В слепящих солнечных лучах

На кухне горел свет, но в квартире стояла мертвая тишина. Я закрыл дверь, скинул на пол сумку, снял ботинки и заглянул сначала в комнату Арви, дверь в которую была приоткрыта. В комнате никого не оказалось. Тогда я прошел на кухню, где тоже никого не было. Странно. Выглянув снова в коридор, я убедился, что ботинки Арви на месте, как и его куртка. И тут я сообразил, хлопнув себя по лбу, что он, наверняка, в душе. Ну, так и есть, свет горит. Только вот слишком уж подозрительно тихо. Я постучал в дверь ванной и осторожно позвал: — Арви. Послышалось шуршание и приглушенный стон, прерванный кашлем. — Эй, что с тобой? — я не на шутку забеспокоился, не зная, что сделать. — Все… — снова кашель, — норм… — Да какой, к черту, норм? Ты чего? Открой дверь! Недовольное пыхтение было мне ответом, и снова наступила тишина. — Арви, если ты сейчас же эту дверь не откроешь, я ее выломаю. Будешь потом сам объяснять все хозяйке. И платить за новую дверь, кстати, тоже. Никакой реакции. Я упорно продолжал стоять у двери и нервно дергать за ручку. — Ты не отстанешь, да? — раздалось из-за двери. — Да. То есть, нет… открывай уже! Снова шуршание, щелкнула щеколда и дверь приоткрылась. Я тут же ворвался в ванную и не сразу понял, где Арви. Он полулежал на боку в углу, прижавшись лбом к бочку унитаза, весь бледный, в одних джинсах, дрожащими руками разматывая рулон туалетной бумаги. Я присел рядом, встретив его мутный взгляд. Потрогал влажный лоб. — У тебя жар, — констатировал я. — Знаю, — хрипло ответил он, ничуть не смутившись. — У тебя есть что-нибудь от тошноты?.. — Залетел? — пошутил я. Он хмыкнул, чуть скривив странно распухшие губы в улыбке. — Ладно, сейчас посмотрю, вроде где-то был церукал. Церукал нашелся в нижнем ящике стола, последние четыре таблетки, даже не просроченные. Вернувшись в ванную с кружкой воды и лекарством, я нашел друга в том же положении, что и минуту назад. — Может, расскажешь о причине такого паршивого вида? — я присел рядом, протягивая ему таблетку и кружку. — Может, — он выпил, закашлялся и снова склонился над унитазом. — Считай, что это я упал… — Издеваешься, да? — я покачал головой. — И что мне с тобой, болезным, теперь делать? — Оставить здесь? — с надеждой в голосе выдавил Арви. — Ага, размечтался, — тут же возмутился я. Парень чуть прикрыл глаза, его грудь вздымалась от затрудненного дыхания, бледную кожу покрывали мелкие бисеринки пота. Кажется, тошнить его уже перестало, хотя я и не был уверен, что лекарство успело подействовать. Ухватив его за плечи, я прислонил это безвольное худое тело к груди, вторую руку заводя ему под колени. — Что ты делаешь? — попытался сопротивляться Арвид. — Успокойся. Просто отнесу тебя в комнату. Хотя и хрупкий на вид, парень оказался не таким уж и легким, но до его комнаты было недалеко. Сгрудив свою ношу на диван, я вернулся в ванную, чтобы намочить полотенце. Когда пришел обратно, Арви лежал на боку, свернувшись калачиком. Я опустился на колени рядом с диваном и приложил полотенце к его лбу, стирая капельки пота. — Эй, может вызвать скорую? — Да все норм, — прошептал он. — Тебя что, избили? Что у тебя с губами? — не отставал я. — Слушай, Эрни, мы же договаривались, — поморщился Арвид, поднимая на меня свои серо-зеленые глаза. — Ты не задаешь вопросов, и я к тебе со своими не лезу… — Да-да. Это было небольшое соглашение, которое мы заключили с Арвидом, когда только решили снимать вместе квартиру — никаких вопросов. Каждый волен делать то, что сочтет нужным. По крайней мере, до тех, пока это не начнет касаться и жизни соседа. Я знал, что Арвид подрабатывает, правда, он никогда не говорил, где именно. Когда мы познакомились, он работал в магазине и в баре, но потом перестал там появляться, и я справедливо рассудил, что он сменил место работы. Но так и не спросил, на что конкретно. Поскольку сам я пропадал в основном на учебе или с друзьями, либо уезжал на выходные к родителям, а Арвида черт знает, где могло носить круглые сутки, а то и двое, пересекались мы довольно редко. Но в душу друг к другу никогда не лезли. Это было удобно. — Может, у тебя проблемы с деньгами? — сделал я еще одну попытку. — Ты что, специально нарываешься? — разозлился парень, чуть приподнимаясь на локте и в упор уставившись на меня. Я вздохнул. Арвид всегда был таким — неприступный, чересчур самостоятельный, он словно назло всем отталкивал любого, кто пытался с ним хоть немного сблизиться. Я до сих пор удивлялся, как он вообще согласился поселиться в одной квартире со мной… — Извини, ладно, правда, прости, — я поднял руки, в одной из которых по-прежнему сжимал мокрое полотенце. — Просто хочу, чтобы ты знал, если у тебя какие-то проблемы, например, с деньгами, ты всегда можешь обратиться ко мне. — Знаешь, не нужна мне твоя благотворительность, — скривился парень. — Знаю, что не нужна. Я же не безвозмездно, потом вернешь, — серьезно сказал я. Арвид хмыкнул, на секунду на губах промелькнуло подобие улыбки. — Ну, если так… — он снова опустил голову на подушку. Лежа вот так на диване, в позе зародыша, в полумраке комнаты, он вдруг показался мне таким маленьким и беззащитным, захотелось почему-то обнять его и утешить. Но я явственно представил себе реакцию парня, попытайся я выкинуть что-то подобное… Будет удача, если отделаюсь фингалом. — Ты извини, что я вот так… — вдруг начал Арвид. — Ты о чем? — не понял я. — Ну, у тебя Мирая, а я тут в ванной в таком виде… Я фыркнул. — Да не парься, Мирая сегодня у подруги осталась, завтра ближе к обеду обещала вернуться. Казалось, Арвид слегка расслабился. Я еще некоторое время посидел на корточках, затем поднялся и направился к двери. — Ты зови, если что, — сказал я уже на выходе. Арви что-то согласно промычал. И я вышел, прикрыв за собой дверь. Мирая вернулась в двенадцать, я только-только успел проснуться и как зомби передвигался по кухне в поисках какой-нибудь еды. Моя заботливая девочка, предугадав, что у нас в квартире шаром покати, зашла в магазин и теперь выкладывала на стол пачку замороженных блинчиков, хлеб, плавленый сыр, кусок сервелата и пирожные. — Ого! — обрадовался я из всего этого исключительно пирожным. — Ага, только давай сначала блинчики пожарим, а то знаю я тебя, будешь весь день одни пирожные таскать, — тут же отрезвила меня Мирая, забирая коробку и ставя ее в холодильник. Тут я вспомнил про Арвида и решил заглянуть к нему, узнать состояние, заодно и завтрак предложить. Постучав и не получив ответа, я чуть приоткрыл незапертую дверь и заглянул в комнату. Арвид лежал на диване, завернувшись в одеяло. Видимо, он уже просыпался, так как, услышав тихий скрип двери, приподнял над подушкой голову. — Эй, ты как? — тихо спросил я. Он равнодушно дернул плечом, мол, все нормально, чего спрашиваешь. — Хотел предложить тебе завтрак. Раз ты уже и так проснулся… Арвид сел и взлохматил рукой и без того стоявшие торчком черные пряди. — Ммм…не знаю, стоит ли… — замявшись, протянул он. Я сообразил, что он намекает на Аю. — Да брось, что тебе Мирая сделает. Ты нам ничуть не помешаешь, к тому же, не я один ведь тут живу… Арвид неуверенно кивнул и вылез из-под одеяла. Я оставил его в поисках футболки, а сам вернулся на кухню. — Пожарь все, — попросил я Аю, заметив, что она выложила четыре блинчика на сковороду. Она недоуменно приподняла одну бровь. — На Арви, — пояснил я. Мирая, хмыкнув, поджала губы, но оставшиеся добавила. Когда Арвид, умытый и одетый, явился на кухню, блинчики уже были готовы, а я нарезал хлеб и колбасу. — Привет, — неуверенно бросил он Ае. — Ага, привет, — ответила она, довольно сухо, надо заметить. Но я не стал придавать этому большого значения. Мы сели за стол, я разложил еду по тарелкам. Наступило напряженное молчание. Пожалуй, идея позвать Арви, была не самой лучшей, но меня уже откровенно достала эта натянутость в отношениях. Не понимаю, чего Ая так напрягается. Ладно еще Арви…он по жизни такой. — Кто это тебя так разукрасил? — прервала молчание Ая, искоса взглянув на Арвида. — Не все ли равно, — отозвался он, задумчиво ковыряясь в тарелке, подперев голову рукой. — Да уж не все равно, раз ты живешь с моим парнем. Мало ли с кем ты мог связаться. Наведешь еще каких-нибудь местных дикарей… — Ага, парочка уже есть на примете, — вяло ответил он, даже не взглянув на Мираю. — Ая, ну что за глупости ты говоришь. Какая банда? — попытался урезонить ее я, подвигая Арвиду соусницу. — Наверняка девушка… Бредовое предположение, конечно. Словно подтверждая мою мысль, Арви хмыкнул, но ничего не сказал. — Девушка, как же, — фыркнула Ая. — Разве у таких, как он, бывают девушки? Если честно, я ни разу не видел Арви с девушкой. Но определенно утверждать ее отсутствие не стал бы, ведь ходил же он куда-то по ночам, а то и на сутки — двое. Логично было предположить, что у него есть девушка… Арвид проигнорировал высказывание Аи, медленно встав из-за стола и налив себе кофе. Вообще, я заметил, все его движения были какие-то медленные, осторожные. Но решил не акцентировать на этом внимание. Вряд ли бы Арви это понравилось. Решив сменить тему, я заговорил о вузе, и Ая заметила, что тоже планирует поступать на будущий год, когда закончит колледж. — Так что я тут подумала, что мы могли бы снимать квартиру вместе, — с ходу выдала она. Я едва не подавился куском и вытаращился на девушку. — Как-то ты мне все это спонтанно выдаешь, — прокашлявшись, сказал я. Ая пожала плечами, улыбаясь. — Ну, не все же время нам вот так друг к другу мотаться. Я, конечно, был согласен. Но вот так сразу заявить мне, что мы будем жить вместе… Как-то я еще не был морально готов к такому повороту событий. — У вас целый год еще впереди. Не рановато ли такие темы поднимать? — заметил Арви, до этого молча слушавший наш разговор. — Не рановато, — отрезала Ая. — Что, беспокоишься о том, куда съезжать будешь? — Пока ведь не съезжаю, — равнодушно отметил Арвид. Я все еще пребывал в небольшом шоке, поэтому встал и, собрав посуду, сгрузил ее в раковину. — Давай, я помою, — тут же вызвалась Ая. — Да ладно, я и сам могу. Ты же еще чай не допила. Кстати, — я вспомнил про пирожные и достал их из холодильника. — Нет, я точно не буду, — рассмеялась Ая. — Давай, чуть позже. — Арви? — предложил я, но парень только покачал головой. Поставив пирожные обратно, я вернулся к посуде. — Знаешь, а ты не очень-то общительный, — сказала Ая. — Какой есть, — ответил Арвид. Я домыл посуду и обернулся. Арвид поднялся из-за стола, допив свой кофе. Ая тоже поднялась. — Твои родители тебя, я смотрю, плохо воспитывали, раз такой вырос, — презрительно бросила она в лицо парню. Я заметил, как на его щеках выступил гневный румянец. «Довела», — понял я. — Да, знаешь, они вообще не особо этим озаботились, — произнес он сквозь зубы, испепеляя девушку взглядом. — Ая, послушай, — попытался разрядить обстановку я, но она меня не слышала, продолжая: — Оно и видно. Какие родители, такие у них и дети. Да наверняка ты им такой не нужен, — она фыркнула. Теперь Арви побледнел от плохо сдерживаемого гнева, а я, наоборот, залился краской, уже без всяких церемоний хватая Аю за руку и утаскивая в комнату, бросив виноватый взгляд на Арви. Когда я закрыл дверь, Ая возмущенно вырвала у меня свое запястье, воскликнув: — Ты чего делаешь?! Мне же больно! — Прости, — искренне смутился я. — Просто, Ая, ты, вот честно, немного перегнула палку… — Да что я такого сказала? — уже тише спросила Ая, садясь на диван. — Ты же слышал, как он мне отвечал! — Ты бы к нему с самого начала не лезла… — я не знал, как бы поделикатнее ей это объяснить. — А вообще, он в приюте вырос. И ты, фактически, ткнула его носом в то, что родители его бросили… — Так если он из приюта, они его и так бросили. Я ему правду сказала, — Ая равнодушно пожала плечами. — Сироты вечно такие, словно весь мир им должен.