Операция "Змеюка в подвале"

      Том Марволо Реддл, осколок души Волдеморта, по совместительству подросток семнадцати лет, страдал. Он так надеялся, так ждал, что однажды дневник попадет в руки человек несведущего, и тогда… тогда он наконец-то сможет возродиться, обрести плоть, стать человеком, а не безликим призраком!       И вот, несколько дней назад его мечта сбылась. Кто-то начала писать в дневнике, и Том возрадовался. Возрадовался как никогда, предвкушая момент, когда он снова сможет чувствовать, сможет начать жить! Но что-то пошло не так. Сначала то, что писал неизвестный в дневнике, не настораживало крестраж. Он даже подумал, что встретился с самовлюбленным подростком, которого доставали в школе.       Но потом это просто стало невыносимо. Постоянное нытье, перемешанное с самолюбованием, начало доводить Тома до белого каления.       — Я самый красивый человек на планете, — писал неизвестный. — И самый великий!       — Нет, я! — уперто возражал Реддл, сознание которого так и застряло на уровне подростка. — Все ты врешь!       — Нет, я! — тут же лез в бутылку неизвестный. — Ты просто потрепанная книжонка, у которой чары выдохлись!       — Нет, я!       — Нет, я!!       Сначала это забавляло Тома, но потом приелось. Потом начало раздражать. А потом и вовсе стало бесить. И самым страшным был тот факт, что Реддл и сам начинал думать, что он — самый красивый и самый великий человек на планете. Насчет величия спорить глупо, но самый красивый… В общем, Том Марволо Реддл, осколок души Волдеморта, по совместительству подросток семнадцати лет, страдал.       — Сегодня кто-то поджег мои прекрасные волосы, — писал владелец дневника. — Мне пришлось сунуть голову в бочку с водой, чтобы спасти их! Но я величайший маг столетия, и потому огонь не смог причинить вреда моим прекрасным локонам!       — Зато мозг повредил наглухо! — ругался Том, серьёзно опасаясь теперь и за свое психическое здоровье, если оно, конечно, у крестражей было. — Баран!       — ...Но это ничего, — продолжал автор, — скоро мне предстоит отправиться в Хогвартс! Жду не дождусь этого великого дня! Все смогут увидеть меня во всей красе, понять, кто на самом деле великий! Ведь я чертовски знаменит!       — В Святом Мунго ты знаменит, наркоман! — у Реддла уже не оставалось сил стоически переносить этот удар судьбы. — Чтоб тебя гиппогриф заклевал! Только дай мне палочку, только дай мне время, я в тебя сам Авадой запущу, только писать перестань!       — Все будут меня обожать, — продолжал неизвестный, — и кто знает, быть может, я выиграю новый приз «За лучшую улыбку»!       — Ааааааа, прекрати! Прекрати!       В такие моменты он думал, что лучше бы ему попасть в руки какой-нибудь мелкой девчонки и слушать постоянное нытье о подростковых проблемах. Прыщи там, ссоры с подружками, первая любовь. Но нет, судьба была беспощадна к Тому Реддлу, и раз за разом он выслушивал нытье и самолюбование, но так и не смог определить, в чьих все-таки руках находился дневник.       Но сегодня владелец дневника переплюнул себя самого, с первых строк заставив Тома молить всех известных ему богов, темные сущности и саму магию избавить его от мучений. Боги, сущности и магия, ожидаемо, молчали.       — Дорогой дневник, — писал неизвестный, — сегодня у меня был ужасный день. Сначала я встретил крысу гигантских размеров…       — Да что она тебя сожрала, сволочь! — Том Реддл скрипел бы зубами, если бы только мог. — Чтоб она тебя разодрала на тысячи кусочков!       — ...потом, — как ни в чем не бывало продолжал неизвестный, — на меня чуть не свалился скелет дракона! Я почти был на грани смерти!..       — Лучше бы он тебя прибил, бездарь, а ещё и меня, чтоб не мучился! — стенал Том, уже жалея о том, что пошел на такие жертвы ради мирового господства. — Самовлюбленный индюк, чтоб тебя Мерлин побрал!       — ...но самое страшное было впереди! У меня на плече оказался огромный паук! Здоровенный! Почти как та крыса! А потом все мои портреты, вся моя гордость оказались уничтожены, а дрянные пикси ещё и испортили почти весь тираж моих новых книг, которые я хотел подписать! Дорогой дневник, что мне делать?..       — Выпей яду! Заавадь себя сам! — уже почти вопил Том Марволо Реддл, проклиная себя самого, решившего «задержаться» в этом мире таким способом. — Убейся об стену!       Том Марволо Реддл, осколок души Волдеморта, по совместительству подросток семнадцати лет, страдал. Он так надеялся, так ждал, что однажды дневник попадет в руки человек несведущего, и тогда… тогда он наконец-то сможет возродиться, обрести плоть, стать человеком, а не безликим призраком! Но что-то пошло не так...