Часть 33
4 июля 2019 г., 15:12
Прошло всего несколько дней после устроенного Тором ливня, а солнце и ветер уже успели по новой иссушить землю и торфяники.
Запах гари ощущался уже не только в лесу, иногда вечерний ветер доносил его и до поселения.
Локи разрывался. Ему уже давно не было так плохо. Он великолепно понимал, что второй раз шутка с Тором уже не получится, да и опасно было продолжать его так злить.
Собственное бессилие угнетало. Он владел наговорами, мог создавать морок, перемещаться, преображаться, разговаривать с огнём, но не мог создать элементарную преграду ему. Все умения оказались бесполезны в противостоянии стихии. Максимум, что он мог сделать в этой ситуации, так это временами изменять направление ветра, отворачивая его от поселения.
Но гораздо сильнее угнетало знание того, что люди верили: предсказание — о нём. И ждали от него ответа, что им принёс бегущий лис…
Почему его это так волновало, Локи не понимал. Чувствовал только одно: если не поможет он, не поможет никто. На помощь богов, которых он когда-то считал родственниками, Злокозненный не рассчитывал, он даже и не думал о них в этом ключе.
Опять пришли тяжелые, нехорошие сны, от которых перехватывало дыхание, а сердце начинало бешено колотиться. И сны эти шли не от ведьмы. Локи уже практически не ощущал её присутствия, хоть и понимал, что она всё ещё где-то рядом. И будет рядом, пока он не пройдёт третье, последнее очищение, способное не только освободить его, но и окончательно уничтожить колдунью. Какое оно, Локи не ведал. Озеро больше не могло ему помочь, разговоры с огнём ни к чему не привели. Пламя будто отказывалось показать то, что Злокозненный желал узнать.
Был ещё вариант — Зеркало. Вот только свечи, необходимые для ритуалов, подходили к концу, а Локи знал лишь в общих чертах, как изготовить новые для видений. Всё чаще возвращаясь в мыслях к работе с Зеркалом, он как-то обмолвился об изготовлении свечей Софье и Анике. Каково же было его удивление, когда подружки согласились помочь, проявив недюжие познания в этом вопросе! Гаданием на зеркалах занимались многие девушки поселения: кто-то хотел увидеть своё будущее, кто-то — хотя бы суженного. Считалось, что простые свечи для гаданий мало подходят, нужны заговорённые, и лучше всех их делала внучка ведьмы. Так что сговорились заняться отливкой свечей сразу после ярмарки с горняками, которых ждали со дня на день.
***
Бестолковая стороннему взгляду суматоха в поселении накануне ярмарки вызвала у Локи дикую головную боль и желание уединения. Даже прожив среди этих странных людей какое-то время, он так и не сумел привыкнуть к подобным бурным эмоциональным всплескам. Отказавшись принять участие в предпраздничном ужине, Локи заперся в доме. Травяной отвар и гребень частично уняли боль, а берестяные листы с записями отвлекли от мрачных дум. Спать Локи отправился уже спокойным. Ярмарка, закрывающая жаркий сезон, прошла немного скомкано. Горняки не скрывали, что хотели бы поскорее отправиться в обратную дорогу. Их, как и поселян, беспокоили болота, мимо которых пролегал путь домой. Горняки уже были готовы выступить, когда Локи, весь день безучастно следивший за торговлей, вдруг остановил выход. Подойдя к небольшой кучке мужчин, испуганных внезапным вниманием колдуна, он провел ладонью по рукаву одного из них. Зелёный огонёк, уже знакомый поселянам, быстро пробежал по горнякам, покрыв чуть заметной переливом зелёного и голубого цветов паутинкой: — Должно хватить. А теперь идите! Быстро! — он махнул рукой старосте, который стоял у ворот, и тот с помощниками распахнул тяжёлые створы, выпуская гостей. В суматохе прощания никто не углядел, как к горнякам присоединилась почти неразличимая из-за своей прозрачности фигура. С помощью следящего морока Локи собирался пронаблюдать, как горняки доберутся до родных мест. Вечерело. Утомлённое ярмаркой поселение успокаивалось. Постепенно утихали разговоры, что велись соседями прямо через забор, и даже мальчишкам не доставляло прежней радости обсуждение покупок родителей. Локи наблюдал за гомонящими мидгардцами со своего крыльца, расслабленно прислонившись к двери. Спать ещё рано, а что-то делать — поздно. Он уже собирался войти в дом, когда увидел идущего Михала. Кузнец явно шёл к нему и не просто так. Недовольно поморщившись, Локи опустился на ступени. Вести какие-либо разговоры не хотелось, но отказать такому вечернему гостю он не мог. Михал присел рядом. Помолчал, потеребил за ухо прикорнувшего рядом лиса и вдруг, не глядя на Локи, спросил: — Кто ты? Вопрос был неожиданен и ожидаем одновременно. Локи понимал, что кузнец вряд ли когда-нибудь забудет, как выглядит йотун, а потому ответил просто: — Бог. — Из предсказания? — Допускаю, но утверждать не стану. Тем более, что сам не особо верю в это. — Как же старуха оплошала… — Да уж. Разговор не клеился, но и оборвать его было сложно. — Я — не лис. Благодаря действиям ведьмы, я мог быть волком. Лис же являлся хранителем моей магии, вернув её мне, когда появилась такая возможность. Да, я — маг. Да, ведьма смогла передать мне своё умение. Но как я могу повлиять на вашу жизнь и изменить будущее — я не представляю. — Ты уже повлиял. Киру не удалось стать наследником ведьмы и получить власть над всеми нами. Дарин перестал пить и превратился в хозяйственного парня, на которого заглядываются многие девушки. Олга посерьёзнела и более не дразнит парней, выбрав наконец себе суженого. А я встретил Анику. Ты изменил жизнь нескольких семей, а стало быть, и наше будущее. — Значит, пророчество сбылось? — А ты сам как считаешь? — Боюсь, что тогда это только начало. И пока старуха ещё не ушла, произойти может что угодно. — Но ведь у нас есть ты! — Михал произнес эти слова с такой уверенностью во всесилии Локи, что тот не нашёл, что ответить, лишь усмехнулся и прошептал тихонько, вспомнив старый диалог: — А у нас есть Халк! Но кузнец его слов не расслышал. Увидев на улице Анику, он, пожелав на ходу покойной ночи колдуну, поспешил к любимой.***
Проворочавшись беспокойно на ставшем вдруг неуютном ложе несколько часов, Локи всё же провалился в невнятный давящий сон. …он кружил в лабиринте из зеркал и свечей и задыхался. Понимал, что это всего лишь сон, но никак не мог проснуться. Пытался бить зеркала, но они прогибались под его ударами и не спешили разлетаться на осколки. Пытался тушить свечи, но их фитили вспыхивали снова и снова, обжигая руки и грозясь опалить лицо… Боль. Не от огня. Более острая и подозрительно знакомая, но сумевшая выдернуть Локи из чудовищного сна. Лис, рыжий негодник, и не думал стесняться того, что типнул хозяина за руку. Пушистой молнией он носился по горнице, наполненной сизым дымом, разъедающим глаза и вызывающим рвущий горло кашель. «Горим!» — Локи рывком вскочил с постели и метнулся к окну, за которым уже бликовали красно-оранжевые всполохи. Чёрной молнией он бросился к двери, на ходу подхватив со стола берестяной короб и небольшой свёрток. Поселение пылало. Надежда на защиту оврагами оказалась напрасной. Ветер, что вечерами становился всё крепче, сотворил-таки беду. Ему уже не составляло большого труда подхватить с земли тлеющие листья и ветки и перенести их на большое расстояние. Понадеявшись на то, что огонь не доберётся до них по земле, люди забыли про воздух. Колодезной воды не хватало. Огонь, чувствуя бессилие селян, медленно, но уверенно хозяйничал, перекидываясь с одной крыши на другую. Но селяне упорствовали. В тушении пожаров участвовали даже дети. Вооружившись вениками для бань, они шустро сновали меж взрослых, пришлёпывая бегущие по земле язычки пламени и не позволяя им добраться до редких островков высохшей травы. Что ж, вот и пришло время показать, какой ты колдун. И бог. Необходимо было сосредоточиться. Ах, как сложно это сделать, не имея времени! Но не только отсутствие времени напрягало. С того момента, как Локи выскочил на крыльцо, он чувствовал какое-то сопротивление. Казалось, что его не хотят подпускать к пожару. Воздух стал не просто плотным, а каким-то вязким, обволакивающим тело и замедляющим движения. Локи крутанулся вокруг своей оси, окинув внимательным взглядом поселение. Нет, не показалось. Невдалеке от одного из помеченных домов маячила фигура, от которой даже на расстоянии разило мерзким запахом и холодом, схожим с ветрами Йотунхейма. Ведьма! Не имея ни малейшего шанса переступить порог нужного дома, она всё же могла уничтожить его и всех тех, кто в нём находился. Но именно её появление дало Локи подсказку. Пожар был устроен не ветром, торфяники тут не причём. А это значит, что от воды будет мало проку. Вот только старая, потеряв контроль над «наследником», не могла знать, какой силой он теперь владеет. Она даже не подозревала, что когда-то спасшее её озеро нынче выступает против. Локи бросился к ближайшему дому с берестяной меткой. На бегу сунул в руки Софье свёрток, в котором без труда угадывалась его рукописная Книга: — Сохрани! Что крикнула ему в ответ Софья, Локи не слушал. Разговоры — потом. Оттолкнул кого-то из мужчин, спешащим с полным ведром. Его заметили, расступились. Чтобы расстегнуть ремень на крышке короба, не требуется много времени, как и растянуть петлю, стягивавшую мешочек. Локи выхватил из мешочка горсть песка, на мгновение сжал его в кулаке, а потом широким махом бросил в сторону ближайшего дома. Магия озера, усиленная магией неземного бога, сработала. Огонь, злобно пожиравший дом, опал, а потом и вовсе позволил залить себя несколькими вёдрами воды. И одновременно с последним пшиком угасающего пламени раздался сдавленный старушечий вскрик. Но Локи не слушал ту, что даже умерев, желала всем смерти. Он знал, что делать. Не задерживаясь более у спасенного дома, он бросился к следующему… Взмах — волна знакомого зеленоватого цвета окутывает горящий дом и в тот же миг огонь смиреет, не успев нанести какой-либо серьёзный урон постройке. Локи спешит дальше. Он понимает, что у него мало времени. Гораздо меньше, чем он рассчитывал. Жар и гарь душат сына ледяного великана. Если бы было больше воды, он бы попросил, чтобы облили и его. Но воды слишком мало, а потому приходится терпеть, стараясь не подавать вида, как ему плохо. Самое главное, чтобы его состояние не угадала ведьма. А песка в мешочке всё меньше и меньше… К последнему дому — Софьи и Стефана — Локи подлетел одновременно со старухой. Волна злобы, исходившая от нежити была столь сильна, что питала огонь, делая пожар вдвойне опасным. Оставшийся песок тут не поможет. Дать огню выжечь дом дотла и затушить остатки? Но пока огонь горит, велик риск, что вспыхнут соседние дома. Почуяв его замешательство, ведьма захохотала: — Твоя магия — ничто супротив старой магии голода. Этот огонь заговорён, его невозможно остановить, пока он голоден. Он должен насытиться. Насытиться кровью и душой, насытиться магией. Ему нужна еда. И едою этой станет Софья, внученька моя разлюбимая! Без неё огонь не уйдёт. Её душа и магия, которой она владеет, будет лакомым кусочком для голодного демона огня. Душа и магия! Огню нужны душа и магия! О, Один, как всё, оказывается, просто! Локи, ты слепец! — Душа и магия, говоришь? Пришла очередь хохотать Локи. Ведьма сама подсказала выход. Злокозненный взглядом отыскал в толпе Стефана: — Стефан, я был глуп и слеп! Я думал, что огонь не хочет мне показывать будущее, потому что видел только пламя! А ведь это мне и надо было увидеть! Вот оно, третье! Всё так просто! Сдёрнув с себя рубаху — подарок Софьи и Аники, Локи отбросил её в сторону и крикнул ведьме, ликуя: — Старая, готовься к путешествию в свой личный ад! Ты слишком загостилась здесь! Больше ты никому не сможешь навредить! Ты не сумеешь изменить пророчество и остановить бегущего лиса… — Локи! Нет! Когда-то я уже слышал это. Тогда эти два слова лишили сил и надежды, заставив разжать пальцы. Падение в Бездну оказалось неверным ходом. Сейчас они дают мне силу и уверенность, что я делаю всё правильно. А значит… Оглянувшись на встревоженный девичий голос, трикстер ответил Софье шкодливой улыбкой, подмигнул и шагнул к дому. Пламя, словно почуяв жертву, метнулось в его сторону, моментально поглотив. Последнее, что он услышал, был вой. То волки прощались со своим братом.
