Под знаменем феникса

Эл и Айрон. Наваса. Всю дорогу уже бывший глава инквизиции пребывал в бессознательном состоянии, но поток его энергии постепенно стабилизировался, а тяжёлые раны затягивались, оставаясь лишь бросающимися в глаза шрамами. Дождь прекратился лишь под утро, когда некогда спящий мир стал постепенно оживать с наступлением рассвета. Гнетущие серые облака нависли над городом, точно стая оголодавших коршунов, взирающих на обитателей земли с откровенным презрением и жаждой. Уже знакомый город встретил балом пёстрых красок, омрачённых неуместной серостью, льющейся с небес. Всё те же невысокие домики, из которых выбирались постепенно жители, оживляя вымершие на ночь улицы. Ничего здесь ровным счётом не изменилось, но что-то подозрительное, странное и даже зловещее витало в воздухе. Айрон благополучно скинул тяжёлую ношу на плечи Элельфа, а тот придержал вампира за спину, поудобнее устроив его на себе, чтобы не свалился на землю, и вопросительно поглядел на измотанного демона. - Я же не железный, и запас энергии маленький, - тяжело вздохнув, Айрон приблизился к «Падшему» и, ободрительно хлопнув того по свободному плечу, буквально растворился в воздухе, пока никого поблизости не оказалось. Неопределённо хмыкнув, демон преспокойно двинулся к центру города на поиски отправленного сюда вампира. За долгие годы разлуки с Хиро он стал подзабывать тонкое веяние энергии этого индивидуума, но окончательно стереть из памяти этот сладковато-свежий аромат было просто невозможно. Какое-то безумное влечение к этому парню сводило мужчину с ума, заставляло преследовать. Он долго пытался забыть Хиро, пытался не думать о том, что он с кем-то другим, искал утешение в обществе обворожительных дам, но всё впустую. Никто не заменит эту откровенную истеричку, которую он полюбил… Оставив по пути всё ещё полумёртвого инквизитора в одной из недорогих ночлежек, демон выбрался наружу, где уже вовсю кипела жизнь, и продолжил тщательные поиски. Мощёные, узкие улочки проходили одна за другой, усталость всё же давала о себе знать, да и полученные раны отчего-то саднили и даже не думали затягиваться. Это бесило до жути. Свернув в приглянувшуюся подворотню, «Падший» наткнулся на задремавшего возле стены вампира, сливающегося с теменью закоулка. Не было и доли сомнений в том, что это мило посапывающее существо – Хиро. Припав виском к холодной стене, бывший инквизитор со спокойной душой спал, съёжившись, будто бы от холода, и прижав колени к груди. Приблизившись к юноше, демон присел на корточки и от нахлынувшего умиления невольно улыбнулся. Он едва коснулся тыльной стороной ладони влажной от дождя щеки Хиро, провёл невесомо кончиками пальцев до изящной шеи, наслаждаясь кратким мигом и нежностью бархатной кожи. Он становился одержимым, ловил каждое мимолётное мгновение, проведённое рядом с Хиро, любовался каждым его бессознательным движением. Это уже походило на безумие, но мужчине было наплевать. Вампир поморщился во сне, а затем резко распахнул рубиновые глаза и приставил к горлу нарушителя его спокойствия клинок. Эл засмеялся, примирительно подняв руки вверх, а Хиро в ответ прошипел что-то нечленораздельное и плотнее укутался в где-то раздобытый плащ. - Неужели не рад меня видеть? – усмехнулся демон, вальяжно закинув руку на плечи вампира и прижав его к себе слишком уж неосторожно, потому что ещё сонный юноша завалился на мужчину и в очередной раз беззвучно выругался. - Век тебя не видел и рад был… - тяжело вздохнул Хиро, всё же устроив голову на широком плече мужчины. - Врёшь, - спокойно заявил Эл, устало зевнув и поглядев вверх на узкую полоску монотонно-серых небес, виднеющуюся между неказистыми крышами домиков. – А завалиться в какую-нибудь таверну на ночь не дано было? Ты весь вымок… - Тебя это так волнует? – Отчего-то Хиро откровенно бесился, причём даже сам не понимая причины внезапной ярости. По необъяснимым причинам вампир в эту ночь твёрдо решил для себя, что разлюбит того, кто волновал его застывшее сердце больше века, но на деле это оказалось не так уж и просто сделать за несколько часов. Внутри от близости всё трепещет, глаза лихорадочно блестят, а ощущение столь необходимого и совсем не обжигающего, а мягкого тепла пленяет и завораживает. Вновь горестно вздохнув, парень поднимается с земли и протягивает ладонь демону, но тот вместо того, чтобы встать, тянет Хиро на себя и вдавливает за плечи в стену. Промелькнувшая в глубине аметистовых глаз искра решимости вызвала у вампира непреднамеренное восхищение, но он нашёл в себе силы постараться избежать долгого и сладкого поцелуя, в который оказались вложены все чувства: от откровенной злобы за разлуку и необъяснимые истерики до страсти, горящей в недрах сердца любви. Отпрянуть было смерти подобно, сильные руки не выпускали из крепких объятий, за что внутренне Хиро был благодарен Элельфу. Любить такого, как Эл, тяжело и болезненно, но позабыть невозможно. Яркие краски испытанных чувств, палитра всевозможных счастливых и печальных событий, да что уж там, вся никчёмная жизнь вампира была связана с этим демоном. - Всё? Очередная истерика подавлена? – наглая ухмылка сияла на искусанных вампиром губах демона. - Врезать бы тебе, да ты мне за это руки переломаешь… - Переломаю, - согласился мужчина, неохотно отстранившись от юноши и подняв его с земли. Пошатнувшись, Хиро упёрся рукой в стену, зло сверкнув кроваво-красными глазами исподлобья. Мысленно он ненавидел сам себя за неопределённость и нерешимость, потому что здравый смысл упорно убеждал сбежать от «Падшего» и забыть его, как страшный сон, но вот сердце умоляло засунуть гордость поглубже в глотку и наслаждаться доминированием мужчины. Гордость, кстати сказать, отчаянно вопила и протестовала против любых поползновений Элельфа в сторону обладателя этой самой придушенной гордости, но сердце, пусть и мёртвое в груди, было сильнее всех предрассудков. Внимательный взгляд сразу же замечает рассыпанные по открытым участкам тела Эла раны, даже не собирающиеся заживать. Вампир собирается что-то сказать, но слова застревают в горле, а волна непривычных ранее чувств накатывает стремительным потоком. Повинуясь этому странному наваждению, Хиро приближается к демону, вмиг переставшему нагло ухмыляться и взглянувшему на парня снизу вверх со слабым удивлением. Тонкие пальцы касаются кровоточащей ссадины на предплечье, колкая боль вмиг пронзает больной участок кожи, отчего «Падший» едва заметно морщится, но не мешает юноше. Через мгновение губы Хиро опускаются к месту ранения, вкус терпкой крови, дурманящий разум запах завораживают вампира, он скользит языком по контурам раны, облизывает, посасывает, а двумя руками сжимает широкую ладонь мужчины. - Что же ты творишь? – голос демона несвойственно дрогнул, охрип и казался каким-то придушенным, слишком тихим. Вампир и не думал отвечать. Он в какое-то мгновение и вовсе забылся, прикрыл глаза, в которых сверкнули непрошенные слёзы. Сейчас такой невинный, слабый, голодный и вымокший насквозь, как бездомный котёнок, скалящийся даже на дружелюбных прохожих, потерявший доверие к людям. С ним хочется быть рядом, его хочется защищать, скрывать от непогоды и прочих невзгод, он же такой хрупкий и ломкий, что может в любой момент просто перестать существовать… Он так нуждается в тепле, в ласке, в умеренной, но всё же грубости. Когда Элельф опускает ладонь на затылок Хиро, начинает бережно и неторопливо перебирать пальцами мокрые пряди, вампир вздрагивает и удивлённо глядит на любовника. Они молчат. Слова здесь, действительно, лишние. Тишина не отягощает, а всё и понятно без ненужных и банальных фраз. Мир замирает вокруг, перестаёт существовать, а остаётся лишь это предательское, терзающее сердце чувство. Ответное, но поддающееся сомнениям. - Нам нужно идти, - каким-то чудом Эл находит в себе силы прервать этот миг, обязанный тянуться вечность. - Да… - покладисто соглашается Хиро, чуть заметно улыбнувшись уголками губ и отстранившись на приличное расстояние. – Извини, просто на меня что-то нашло… «Падший» промолчал, опустив голову и тяжело вздохнув, а потом улыбнулся совсем обыденно, заглянув прямо в сверкающие искренностью глаза парня. Хиро от этого осклабился, отвернулся в сторону, дабы скрыть совсем ненужное смущение, ведь собственная слабость – самое гадкое, что только можно продемонстрировать незнающему страха и сочувствия демону. - Ты меня, конечно, монстром считаешь, но… - начал Эл, приблизившись к вампиру, но внезапно мимо переулка пробежала испуганная женщина, голосящая о каком-то свихнувшемся постояльце ночлежки. – Чёрт, вот только не хватало, что эта спящая красавица очнулась именно сейчас… - Ты что, свихнулся?! Ты притащил Ни сюда?! Ты не убил его?! - Так, заткнись, я делаю то, что считаю нужным, - отрезал мужчина, а потом взял юношу за плечи и твёрдо заявил: - Так, сейчас со всем разберёмся, а потом поговорим, хорошо? - Нам не о чем разговаривать, - с наглой усмешкой заявил Хиро, за что был награждён недовольным взором. - Я люблю тебя, придурок, и ты мне тут такие сцены из любовных романов устраиваешь, поэтому нам есть о чём поговорить! Вампир притих, уставившись на демона, а потом закусил губу и неуверенно кивнул, а тем временем с улицы донеслись нестройные вопли горожан.