Неисполняющий желания

Стук повторился нетерпеливый, настойчивый. Юноша зевнул и крикнул через плечо, наливая кофе в большую кружку: - Подожди. Сейчас открою! Ругаясь про себя на Алекс, которая, видимо опять забыла ключи, прошел к двери. Только там стояла совсем не она, Гарри как-то краем мозга осознал, что кружка с кофе грохнулась об пол, выскользнув из пальцев, разбилась, и на ноге, наверняка, будет ожог. Он медленно стал отступать назад, смутно осознавая, что выхода все равно нет. - Здравствуй, Гарри, - Том вошел, закрывая за собой дверь и запечатывая ее заклятьем. - Ка-ак ты меня нашел? - По случайности, тебя увидел один из моих людей, а хозяин кафе просто сказал мне адрес. За десять евро, если быть совсем точным. Гарри Доу*. Юноша уперся спиной в стену и закрыл глаза. Он чувствовал, как сердце колотится с удвоенной силой. - Ты ничего не хочешь мне сказать? Может быть, объяснить? - Томас изначально собирался просто спокойно поговорить с беглецом, но чувствовал, что с каждой секундой начинает злиться все сильнее. Поттер, живой и невредимый, стоял перед ним, но даже глаза не поднимал, вжался в стенку и молчал. - Посмотри на меня! - маг не сдержался и ударил кулаком по стене около головы мальчишки. Тот только вздрогнул. - Какая разница, что я тебе скажу, твоих решений это все равно не изменит. Пришел убивать - убивай, - бывший гриффиндорец сильнее сжал зубы и мысленно попросил у матери прощения за то, что не сможет выполнить данное ей обещание. Чего уж там, он был крайне удивлен, что его не нашли за столько времени, но вечно его бегство продолжаться не могло. Подсознательно он понимал это всегда. Что ж, сегодня не самый плохой день, чтобы умереть. - Я не собираюсь тебя убивать, Гарри, - голос все еще звенел от ярости, но Риддл всеми силами пытался успокоиться, ему правда нужно было понять, что происходит. - Тогда я не знаю, что тебе нужно. Ничего твоего у меня нет. Хочешь убить - убей, хочешь пытать - пытай. Или уходи. - Уходить? Хочешь, чтобы я ушел? - слова задевали куда сильнее, чем Лорд мог предположить. - Да, я хочу, чтобы ты ушел, - сил смотреть на мужчину все еще не было, он едва мог расслышать, что тот говорил из-за шума крови в ушах. Все это казалось каким-то нереальным сном. Все не должно быть так! Парень проглотил вставший в горле ком и снова закрыл глаза. Потом услышал шаги быстрые, словно злые, и хлопок двери о косяк. Ноги так нестерпимо дрожали, что стоять было больше невозможно, Гарри обессиленно сполз по стене и закрыл лицо руками. Вот и все. Конец. Точка, которая завершает всю его прошлую жизнь. Он чувствовал, что по щекам текут слезы, только не понимал, отчего именно: от облегчения или от боли. Два года он уже жил без магии, скрываясь, перебиваясь случайными заработками, временами голодал и спал на лавочках в парках. Он бежал от смерти, как он думал. Он почти заработал себе паранойю, ему везде мерещилась погоня, преследователи, иногда ему казалось, что он даже видел Лорда в случайных прохожих. Он избавился от палочки, хотя хранил ее до последнего, пусть и не использовал. Это была словно последняя ниточка надежды, что еще можно вернуть что-либо назад. А после он встретил Алекс. Веселую, безбашенную и словно знакомую, она как-то неуловимо напоминала ему и Джинни и Гермиону одновременно. С ней стало легче, только до конца все равно не отпускало. Он все дни проводил в каком-то угрюмом осознании ожидания того, что его все же убьют. А по ночам изнемогал от снов, видя синие глаза Тома Риддла, видя мужчину, которого любил. И от которого сбежал. Это было так абсурдно, что временами просто не укладывалось в голове. А теперь все кончилось, Риддл ушел. Но не успел юноша даже просто до конца осознать все произошедшее, как дверь хлопнула снова. - А знаешь что? - голос почти срывался на шипение. - Мне плевать! - Томас за волосы вздернул мальчишку вверх, заставляя встать на ноги. - Я не гребаный джин. Я не исполняю твоих желаний! Теперь у меня чёртова куча вопросов! И ты мне на них ответишь! - Что... - Что? Для начала, какого Дьявола ты сбежал? - Я хотел жить. Просто жить... Я знаю, ты бы убил меня. После... После того как во мне не осталось осколка твоей души... Я стал бесполезен для тебя... - Бред! Что за бред ты несешь!? - многострадальной стенке достался еще один удар, хлипкие пластиковые панели и гипсокартонные перекрытия затрещали, от выбоины в стороны побежали ветвистые трещинки. - Я слышал тебя... - Слышал!? Я понятия не имею, что ты слышал! Ты знал меня! Ты был со мной! Я никогда не врал тебе! Никогда! Ты услышал какие-то обрывочные слова и сбежал! Как ты вообще поверил, что я смогу тебя убить? - Я, когда в меня попала Авада в лесу, я умер. Я видел маму. Я обещал ей, что буду жить... Это стало самым главным... Я... Кто я такой? Мальчишка, который только и может, что приносить проблемы, истерики и бесконечные вопросы... Ты держал меня рядом из-за крестража, а когда его не стало... - Идиот! - Риддл схватил его за волосы, стискивая их в кулак, заставляя смотреть себе в глаза. - Ты врал мне! Я поверил всем твоим словам! Я искал тебя! Дьявол, я думал, ты мертв! Дьявол... Я боялся, что больше тебя не увижу... Гарри чувствовал, как у него дрожат руки, смысл услышанных слов медленно, словно нехотя доходил до мозга. - Мне что не нужно было бежать? Как же глупо…. Как же все было глупо! Он настолько привык к мысли, что его абсолютно все и всегда воспринимали как шахматную фигуру и не больше, что просто не мог поверить, что все было не так, как он для себя придумал, что он мог не сбегать, не отказываться от магии, что его не ждала гибель. Что он мог просто поговорить и решить все словами. И что на этот раз только он сам, своими собственными руками сломал и уничтожил все, что у него было. От осознания этого замутило, юноша так и не решался посмотреть в глаза Лорду, но теперь уже не столько от страха, сколько от стыда. - Гарри, - голос звучал мягко, не верилось, что буквально несколько минут назад он звенел от ярости. - Я не убил бы тебя. Поверь мне. Парень просто кивнул и громко выдохнул, его всего потряхивало, Томас крепко взял его за плечи и довел до дивана, который стоял у противоположной стенки. - Я рад, что ты жив. И я пришел не ругаться, а поговорить. - Скажешь мне какой я идиот, и как все порчу и рушу своими импульсивными и необдуманными поступками? - Поттер попытался улыбнуться, но мышцы от волнения плохо слушались. - Я был уверен, что ты попытаешься навестить друзей, и приставил к ним наблюдение, мои люди до сих пор дежурят на кладбище в Годриковой Впадине... - Я часто об этом думал. Боялся, что разозлившись на мой побег, ты убьешь их. Но... Но я просто хотел выжить ... - при воспоминании о сомнениях, которые терзали его все эти два года, Гарри снова почувствовал вину, горечи и безысходность. Лорд смотрел на Поттера и не мог разобраться в своих чувствах. Он видел перед собой все того же нескладного мальчишку, несомненно ставшего взрослее, старше, но все так же плохо приспособленного к жизни, запуганного, запутавшегося и сломленного. Войной, всеми испытаниями, которые ему пришлось перенести. Какие ответы можно с него требовать? Он сам едва ли осознает, что творил, как зверек повиновался больше инстинктам. О каких серьезных разговорах может идти речь? Рассказать о том, что ему пришлось выпить злополучное зелье, и он был не совсем собой после битвы в Запретном Лесу? Да вряд ли до мальчишки вообще сейчас дойдет смысл слов. Вольдеморт окинул взглядом помещение, где они находились. Маленькая маггловская обшарпанная квартирка, крошечная гостиная совмещена с кухней, из узкого коридора вели три двери, очевидно в комнаты и уборную. Все выглядело потрепанным, дешёвым. - Я забираю тебя отсюда. Гарри резко вскинул голову, и Том поразился испугу, который отразился в зеленых глазах, и пусть крестража больше не было и "читать" мальчишку стало труднее, тут не надо было быть легиментом, чтобы все понять. - Я не собираюсь запирать тебя в камеру. Ты сдашь экзамены, получишь школьный аттестат, потом образование. И если захочешь - сможешь уехать куда угодно. Но все это, - мужчина указал рукой на окружающую обстановку. - Не твое место. Не твой мир. Ты здесь не останешься. - Тебе-то это зачем? Этот вопрос выбивал из колеи, ставил в тупик, Риддл думал, что по его словам и поступкам все и так более чем понятно. Видимо, не для Поттера. И любит же на пустом месте соорудить проблему! - Гарри, я не знаю, что ты успел обо мне надумать, но я держу свои обещания. Я обещал не оставлять тебя, я обещал оберегать тебя. - Я думал, с того момента, как я уничтожил твой крестраж, все это потеряет смысл... Что ты, - Гарри запнулся, произносить это вслух было сложно. - Что ты меня возненавидишь за это. - Пусть это и было до ужаса глупо, но ты пытался меня спасти. Как я могу за это тебя ненавидеть? - Тебе этого все равно не требовалось... - Это уже совсем другой вопрос. Гарри неотрывно смотрел на Лорда и как же боялся, что вот сейчас зазвонит мерзкий будильник и окажется, что все это сон и ему надо вставать и идти на смену, улыбаться отдыхающим мажорам, чтобы заработать жалкие чаевые на еду и съем. И снова бояться каждого шороха. А он устал, на самом деле устал всю жизнь бояться и убегать. - Расскажи, что там? Многое изменилось? - хотелось перевести тему на что-то нейтральное, обыденное, не касающееся его так близко. Потому что на самом деле невозможно было понимать, что Томас снова так близко, но теперь уже не иметь ни малейшего, даже приблизительно понятия, какие чувства кроются за взглядами синих глаз, за словами. Он боялся гадать, опять же поймет все неверно, напридумывает, чего нет на самом деле. - Много. Ты все увидишь, - Том поднялся и прошел в жалкое подобие кухни, налил воды в стакан и осушил наполовину. - Все увидишь…. Красивая, - Риддл взял с полки фотографию, где рядом с Гарри была запечатлена девушка с длинными вьющимися волосами цвета зрелой пшеницы. Молодые люди улыбались, на заднем фоне проглядывало море и пляж с золотым песком. - Твоя девушка? - Нет! - Гарри аж подскочил на диване. - Это Алекс. Она... Мы ... Мы просто друзья, она моя подруга. Только... - юноша и сам толком не знал, почему он оправдывается, словно в чем-то виноват. Ему не хотелось бы, чтобы Лорд даже подумал, что у него кто-то есть, потому что это было не так, совсем не так. Он только смутно надеялся, что его слова не прозвучали слишком нервно или глупо. - Не оправдывайся. Мне было чуть больше твоего, когда я чуть не женился. - Шутишь? - Нет, - Вольдеморт сам не знал, зачем они говорили об этом, это было неважно, по крайней мере, не сейчас. Но, по правде говоря, он не знал, что сейчас еще может быть важным. Он видел живого Поттера, все такого же запуганного, сломленного, запутавшегося, но живого и все остальное действительно казалось не столь важным, все остальное решаемо. - Том, я не могу вот так бросить все и уехать. Мне нужно время... Хоть несколько дней. - Ты же понимаешь, что я не могу тебя просто оставить? - мужчина опустился рядом с юношей на диван и, взяв его за руку, повернул ее тыльной стороной вверх. - Не доверяешь? - наверное, в других обстоятельствах это вызвало бы обиду, но юноша прекрасно понимал, что после всего что выкинул, не заслуживает доверия. И помнил как сам, по своей доброй воле обещал Лорду во всем подчиняться и нарушил это обещание, многократно. Да, он и сам бы на месте Риддла себе не доверял. - Предпочитаю не рисковать. Будет неприятно. Прежде, чем Гарри успел что-то понять или тем более возразить, маг прислонил кончик палочки к его предплечью и зашептал заклинание. И "неприятно" это было далеко не то слово, которым можно было описать ощущения. Было откровенно больно. Сквозь невольно навернувшиеся слезы юноша видел как от кончика палочки, по коже расползаются черные линии, словно татуировка. На какой-то миг Гарри подумал, что Риддл просто собирается выжечь ему метку, но мужчина убрал палочку, и на предплечье осталось только несколько тонких линий. - Какого черта! - боль медленно утихала. - Это позволит мне найти тебя, где бы ты ни находился, - невозмутимо ответил Вольдеморт, конечно, существовали способы обмануть или блокировать магию метки, но Поттеру они вряд ли были известны. А при отсутствии палочки и вовсе говорить было не о чем. - Я не могу позволить тебе снова исчезнуть, прости уж. На самом деле хотелось сказать "я не могу снова потерять тебя", но маг сдержался, считая подобную словесную мишуру недостойной и малозначащей. - Понимаю. - Я буду ждать тебя через неделю в Англии. Если не приедешь, приду за тобой. - Я приеду, - Гарри кивнул, не решаясь сказать, что последняя фраза крайне напоминала реплики из дурацких ужастиков, которые любила по вечерам смотреть Алекс. Риддл убрал палочку. Он до жути не хотел даже на несколько дней оставлять мальчишку, но должен был вернуться к Белле, а там, через пару дней, и обратно в Англию. Глупо он надеялся решить все одним разговором, тут и месяца не хватит. Говорить о главном до страшного не хотелось, да Мордред, он самому себе-то с трудом признался в своих чувствах, что тут говорить о другом человеке? ** Гарри еще долго после ухода Риддла просто сидел, невидящим взглядом уставившись на осколки, разлетевшиеся по полу. Два года. Два года они не виделись, два года его душа разрывалась между страхом и любовью к этому человеку. Два года он каждый день спрашивал себя, увидит ли Томаса еще. И боялся и надеялся, это была какая-то жгучая, дикая, самоуничтожающая надежда. И теперь ему показалось, что он первый раз за много месяцев смог по-настоящему дышать, полной грудью. Только страхи все еще остались. Но уйдут ли они когда-нибудь вообще? ** Сова прилетела через день, на самом рассвете постучала клювом в стекло. Гарри опасливо глянул на дверь, а потом открыл окно, птица бросила на постель толстый пергаментный конверт и вылетела обратно на улицу. Внутри был лишь небольшой клочок пергамента, с короткой надписью. "Я жду тебя". Подписи не было, но она и не требовалась. Еще в конверте была внушительная стопка маггловских денег. Гарри улыбнулся, убрал несколько купюр в карман и вышел из комнаты, Алекс, собираясь на работу, суетилась на кухне, явно страдая от отсутствия пары дополнительных рук. - Лекс, нужно поговорить. Помнишь, я говорил на счет аренды. - Вечером нельзя, знаешь же, если опоздаю, Венченсо штрафанет? - Забей на его штрафы, - Поттер положил перед ней банкноты. - Черт! Они реальные!? - девушка отставила чашку с кофе и недоверчиво стала рассматривать стофунтовую купюру. - Я не особенно разбираюсь в фунтах, - она была из Штатов, а познакомились они в Австрии, оттуда перебрались в Италию. Алекс бросила колледж на втором курсе и уехала путешествовать, мечтая, что когда-нибудь напишет книгу, основываясь на полученных впечатлениях и стремясь доказать родителям, что она вполне самостоятельна и может о себе позаботиться. - Черт! Откуда ты их взял? - Мне прислали, - Гарри почесал затылок, он понимал, что должен что-то объяснить подруге, но все осложнялось тем, что она не догадывалась о том, что он маг. Да и вообще он мало что говорил о своём прошлом. – Помнишь, пару дней назад я говорил, что мне придется уехать... - Так, плевать на штраф, - девушка уселась прямо на край столешницы. - Я давно поняла, что ты в бегах. И что "Доу" не твоя фамилия на самом деле! Это же просто классика детектива! Но, черт, я обычно думала, что сбегают, когда кому-то должны денег, а не когда должны тебе... - Никто не должен мне денег, и я никому не должен. Это сложно объяснить... - Поттер запрокинул голову к потолку, словно там могло быть написано что-то, что помогло бы ему подыскать нужные слова. - Ну, скажи, в твоем таком таинственном прошлом была хоть какая-то криминальная история? С убийствами? Грабежами? Бандитами? Гангстерами? Хотя бы романтическая... Хоть что-то! Или я зря себе все напридумывала!? - Лекс... - Гарри не любил, когда в разговорах поднималась эта тема. - Все не так просто, поверь, если бы я мог, то все бы тебе рассказал. - Но для моей же безопасности мне лучше этого не знать, - девушка закатила глаза и усмехнулась, но уже через секунду посерьезнела: - С тобой все будет нормально? Гарри пожал плечами, он действительно не знал. Он знал только, что действительно должен вернуться, и дело даже не в том, что теперь Риддл в любом случае приволочет его обратно. В глубине души, если уж быть честным с самим собой, юноша всегда понимал, что рано или поздно его бегство придется прекращать, и он вернется на родину. Мысль об этом притягивала и пугала одновременно. А вот что дальше? С какой-то обреченной грустью проскользнула мысль, что его жизнь по возвращении снова не будет принадлежать ему самому. Но почему-то горечи это приносило куда меньше, чем могло бы. Гарри и до этого не раз понимал, что, по сути, так и не научился жить. Выживать? Может быть. Но можно ли назвать это жизнью в полном смысле слов? Вряд ли... Он понимал, что это все не его место. Надеялся ли он? Возможно, сам толком не зная на что. Пугало ли его будущее? Да... Только это уже было привычным чувством. Он и вправду скучал, по Гермионе, по Рону, по школе, да даже по тренировкам с Пожирателями. Что уж говорить о Томе... Наверное, никогда у него не будет спокойно. Может, пресловутое пророчество Трилони исполнится таким образом. - Все будет хорошо, Алекс. Все будет правильно, - парень даже не был уверен, кому он больше сказал эти слова самому себе или подруге. - Ты оставишь мне на аренду? - Я все тебе оставлю, возьму только на дорогу, - хоть у него и было время до конца недели, но с каждой минутой гриффиндорец понимал, что задерживаться он не хочет. - Черт, Доу или как там тебя на самом деле, я буду скучать!- блондинка спрыгнула со стола и крепко обхватила его за шею. - Тебя хоть зовут-то действительно Гарри? - Действительно, - юноша рассмеялся, он думал, что будет крайне тяжело прощаться с ней, все-таки они немало пробарахтались вместе, но на душе было легко. Нет, конечно, по ней он тоже будет скучать, но это будет потом. ** Гарри угрюмо и несколько обреченно окинул взглядом две стопки исписанных пергаментов перед собой. Да, профессор МакГоннагал определенно подошла крайне основательно и расписала ему не только необходимую к освоению программу и списки литературы рекомендуемой для шестого и седьмого курсов, но и снабдила изрядной частью конспектов. И огромной банкой имбирного печенья, отказаться от которой не было ни малейших шансов. Он пробыл в школе несколько дней, подолгу беседовал с учителями, попеременно то убеждая их, что он в достаточной мере осведомлен относительно политической обстановки в магическом мире и ему ничего не угрожает, то всеми возможными способами увиливал от вопросов относительно того, где он был и чем занимался последние три года. Больше всего он говорил с Ремусом, правда, так и не решился ему признаться, что это он выдал его Лорду. Хотя, у юноши сложилось четкое ощущение, что Люпин и сам все прекрасно знает. И становилось хоть немного легче. - Гарри, я хочу, чтобы ты знал, если тебе что-то понадобится, любая помощь, я всегда.. - Я знаю, спасибо, Ремус, - Поттер искренне улыбнулся оборотню. - Хватит обо мне. Как ты? - Сложно сказать, - мужчина подошел к окну, выглядывая во двор школы, полный школьников. - Все так переменилось, что мне вообще сложно об этом говорить. И самое удивительное, что в этом хаосе я вдруг обрел почву под ногами, что-то большее, чем имел до этого, - оборотень посмотрел на тонкий ободок кольца , охватывающий его безымянный палец. - И пусть это, возможно, и прозвучит дико, и даже кощунственно по отношению к тому, что произошло, но я вроде как даже счастлив. - Я рад за тебя. - Жаль, тебя не было с нами в день свадьбы. Может, задержишься? Дора на выходные приедет в Хогсмид, она будет рада тебя увидеть. - В другой раз. А то мне директор столько материала надавала, что я, кажется, до старости буду все это учить... На самом деле, он просто начал уставать от всего этого внимания к своей персоне, его словно окунули в те времена, когда он был только Избранным Мальчиком-Который-Выжил, и все от него чего-то ждали. И сама мысль о возвращении, пусть и призрачном, к этому состоянию была невыносима. И бывший гриффиндорец предпочел засесть за бесконечные свитки. И это тоже навевало тоску. Нет, как ни странно, с теорией все было не так плачевно, как он ожидал. Вещи, которые объяснял ему Лорд, словно намертво отпечатались на подкорке. А вот с практикой все обстояло куда печальнее. У него просто затряслись руки, когда Томас протянул ему его же волшебную палочку. И поначалу не удавались даже самые простые заклинания. К немалому удивлению Томас, без каких либо подколок и насмешек, просто стал с ним заниматься, почти каждый день по нескольку часов, словно у него не было более важных дел. И это только добавляло вопросов. Миллион новых вопросов, и как всегда без ответов. Гарри вполне допускал мысль, что из-за каких-то своих внутренних моральных установок раз давши слово заботиться о нем, Риддл уже просто не мог, что называется, бросить его на произвол судьбы. Но с другой стороны Риддл же и обещал, что если с его крестражем что-то случится, то ему будет совсем не сладко. Он не знал, чего ждать. Томас казался словно непроницаемым, лишний раз не подходил близко и держался холодно и отстраненно. Они много разговаривали, но это никак нельзя было назвать личными разговорами. Гарри только раз решился спросить об одной из тех вещей, которые его действительно волновали. - Том, ты еще злишься на меня за крестраж? - Уже нет. У меня было достаточно времени на злость за эти годы. Да и вряд ли я мог бы придумать что-то более страшное, чем ты сам себе нафантазировал. Юноша лишь коротко кивнул, возразить было нечего. И вправду, не проходило и дня, чтобы он не вспоминал о своей неосмотрительности и глупости. Не сожалел о потерянном. Звучало дико, но по правде он чувствовал, словно с крестражем Лорда исчезла и какая-то часть его самого, он словно стал неполным. Ему не хватало чужого осколка души, и он уже даже не пытался переубедить себя, что это из-за того, что с ним он чувствовал себя ближе к Риддлу. И какая-то глупая надежда все равно трепыхалась внутри как бабочка с подбитыми крыльями, каждый раз, когда он случайно сталкивался взглядом с Вольдемортом. Хотя можно было бы уже понять, что чувства, если они вообще были, которые когда-то питал к нему мужчина, уж точно, давно канули в лету. Наверное, только такой конченный наивный идиот как он мог еще на что-то надеяться. Одно было ясно - пленником он больше не был. Он сам выбрал себе комнату, жить в своей прошлой не хотелось, мог без помех пользоваться каминной сетью или порталами. Только все равно ходить никуда не хотелось. Правда один раз он побывал в Министерстве Магии, необходимо было оформить кое-какие бумаги для сдачи аттестационных экзаменов, новообразованный отдел министерства теперь четко контролировал систему школьного образования. К немалому удивлению Поттер встретил там Гермиону, которая занимала должность старшего секретаря в отделе обеспечения магического правопорядка. Они взяли по чашке кофе в кафе для сотрудников и, забравшись за самый дальний столик, проговорили несколько часов. Чувствуя просто непередаваемую вину за то, что мало того, что уехал даже не встретившись с друзьями, так еще и по возвращению не вышел на связь Поттер распрашивал девушку обо всем, что произошло. Грейнжер, как и ожидалось, с блеском окончила школу, и, договорившись о возможности дистанционного обучения с Римской Магической Академией, устроилась на работу стажёром в Министерство. Уже через полгода ее повысили до секретаря, еще через несколько до старшего. Рассказала она и о том, что произошло во время битвы за Хогвартс, и о том, что было после. - Я все время ждала подвоха, что негативную роль все же сыграет то, что я из семьи магглов, но нет! До сих пор не могу поверить... Ты читал информационные буклеты? - тут же сменила она тему. - Мне пришлось очень долго искать какую-то дополнительную информацию относительно родовой магии, это просто кощунственно, что такой пласт знаний практически похоронили и уничтожили! Гарри не сдержал улыбки, Гермиона все та же... - Я думаю смогу достать тебе несколько книг, напиши, какие темы тебя интересуют больше всего. Спросил он и о Роне, но девушка отвечала с неохотой, ограничившись замечанием, что Рон слишком упрям и непреклонен и последние месяцы они не общались, она только слышала, что он ездил к Чарли в Румынию и узнавал относительно работы не желая оставался в "оккупированной мразями стране", как он выразился. Решив, что позже обязательно напишет другу, Гарри поспешил перевести разговор в более приятное русло. И уже когда он выходил из Министерства, непонятно откуда закралась в голову мысль, что эту встречу подстроил Лорд. Правда, спрашивать он не решился, но на душе все равно потеплело. ** - Палочку выше, а руку прямей! Энергия будет ровнее идти! - Том стоял на крыльце, облокотившись на массивные каменные перила и наблюдал, как Гарри с переменным успехом пытается освоить необходимую практическую программу. Юноша выругался, но сжал зубы и снова принялся выводить палочкой замысловатый узор. Нет, все же изменился - стал спокойней, может, чуть уверенней. Том перевел взгляд на руины старого крыла, только вот перевести мысли было куда сложнее, чем взгляд. Маг не думал, что когда-нибудь в его жизни наступит время, когда он будет в нерешительности "топтаться на месте" и ждать в бездействии, это было не похоже на него. Но именно этим он и занимался, с мазохистским наслаждением проводя с мальчишкой по пол дня, но сохраняя при этом максимальную дистанцию. И только ему одному было известно, каких усилий это стоило. Казалось бы, чего проще? Подойти на один шаг ближе, властно притянуть к себе и, прошептав "мой" впиться в губы поцелуем, запечатывая свои слова. Он же привык по жизни брать, все, что ему нужно! Потому что мог. Потому что хотел. Только сейчас все было не так. Через несколько лет после смерти Кристиана, Хельга, глядя на все еще подавленного и угрюмого друга, поступилась своими принципами и раскинула для него руны. Отполированные кружки дерева с вырезанными на них древними знаками причудливым веером легли на стол. И снова и снова. Женщина долго вглядывалась в них, потом сказала только одно. - Не нагружай себя излишне громкими словами, Йормунганд, по воле прекрасной Фрейи тебе суждено трижды полюбить. Том помнил, что тогда усмехнулся, совсем не весело. - И как мне знать, что это уже не в прошлом? - Сердце спроси. Оно только знает. Сейчас Том точно знал, что первой была Амалия, вторым Кристиан, а третьим.... Мужчина думал, что после возрождения он так и останется навечно обручён с войной, а сбежавший Себастиан прихватил с собой последний шанс на счастье. Но если уж быть совсем честным, то по настоящему глубоких чувств к Вагнеру он никогда не испытывал. Что ж, у судьбы действительно паскуднейшее чувство юмора! Лорд сотни раз прокручивал в голове слова, которые хотел сказать Поттеру, но каждый раз понимал - не то. Все не то! И молчал день за днем. С болью и горечью улавливая эманации страха каждый раз, когда оказывался близко от мальчишки. После потери крестража стало не так просто проникать в его мысли и эмоции, нет, конечно, для легимента его уровня это было и не сложно, но мужчина не хотел, чтобы Гарри что-то почувствовал. А спрашивать напрямую, чего именно он боится, не решался, подсознательно зная ответ - его самого. И сделал он для этого предостаточно. А временами накатывала злоба. Да какого черта! Хотелось наплевать на все и всяческие нормы, взять желанное, хоть силой. Свыкнется. Но Вольдеморт держался. Заставить Поттера быть с собой он всегда сможет, но нужно-то было не это. Значило ли это, что он отступил? Отнюдь. Пусть Поттер успокоится, получит аттестат, привыкнет жить свободно, не опасаясь каждого шороха, это он точно заслужил. А ждать Риддл умел, хотя с каждым днем это и становилось сложнее, с каждым часом, что он проводил с мальчишкой. ** Гарри сверился со списком, который прислала ему с совой Гермиона, и взял с полки очередную книгу, библиотеку Лорд собрал действительно грандиозную. - Тебе мало школьной программы? - голос Риддла прозвучал неожиданно близко, да и просто неожиданно, заставив буквально вздрогнуть. - Ты напугал меня, - произнес юноша, ожидая напоминания, что следует быть всегда начеку, да и вообще оставлять хотя бы один щит. - Тебе нечего бояться в этом доме. Гарри обернулся, намереваясь объяснить, что эти книги не совсем для него а заодно и спросить разрешение на временную пересылку книг. И оказался лицом к лицу с Лордом. Близко. Почти вплотную, на несколько секунд ему показалось, что он словно слышит или даже чувствует стук сердца мужчины, но спустя несколько секунд шум собственной крови в ушах заглушил все. Они стояли так близко, что юноша мог даже различить мельчайшие капельки воды, осевшие на воротнике и волосах мужчины, почувствовать его запах. И невероятные синие глаза были так близко, смотрели на него так внимательно, что от этого взгляда в буквальном смысле слов подкашивались ноги. Что-то было в этом взгляде... Что-то темное, затягивающие и такое притягательное, даже смутно знакомое. Во рту пересохло, а где-то внутри словно завязался огромный узел, болезненный, ноющий. Хотелось броситься вперед, сжать пальцами воротник рубашки и прижаться так крепко, как это только возможно. И было страшно, что Томас его оттолкнет. Но и понимал он, что точно останется в проигрыше, если даже не попробует. Вольдеморт стоял и ругал себя за неосмотрительность. Ну зачем полез? Удавалось же ему несколько месяцев сохранять дистанцию во время тренировок. А теперь он стоял в каких-то несколько дециметрах от парня и едва сдерживал себя, чтобы просто не наброситься на него. И как же бесил этот страх! Хотелось схватить несносного мальчишку и трясти, пока он не ответит, какого черта он еще боится. Только, естественно, Том понимал, что этими действиями точно ничего не исправит. Он пропустил момент, когда Поттер словно качнулся вперед, прижимаясь, уткнулся лицом ему в шею и замер, мелко дрожа. Инстинкты и плотские желания буквально завопили, что нужно сейчас же воспользоваться моментом и если не завалить мальчишку на ближайшую горизонтальную поверхность, то уж хорошенько зажать его прямо у этой вот книжной полки. Внутренние демоны зашевелились, рвясь с цепей. Томас прикрыл глаза, заставляя себя не поддаваться. Медленно, осторожно положил одну руку на дрожащие плечи юноши, а другой отвел со лба вечно непослушные пряди волос. Едва дотрагиваясь кончиками пальцев до загорелой кожи. Чуть отклонился и заглянул в зеленые глаза. Столько бы нужно было спросить. Но черт! От одной мысли, что придется заводить разговор " о чувствах" становилось не по себе. Ну не привык он об этом говорить! - Я хочу все сделать правильно, - это было самое уместное из того, что вертелось на языке. Мужчина практически невесомо коснулся губами щеки юноши, виска, потом уголка губ и отстранился, заглядывая в глаза. Поттер не дал произнести и слова, стиснув его воротник в кулаке и прижимаясь губами. Целовались долго, жадно, наплевав на весь окружающий мир. Том отстранился первым с явной неохотой. Хотелось засмеяться, от облегчения, от глупой радости. Только прежде, чем он успел собраться с мыслями и произнести хоть слово, Гарри протиснулся мимо него и со всех ног бросился к выходу. Томас к своему неимоверному стыду замешкался и когда добрался до коридора мальчишки и след простыл. И учился тот точно усердно, потому как поисковые заклятья не сработали, Риддл попытался почувствовать его через метку на руке, но и тут потерпел неудачу. Значит сильные щитовые чары, сам он наложить такие не мог, значит или в Хогвартсе или в Министерстве, только там достаточно сильные щиты. Не в розыск же его объявлять... Снова. ** Гарри вернулся домой только к следующему вечеру, просидев почти сутки у Хагрида. Благо, тот никогда не славился неуместным любопытством и без лишних вопросов налил огромную кружку горячего чая и выделил продавленную тахту для сна. Что-что, а говорить вообще не хотелось. Спал он плохо, стоило ему закрыть веки, как он снова как наяву видел синие глаза Лорда, казалось, чувствовал на губах его поцелуи. И хотелось застонать, так как молодой, изголодавшийся по телесным ласкам организм реагировал вполне определенным образом. Он проворочался без сна до рассвета и почти весь день просидел в укромном уголке на берегу озера, кидая в воду небольшие камушки и пытаясь разобраться в самом себе. Сбежал. Кажется это то, что он действительно научился делать в этой жизни. Причем даже быстрее, чем думать. Он же так ждал этого, до слепой боли надеялся. Мечтал снова оказаться рядом с Риддлом не только в роли вечно докучающего соседа... Но как же он боялся. Было огромное количество вещей, которые он уже пережил в жизни, многие мог пережить. Только не одно. Если Том посмеется над ним, над его чувствами... Серьезно, ну что мог видеть в нем Лорд? Он, по сути, так и остался нескладным мальчишкой, чуть старше, чуть выше, а в остальном... До скрипа эмали он стискивал зубы. Даже желания оставались все теми же - быть кому-то действительно нужным. Обратно в поместье он вернулся только к вечеру, ничего так толком и не решив. Практически на цыпочках прокрался через холл, по лестнице и коридорам к своей комнате. Но Вольдеморт, сидящий на краю его кровати, оказался полной неожиданностью. - Что ты тут делаешь? Ты должен быть на приеме! - А что я там не видел? Как Люциус красноречиво распинается о своей идущей в гору карьере. Или как Рабастан отчаянно ухаживает за Андромедой, а та безуспешно пытается делать вид, что ей это безразлично. Все это я уже видел. То, что происходит между нами гораздо важнее для меня. Гораздо. Том протянул руку и сжал по-мальчишески узкую ладонь. - Гарри, слышишь меня? - Слышу, но не понимаю... - Я говорил тебе, что, несмотря ни на какие обстоятельства, ты для меня всегда был не просто живым вместилищем моего крестража. Я думал, ты знаешь это. Я искал тебя два года. И я боялся не найти, боялся не увидеть тебя снова. Боялся, что ты погиб, а я не уберег тебя. Этого мало? Гарри пожал плечами и сел рядом с мужчиной. - Черт, Гарри, мне что обязательно это произносить вслух!? - Нет, - Поттер покачал головой. Мыслей было так много, что казалось, их нет вообще. По крайней мере, ни одна из них не была важна. А слова. Слова имеют смысл, только когда сказаны в свое время. А бояться... Когда-нибудь он научится и жить без страхов. Том притянул его к себе в объятья, охватывая кольцом рук, и прикрыл глаза. Будет сложно, он знал, как и знал, что справится, как уже справился с кучей других, казалось бы, невыполнимых задач. Но может быть, чем грандиозней цель и трудней дорога, тем больше награда? Знал ли величайший Темный маг своего времени, что все так обернется, когда увидел сломленного и мечтающего о смерти мальчишку в каменной камере? Знал. Он научился контролировать свой разум, эмоции, отточил это мастерство до высшего уровня. Только не сердце. Сердцу всегда плевать на желания мозга, оно живет собственным огнем. * - устаревший юридический термин, использовавшийся в ситуации, когда настоящий истец неизвестен или анонимен, часто под этим псевдонимом подразумевалось неопознанное тело.