Девочка в мальчике

Аня просыпается с больной головой. Вообще этого стоило ожидать, ведь за пять часов сложно выспаться, хоть кто-то и способен вовсе не ложиться. Девушка к таким людям явно не относилась, предпочитая здоровый сон ночным бдениям, но великий и ужасный Интернет портил ей жизни, а от зависимости избавиться не было сил. Спихнув с кровати Флора, чтобы не ей одной было плохо, Аня с трудом поднялась на ноги, откидывая одеяло в сторону. Все тело ломило, и было непонятное ощущение, словно она обросла мышцами, и все они разом жутко заболели. Стараясь не обращать внимания на чудное состояние, мысленно сослав все на спанье в непонятной нормальному человеку позе, девушка практически на автопилоте прошагала на кухню, поставила на плиту чайник и побрела в ванную, приводить себя в божеский вид. То, что она увидела в зеркале, моментально прогнало остатки сна, вынудило болезненно ущипнуть себя за плечо, ойкнуть и во все глаза уставиться на отражение в зеркале. На нее смотрит, также широко распахнув красивые миндалевидные серые глаза, молодой парень лет девятнадцати на вид. Коротко стриженные каштановые волосы неаккуратно торчат во все стороны ежовыми колючками. Явно мужские черты лица и яркий намек на пока незаметную щетину. Аня опускает взгляд. Мужские ладони, немного шершавые и горячие. Крепкие голени, выглядывающие из длинных шорт. Касается руками груди – нет и намека на привычные небольшие холмики, только плоские литые плиты грудных мышц, немного выпирающие ребра, упругий пресс и… явно не ей принадлежащий член в штанах. - Это как понимать, вообще? – рассеянно спрашивает она у изображения. Голос звучит низко, немного хрипло. Чайник успешно забыт. Девушка мчится в комнату, распахивая шкаф. Не понятно, почему у нее мелькнула эта мысль, по всей видимости, интуиция нашептала. Вот это да – на полках и вешалках вместо ее родных футболочек, рубашек и шортиков висят/лежат сложенные отглаженные брюки, рубашки, пиджаки и толстовки с майками. Мужские. - Флор, что за фигня творится?! – кот, как ни в чем не бывало, трется об ноги, намекая на завтрак. Плюнув, девушка идет кормить питомца, попутно размышляя. - Нет, на самом деле, что произошло? Почему я в теле парня? Что за мировое сумасшествие? – наливая себе в кружку кипяток, Аня судорожно размышляет, пока еще держа себя в руках и не начиная в панике носиться по квартире. С одной стороны, это очень даже неплохо. С другой… Мать вашу, как это возможно вообще?! - Так, и что мне делать? – размешивая сахар и бултыхая пакетик чая, Соболева нервно грызет ногти, и без того короткие и аккуратно подстриженные. Получается, парень следит за собой. Вот только, блин, это не какой-то там парень, а она сама! – Идти в универ в таком виде рискованно… Но пропускать тоже не выход, меня Ника сожрет без хлеба и не подавится… Дилемма казалась невероятной для разрешения. Аня прекрасно понимала, что если она останется дома, то ничего толком выяснить не сможет. А чтобы идти в институт, надо морально настроиться. Вот же приключилось на ее седую голову… На скорую руку позавтракав, девушка в теле парня срывается с места и мчится в комнату в сопровождении Флора, недоуменно поглядывающего на хозяина/хозяйку. Два в одном, как пакетик растворимого кофе. Аня скачет по комнате, быстро покидав в сумку конспекты и ручки, и пытается понять, как же в таком виде показаться на свет Божий. Благо, с сумкой проблем не возникло, девушка покупала ее с расчетом на удобство, поэтому, можно было сказать, что сумка нейтральная, старая добрая «школьная» сумка через плечо. А вот с одеждой проблем оказалось больше… - Простите, конечно, но куда это хозяйство девать? – скинув с себя майку и шорты, Аня недоверчиво поглядывает на… кхм, мужской половой орган, сжимая в руках боксеры. – Эх, тяжка наша участь… - глубоко вздохнув, она натягивает трусы, прижав член к низу живота. Неудобно и непривычно, но что поделаешь. – Так, с этим разобрались, поехали дальше… Джинсы, белая отглаженная рубашка, кроссовки сорок третьего размера (после ее родного тридцать седьмого, они показались настоящими лодками) и легкое короткое пальто на плечи. Ноябрь хоть и теплый выдался, но все же скоро зима, студиться совсем не хочется. Аня поспешно выбегает из квартиры, позвякивая ключами. Пока ничего странного. На скамейке у подъезда сидят на утреннем дежурстве бабульки, громко обсуждая последние новости. - Доброе утро, - здоровается Аня, заинтересованно поглядывая на бабушек. Интересно, как они отреагируют, ведь обычно в это время она всегда спешит в институт, проносясь маленьким ураганом и бурча здравствования. - И тебе того же, молодчик. Вот умница, не то, что эти курильщики, спешит, учится, одна отрада родителям, - начали наперебой нахваливать старушки. Аня вылупилась на них, замерев в странной позе. Должно быть, смотрелось это комично, потому что бабульки тихими звонкими голосочками захихикали. - Чего встал столбом? Скачи давай на занятия, а то опоздаешь! – хрипловато произнесла одна бабушка, заметив полнейший ступор у «умника». - А… Да, спасибо, - Аня поправила сумку на плече и пошла вперед, размышляя и даже не смотря на дорогу. Ноги сами до института доведут. «Дурдом «Ромашка» приветствует вас. Как это понимать? Я что, все время парнем была? Почему эти бабульки отреагировали так, словно давно знают меня? Неужели та же песня в универе будет? Ааа! Вот же, угораздило меня. Правильно крестная говорила, что надо быть осторожнее в желаниях и рот на замке держать. Сбылась мечта идиота», - Аня спешно шагает по людной улице, замечая на себе восхищенные взгляды девушек. Повезло хоть, внешне парень ничего так, симпатичный. Только эти заинтересованные взоры сильно напрягали. Со стороны выглядело все невинно: загруженный парень тащится на занятия, втянув голову в плечи. А внутри творился полный кавардак из мыслей, безумных и отчаянных воплей, мата и прочей непечатной нецензурщины. Аня чуть ли не в истерике бьется, стараясь держать себя в руках, а так хочется встать посреди улицы и заорать: «Что творится с этим миром?!» Она/он (девушка еще не определилась со своим мироощущением, так что иногда будут мелькать эти неопределенные он/она; не писать же «оно») пулей влетает в здание института, на ходу стягивая с плеч пальто и быстро сдавая его в гардероб. Оглядевшись по сторонам, Аня не замечает никаких удивленных возгласов, хотя лица попадаются более-менее знакомые. Придав себе вид независимого разведчика, пошагала по лестнице. Занятия должны быть на третьем этаже огромного корпуса. Ей кто-то приветственно кивал, девушки визгливо здоровались. Теперь Аня воспринимала все иначе, постепенно подстраиваясь под новый организм. Девушки казались непонятными созданиями на уровне одноклеточных. «Так вот как парни о девушках думают! Или это не обо всех?» - Аня разглядывала проходящих мимо нее особ противоположного пола. Парень ведь должен как-то реагировать на девушек, или нет? Аня примостилась у двери в нужную аудиторию, зашуганно оглядываясь по сторонам. Но, как бы бдительно она не осматривалась, пипец все равно подкрался незаметно. Он в этом, увы, профессионал. - Антошик, привет! – к нему на всех парах летит рыжеволосая Ника, такая же, как и всегда. – Готовился? - Погоди, - Аня вытаращила на подругу глаза, схватив ее за хрупкие плечи. Мужские ладони кажутся неимоверно огромными, да и само это тело, наверное, целая гора рядом с миниатюрной Никой. – Как ты меня назвала? - Соболев, ты головой стукнулся? – очаровательно склонив голову на бок, при этом совсем не мило сверкнув глазами, спросила девушка. – Антон, с тобой все нормально? - Нет, не нормально, - Аня отпускает подругу. Антон. Антон Соболев. Трындец. – Еще вчера я была девушкой. - Чего?! – теперь пришла очередь Ники растерянно открывать и закрывать рот. – Ты ничего с утра не курил, не пил? И температуры вроде нет… - Ник, я серьезно, - убирая тонкую ручку со своего лба, говорит Аня. – Как такое возможно, я не представляю. Но это факт. - Тох, я тебя со школы знаю. И ты всегда был парнем. Ненормальным идиотом, но абсолютно точно парнем, - недоверчиво нахмурилась Ника. – Не вешай мне лапшу на уши. - Да не вру я! – не сдержала эмоций Аня, притопнув ногой. – Больно надо такое выдумывать! - Тош, ты действительно серьезно? – Парфёновой совсем не улыбалось быть разведенной лучшим другом, но тот выглядит так взволнованно, что можно и усомниться в своем первоначальном предположении. - Серьезней некуда, - Аня принимается грызть ногти, звучно клацая зубами, показывая тем самым крайнюю степень нервозности. – Еще вчера ночью я была девушкой по имени Анна, а сегодня с утра такой, черт подери, сюрприз! – в мужском теле рычание получается ну просто превосходно. – Нет, я, конечно, мечтала об этом, но… - Мечтала, говоришь? – Ника скрестила руки на груди, нехорошо поглядывая на негодующего друга. Или подругу?.. Стоп, так она точно свихнется. – Раз мечтала, так чего возмущаешься?! Соберись, тряпка! – она больно ущипнула стоящего перед ней юношу за плечо. Тот совершенно не мужественно пискнул. - Но я даже не представляю, как мне себя вести! – захныкала Аня, держась за плечо. Подруга всегда была мастером по щипкам. - Ну, судя по сложившейся ситуации, похоже, что изменилась только твоя внешность и память о тебе у твоих знакомых. Теперь ты Антон Соболев, а не Аня, - нравоучительно возвела палец к небу Ника. – Характер явно не изменился, потому что я вижу в тебе знакомого мне Антона. И хватит грызть ногти, ты же мужик! – теперь Аня получила еще и по рукам, но послушно вынула палец изо рта. – Проблем возникнуть не должно. Ну, кроме одной. Ты гей. - Правда что ли? – серые глаза юноши широко распахнулись и засветились неподдельной радостью. – Вот здорово! Хоть одна хорошая новость за все утро! - Тьфу ты, я надеялась, ты расстроишься, - нахмурилась подруга и продолжила: - Веди себя естественно и, главное, отзывайся на Антона. Я помогу, если что. - Хорошо, - покорно кивнула Аня. «Так, нет, теперь надо привыкать даже думать о себе в мужском роде! Блин, да это невозможно! Девятнадцать лет девкой была и тут… Ааа!» - мысленно билась в истерике Аня, хотя нет, уже все-таки Антон, заходя в аудиторию вслед за рыжеволосой подругой и машинально отвечая на приветствия одногруппников. *** В перерыве между парами. - Эй, ты куда это? – Ника ухватывает друга за рукав, останавливая парня перед дверью. - Ну как. В туалет хочу, - надувшись от неловкости, говорит Антон, чувствуя себя последней дуро… дураком. - Тебе в другую дверь, - Парфёнова указывает на соседнюю дверь с крупной буквой «М» наверху. А стоят они, к слову сказать, перед женским туалетом. - Чееерт, - протягивает юноша, немного покраснев, и смущенно поворачивает ручку, распахивая дверь. - Удачи, - хихикает Ника, уже предвкушая возвращение незадачливого приятеля. «И что мне с этим делать?» - судорожно размышляет Аня, разглядывая торчащий из приспущенных штанов с трусами половой орган. Руками сие хозяйство трогать не хотелось, но придется, по всей видимости. Крепко зажмурив глаза, мысленная, еще живая и не забытая Аня решила понадеяться на рефлексы и принялась за дело. Удачно справившись с поставленной задачей, парень, в душе еще девушка, натянул штаны и с гордым видом покинул кабинку, вызывая недоуменные взгляды у находящихся в туалете парней. *** - Неужели я прожила… нет, прожил этот день? – Антон устало сползает по стене, едва переступив порог квартиры. – Вот же морока на голову… - Антон, ты уже вернулся? – слышит он с кухни мягкий голосок. - Что за фигня? – поднявшись на ноги, он, пошатываясь, продвигается на кухню и замирает на пороге. На него с нежностью и радостью смотрит тот самый запомнившийся блондинчик, вслед которому еще вчера извращенно улыбалась Аня. - Э, ты что здесь делаешь? И кто ты такой? – произносит Антон первое, что пришло на ум. А ума у него, как выясняется, не так уж и много. Паренек недоуменно хмурится, а потом сердито поджимает губы и упирает руки в боки. - Антон, что за юмор? Уже своего же парня не узнаешь? – голос у мальчика приятный, да и внешне он очень красивый, хрупкий и милый. Кот трется о ноги мальчика, недовольно поглядывая на хозяина. - П-парня? – переспрашивает юноша, смотря в глубокие зеленые глаза мальчика. Он готов всех зубов лишиться, лишь бы ему поверили, что этого милого школьника он видит второй раз в жизни! - Вообще-то мы уже два месяца встречаемся, бестолочь, и ты даже мне ключи от квартиры дал. Хочешь сказать, что успел меня забыть, раз три дня не виделись? – злобно рычит мальчик, размахивая зажатой в руке ложкой. - Вот я попала… - вырывается у Ани.