Почему нет? — Кто хочет слушать о войне? — Джо взяла девочку за руку — Очевидно, что вы оба, ведь ни один из вас может перестать слушать эту дрянь! — сказал Эдмунд и вышел из комнаты Питер и Джо смотрели ему. — Вероятно, вы правы в любом случае. Я не хочу, слушать этот ужас. *** Была полночь, а все Джо сидела возле радио и слушала радиопередачи. Ведущий только начал вербовку в ВВС*, как девушка услышала, что кто-то вошел в комнату. Она повернула голову, чтобы увидеть Питера. Он не сказал ни слова, только сел в кресло, пока она сидела на полу, прижав колени к груди. Количество убитых ее не беспокоило, не делало ее брезгливой, наоборот только сделало ненависть к противнику сильнее. Это заставляло ее любить её страну ещё больше. Как она могла не бороться? -Ты никогда не думал о том, чтобы вступить в ряды солдат? — шептала он Питеру. -Я не уверен. — Ну, а я хочу. — Ты? — Питер посмотрел на нее Она ожидала такой реакции, так что ее не было больно. -Я сделаю все, что потребуется. Даже если это неразумно, я знаю, что это так. — Они поймают тебя — Питер покачал головой — Я знаю, — сказала она побежденным тоном, — Я люблю нашу страну. Я чувствую себя бесполезной для нее.» -Как и я. Джо подняла взгляд на своего друга и положила на колени любящую руку. Питер немного подпрыгнул, но, тем не менее, слегка улыбнулся и взял ее за руку. -Война закончится.- сказал он. — Да, да, и мы будем там, чтобы увидеть это независимо от того обстоятельства или где мы находимся. — Джо кивнула Питер сжал ее руку и отпустил, краснея, когда он быстро отвернулся. Он посмотрел в окно и подумал, как долго они были друзьями. -Ты помнишь, когда родился Эдмунд? — спросил он тихо. — Да, он был тихим ребенком — Джо улыбнулась. — Одно из моих счастливых воспоминаний, это когда мы по очереди играть прятки-бу с ним. -Питер кивнул — Его смех был настоящим бунтом! — сказала Джо, хихикая. Подростки стали больше смеяться, вспоминая, каким был маленький Эдмунд. Это были чудесные дни. — Я не знаю, что на самом деле случилось с Эдмундом, — прошептал он печально. — «Ты видишь, как он есть, никого из нас не терпит, ужасно относится к Люси. Я не только бесполезен в этой войне, но и в своей семье. — Твоя задача заключается не втом чтобы исправлять его проблемы, которые он сам, кстати, и придумывает — напомнил ему Джо, глядя на него. Питер вздохнул: «Я всегда могу попробовать».  — Пусть это будет так, но Пит, тебе не нужно носить с собой бремя, которое не твое», — она сделала паузу, чтобы снова взять его руку — У тебя есть я тоже, ты для меня не бесполезен. Не бесполезный. — По крайней мере, я могу поговорить с тобой об этом. — блондин усмехнулся. Джо была рада, что она приехала, увидеть своих друзей, это давало ей чувство защищенности. *** — Мне было достаточно вас, сидящих на этом проклятом радио! — Нет никакого вреда в том, чтобы быть в курсе событий, Сьюзан! Брюнетка скрестила руки и ударила ногой по земле. Было раннее утро, Люси и Эдмунд не спали, поэтому Сьюзен воспользовалась возможностью, чтобы выразить свое разочарование двум старшим друзьям. Одетая в платье и халат, Джо не могла не посмеяться над серьезным выражением лица. Это, конечно же, заставило Сьюзен хмуриться еще глубже. Если это было возможно. — Это все, что вы когда-либо делали, — заметила Сьюзен с рычанием. — Задумывалась ли ты о том, что это единственное утешение для нас, Сьюзен? — Питер покачал головой. — Та, ну. -Изоляция от мира не утешает нас — сказала Джо, когда она села, потирая глаза — Мне жаль, что это так сильно тебя расстраивает, я обещаю, что сделаю попытку общаться больше. — Это хорошо. Питер? -Ох, ладно, мама… Сьюзен разочаровывалась, глядя на него кивками: «Не начинай». Джоанна и Питер согласились ограничить время радио до тридцати минут в день. Это давало им достаточно времени, чтобы выслушать ежедневный отчет и отправиться спать. Возможно, Сьюзен была права, это могло бы даже заставить их чувствовать себя лучше. *** Звучание дождя на окнах было слышно, и троица знала, что сегодня они будут связаны с днем работой в помещении. Для них это не проблема, но они знали, что ад должен был прийти от Люси и Эдмунда, слушая о том, как им было скучно. Как только после того, как начался дождь, можно было услышать толчок ног младшего брата. Питер встал и скрылся за дверью: «Хорошо вам провести время, девочки!» Сьюзен и Джо посмотрели ему вслед -У тебя твистки? — Эдмунд усмехнулся. — Спаси их, Эд. — Сьюзен огрызнулся на него. Люси нахмурилась: «Дождь заставляет нас капризничать». Джоанна встала и взяла Люси за руку: «Ты права. Сейчас, мы находим Питера и начнем приставать к нему, чтобы он стал играть с нами». Подружки покинули Сьюзен и Эд в поисках Питера, который как не удивительно сидел за столом и завтракал. Люси с порога начала умолять его с играть в карты с ними, дергая его за руку и дергая рукой. Парень явно пытался продолжить еду, игриво глядя на Джоанну.  — Ты оставил его Су и мне, чтобы развлечь их, вот и я! — она пожала плечами. Питер закатил глаза и проглотил свой тост: «Так ты оставишь ее мне?» -Питер, пожалуйста! — Люси закричала, моргнув на него ресницами и держась за его плечо. Питер не мог устоять перед ее невинными глазами и лицом. Люси всегда приносила ему столько радости, поэтому он решил, что этот мрачный и влажный день будет освежающим. С детства Питер всегда улыбался в ее присутствии. Это было частью того, чем он очень помогал их матери. Они могли часами сидеть в комнате и никогда не скучать. Она никогда не плакала, когда ее держали, ее глаза всегда сверкали любопытством. С раннего возраста она ее улыбка была яркой и большой. Питеру она напоминала Эдмунда в более раннем возрасте, когда братья были ближе. *** Седрик, Я обнаружила, что остаюсь с братьями и сестрами Певенси! Их отправили в страну, когда рейды стали ужасно невыносимые в Финчли. Через две недели после их уезда я решила посетить их, и вот я здесь! Тебе тоже тут понравилось бы, Сед. Возможно, я приведу тебя сюда для посещения, когда-нибудь. Не волнуйся обо мне, я в безопасности. Мама тоже. Надеюсь, вы получили ее письмо, я уверена, что она рассказала вам о женщинах на нашей улице, которые решили остаться в нашем доме и у Хелен. Это замечательная идея, и я уверена, что они будут в безопасности. Я скучаю по фотографиям которые ты присылал из своих путешествий, должна признаться, что я довольно ревнива. Несмотря на то, что идет война, ты можешь найти красоту в тех местах, о которых ты никогда не подумаешь. Я узнала об этом в стране, сейчас я могу потратить достаточно большое количество времени, да бы оценить эту скрытую красоту. Я нахожу ее на многих деревьях, покрывающих особняки и лошадей. Они прекрасные существа. Мое сердце скучает по тебе, отцу, Маку и Финну. Если бы я могла сражаться вместе с тобой. Пожалуйста, напишите мне.

Твоя сестра, Джо

*** Джоанна запечатала письмо и еле сдерживала слезы. Седрик не написал ей, как она приехала к профессору. Финн, Мак и ее отец писали так часто, как могли, она получала от них письма каждую неделю. Ее сердце колотилось, когда она достала письмо в почтовом ящике. Она позволила слезам упасть на землю, смешиваясь с дождливым днем. Девушке, до боли в груди, не хватало ее семьи. Все, что она хотела, так это вернуться домой к своей матери и обнять ее крепко-крепко. Ей хотелось знать, что она была в порядке. Несмотря на то, что она знала, что она, ее ум всегда будет блуждать. Брюнетка поплелась обратно в особняк, но перед этим она наведалась в конюшню. Встряхивая зонтик, она оглянулась, чтобы увидеть, какие лошади бодрствуют. Она улыбнулась, когда черно-белая лошадь ткнула головой между стойлами. Покопавшись в сумке у двери конюшни, она вытащила яблоко и отдала его лошади. Над дверью девушка едва смогла разглядеть имя лошади на измученном знаке: Принц. — Ах, так ты говоришь о королевской семье, — прошептала она ему, облизывая ее руку. Внезапно он наклонился к ней, сильно отталкивая ее. Ухмыльнув, когда она восстановила равновесие, обняла лошадь и погладила его по шее. -Он, кажется, очень любит тебя! Джоанна подскочила на незнакомый голос, удивленная, увидев в дверном проеме старика с жесткой бородой. Это должен быть профессор. — Мне очень жаль, сэр, я только… -Не нужно волноваться, дорогая. Эти лошади нуждаются в компании, которую я не всегда могу дать!» Он воскликнул с улыбкой — Я думаю, он рад видеть кого-то еще с черной гривой — сказал он, указывая на ее волосы. Джоанна покраснела: «Вы можете найти друзей в самых неожиданных местах.» — Это ты можешь, моя дорогая — ответил он, сгребая пищу в киоски. Джоанна нашла утешение в глубоких вдохах Принца. Она прижала нос к нему, улыбаясь, на что его уши подергиваются. Животные всегда были для нее чем-то увлекательным. -Сэр? — спросила она, когда профессор улыбнулся ей, — Спасибо, что позволили мне остаться здесь. — Мой дом открыт для тех, кто нуждается в этом. Она кивнула и посмотрела на него зеленым взглядом. Возможно, завтра она напишет своей матери, когда она вернется домой. Она начала беспокоить ее, не зная, когда она вернется. *** День затянулся; Люси стало скучно с картами, и Эдмунд занялся вырезанием чего-то на дне стула в библиотеке. Как только Джоанна вернулась, братья и сестры все вместе предложили игровые карты, но с небольшим воем от Люси идея сразу же была откинута. Итак, Эдмунд отступил под стул, и Джоанна заняла ее место, размахивая ногами по подлокотнику. Питер был готов заснуть. Сьюзан потянулась за огромным словарем позади нее и просмотрела его. Страницы были пыльными и хрупкими, заставляя ее тихо кашлять. -Питер, какой корень «gastrotomy»? -Не знаю, Сью. — Латынь? -Нет. Джоанна, ты знаешь? Стянув свои черные волосы в конский хвост, она издала небольшой смешок: «Я знаю, так же хорошо, как и Пит». Сьюзен нахмурилась над ними и снова подождала ответа. Не получив больше ответов, она заворчала, что это греческий и что-то вроде: «Если бы вы больше внимания уделяли английскому…» Gastrotonometry. Gastrotrich Gastrotropic -Ты уже догадался, латынь для каждого слова, Питер! — Можно подумать, что это тебя о чем-то, Сьюзен! — вскочил из-под стула Эдмунд. Джоанна подавила смешок и закрыла глаза, глубоко дыша и позволяя себе заснуть. У Люси был отвратительный взгляд на лице, как они могли додуматься играть в такую скучную игру? — Gastrovascular. Голова Питера повернулась в сторону, и он уставился в потолок и открыл рот погружусь в размышления. Джоанна уставилась на него в надежде, что его ответ будет правильным. Его голубые глаза мгновенно распахнулись и уставились на нее, уловив ее взгляд.  — Ну же, Питер! Gas-tro-vas-cu-lar, — протянула она, протянула она, выводя парня из транса. Джоанна не отводила от него глаз, наблюдая, за его бровями, погруженные в раздумья и за легким румянцем на его щеках. — Это латынь? — спросил он, снова. — Да — Сьюзен закатила глаза -И, наконец, Латынь побеждает! — воскликнула Джоанна, поднимая руки в воздухе. -Это худшая из игр когда-либо придуманных? — ухмыльнулся Эдмунд, глядя из-под стула. Джоанна улыбнулась и игриво толкнула свою ногу к его голове. Люси встала с улыбкой: «Мы могли бы играть в прятки?» На минуту он замолчал, так как остальные четверо считали это. Эдмунд действительно выглядел несколько заинтересованным сейчас, и Джо тоже заинтересовался: — Питер, ты сказал мне, что этот особняк будет замечательным для игр в твоем письме — сказала она с улыбкой. Питер тоже улыбнулся ей, а затем обратился к Люси с раздражением во взгляде: «Но нам уже так и весело!» Эдмунд усмехнулся и снова начал вырезать. Джо встала и вытащила его прямо из-под стула, заставив его ударить ее: «Эй!» Прежде чем начнутся какие-либо сражения, Петр начал считать медленно и громко. Самая большая улыбка пересекла черты Люси, и она взволнованно вскочила. Сьюзан захлопнула словарь, застонав надулась. Джо посмотрела на Эдмунда и хмыкнула, бросив ноги на землю, когда вышла в коридор. Его протесты исчезли на заднем плане, когда она подбежала по лестнице, ища любой уголок или щель. К счастью, ее небольшой рост позволил ей лучше спрятаться в маленьких местах. Она слышала шаги вокруг нее, когда другие бежали, чтобы найти свои потайные места. В стене была маленькая дверь, которая как выяснилось, была лифтом. К счастью, она была на первом этаже, так что если она случайно заденет провода, то не умрет ужасающей смертью в темноте. Пространства внутри было достаточно большим, чтобы вписаться, не совсем удобно. Лифт почти полностью не использовался, поэтому она подумала, что Макреди не будет использовать его прямо сейчас. Все было тихо, с тех пор как она осталась в темноте, оставив дверь слегка открытой, чтобы позволить хоть какому-то свету попасть к ней. Голос Питера звучал эхом по всему особняку, его отсчет почти закончился. Она слышала, как он дошел до ста, и она начала надеяться, что ее найдут первой, только из-за судорог, возникающих у нее на ногах. Он прошел прямо перед ней, останавливаясь, чтобы изучить коридор. Она закрыла рот, чувствуя, себя как маленький ребенок что, отчаянно пытаясь скрыть какое-либо доказательство ее сокрытия там. Она улыбнулась своей маленькой победе, когда он вышел из коридора. Это продолжалось недолго, хотя он вернулся в коридор через пять минут и поднял дверь. — Ты громко дышишь. — Это потому что, здесь душно! — ответила она, медленно поднимаясь на ноги. Питер протянул ей руку, когда она изо всех сил пыталась схватить ее, когда выскользнула из лифта. Используя руки, она поднялась и улыбнулась ему. Оба начала смеяться, ностальгические чувства постигли их, когда они поняли, как глупа была эта игра. Хотя это было весело. Джо не отпустила его, но это, похоже, не беспокоит Питера. Он посмотрел на нее с яркой улыбкой, его голубые глаза танцевали. Она потянулась, чтобы погладить его по щеке, и его счастье заставило ее сердце трепетать. Не говоря уже о его глазах! Он уже не маленький мальчик. Джо остановила свои мысли, прежде чем они зашли слишком далеко. Она опустила свои руки и прочистила горло.  — Ты должен вернуться в укрытие. — Ты имеешь в виду поиск? — Это то, что я сказала! Питер покачал головой и рассмеялся: «Ты странная» Внезапно, они услышали, как Люси бегала по всему дому, выкрикивая: -Я вернулась! Я вернулась, все хорошо!