Глава 14. Затишье перед бурей
2 сентября 2017 г., 18:32
Мы вернулись в особняк до заката, и Химчан, сославшись на то, что у него есть дела, уехал, но обещал, что будет на ужине. В доме я была одна, поэтому сразу же направилась на второй этаж, чтобы припрятать игрушку перед предстоящим праздником.
Сунув тигра под кровать, решила, что нужно бы приготовить, собственно, сам ужин перед приездом ребят. Уже через несколько часов всё было готово, и вернулся Ёнгук, который явно был не в духе. Ничего не сказав, он быстрым шагом прошёл к себе в кабинет, но Хима так и не было. Я хотела дождаться друга, поэтому не спешила звать Гука за стол. Из его кабинета были слышны громкие крики и маты. Не имея ни малейшего желания попасть под горячую руку, я оставила для него порцию ужина на обеденном столе и направилась в спальню, надеясь, что Химчан позовёт, когда приедет.
Включив телевизор, по которому шла какая-то скучная передача, я провалилась в сон. Вскоре сквозь дрёму почувствовала руку на талии, и то, как кровать прогнулась рядом. Ёнгук притянул меня спиной к тёплой груди и зарылся носом в волосы, немного щекоча шею. Неудобно, не очень комфортно, но не хочется ничего говорить. Его всего трясёт после криков. Положив свою руку поверх его, ледяной, я провалилась обратно в сон.
***
На следующее утро проснулась в полном одиночестве, так же прошёл и весь день. Ближе к вечеру ко мне приехал Чоноп и объяснил, что Химчан и Гук очень заняты с какими-то бумагами, а он отвезёт меня в парикмахерскую. Прихватив новое платье и подарок, я выскочила во двор и села в машину к Чону, но, кажется, у него так же, как и у Гука, не было ни капли настроения. Решив не доставать его разговорами, обратила всё внимание к окну. После того, как мастер уложил мои волосы в крупные кудри, немного собранные в ажурную косу, меня пересадили в другое кресло, где сделали макияж, и я смогла переодеться в платье. Выйдя на улицу, быстро нашла дожидавшегося меня парня, и мы двинулись в сторону порта, откуда через полчаса должна была отходить яхта. Подъехав к нужному месту, я сразу же заметила машину Химчана и Ёнгука, а выйдя на улицу, увидела, как последний поднимается на судно. Людей было очень много. Все девушки красивые и нарядные, их весёлые спутники обменивались рукопожатиями. Складывалось впечатление, что тут абсолютно все друг друга знают. Я поймала на себе немало мужских взглядов, которые долго рассматривали меня. Что заставило мне слегка поёжиться, совершенно не хотелось подобного внимания. Если бы это было полгода назад — да, но сейчас меня коробило лишь от мыслей о близости с кем-то посторонним. От смущения я подхватила Чонопа под руку и прошла по трапу на яхту. Громкая музыка оглушала. Везде сновали официанты с подносами, и я направилась на мини танцпол, но уже одна, так как Чоноп быстро ретировался. Вливаясь в ритм музыки, начала танцевать. Но вскоре послышался приглушённый гул моторов, и мы сдвинулись с места. От неожиданного толчка я пошатнулась, стараясь удержать равновесие, но меня поймали крепкие руки. Обернувшись, увидела Ёнгука — В нужном месте и в нужное время. С днём рождения! — становясь обратно на ноги, я слегка придержала Ёнгука за предплечья, улыбаясь ему. Неожиданно сообразив для себя, что мои руки пусты, я осознала, что забыла подарок в салоне. Улыбка тут же пропала, а Ёнгук удивлённо на меня взглянул. Отчего я замешкалась на следующее мгновение, ведь не помнила у него такой мимики. — Спасибо, и рад, что я оказался поблизости, когда ты падала. Грех не поймать такую красавицу, — договорив, он прижал меня к себе, начиная двигаться под музыку, а я пребывала в шоке от его слов. Вечер проходил великолепно, кажется, Гуку и Химчану удалось уладить все проблемы, потому что его настроение было отличным. От этого позитива мне стало намного легче с ним общаться. Удалось несколько раз удачно пошутить, а после пары бокалов шампанского весь мой страх и дискомфорт испарился, будто его никогда и не было, будто передо мной совсем другой человек. Совершенно. Несколько часов пролетели как секунды. К нам постоянно подходили гости, поздравляя именинника с днём рождения, а он не покидал меня ни разу, хотя отвлёкся на пару минут, уделяя время Чонопу. В этот момент меня заинтересовал один вопрос. — А где Химчан? Слащаво улыбнувшись, он ответил, что друг в одной из кают и разбирается с делами. Успокоившись, что Хим всё-таки на судне, я продолжила развлекаться. Ближе к полуночи я была пьяна, но решила задержаться на палубе, чтобы посмотреть на салют. И только налюбовавшись красотой раскалённого пороха, попросила, чтобы Ёнгук отвёл меня в каюту, дабы прийти в себя после грохочущей музыки и алкоголя. Он мигом подхватил меня на руки и понёс в уже знакомый трюм. — Я сейчас тебе воды принесу, киса, — укладывая меня в кровать, нежно прошептал он и покинул комнату. Немного поморщившись от такого обращения, я достаточно быстро забыло об этом. Меня мутило от движения и шампанского, поэтому я попыталась сесть, но уже через минуту дверь вновь открылась. — А где вода? На лице Ёнгука отразилось лёгкое недоумение, и он головой указал на небольшой столик недалеко от кровати. — Вот же, мало, что ли? — его тон мне показался грубоватым, но, не обращая на это внимания, я решила, пока пьяная, признаться в своей оплошности. Подойдя почти вплотную, ухватилась за лацканы его пиджака и начала медленно говорить, чтобы мой язык как можно меньше заплетался. — Ёнгук, прости меня, пожалуйста, но я забыла твой подарок в салоне. Я купила его, честно. Он вопросительно на меня посмотрел и, отнимая мои руки от одежды, сказал: — Думаю, я это переживу, — он говорил настолько грубо, что я мало-помалу начинала трезветь, но всё же повышенный градус в крови не давал так просто забыться и вести себя как паинька. — А ты когда успела так напиться? — Как грубо… Пять минут назад был таким весёлым, а теперь опять за своё… — всплеснув руками, я хотела отойти от парня, но он удержал меня. Простояв в полном молчании несколько минут, Ёнгук прошёлся взглядом по мне и резким рывком притянул. Из-за движения яхты и своего состояния я податливо рухнула в чужие руки, а он подцепил мой подбородок пальцами и, задрав голову, впился губами. Начав медленно движение в сторону кровати, на которую я упала, оказавшись прямо под ним, чувствуя, что он уже возбуждён. Меня вновь охватила паника, перед глазами сразу появились всё, что происходило до этого. Прошлое, которое было наполнено лишь болью и унижением. Я попыталась оттолкнуть Ёнгука, и, к моему огромному удивлению, это сработало, нахмурив брови, он снова посмотрел мне в глаза. — Ты можешь расслабиться? Я не причиню тебе вреда, — он занял полусидячее положение, внимательно глядя мне в глаза. — До встречи с тобой я никогда не занимался подобным насилием, просто успокойся. Вновь опустившись к моему лицу, Ёнгук невесомо поцеловал в губы, потом в щёку, начиная спускаться всё ниже, следом ключицы и грудь. Изо всех сил я старалась откинуть неприятные мысли и сделать именно так, как он сказал. Одна рука нырнула за спину и, слегка приподняв меня, он быстро нашёл молнию платья, расстёгивая её. Минута, и я осталась лишь в нижнем белье. Откинув платье на пол, Ёнгук оглядел меня, стягивая чёрный пиджак и медленно опускаясь обратно, возвращаясь к поцелуям. Наверное, только из-за того, что я немало выпила и из-за часов, проведённых ранее в его компании, мне удавалось мало-помалу приводить своё бешено ухающее сердце в порядок. Когда Ёнгук прижал к горячему телу одной рукой, а другой крепко сжал грудь, у меня вырвался приглушённый сомкнутыми губами стон. И стоило мне всё же поддаться и начать обнимать его в ответ, проводя ладонями по обнажённой спине, запуская пальцы в волосы, как послышался тихий рык. Ёнгук сделал мокрую дорожку из поцелуев к низу живота, всё так же массируя грудь, а я почувствовала, как возбуждаюсь всё сильнее от его прикосновений. Не заморачиваясь, Ёнгук разорвал бельё прямо на мне и целуя внутреннюю часть бедра, полез к клитору, который стал массировать пальцем. Я попыталась убрать его руку, но, быстро предотвратив мои поползновения, он прижал мои запястья к животу и поднялся поцелуями немного выше. Касаясь губами половых губ, Ёнгук отпустил мои руки, и я тут же попыталась убрать его голову, но он словно нарочито дождался этого момента и провёл языком по клитору, от чего с моих губ моментально сорвался стон. Я не имела ни малейшего шанса совладать со своим разумом. Когда Гук отстранился, чтобы снять штаны, кажется, я была готова умолять, чтобы он не останавливался, но он оказался полностью обнажённым и навис сверху. Я обвила шею руками, притягивая для поцелуя, а поясницу обхватила ногами. Как только его член оказался во мне, он, слегка простонав, начал медленные и размеренные движения. Периодически наши взгляды сталкивались, и он казался совершенно иным человеком, нежели раньше. Он был более уравновешенным, не пытался удовлетворить лишь себя, и мне на самом деле было приятно. А как только я издавала слишком громкий стон или царапала его, я видела ухмылку на его губах, понимая, что он наслаждается этим. От очередного толчка я притянула Гука на себя и впилась зубами в его плечо, а он ухватил меня за волосы, что ещё больше возбудило. Я получала удовольствие от каждой секунды прикосновения. А особенно приятно было, когда, проникая на всю длину, он приглушённо стонал, ведь именно в эти моменты не только я получала максимум наслаждения. Оказавшись сверху, я попыталась сделать всё, что могло выдать моё уставшее тело. В горле ужасно пересохло, стоны срывались на хрипы. Пошлые шлепки раздавались на всю каюту, слегка заглушаясь музыкой с палубы. Хватая за бёдра или плечи, Ёнгук с силой их сжимал, но после, при первой же возможности, покрывал каждое покраснение на коже поцелуями. Глядя на него, я терялась в бездонном взгляде. Улыбка, хотя нет, ухмылка казалась безумно соблазнительной, и хотелось вновь и вновь впиваться в эти губы, которые мы искусали друг другу в кровь, словно сливаясь в одно целое. В очередной раз я ощутила, как волна оргазма окутала моё тело, ещё несколько движений, и парень также дошёл до своего пика, заваливаясь мне на спину, так как я была в коленно-локтевой позе. Дышать, лёжа на животе, было почти невозможно, поэтому при моей малейшей попытке перевернуться Ёнгук моментально среагировал и лёг рядом. Тело мокрое, дико хотелось свежего воздуха и в душ, но единственное, на что меня хватило, так это лечь на спину, прикрывая веки.***
Проснувшись от ужасной жажды, я обнаружила себя в полном одиночестве… снова. Выпутавшись с одеяла, голышом доплелась до столика и, осушив стакан воды, наконец смогла ощутить себя живой. Прошествовав по комнате, направилась в душевую кабинку и лишь после прохладных струй полностью пришла в чувство. Надев платье, которое Ёнгук переложил с пола в кресло, решилась выглянуть из каюты. На судне уже была тишина и ни одной живой души, на часах в небольшом коридоре увидела, что сейчас три ночи. Выйдя на палубу, я сразу же смогла опознать причал, откуда мы отправлялись. Машин почти не было, лишь несколько, среди которых я заметила автомобиль Ёнгука. В голове были лишь вопросы: куда все делись, почему мы всё ещё здесь, если вечеринка закончилась? Прошествовав по трапу на твёрдую землю, я почувствовала себя немного лучше, прохладный ветер бодрил, но по-прежнему слегка клонило в сон. Пойдя к машинам, я не обнаружила никого внутри, но стоило услышать отчётливые крики, как я поёжилась. Внутри всё перевернулось и колени затряслись. Я медленно пошла на звук, который становились всё громче и чётче, и уже можно было ясно расслышать мольбы о прощении. Выстрел. Крик стал ещё громче, кричал мужчина. Обойдя грузовой контейнер, я увидела амбар, в котором горел свет, и направилась туда. Всё моё сознание так и орало вернуться на яхту или хотя бы к машинам, но я могла сосредоточиться только на этих ужасных криках. Заглянув внутрь, увидела Ёнгука с пистолетом в руках, а перед ним стоял какой-то мужчиной лет сорока. Вокруг было много людей, которые молча наблюдали за происходящим. — Прошу, простите, господин Бан, это никогда больше не повторится. Я верну все ваши деньги, до последнего фунта, только не убивайте, умоляю! — мужчина поднял голову, складывая руки в мольбе, а в его избитом лице я с трудом смогла распознать того, кого видела пару раз, когда ездила с Химом в клуб. — Раньше стоило думать об этом. Ты связался не с теми людьми, кого можно обманывать безнаказанно, — грубо отозвался Ёнгук, играя ухмылкой на губах. Ударив мужчину в челюсть, он подошёл ближе и, наступив на руку, снова нажал на курок, пуская новую пулю в предплечье бедняги, который снова взвыл от боли. Из тени начал кто-то выходить, и я искренне понадеялась, что он остановит Ёнгука. — Ну, может, хватит, а? Скучно становится от того, что ты выпускаешь в него обойму, твои деньги тут не материализуются, — спокойно сказал парень с до боли знакомым голосом. Как только он вышел на свет, меня начало трусить ещё больше. — Братишка, просто давай завязывай с этим, и поехали уже оторвёмся с девочками, я уже всё устроил, — улыбчиво сказал он, и, увидев выражение его лица, я поняла, с кем провела всю прошлую ночь. Это был брат Ёнгука. Брат-близнец… Я слегка пошатнулась, желая как можно скорее уйти оттуда, но упёрлась в кого-то позади. Сильные пальцы больно впились мне в плечи, и некто вытолкал меня на свет. — О, киса, уже проснулась? — улыбчиво пробормотал брат Гука, а я вся тряслась и не знала, что сказать. — Ну вот, Гуки, подружка твоя уже проснулась после бурной ночки, а ты тут всё сопли жуёшь. Пристрели ты его уже нахер и пошли отсюда, тут сыро и воняет, — поморщив нос, парень игриво улыбнулся мне. А Ёнгук, кинув на меня ещё один взгляд, начал заносить пистолет над головой пленника. Понятия не имею, что во мне щёлкнуло, но я завопила на весь амбар: нет! — Остановись! — я сделала ещё несколько шагов, уже никем не ведомая. — Ты ведь и так достаточно избил его! Это не вернёт тебе деньги, а если убьёшь, так и подавно! — Уйди отсюда, сейчас же, — спокойным, но очень злым голосом тут же отозвался Ёнгук, даже не глядя. — Отпусти его, и я уйду! — Только сейчас среди прочих я заметила Химчана, который уже собирался идти в мою сторону. — Чёрт тебя дери, Алекс, не выводи! Ты мне собралась условия тут ставить, что ли? Или ты думала, что я буду потакать всем твоим капризам? Кажется, ты начинаешь забываться, — грозно посмотрев мне в глаза, Ёнгук начал приближаться. — Пошла на яхту, быстро! — Нет! Ты не Господь Бог и не имеешь права решать, кому жить, а кому умирать! — Я имею на это право, потому что этот ублюдок обчистил меня. А именно ты помогла его найти, так что огромное спасибо. В голове закрутились шестерёнки, и я почти сразу поняла, о чём речь. Не так давно ведь сама указала на ошибку в документах. — Тогда ты тем более обязан его отпустить! Я не хочу, чтобы кто-то умирал по моей вине. Прошу тебя, я не хочу быть соучастницей убийства! Я не хочу, чтобы чья-то жизнь была на моей совести! Не делай этого, пожалуйста! — Я сказал, пошла нахер отсюда, — он подошёл почти впритык, сводя громкость своей речи на минимум. — Это ничем хорошим не закончится, Лекс. — Уйду, только вместе с ним. — Я двинулась в сторону израненного мужчины, ловя на себе шокированные взгляды всех вокруг. — Сука… — тихо пробормотал Ёнгук, когда я почти обошла его, и в то же время спустил курок пистолета, который был направлен бухгалтеру в голову. Мужчина замертво рухнул на грязную землю, а я застыла на месте. — Мразь. — Что ты сказала? — Ёнгук завёлся буквально за секунду, делая шаг в мою сторону. — Повтори! — Я сказала, что ты — мразь. И ничем не лучше тех людей, которые были в моём доме! Резкий взмах руки, удар по лицу, щёку ощутимо обожгло, но, как показывает практика, он бил явно не со всей силы. Да, больно. Да, неожиданно. Но больше всего в этот момент я ощутила эмоциональную боль. Боль, будто меня только что предали. В этот момент всё положительное отношение, которое я с таким трудом выстроила вокруг этого человека, все тёплые чувства и какая-то симпатия лопнули, словно мыльный пузырь. — Я тебя не прощу, — коротко бросив слова одними губами так, чтобы меня слышал только он, я пошла прочь из ангара, не желая больше никогда видеть Ёнгука.
