BTS. За сценой.

После этого инцидента мы с Тэхёном не разговаривали. Виделись, но каждый раз я ловила на себе лишь мимолетные взгляды айдола, адресованные мне. Думаю, он всё ещё злится, потому что Хосок узнал обо всём, хотя злиться ему стоит на себя. Ему стоит задуматься о том, что сделал. Но людям сложно осознать свою вину. Очень часто мы виним кого угодно, но себя в последнюю очередь. Юнги оставался в больнице. Сделали операцию, но ещё месяц ему нельзя выступать. Официальная версия — ударился о дверь и повредил ухо. Фанаты в это поверили, как и менеджер. По мне так глупо верить в такое. Как нужно было удариться о дверь, что он повредил барабанную перепонку и чуть не оглох?! Но с другой стороны, лучше верить в это, чем знать правду. Хосок старался не обращать внимание на Тэхёна, чтобы снова не сорваться. На выступлениях и шоу, он вёл себя как и обычно, но за кулисами просто игнорировал его. Тэхён однажды попробовал подойти, чтобы поговорить, но одного взгляда Хосока хватило, чтобы тот к нему больше не подходил. Давон я больше не видела. Ли Сон вернулась с больничного и Давон покинула команду стаффа. Никто не знал о произошедшем. Но никому об этом лучше было и не знать. Это могло испортить репутацию не только Тэхёна, но и сестры Хосока, поэтому молчала и я. Иногда кажется, что новые проблемы помогают не думать о тех, что были прежде, делая прошлые менее значительными. Это правда, но лишь на время. Всё, что случилось, отразилось на моём и так подвешенном психическом состоянии. Теперь мне снилось не только прошлое. Сознание перемешивало все события и представляло во снах жуткие истории. Иногда мне снилось, что Тэхён снова смотрит на меня тем Дьявольским взглядом, а я ничего не могу сделать. Будто мне не удалось убежать, как это случилось наяву. Я была в его плену и он смеялся, зная, что ничего не смогу сделать в ответ. Иногда окуналась в прошлое и снова стояла на том переходе и видела всё, что произошло. Иногда видела, как страдает Давон, а я не могу ничем помочь. Во всех кошмарах теперь Тэхён был воплощением зла. Наяву я знала, что всё не так жутко, и что Тэхёну тоже нужна помощь. Что своим поведением он просто пытается обратить на себя внимание. Ему тоже плохо и ему нужен кто-то, кто может поговорить с ним, тот кто сможет дать ему успокоение и поможет придти в себя. Я не могу стать таким человеком для него. Во-первых, потому что каждый раз видя его, мне становиться жутко. Он — олицетворение зла в моих ночных кошмарах и просыпаясь утром, чувство страха не покидает меня. Видя его, я стараюсь не поддаваться панике, зная, что это лишь в моей голове, но всё не так просто. А во-вторых, потому что я сама нуждаюсь в этом человеке, которым он стать не может. Единственный луч, который пробился на какое-то время сквозь грозные тучи затянувшие небо, и тот исчез. Улыбка Хосока перестала светить. Он и сам превратился в тучу. К психологу я не ходила. Не могла заставить себя, ведь последнее задание не выполнила. Я не нашла друга. Этим другом могла бы стать Давон, но она исчезла. Остальные... Всё выглядело так, словно я попала в фильм, где у каждого была своя роль. Я будто была невидимой в этом фильме так, как если бы его можно было смотреть изнутри. Никому нет дела до того, что тревожит меня и что со мной случилось.

***

Пару дней назад я подвернула ногу на очередных съемках и меня отправили домой. Растяжение было не сильным, но наступать было больно. Как раз сегодня бантаны выступали на одной из премий года, а я как всегда — осталась дома в столь важное мероприятие. Мне хотелось там побывать. Меня редко посещают какие-либо желания в последние месяцы, но это было одно из них. К сожалению, Ёнджэ строго настрого наказала мне сидеть дома, чтобы не стало ещё хуже. Пришлось послушать её и даже взять больничный. Раз уж мне всё равно не попасть на сам концерт, я решила посмотреть его онлайн. Наготовила еды, обустроила всё для комфортного просмотра и начала наслаждаться самой трансляцией. С тех пор как начала работать в стаффе, постоянно слышала разные композиции из k-pop и многие мне понравились, хоть раньше k-pop не входил в мой плейлист совсем. Мне по душе была другая музыка. Это странное чувство, когда выступали BTS, я чувствовала гордость за них. Вроде я была для них просто девчонкой из команды стилистов, но чувствовала себя частью того, что они делают. После выступления мне поступил странный звонок. — Хени, ты дома? — прозвучал потерянный голос Шихёка. — Да, дома. Вы ведь сами сказали сидеть на больничном... — растерялась я. — Спустись к Юнги, срочно! — К Юнги? Он уже дома? Зачем? — посыпались вопросы. — Этот мальчишка!.. Он не отвечает на мои звонки, а сам пишет в твиттере такую чушь! Его нужно остановить, пока он не сделал чего-то лишнего! Просьба директора мне показалась странной, я даже зависла на секунду. — А чем я смогу помочь? — Поговори с ним! Хени, у нас поблизости там нет никого, а тебе на этаж спуститься! Он положил трубку оставляя последнее слово за собой. Так вот для чего он поселил меня рядом с ними! Чтобы я всегда была рядом, вот в таких экстренных ситуациях? Делать нечего. Я откинула нагретый плед в сторону и поплелась к соседям. Позвонила, но никто не открыл. Простояла у двери около десяти минут, периодически звоня в дверь, но Юнги так и не соизволил открыть её. Что с этим парнем не так? Попробовать подобрать код? И что это может быть за число? Оно должно быть связано со всеми семью. Точно не день рождения. Но если не день рождения кого-то одного, то дата дебюта группы? И точно, код подошел. Я даже опешила, когда дверь открылась. Вошла в апаты и попыталась снова позвать Юнги. Он не ответил. А что, Хосок ведь звал меня на чай, правда я момент выбрала неудачный — когда его дома нет. Найти комнату Юнги удалось быстро. Парень сидел и матерился в экран, смотря трансляцию. Из вежливости я постучала по шкафу-стенке, которая отделяла его комнату с комнатой другого мембера. Он кинул взгляд на меня и дернулся от неожиданности. — Чего тебе? Как ты сюда попала? Юнги сидел возле кровати на полу, а перед ним лежал ноутбук. В руке парень держал бутылку с виски, из которой бесцеремонно отпил. Перегар стоял на всю комнату, а сам айдол был достаточно пьян. — Говорят ты тут пишешь в твиттер какую-то дичь. Меня отправили проверить. — Ты теперь отвечаешь за соцсети в нашей группе? Парень был явно недоволен моим присутствием. Но делать нечего, надо промыть ему мозги и раз кроме меня некому, сделаю это. Я выхватила у него бутылку и он ещё сильнее разозлился. — Какого хрена? В мамочки записалась? — Хватит вести себя, как ребенок у которого игрушку отобрали! — Как ребенок? Издеваешься? Я оглох на одно ухо, а второе еле слышит! Понимаешь, что это значит для меня? Я сижу уже вторую неделю дома и не могу ничего сделать. Не могу писать музыку, не могу выступать! Моя жизнь летит к чертям. Я веду себя как ребенок?! Не знаю какие подобрать слова, чтобы он послушал меня. Сейчас, чтобы я не сказала, он ответит резко. Его иголки выставлены на оборону, как у дикобраза. — Я понимаю, что тебе сейчас тяжело, — начала я, но Юнги меня сразу перебил. — Понимаешь? — хмыкнул иронично айдол. — Серьезно? Что может смыслить в реальной жизни девчонка, которая пыталась покончить с собой из-за безответной любви? Он ударил по больному. В самое сердце острым ножом без предупреждения. Я застыла на месте от внезапно открывшихся ран, которые начали кровоточить. Как сильно могут ранить необдуманные фразы, сказанные сгоряча. Он ведь и понятия не имеет. Он не знает причины! — Безответная любовь? И правда, что может смыслить в этой жизни «девчонка», которая прожила столько же лет сколько и ты?! — я начала бить себя по груди, сначала ладонью, а после кулаком, с каждым ударом все сильней. Каждый удар будто должен был выбить из меня ту боль, которую я хранила вот уже несколько месяцев. —  В реальной жизни, правда? У тебя всё ещё есть жизнь, в отличии от нее, твоя жизнь ещё не закончилась, в отличие от нее! Она уже никогда не сможет прожить столько, чтобы разочароваться в жизни, как ты! Разум окутала истерика, а в горле встал ком, от обиды и боли. Всё, что я хранила в себе, пыталась спрятать и никому не показывать, всё выбралось наружу. Слёзы снова текли по давно высохшим от них щекам. Я не чувствовала их. Я не чувствовала ничего кроме отчаяния, боли, опустошения... Мир снова окрасился в кроваво черный. А Юнги, кажется даже протрезвел. Он смотрел на меня теперь испугано, словно открыл тайный занавес, который открывать не стоило. Как забавно. Я пришла, чтобы успокоить его, но теперь успокаивать требовалось меня. — О ком ты? — единственное, что он смог спросить. — Моя дочка, Сонбёль... она уже мертва, так что не говори как тебе хреново... Ты все ещё жив.