Девочка в мальчике

От автора: Это форменное безобразие. Глава представляет собой смесь событий, которые было необходимо описать, чтобы приблизиться к главному действию. И скоро все закончится. Я очень надеюсь, что глава не такая жуткая, какой кажется мне. Желаю вам приятного прочтения. Ваша Лекса. И потянулись обыденные будни. Зима наступила внезапно, застигнув всех врасплох неожиданным снегопадом и резкими заморозками. Люди спешно выгребали из недр шкафов зимнюю одежду, кутались в теплые шарфы и натягивали на уши шапки. Антон, он же Аня, был из тех людей, которые оттягивают до последнего и до минус пятнадцати ходят в осеннем пальто. Дима ругался на него, ворчал, а потом со злорадным торжеством налеплял парню на спину горчичники, потому что Антон все-таки заболел. Тоша и не думал раньше, что болеть так приятно. За ним ухаживали, за него переживали, в него старательно впихивали лекарства. Дима из школы летел домой, брал учебники на следующий день и вихрем несся к Антону, благо теперь с родителями проблем не было, вот только отец постоянно вредно хихикал и говорил двусмысленные фразочки, смысл которых ускользал от Ольги Николаевны, но был понятен мальчику. Дима краснел, но не ругался с папой. Пусть так, главное чтоб с Антоном видаться разрешал. Весьма знаменательным событием стало знакомство Дмитрия и Ники. Тот самый переломный момент, клин, можно сказать, истории. Для Антона это был ужас. Он, сопливый и с температурой, трупом валяется на кровати, а Ника и Дима буравят друг друга взглядами. Давящая тишина била по нервам, но шатен не решался начать разговор, втягивая в него обоих. Слишком страшно. - Значит, ты тот самый Дима? – первой начала говорить Ника. Антон мысленно молился, чтобы подруга попридержала язык и не начала пускать в ход весь свой словарный запас. – В последнее время он только о тебе и говорит. - Лестно слышать, - хладнокровно отозвался мальчик, не разрывая зрительный контакт. – А ты та самая Ника, про которую я тоже весьма и весьма наслышан? - Да, - кивнула девушка. Антон нутром чуял, что сейчас что-то произойдет. Что-то ужасное, страшное. Но… - Как ты его терпишь? – в один голос спросили Дима и Ника, рассмеявшись. Парень ошалело уставился на них. Типа… Все обошлось? - Рада познакомиться с тобой, - весело подпрыгнула Ника, хлопнув Диму по плечу. Тот согласно закивал, мол, ему тоже давно хотелось познакомиться с лучшей подругой Тоши. А бедный всеми забытый больной поражался: где он находит таких беспечных людей?.. Вторым ярким и важным событием был день рождения Димы. Середина декабря, уже устаканившиеся морозы и блестящий белый снег вокруг. И скромное празднование в кругу семьи. Антон долго носился, выбирая мальчику подарок, а потом в его голову взбрела идея спросить у родителей. К слову сказать, Тоша стал частым гостем в квартире Антошиных и стал там чуть ли не родным. Чуть, потому что глава семейства все так же недоверчиво поглядывал на юношей, но ничего не говорил. В результате переговоров, Антон проторчал почти час в художественном отделе, закупаясь наборами для рисования. Дима остался доволен и счастлив, а ближе к вечеру, мальчики удалились прогуляться под осуждающий взгляд Сергея Андреевича. Он прекрасно понял, куда и зачем подался его сынок под ручку с Антоном. Тихий легкий ужин на двоих дома у шатена, импровизированный танец и бесподобная ночь стали лучшим подарком для Димы. С некоторых пор Антон перестал смущаться секса и вспомнил все, что должен был знать. Аня активно пускала слюни на задворках сознания, когда мальчики развлекались. Новый год Антон и Дима тоже праздновали вместе. «Попугаи-неразлучники», - так прозвал их Сергей Андреевич, отпаивая корвалолом жену, которая в окно увидела, как драгоценный единственный сын, выбежавший из дома, повис на шее так часто заглядывающего к ним юноши и приник к его губам явно не дружеским поцелуем. В общем, бедную женщину чуть удар не хватил, а пока она пребывала в полубессознательном состоянии, муж старательно придумывал, как бы ей все помягче объяснить. Отмечать вот так, вдвоем с Антоном, Диме очень нравилось. Они вдвоем наготовили еды, заказали на дом суши и уселись смотреть новогодние программы. На двоих они выпили одну единственную бутылку шампанского, проводив Старый и встретив Новый год. А потом, уже засыпая в крепких объятиях, Дима думал: «Как встретишь Новый год, так его и проведешь. Пожалуй, я совсем не против». Мальчик поуютнее устроился под боком у Антона, рассматривая спящего юношу, и незаметно для себя засыпая под мерное дыхание любимого. *** В этом году каникулы у школьников закончились раньше, чем у студентов, поэтому Антон вкушал все прелести новогоднего настроения, в то время как Димка носился в школу, разрываясь между любимым и занятиями в художественной школе. Порой Антону приходилось его чуть ли не пинком на занятия отправлять. Мальчик огрызался, но «старшую авторитетную личность» слушал. Антон ведь прекрасно знал, что рисование для Димы не просто увлечение или способ убить время, а нечто вроде призвания. Иногда по вечерам, когда мальчик оставался у него на ночь и они пили чай на кухне, Антон просил Диму рассказать что-нибудь интересное про живопись. Теорией блондин владел ничуть не хуже, чем практическим материалом. Он знал сотни художников и их картин, забавные моменты из жизни и творчества отдельных лиц, мог вкратце описать любую картину на предмет техники и примененных красок, а еще много рассказывал про выставки, на которых лично побывал и даже принял участие. Антон помнил одну выставку, правда, немного смутно, о чем и заявил блондину. Димка махнул рукой, сказав, что выставка была не серьезной, и проводились мероприятия и покруче. Одно из таких знаменательных событий намечалось в конце января, и Дима мечтал принять там участие. Но когда Антон расспросил поподробнее, выяснилось, что с выставкой все не так просто. Да, учащиеся школ могут попасть туда как участники, но их должны выбрать представители жюри, разъезжающие по городу в поисках юных дарований. В зеленых глазах мальчика горела такая искренняя, светлая надежда-мечта, что он попадет туда, что Антон не позволил себе даже на мгновение усомниться. И, как оказалось, не зря он верил в успех своего мальчика. Антон готовит ужин, поджидая ползущего с занятий Димку. Обычно блондин еле передвигался, кое-как стягивал с себя теплые зимние вещи, кидал на кровать торбу и плюхался на стул в кухне, немедленно требуя себе еды и, желательно, побольше. Антон на это только хихикал, добавляя, что девушка внутри него бушует по поводу такого неправильного питания и нахального обжорства. Дима весьма адекватно реагировал, молчаливо пожирая предложенные продукты. Но в этот вечер все пошло немного не так. Во-первых, Дима открыл дверь сам. Во-вторых, о его прибытии сообщил громогласный радостный вопль. В-третьих, усталости в мальчике ну вообще не ощущалось. А дальше уже сам наш герой появился на пороге кухни, сияя ярче начищенного медного тазика. - Тош, жизнь прекрасна! – блондин кинулся парню на шею, поджав ноги и повиснув на любовнике. - Я это знаю, но с чего такая радость? – Антон подхватил мальчика под бедра, удерживая на весу и перенося большую часть нагрузки с шеи на руки. «И как только парни умудряются такую тяжесть каждый раз таскать?..» - подала голос Аня, попритихшая с наступлением Нового года. - Меня выбрали для участия в выставке! – радостно провозгласил Дима. – Родителям я уже сообщил, теперь вот тебе. - Умница, я всегда в тебя верил, - честно ответил парень, опуская мальчика на стул. – Какой главный приз? - Внеконкурсное поступление на дизайнерский факультет, о котором я даже не мечтал, - трепетно озвучил Антошин. – Только вот категория не совсем моя… - В смысле? – Антон водрузил на стол две тарелки с горой жареной картошечки на каждой. - Портрет. Я редко людей рисую, - задумчиво протянул Дима, подцепляя вилкой зажаристый ломтик. – К тому же, следует рисовать с натуры, придется еще и над моделью думать… - Ты справишься, - уверенно кивнул Антон, взъерошив волосы мальчика. - Надеюсь. Не хочется ударить в грязь лицом. Тем более, есть за что побороться, - выдохнул блондин, запихивая в рот несколько кусочков. Он свято придерживался правила немоты во время еды, с чем Антону, который Аня, по-новому пришлось мириться. *** А на следующий день начался персональный ад для Антона. Дима решительно приволок к нему домой мольберт и туевую тучу всяких баночек, кисточек и прочей художественной дребедени. Мальчик вполне так комфортно разложился и заявил: - Будешь мне позировать. Не вопрос. Безапелляционное озвучивание факта. Когда же Антон честно попытался возразить, плавно подвести мальчика к мысли, что он не подходит на роль модели, получил в ответ такой злобный взгляд, что тут же согласно закивал, готовый на все. - Я выбрал тебя, а значит, ты мне подходишь. К тому же, мне нравится твоя внешность, - Дима усадил парня за стол в комнате и отскочил к мольберту, вертя тонкую кисточку в пальцах. – И еще: тебе это мешать не будет. Я буду рисовать, пока ты – делать домашние задания за нас двоих. - А не жирно будет?! – возмутился Антон. – И вообще ты… - Цыц, растение! – мрачно произнес Дима, доставая из пластикового пенала простой карандаш. – Уткнулся носом в тетради! Мне набросок пора уже делать! - Куда я попал?.. – обреченно вздохнул шатен, покорно читая задание в учебнике по русскому. Диму мало волновало, что у Антона абсолютно другой почерк. Как говорится, главное - чтоб было. Остальное – мелочи жизни. *** - Тош, не вертись, - немного невнятно пробубнил Дима, зажимая в зубах мягкий карандаш, которым легонько обводил контуры, а вырисовывая основной набросок тонким твердым карандашом. Когда Антон смотрел на мольберт, он практически никогда не мог увидеть всех линий сразу. Густая тонкая сеть переплетений карандашных линий, которая потом исчезнет, оставив почти такой же еле заметный контур. Дима никогда не рисовал сразу красками, для него это был бы подвиг, но он научился так маскировать карандашные линии красками, что даже его учитель, который прекрасно знал стиль рисования блондина, не мог их разглядеть. - Я не верчусь, мне нужен калькулятор, - парень роется в ящиках стола, забитых под завязку. - Считай в уме, - невозмутимо сказал мальчик, недовольно поглядывая на проведенные линии и потянувшись за ластиком. - Двузначное на четырехзначное? – иронично поинтересовался Антон. – Прости, конечно, но я не гений. Кстати, ты уверен, что это хорошая затея – рисовать меня в профиль за столом? - Идея не самая оригинальная, но ты неплохо смотришься, хоть и проигнорировал мою просьбу прибраться тут. Что ж, пусть все увидят, какой у тебя тут срач. А еще девушкой когда-то был, - хладнокровно заявил Дима, осторожно выводя контур. Главное – не переборщить с нажимом, а то через краску видно будет, да и стереть не получится, бумага не позволит. - Я убирался! – Антон отвел взгляд, смущенно покраснев. - Не ври мне, женщина. - Чего?! Ты кого бабой назвал?! – у шатена аж калькулятор из рук выпал. - Тебя. Не Флора же, - казалось, мальчику вообще на все параллельно. - Ну, формально ты прав… - задумчиво почесал в затылке Антон. - Хватит разглагольствовать! Сел ровно и не вертись! – рявкнул Дима, грозно махнув карандашом. Парень вздохнул и выпрямил спину. Он уже три часа задницу от стула не поднимал. Да и математика за одиннадцатый класс ему уже порядком надоела… *** - Дим, ты меня уже неделю пытаешь, - заныл Антон, откинувшись на спинку стула. – Уже даже преподы переживать начали: я никогда не приходил раньше готовым к любому занятию! - Так говоришь, будто это плохо, - Дима тщательно полоскал кисточку в баночке с водой, наблюдая, как красный цвет расползается по водной поверхности. - Да это просто безобразие! – праведно негодовал парень, болтая ногой под столом. - Успокойся. Сегодня закончим, - пообещал блондин, оценивающе посмотрев на почти готовую картину. – Еще немного осталось, Тош. - Ты же знаешь, что я просто так возмущаюсь, - Антон улыбнулся и вернулся в изначальное положение. – Тогда давай закончим, а то моя задница скоро онемеет. Дима хихикнул и принялся разводить на палитре нужные цвета. - Тош… Я вроде закончил, - нерешительно протянул Дима, отходя от мольберта на несколько шагов. Парень радостно подпрыгнул, слетая со стула и в два широких шага подошел к мальчику. - Ого! – только и смог выдавить он, взглянув на картину. Вне всяких сомнений, это действительно он сидит там, за столом, и что-то сосредоточенно пишет в большую толстую тетрадь. Все прорисовано в мельчайших деталях, до последнего солнечного блика, а краски на свету играют, переплетаясь и идеально гармонируя между собой. - Дим, у тебя настоящий талант. Ты обязан победить, - с восхищением посмотрев на смущенного от похвалы Диму, Антон приобнял мальчика, стирая влажной тряпочкой краску с покрасневшей щеки. - Только благодаря тебе, - Дима уткнулся носом в грудь парня, пряча лицо. Он и сам был в восторге от нарисованной картины. Впервые в жизни он доволен своей работой. – Ты пойдешь со мной на выставку в следующее воскресенье? - Обязательно! – Антон легко коснулся приоткрытых губ мальчика своими. – Я просто обязан увидеть твой триумф! Дима благодарно смотрит на него и смеется, прижимаясь еще крепче к сильному телу. Раньше он и мечтать о таком счастье не смел. И даже если он не победит, участие в такой крупной выставке все равно позволит ему быть замеченным. А если рядом будет Антон, то ничего ему вообще не нужно. Этого вполне достаточно.