Мексиканская золушка

Свежий запах белоснежной постели, мягкие подушки, удобный матрас, теплый плед, прохлада за окном, шум океана — все это создавало букет плена, из которого не могла выбраться Каталина. Либо же девушка не могла проснуться, так как голова устала от нагрузок последних двух дней, а тело еще не свыклось с новым климатом. Как бы там ни было, мексиканка, планировавшая проснуться как обычно рано и познакомиться с тетушкой Мэгги и прислугой, проспала до одиннадцати часов утра. Для нее это было непривычно поздно, и проснувшись, она сразу же вскочила с кровати и одевшись направилась в ванную комнату, чтобы быстрее привести себя в порядок и спуститься вниз. Миссис Мэгги знала, что наверху спит очередная пассия мистера Гриффита. Еще до прилета хозяина в дом, Мэгги, охрана и прислуга были осведомлены о том, что Бенджамин возвращается шестого числа и будет не один. Одри — одна из горничных, подготовила комнату для Каталины, Мэгги приготовила еды побольше. А сегодня тетушка, как и всегда, хозяйничала на кухне, поджидая очередную игрушку молодого богача, чтобы угостить ту завтраком. Вообще бабушка Мэг не переваривала всех этих девушек, которых по именам-то не успевала запомнить. Ей не нравилось, что каждая из этих девиц, что вселяется в дом, ведет себя нахальнее и хамски в отношении рабочего персонала, нежели сам Бенджамин. Каждая девушка думает, что она та самая, которая поймала обеспеченного юнца в сети, и именно она та принцесса, что окольцует его и станет законной женой. Но ни одна из них не задерживалась на срок дольший, чем два месяца. Бабушка Мэг обижалась на этих девушек, говорила Бену, что он не тех выбирает, а он отвечал ей, шутя, что все они уйдут, а тетушка Мэгги останется навсегда, так как лишь она сумела занять место в его сердце. И вот, еще даже не увидев новую подстилку Бенджамина, кухарка уже была настроена к ней негативно, готовая дать отпор этим капризно-приказным словам и высокомерным взглядам. — Добрый день, — застенчиво улыбаясь, поздоровалась Каталина с женщиной. — Вы наверно и есть тетушка Мэгги, так? — склонив голову, спросила мексиканка. Пожилая женщина, с коротко остриженными волосами цвета серебра, обернулась на голос. В проеме двери стояла совсем юная девушка, что широко улыбалась демонстрируя ни то ряд своих белых зубов, ни то дружелюбный настрой. Мэгги не торопилась любезничать от чистого сердца, так как уже встречала такой сорт девушек, что пытаются показаться милашками, дабы получить хорошие рекомендации от посторонних, а затем сорвав маску, показывают истинное лицо. — Да, я миссис Мэгги. А Вы…? — задала вопрос женщина. — Каталина, — представилась мексиканка, а затем кашлянув в кулак, смущенно добавила: — Я приехала с сеньором Бенджамином. Думала найти работу, но как-то не получилось, и теперь жду, когда смогу уехать обратно, — путаясь и краснея, торопливо объясняла девушка, боясь, что о ней не то подумают, так как она была из тех людей, которые зависят от мнения общества. Уловив южный акцент девушки, да и внешние черты, Мэгги поняла, что новый сувенирчик Бенджамин привез с собой из Мексики. Повар кивнула, не особо вникая в суть речи. Какая разница, если скоро и эта девушка покинет дом? Главное, чтоб скандалисткой не была, как та девушка, что подняла шум на всю семью и Америку, когда Бен объявил о разрыве отношений. Ох и истеричка же была. — Завтракать будете? — спросила бабушка. — Да, если Вы не против, — ответила метиска, направившись к холодильнику, в котором вчера видела упаковку сыра. Под удивленным взглядом тетушки Мэгги, Каталина готовила себе сэндвич из куска хлеба нарезанного по диагонали в треугольник и пластинки сыра. Мексиканка налила себе чай, взяла закрытый бутерброд и уселась за высокую барную стойку. Мэгги, продолжив свои дела, наблюдала за девушкой. Внешне она была весьма привлекательна, и чем-то напоминала бабушке принцессу Покахонтас из мультфильма Дисней. Детально разглядывая южанку сквозь очки, женщина подметила, что в красивой линии ее бровей имелись лишние волоски, которые любая другая девушка давно выдернула бы. Пальчики, которыми девушка держала сэндвич, не такие ухоженные, как у тех девушек, что оставались в этом доме. Ногти у нее короткие, не покрыты лаком, кожа рук слегка шероховатая, тут и там имеются порезы и царапинки, словно эти руки привыкли к работе. Губы девушки аппетитны, но не так уж и велики, верхняя губа не выворачивается как у утки. Фигура ладненькая, но нет выпирающих шаров, которые приковывали бы внимание. Как ни странно, девушка не командует подать ей то, принести другое, убраться в комнате и приготовить на обед ее любимое блюдо. Одним словом, тетушка Мэгги была озадачена. Такого типажа в этом доме еще не было. Доев, девушка отнесла свою чашку из-под чая к мойке, помыв и вытерев, убрала на место. — Могу я Вам чем-то помочь? — осведомилась мексиканка у бабушки. — Я люблю готовить и даже работала в ресторане, правда официанткой. Приглядываясь к девушке внимательнее и все еще будучи настороже, тетушка Мэгги шла на контакт с мексиканкой, все чаще и больше ловля себя на мысли, что эта девушка иная. Изо дня в день между женщиной и мексиканкой складывались хорошие отношения, граничащие с уважением и дружбой. Мексиканка реально помогала тетушке на кухне, рассказывала о себе, слушала о внуках Мэг. Неплохие отношения у Каталины складывались и с Одри, чего не скажешь о второй горничной — Аннет. Время летело, Каталина успокаивалась. Утром она проводила время с тетушкой Мэгги, вечером встречала хозяина дома, угощая того ужином, так как считала, что хоть что-то должна делать, раз живет в доме этого человека. Сам американец сдержал свое слово и не приставал. Он с удовольствием проводил с ней ужин, а затем прихватив ключи, вновь исчезал и возвращался глубокой ночью. И только лишь ночами, оставшись одна, мексиканка думала о своих родных, ловя себя на встречном вопросе — а думают ли они о ней? Как давно мать заметила отсутствие дочери? Что предприняла за эти две недели? Обратилась ли в полицию? Ждет ли дочку? И как могла так подло поступить сеньора Пепита? Веки прикрывались, а из-под длинных ресниц скатывалась горькая слеза. Хотя, чисто фактически слеза была лишь соленой. *** Дни, ставшие похожими один на другой, медленно, но уверенно проходили. Каталина чувствовала себя уже не такой напряженной, и просто ждала того дня, когда хозяин объявит, что собирается лететь в Мексику. Ведь Каталине не обязательно ждать поездки именно в ее родной Сальтильо, достаточно перелететь границу без проблем, оказаться в своей стране, а там добраться до своего штата будет не так опасно и без угрозы попасть за решетку. В этом же доме девушке делать нечего. Оставаться нелегальной иммигранткой в чужой стране она не хотела и боялась. Но страшнее всего было представить себе то, что же будет, когда она вернется в свой дом? Реакция матери, приставания Васко, бутылки мескаля в доме, да еще и без работы и денег. Об этом девушка думать не хотела, и оставляла это на потом, решив думать о проблемах по мере их наступления и не забегая вперед. Мексиканка верила, что она снова найдет работу у себя на родине, снимет какую-нибудь комнатушку на заработанные деньги, питаться будет очень скромно. Обманывая себя таким образом, девушка верила, что все будет не так страшно. Так вышло, что подружившись с Каталиной, кухарка стала уходить со службы раньше или пропускать дня два в неделю, так как полагалась на мексиканку. Метиска же знала, что женщина торопится к своей семье, и была рада помочь, хотя сама очень грустила, так как оставалась одна в огромном доме. Тетушка Мэгги говорила Каталине, что давно мечтает об отпуске, но никак не может уйти, так как Бенджамин должен найти замену, а у него на это нет времени. И вот Каталина стала той самой заменой — человек, чье умение готовить прокоординировала и одобрила тетушка Мэгги, а присутствие в доме одобрил сам Бенджамин. — Каталина, родная, а что если я уйду в отпуск? Как думаешь, ты же сможешь справиться на кухне без меня? Всего месяц? Каталине стало неловко, так как она чувствовала, что сейчас ей нужно отказать доброму человеку. Девушка уже две недели пробыла в Америке и ждала подходящего момента улететь, а тут ее просят осознанно задержаться на еще четыре недели! — Тетушка Мэг, Вы же знаете, я хочу улететь как можно быстрее и месяц… Я боюсь что… — Я не собираюсь уезжать в отпуск далеко. Как только ты соберешься в Мексику, позвони мне домой и я сразу же вернусь на работу! Вот видишь, как только ты уедешь, у меня вообще не будет шанса выйти на короткий отдых. И девушка согласилась. — Только, наверное, нужно будет об этом предупредить самого сеньора Бенджамина? Как думаете? — Об этом я поговорю с ним сама, — радостно улыбаясь ответила кухарка. — Он очень добрый, не откажет. Добрый? В принципе, его можно так назвать. Ведь приютил же он мексиканку у себя, не приставал же с того самого дня, как обещал? Он даже несколько раз предлагал девушке деньги, но она отказывалась, так как считала это неправильным. За что он должен платить? Чем она должна вернуть? Бабушка Мэгги вышла в долгожданный отпуск. Таким образом, Каталина потеряла человека, который украшал ее одиночество, и позволял отгородиться от своих проблем. Дни как будто стали длиннее, мрачные мысли подпитались неведомой силой и вновь начали атаку на психику девушки. Ей то хотелось бежать из дому без оглядки, то хотелось спрятаться где‐то в углу и не возвращаться в Коауилу. Нервы расшатывались, а огромные прекрасные стены дома вдруг стали пугать девушку, когда она оставалась в доме одна. По этой причине она радовалась, когда Бенджамин возвращался домой, и она старалась держаться ближе к нему. — Все в порядке? — как-то раз спросил он, заметив, что девушка стала слишком дерганной. Он прекрасно помнил, что с первого момента знакомства с ней, девушка была импульсивной и резкой, не отличалась терпением и жаждой выслушать кого-то, торопилась в своих выводах и действиях. Затем она вроде бы стала спокойней в плане общения, но в действиях так и оставалась торопливой. За этим порой было даже забавно наблюдать: она могла спешно поставить чашку на стол, понять что та сейчас упадет, резко повернуться, успеть ее поймать, и выронить второй раз, вновь опуская предмет на стол. Когда они оба поднимались наверх и шли спать в свои смежные комнаты, она так торопилась запереть свою дверь, что неприменно зажимала дверью подол своей длинной юбки, потом застенчиво приоткрывала дверь, выдергивала материю и буркнув «спокойной ночи», закрывала дверь, щелкнув замком. Она так быстро накрывала стол к завтраку, что могла насыпать три ложки сахара в свой кофе, перемешать и забыв об этом, добавить еще сахара. Затем она отпивала дымящийся напиток, и надув щеки (не желая проглатывать приторно-сладкое пойло), заглядывала в чашку с таким видом, будто лишний сахар еще не растворился и его можно разглядеть и выловить. Бенджамин наблюдал за всем этим и тихонько посмеивался, делая абсолютно серьезное лицо, когда девушка вдруг оглядывалась в его сторону. Он откашливался в кулак, а потом осторожно поднимал взгляд, замечая, как линия ее выраженных скул покрылась румянцем, виднеющимся даже на ее смугловатой коже. Но в последнее время ее поведение абсолютно изменилось. Она могла долго о чем-то думать, оставаясь абсолютно неподвижной. В такие моменты она превращалась в статую, слепленную руками опытного скульптора. Мексиканка становилась настолько неподвижной, что казалось будто она не дышит. А потом она резко вздрагивала, словно где‐то внутри кто‐то щелкнул по переключателю. Девушка вообще часто вздрагивала, пугаясь звуков и теней. И вот сейчас, когда американец задал свой вопрос «все в порядке?», она резко дернулась, задела локтем стакан воды и даже не сумела среагировать, чтобы его поймать. Вода растеклась по поверхности стола, а девушка, извиняясь, побежала за тряпкой, чтобы вытереть лужицу, которая уже капала на пол. Квадратный высокий стакан не разбился, и Бенджамин вернул ему вертикальное положение. — Лина, я кое‐что спросил, — напомнил он, заметив как она увлеченно вытирает столешницу. — Простите, что? — переспросила она, бестолково подняв и опустив стакан. — Все в порядке? — повторил он свой вопрос, уже и так догадываясь, что «нет». — Да, стакан целый, — моргнув ответила она. — Я задал этот вопрос до того, как стакан упал. С тобой все в порядке? — он привычным жестом соединил кончики пальцев в домик. — Думаю, что да, — пожала она плечом. — В таком случае, раз уж ты заменяешь мне повара, то было бы честно, если я заплатил за эти услуги. Как думаешь? Не дожидаясь ответа девушки, он оставил на столе кредитную карточку. ***