Неисполняющий желания

Белла проснулась от негромкого, но надоедливого позвякивания, недоуменно огляделась и буквально подскочила, подтягивая выше одеяло. - Милорд!? - Прости, не хотел будить, - Риддл прямо в мокрой от росы мантии и не самых чистых ботинках растянулся рядом с ней на кровати и крутил в руках металлическую цепочку, которая издавала те самые раздражающие звуки. - Чем обязана столь раннему визиту? - женщина с трудом сдерживала смех, осознавая всю комичность ситуации, но видя, что шутить Лорд не настроен. Она знала это его настроение - в подобную задумчивость Риддл впадал нечасто, значит, что-то действительно произошло. Значимое. Весь мир в такие дни словно переставал иметь значение, все вокруг моментально становилось лишь средствами для или препятствиями на пути достижения цели.- И как Вы вошли, должны же были сработать.. - Брось! Твои сигнальные чары безусловно хороши, но это же я обучал тебя им. У меня будет одно задание или просьба, называй как хочешь, довольно деликатное.. - Что угодно, Мой Лорд. И.. Извините, не могли бы вы выйти? - Да, я и не сомневался... Что? - мужчина словно вынырнул из своих мыслей и недоуменно уставился на собеседницу, которая продолжала старательно кутаться в простынь. - Выйти? - Да, если Вы позволите, то я хотела бы одеться. - Не подумал, - мужчина проворно поднялся на ноги. - Позавтракай со мной. В малой гостиной. Уже закрывая дверь он отчетливо расслышал среди прочего шёпота слово "невыносимый" и не сдержал ухмылки. * - Я допросил мальчишку, Белла. - Неужели он знал что-то важное? Не думала, что Дамблдор будет посвящать ребенка в дела своего Ордена. - Нет. Ничего он не знает, - Риддл стоял облокотившись на подоконник и смотрел вглубь обширного сада Малфой-мэнора. Нетронутый завтрак остывал на столе. Томас замолчал, погружаясь в свои мысли, Лестрейндж не торопила его, это все равно было бесполезно. - Ты же знаешь, что я долгие годы искал бессмертия? Как видишь, даже есть успехи. Я рассказывал, каким именно путем я пошел? - Крестражи, Милорд. Вы не говорили, но говорили достаточно, чтобы догадаться. - В ту ночь, когда я отправился в Годрикову впадину, я наделал много глупостей, - мужчина снова замолчал, глядя на дрожащие листочки на белолистной иве. - Вообще не стоило мне туда соваться. Но это пустые сожаления. Так вот, я не совсем намеренно в ту ночь создал крестраж, - он повернулся, словно ища за что зацепиться в комнате взглядом. - Я не встречала упоминаний, но скажите, крестраж может находиться в другом человеке? - Может. Белла тихонько ахнула, догадавшись к чему подводил Риддл. - И как ты понимаешь, мое положение сейчас не столь прочно, чтобы позволить себе потерять еще хоть один крестраж. Как бы мне не хотелось это признавать, но потеря каждого из них ослабляет меня. - Значит, Вы не можете убить мальчишку. - Не могу и не собираюсь. Первоочередная проблема не в этом. Он сдался. - Простите, но разве это не "плюс"? В том смысле, что будь он перед крючковатым носом Дамблдора, старик рано или поздно мог догадаться... - Ты не поняла Белла, - Риддл подошел и сел напротив нее. - Он добровольно сдался, мечтая совершить красочное самоубийство моими руками. Альбус со своей кудахтающей сворой так давили на него все эти годы "избранностью", что он, кажется, не выдержал. - Ему шестнадцать. Это может быть юношеский максимализм. И к тому же в камере за ним неустанно проглядывают домовики, да и заклятья оповестят, если глупец надумает вскрыть себе вены вилкой. А значит Ваш крестраж останется целым. - Не все так просто. Я покопался немного в его разуме, он слишком далеко зашел в своей апатии. - Боюсь, Милорд, я не совсем понимаю, к чему Вы ведете.. Томас покачал головой, поражаясь ее недогадливости. - Ты же знаешь, отчего умирают в Азкабане? Женщина вздрогнула и поежилась, на миг ей показалось, что по спине прошёлся холодок - мерзкий и липкий как дыхание дементоров. - Умирают те, кто перестает цепляться за жизнь, перестает видеть в этом смысл. Тогда собственная магия начинает гореть внутри, сжигая саму себя, пока физическое тело не отказывает. Дементоры лишь ускоряют этот процесс, но не они его причина. Мальчишка на грани. Он уничтожает себя собственными мыслями. А вместе с собой и мой крестраж. - Может вызвать целителей из Мунго, я знаю, у Вас сохранились там связи? - Если его не "встряхнуть" хорошенько, то ничего не поможет. - О чем же Вы хотите просить меня? - Я хочу, чтобы ты его допросила. О чем угодно. - Боюсь, я не совсем понимаю... - Ты убила его крестного, после чего он и впал в эту депрессию. Возможно, если он увидит тебя, то сильная злость сможет вывести его из этого состояния. - При всем уважении, но я боюсь, что мои методы могут быть не приемлемы, учитывая обстоятельства. Они не слишком-то деликатны... - Парочка "круцио" не навредят моему крестражу, а Поттера нужно встряхнуть. Просто не увлекайся, слишком. * И почему он решил, что будет просто? Когда у него хоть что-то получалось? Гарри растянулся во весь рост на кушетке и все рефлекторно потирал болящие ребра. Сердце до сих пор не могло успокоиться, в бешеном ритме гоня кровь по венам. Но юноша готов был биться об заклад, что если бы Беллатрикс хотела действительно ему серьезно навредить, то чувствовал бы он себя куда хуже. Она раз за разом спрашивала его о планах Ордена, издевалась, вспоминая, как убила Сириуса. Но даже это не трогало так сильно, как могло бы, слова словно проходили мимо него, не затрагивая своим смыслом. Только внутри как будто шире разливалась зияющая пустота. Он молчал, не желая вступать с ней в разговоры, орал, когда не было сил терпеть боль от заклятий. И когда она ушла, молча повалился на тощий матрас с намерением не шевелиться весь оставшийся день. Тупо болели ребра, черный паук плел причудливую паутину в углу камеры. "Что ж, хотя бы мне не надо думать, чем занять себя завтра. Хоть это решилось, - подумал гриффиндорец, переворачиваясь на бок. - И, может, Риддл наконец поймет, что я действительно ничего не знаю, перестанет подсылать своих слуг с дурацкими вопросами, и просто убьет меня. Наконец-то". Юноша несколько раз моргнул, надеясь, что это прояснит мысли, но истощение и усталость брали свое, он просто заснул. * - Бесполезно, Милорд, он никак не реагирует. Я не решилась действовать еще жёстче. - Ты все правильно сделала, - мужчина покачал головой, словно сожалел о чем-то. - Обычно в моих целях сжить кого-то со свету, а не наоборот, - Вольдеморт невесело усмехнулся, откидывая со лба волосы. - Мордред его побери, одни проблемы! - Вы могли бы использовать заклятье Империус, хотя бы для того, чтобы замедлить процесс. - Мой крестраж делает мальчишку невосприимчивым к нему. Я столкнулся с этим тогда на кладбище... Ладно, оставь, это теперь моя личная забота и ответственность. * К ночи, так и не сумев заснуть, Темный Лорд вновь наведался к своему пленнику, неслышно войдя в камеру и наложив на спящего мальчишку заклятье. Ему пока не следовало знать об этих визитах, учитывая, что и сам Вольдеморт пока точно не знал, что с ним делать. Присев на край кушетки, маг положил ладони на виски парня. К счастью, чтобы проникнуть в его мысли не следовало даже применять легименцию, помогал крестраж. Хоть это и было не самым приятным занятием, но Риддл мог направлять свой разум в любой из существующих крестражей. Понятно, что мысленно пребывать в чаше, которая заперта в банковском сейфе, не очень весело и познавательно, но с живым Поттером все было иначе. Пересматривая воспоминания мальчишки, мужчина отчаянно искал что-то, за что можно было бы зацепиться, чтобы вернуть Избранному желание жить. Чувство вины, детство в чулане, невнятные успехи в школе, глупая увлеченность квиддичем, да колоссальное "везение" во всем. Что оставалось? Друзья, столь дорогие, что даже решив покончить с собой, Поттер попытался их обезопасить. Но выход ли это? Конечно, Томас полагал, что если он на глазах мальчишки запытает до смерти кого-то из его близких, то это вполне сможет всколыхнуть уснувшие эмоции и желание бороться. Но что он получит? Осколок своей души, запертый в человеке, который уж точно возненавидел его до самой смерти. А, что бы он ни говорил сам себе в утешение, в ту роковую ночь, он дал Поттеру грандиозную силу, что она почти делала мальчишку действительно опасным для него. Сейчас же, он не находил даже ненависти к себе, она словно стерлась, смазалась, став вечным лейтмотивом, на который никто уже не обращает внимания. Проскользнула даже мысль, что может быть удастся склонить Поттера на свою сторону, сделать соратником. Но это уже вторичное. Сначала нужно было как-то привести его в чувства. Хоть в число хранителей тайн Ордена Феникса мальчишка и не входил, но полезным все же оказался. Особенно Томаса насторожили воспоминания относительно Снейпа и его действий при операции в Министерстве. Не так должен был действовать его человек. Укрепившись в мысли, что просвещать кого-либо в факт поимки Поттера не следует, Риддл озаботился другой проблемой. Прошло уже трое суток, а "Пророк" по-прежнему молчит, никакой шумихи не поднялось. Альбус умолчал о пропаже героя магического мира? На что он надеется? Думает отыскать мальчишку? Или это вписывается в какой-то хитроумный план старика? Следовало разузнать как можно больше, но вмешивать лишних людей тоже не хотелось. Не то чтобы все Пожиратели вызывали недоверие, но по-настоящему уверен он был лишь в считаных единицах. А Беллу, вследствие ее широкой известности, тоже было не отправить в Министерство. Люциус умудрился за последние месяцы, полтора из которых провел в тюрьме, растерять все свое былое влияние. Был конечно Пий, с несуразной фамилией Толстоватый, которая абсолютно ему не подходила. Но полностью полагаться на его преданность Вольдеморт бы не решился, значит придется прибегать к Империусу. Может, так даже лучше, не придется ему ничего рассказывать. С Орденом дела обстояли хуже, а основная угроза могла идти как раз от него. И заслать туда было совершенно некого. Конечно, номинально там уже был Снейп, но чем больше Темный Маг размышлял о поступках зельевара, тем больше находил причин для сомнений. Нет, Северусу он точно не станет говорить о том, что мальчишка у него. Был еще крысеныш Питер, но после того, во что он превратился после ритуала, Томас не доверил бы ему и стирку дорожных мантий. Не говоря уже о шпионаже. Предавший один раз предаст и второй, это Риддл знал точно. Маленький паучок, уверившись в своих силах, решил перебраться в другой угол, но не удержался и грохнулся прямо на лоб Лорду. Мужчина ругнулся, смахнул насекомое на пол и придавил каблуком ботинка. Он не любил пауков, пауки его, впрочем, тоже. Маг обвел взглядом камеру, явно не лучшая обстановка для истощенного подростка. Тут и здоровый замечтает о самоубийстве. Перевести его в одну из гостевых спален мэнора? Нет, слишком странно, да и зная его характер, можно было быть уверенным, что там он точно попытается или вздернуться на гардине или выброситься из окна, а то попытается сбежать. А сбегать, как ни странно, учитывая его "везение", мальчишке всегда удавалось на славу. Нет, в камере пока безопасней всего. Мощные следящие чары охраняли не только от любой попытки бегства, но и от опрометчивых действий самого пленника. Но целителя он все равно вызовет, хотя бы для того, чтобы исправить парню зрение. На полуразбитые очки без смеха было не взглянуть. Укрыв бессознательного юношу одеялом Томас вышел, тщательно заперев за собой дверь. * Директора и директрисы на портретах делали вид, что спали. А может и действительно задремали от скуки, кто же разберет? Молодой феникс тихонько ворковал, приводя свои ало-золотые перья в порядок. Альбус Дамблдор пил чай, над изящной фарфоровой чашкой поднималась тоненькая струйка пара, любимые сладости соблазнительной горкой высились в вазочке. За последние дни волшебник, казалось, постарел разом на несколько лет. Он сидел, медленно соединяя и разъединяя кончики пальцев. Это простое движение всегда помогало ему успокоиться и привести мысли в порядок. Просмотрел! Упустил! А должен был бы предвидеть! Куда только понесло этого несносного мальчишку!? В том, что Гарри ушел из дома родственников сам, у Альбуса не оставалось никаких сомнений. Удалось с помощью изощренных заклинаний даже проследить его путь до окраины городка, а дальше гриффиндорец словно провалился сквозь землю. Магию он сам использовать не мог, до самого совершеннолетия на нем стоял Надзор Министерства. Значит, ему кто-то помог? Но кто именно, директор не мог даже предположить, и это очень настораживало. С друзьями Поттер не выходил на связь, сова уже два дня как прилетела в совятню школы, а всех знакомых Поттера директор знал. Так, по крайней мере, ему верилось до недавнего времени. А факт между тем оставался фактом - Гарри Поттер пропал, и никто понятия не имел куда. Огромными усилиями директору удалось не допустить того, чтобы эта информация просочилась куда-либо за пределы Ордена Феникса. Да и то посвящены были не все его члены. Но что-то предпринимать нужно было срочно. Если об этом станет известно в Министерстве, то ему вряд ли удастся сохранить свое положение и влияние в обществе. Министр и глава Аврората неоднократно предлагали взять охрану Поттера, как надежды магического мира, под личный контроль. Обеспечив ему круглосуточное наблюдение и лучшие силы аврората для охраны в случае возможных нападений Пожирателей или иных экстраординарных ситуаций, и раз за разом Дамблдору удавалось убедить всех, что необходимые меры и так приняты, и кровной защиты, которую дала мальчику Лили, будет более чем достаточно. А теперь герой словно сквозь землю провалился! И все приставленные к нему наблюдатели ровным счетом ничего не видели и не заметили. Кроме того, что мальчик как-то осунулся, казался очень грустным и много работал. Что не удивительно, учитывая потерю крестного. Надо было все-таки забрать его от дяди с тетей пораньше, отправить хоть бы к той же Молли! Но Альбус думал, что уединение пойдет мальчишке на пользу. Заставит обдумать все произошедшее, так сказать "помариноваться" в чувстве собственной вины. Думал, что это заставит Гарри впредь больше прислушиваться к его словам, мечтал воспитать из него полностью своего человека. Нет, сам он не верил, что мальчик сможет победить Вольдеморта, было абсурдно полагать такое. Том был действительно сильным магом, что-что, а это Альбус точно знал. Но в это верила практически вся магическая общественность. И тот, кто контролировал Мальчика-Который-Выжил, контролировал буквально все. Не давала покоя и мысль, что Гарри мог попасть в плен к Пожирателям. И хотя пока этому не было никаких подтверждений, сердце старика было неспокойно. Ведь если это так, то Риддл уж точно не упустит возможности проафишировать свой успех. Что было бы ой как не к стати для директора школы чародейства и волшебства. В дверь как по заказу постучали. - Входи, мой мальчик, - Северус Снейп притворил за собой дверь и присел на стул напротив директора. - Вы просили зайти? По-прежнему никаких новостей? - Нет, - Дамблдор устало покачал головой. – Неужели ты переживаешь за мальчика? - Да, Альбус, как бы Вас это ни удивляло. Он, в первую очередь, ребенок, который оказался втянутым во взрослые политические игры. И он ее сын… - Понимаю, мой мальчик, понимаю. Думаю, ты знаешь, о чем я хочу тебя просить. - Да, директор. Я попробую выяснить, что смогу. - Только Северус, не спрашивай у Тома ничего напрямую. Если Гарри не у него, то за ним может начаться охота. - Я знаю, что можно говорить, а что нет, Альбус. Не первый год… - Чаю? - Увольте, - зельевар скривился, глядя на опостылевшие лимонные дольки. – Как ваша рука? - Твоими стараниями, - старик поднял левую руку и медленно сжал и разжал кулак, было видно, что делать ему это не очень-то просто. – Все просто прекрасно, учитывая силу заклятья. - Это было неосмотрительно. - Это было необходимо. Это стоило того. Лорду не следовало возвращаться, теперь я лично возьмусь за то, чтобы отправить его в небытие. - А мальчишка? Что будет, если Вы его не найдете? Скоро новый учебный год, если Поттер не появится, то неминуемо поползут слухи. - Не беспокойся, Северус, - Альбус улыбнулся. – Мы обязательно его отыщем, - о том, что даже если нет, у него уже есть план, как действовать, Дамблдор решил умолчать. * Гарри, в общем-то, ничего вообще не ждал от наступающего утра. Но менее всего он ждал, что в его камеру войдет полненький седоватый волшебник со смешными усами-щеточкой и назовется колдомедиком из больницы Св. Мунго. Не видя никакого смысла в происходящем, и тем более смысла сопротивляться ему, юноша позволил врачу осмотреть себя. Выслушал лекцию о том, что нельзя так халатно относиться к своему здоровью, и куда только смотрели его родные, что не привели его на осмотр ранее, ведь в детстве проблему со зрением было бы исправить куда проще. После чего доктор Бердис, как назвался визитер, заставил выпить его с дюжину зелий из маленьких флакончиков, уложил на кровать, поместив на глаза смоченную очередным раствором повязку и велел лежать, не шевелясь, пока она полностью не высохнет. - Будет жечь, сильно жечь, молодой человек, потерпите! - Хорошо, - покорно отозвался Гарри, думая, что терпеть что-либо ему точно не в новинку. Он слышал, как щелкнул замок и проскрипели петли на двери, потом все погрузилось в тишину. Жгло действительно сильно. Было даже самую малость любопытно, зачем Риддлу понадобилось звать к нему врача? Или это какое-то изощренное издевательство? Может, боялся, что во время дуэли с него слетят очки, и кто-то сочтет победу не абсолютной? Бэн Бердис перехватил поудобнее свой чемоданчик и сокрушенно качая головой затопал по коридору, ведущему в лестнице. В гостиной его уже ждали: - Бэн, выпьешь со мной? - Простите, Мистер Риддл, не могу. Не могу. На мне все отделение, Вы же знаете. В другой раз с радостью. Томас с улыбкой кивнул. Он знал Бердиса еще студентом, когда тот только подрабатывал на четверть ставки в приемном покое Мунго. А тот все не менялся, так же влюблен в свою работу. - Как пациент? - Неужто Вы сами не заметили? Мальчик умирает. Я вылечил ему зрение, полежит часик с повязкой, еще неделю попьет зелья, которые я пришлю к вечеру, и будет как новенький, но не это же главная проблема... - Вы можете что-то сделать? - Увы-увы! Если перевести его в клинику, может быть там, и то не уверен. - Какие-то рекомендации? - Бережное отношение, если он нужен Вам живым, впрочем иначе Вы бы меня не вызвали. - Благодарю, что немедленно откликнулись, - за разговорами они дошли до дверей поместья. Риддл крепко пожал руку доктора. - Зовите, если смогу быть полезен. И не могу не отметить: Вы выглядели куда здоровее, чем в нашу последнюю встречу, - врач улыбнулся на прощание и неторопливой походкой зашагал к воротам, чуть помахивая своим чемоданчиком, который изрядно прибавил в весе благодаря кошелю с золотыми галлеонами. * Когда ткань абсолютно высохла, а жжение в глазах утихло, Гарри снял повязку и огляделся. Было непривычно видеть мир таким четким и ярким без очков. Случись это год назад, он бы наверное прыгал от радости. Сейчас же лишь с обжигающей досадой вспомнил, что Сириус как-то вскользь упоминал, что можно было бы обратиться в Мунго, а то очки - плохой помощник в квиддиче и драке. Еще одним сюрпризом было некое оживление обстановки в камере. На небольшой лавочке около кровати появилась стопка сложенных одеял. Мягких и теплых, несколько полотенец и пара книг. В стальном кольце около двери горел факел, отбрасывая причудливые блики на стены. Юноша хотел было взять его, чтоб тщательно осмотреть все углы помещения, но не смог даже дотронуться. Источник света окружал магический барьер. Книги были скучные, да и все равно читать не хотелось. Затащив одеяла себе на кушетку Гарри улегся поудобнее. Может ему все же удастся однажды заснуть и не проснуться? - Слишком бессмысленно, - пробормотал гриффиндорец, уже проваливаясь в привычное забытье и видя даже перед закрытыми глазами строчки пророчества.