А в этой сказке было так...

      То, что Локи искать бессмысленно, Стефан понял сразу. Большого беспокойства в нём это не вызвало: на земле у костра он заметил волчьи следы. Лохматая «охрана» сумеет защитить своего господина.       Стефан прошёлся вокруг валунов, собрал хворост и остался у костра терпеливо ждать. Некоторое время он ещё пытался занять себя резьбой, но вскоре отложил нож в сторону. Несмотря на то, что за Локи он не беспокоился, лёгкое волнение иногда накатывало. В первую очередь — из-за необычного состояния леса.       Стефан знал этот лес как свои пять пальцев, он вырос в нём, впервые отправившись вместе со взрослыми за ягодами, когда только научился ходить. Ему были знакомы все тропы и даже самые труднопроходимые места. Во всяком случае, он так считал. Но вот появился чужак и лес изменился. Привычные с детства тропинки начали петлять по-новому, начало появляться и исчезать абсолютно невиданное ранее озеро, а каменные монолиты — превращаться в пыль. И даже животные начали вести себя… странно. Скажи кто Стефану ещё совсем недавно, что он будет ласкать, как домашнюю кошку, лиса или готовить жаркое из зайца, принесённого волком — подумал бы, что у рассказчика с головой не всё в порядке. А ведь гладил. И готовил. Кстати, о готовке…       Воспоминания о том, каким вкусным был тот заяц, напомнили о том, что он давно не ел. Искать еду в ночном лесу, к тому же настроенному недоброжелательно, не с руки. Но Стефан знал, что у родника есть растения, чьи корни помогут ему спокойно дождаться утра. Сказано — сделано. Выкопать из мягкой от влаги земли корешки оказалось несложно, а потому вскоре Стефан уже с удовольствием уплетал их. Запечённые в углях, они смогли насытить, а вкусом напоминали картофель. Дожевывая последний корешок, Стефан бросил мимолётный взгляд на резные фигурки, сиротливо лежащие рядом с рубахой Локи и замер. Потом дотянулся до них, сгрёб в кучку перед собой и начал, перебирая, внимательно рассматривать. Он понял, что не хватает одной, но никак не мог сообразить, какой именно. Ему казалось, что между её пропажей и исчезновением принца есть какая-то взаимосвязь, а потому стоило напрячь память. Увы. Фигурка упрямо не хотела вспоминаться. И на этом появилась и начала расти уже настоящая тревога.       Стефан вновь попытался вспомнить тот крик, что заманил его в чащу, отвлёк от костра и Локи. Этот странный крик — он был знакомым и незнакомым одновременно. А самое главное, невозможно было определить, кричал ли то человек, попавший в беду или какой-то зверь неопознанный или птица. И кроме этого крика в лесу не было никаких звуков. Стефан осознал, что находится точно в каком-то мешке, не пропускающем звуки. Даже огонь, пожирающий валежник, делал это тихо. Стефан не удержался, схватил первую попавшуюся ветку и сломал её. На фоне всеобщей тишины треск ломающейся древесины прозвучал необычайно громко и как-то успокаивающе. Порадоваться этому Стефан не успел: на песчаный круг бывшего озера бесшумно вышли волки. Появившись как призраки из темноты, они не стали подходить к костру и замеревшему рядом с ним человеку. Просто стояли и смотрели на него.       «А ведь их уже четверо!» — мысленно ахнул Стефан. — «Что ж, неплохо. Растёт охрана у Локи. Но если они его увели, то куда и почему оставили там одного? Или — не одного?»       Ответ на эти вопросы оказался неожиданен. Один из волков, слегка подталкиваемый своими собратьями, сделал неуверенный шаг вперёд. Несмотря на то, что он всё так же находился на некотором расстоянии от костра, света вполне хватило, чтобы заметить — его мех несколько темнее, чем у остальных, а глаза… О, боги! Только сейчас Стефан углядел, что глаза были не тёплого желтого цвета, присущего волкам, а холодного, знакомо голубого…       На правой передней лапе хищника звякнули, привлекая внимание, изящно переплетённые цепочки с подвесками-кристаллами.       — Локи?!       Волк стоял, слегка наклонив в бок голову и пристально рассматривал селянина. Казалось, он пытается его узнать. Потом он сделал ещё один шаг, и ещё… По тёмному меху пробежал зелёный огонёк, животное окутала дымка, которая, уплотняясь, постепенно превращалась в фигуру…       Нечто подобное Стефан уже наблюдал недавно, но всё же не был готов к тому, что дымчатая фигура вдруг обратится в Локи. Злокозненный стоял, как и волк, наклонив вбок голову, а его мёртвенно-бледное лицо не выражало никаких эмоций. Но магия на этом не закончилась. Всё та же зеленоватая дымка окутала остальных волков и (совсем как когда-то с лисом) рядом с ними появились мороки Локи, не замедлившие слиться со своим хозяином. Внезапно налетевший вихрь ветра поднял плотную пелену песка, а когда пелена рассеялась, Стефан увидел лежащего без сознания Локи. Волки исчезли. И только чуть заметная цепочка следов указывала, что они не растворились в песчаной буре, а просто ушли.       Опасливо косясь на валуны, Стефан перенес Локи к костру и бросился к роднику. Свернув из пары больших листьев подобие бокала, он наполнил его и всё так же бегом вернулся обратно. Налил в горсть воды, плеснул в лицо Локи и этого оказалось достаточно, чтобы он начал приходить в себя. Поддерживая за плечи, Стефан поднес к губам принца «бокал», тот, ощутив влагу, сделал несколько жадных глотков и открыл глаза. Застонал, глубоко вдохнул и резко сел. Немного пощурился на пламя, как бы привыкая к его свету… Когда Локи наконец посмотрел на Стефана, то его взгляд стал уже вполне осмысленным:       — Я тебя напугал?       Стефан никак не ожидал услышать такой вопрос, а потому не сразу нашёл, что ответить:       — Не знаю… Твоё исчезновение и такое появление… Ты сам-то помнишь, что произошло?       Локи задумчиво приложил указательный палец к губам, вновь повернулся к костру… Вихрь видений, воспоминаний, ощущений и эмоций нахлынул внезапной волной и словно отбросил назад во времени.       Почувствовав руку на своём плече, Злокозненный вздрогнул. Уход в воспоминания оказался настолько глубоким, что он не сразу узнал стоящего рядом мужчину, отпрянул в сторону и… зарычал. Испуг на лице человека был силён, но он же вернул к реальности:       — Стефан…?       Мужчина как-то странно сглотнул и молча кивнул. Прикрыв глаза, негромко, как будто больше для себя, Локи начал неторопливый и сбивчивый рассказ:       — Я… Я помню… Крик. Я помню этот странный крик, который напугал меня… Ты ушёл, а я остался один. И не один. Я чувствовал, что рядом кто-то есть и этот кто-то смотрит на меня, ждёт чего-то… Я рассматривал твои фигурки и пытался понять, почему они мне знакомы. Ты ведь раньше при мне такие не вырезал. Одна фигурка… Мне показалось, что она… ожила. Что она… шевелится! Это была фигурка волка. Когда он повернул голову и посмотрел на меня, мне показалось, что я схожу с ума. Извини, но я кинул фигурку в огонь и он с жадностью моментально поглотил её. Пошёл дым, как от сырых листьев и появился странный запах, такой неприятно сладковатый и меняющийся. Пахло то травой после дождя, то корой можжевельника, то ведьмиными свечами, но сильнее всего — кровью. Глаза слезились от дыма, а когда я захотел их протереть, то обнаружил на руках кровь! Но я не магичил, не вызывал дух огня и не делился с пламенем кровью! Я попытался закричать, открыл рот, но не смог издать ни звука! Зато сделал глубокий вдох этого странного дыма…       Когда к валунам вышли волки, я был уже таким же, как они…       Локи помолчал, посмотрел на присевшего рядом с ним селянина, провёл рукой по лицу, пытаясь стереть остатки наваждения, и продолжил:       — Лес… Я ведь не знаю его. Но я бежал с братьями и знал, куда бегу! Я чувствовал столько запахов, слышал столько звуков! Я ощущал неведомое ранее чувство свободы, полной свободы! Это было такое блаженство…       Я не подозревал, что земля может быть такой мягкой и такой твёрдой, что ветки могут так легко ломаться от одного прикосновения и хлёстко гнуться от другого, что ветер мож... Мммм…       Внезапно Злокозненный застонал, качнулся вперёд и, если бы не толкнувший его Стефан, наверняка упал бы лицом прямо в костёр. Он извивался, катаясь по земле, как от сильной боли. Обхватив голову руками, то стонал, то рычал, то бормотал что-то невнятное, а Стефан стоял рядом и не понимал, что ему делать.       Приступ закончился так же внезапно, как и начался. Локи сел, тяжело дыша, в его глазах ясно читался ужас:       — Стефан… Что со мной? Что со мной сделала эта старуха? Мне надо в дом. К Книге.       Быстро натянув штаны и рубаху, он хотел ещё что-то добавить, но замер, прислушиваясь: к ним кто-то шёл. Когда же фигуры попали в свет огня, с облегчением вздохнули и Локи, и Стефан. А Михал с Космой какое-то время удивлённо переводили взгляды с одного на другого, потом кузнец спросил:       — Вы домой-то вообще собираетесь?       Этот простой вопрос вызвал у трикстера приступ сильного хохота, да и Стефан не смог удержаться от улыбки. Затушив костёр и присыпав угли песком, мужчины двинулись прочь от магического места, когда Локи вдруг остановился, недоумённо завертел головой, как будто его позвали, а он не может понять — кто и откуда, и вернулся к валунам.       Прикоснувшись ладонями к одному из них, он закрыл глаза и что-то прошептал. Потом слегка изменился в лице, словно услышал ответ, который ему не понравился, сделал шаг назад, учтиво поклонился камням, приложив правую руку к груди, и вернулся к селянам. Маленькая компания наконец-то могла двинуться домой.