Глава 8
9 декабря 2017 г., 19:38
***
Шёл четвёртый день поисков Чанёля. Его телефон был по-прежнему выключен. Полиция тоже не сообщала хороших новостей и от этого на душе становилось ещё тревожнее. В очередной раз набирая номер брата и поднося телефон к уху, Джиюн слышала уже надоевший женский механический голос. Именно из-за Чана дедушка чуть не попал в больницу. Ему стало плохо, как только он узнал, что внук не просто ушёл «погулять», а пропал. На самом деле пропал... Юн прислонилась к стене и, закрыв глаза, прислушалась. В доме было так тихо и эта тишина буквально била по мозгам. Плакать уже не хотелось. Она и так, кажется, все слёзы выплакала. Только сейчас девушка поняла, что ей не хватало засранца Пак Чанёля. Не хватало его язвительных замечаний или сарказма. Не важно, даже если бы он отругал её за что-нибудь сейчас, как это бывало зачастую. Ей просто хотелось, чтобы брат поскорее вернулся домой, чтобы с ним всё было хорошо. «Ёлли, возвращайся поскорее». — Джиюн? — Из кухни вышел Сехун с двумя чашками ароматного кофе и протянул одну племяннице. — Спасибо, — девушка тут же приняла угощение и вдохнула крепкий запах напитка. — Пахнет хорошо. Какая это уже чашка за день? Третья? Или четвёртая? А может и пятая? Пак уже совсем сбилась со счёту. Всё, что она делала, это пила кофе, взволнованно ходила по дому и думала, где ещё можно найти брата. Естественно, на школу времени не было, и уж тем более не было времени на домашнее задание. Се много раз пытался отправить её на учёбу, но безуспешно. К тому же за дедушкой нужно тоже было ухаживать. Мужчина не выходил из своей комнаты вот уже два дня. И от всего этого у Юн голова шла кругом, если бы не О, она бы точно сошла с ума. Девушка была тысячу раз благодарная Хуну за всё то, что он делал для неё. Без него ей действительно было бы тяжело. — Не волнуйся, мы найдём его, — нарушил тишину Се, взволнованно взглянув на племянницу. — Мы подключили всех, кого только можно. — А что родителям сказать? Вдруг мама или папа неожиданно позвонят? Я же сразу себя с потрохами выдам. У меня голос дрожит даже сейчас, потому что... Я не могу так больше. — Зажмурив глаза и до боли закусив губу, Джиюн отвернулась и посмотрела в окно. «Только не плакать! Только не плакать!» Хун с сочувствием смотрел ей в спину. Эта ситуация слишком сильно ударила по её хрупкой психике. Ему даже представить было сложно, что с ней случилось бы, не будь его рядом. Сейчас парню нечего было ответить ей. Много раз он думал о том, чтобы просто обнять её вместо всяких слов. — Если позвонят родители, то сразу же беги ко мне. Я постараюсь что-нибудь придумать. Пак-младшая кивнула в ответ, продолжая смотреть в окно. «Спасибо. Ещё раз спасибо, Сехун».***
— Ты же не голодаешь там? А Суджона кормишь? Сумин, отвечай мне, иначе я брошу всё и приеду к вам! — Твердил женский голос на другом конце провода. — Мам, у нас всё замечательно! Суджон в садике, а я иду на дополнительные. Тебе не о чем волноваться. — Заверила её Су, улыбаясь. Она давно не слышала голос матери и ещё реже слышала голос отца. Уж слишком сильно они были заняты в последнее время. Настолько заняты, что порой даже не было времени поговорить с детьми. Но Сумин не осуждала родителей. Как никто другой она знала, как тяжело они работают только для того, чтобы обеспечить своих детей. Чтобы ни она, ни Суджон ни в чём не нуждались. — Осталось совсем чуть-чуть и мы снова будем вместе, обещаю, — печально произнесла женщина. — Подождите ещё месяц и мамочка снова накормит вас кимчи-чиге. — О-о-о, как раз то, что нужно, — мечтательно произнесла Чхве, прикрывая глаза. — Мам, мы очень ждём вас и очень скучаем по вам. Сумин дошла до пешеходного перехода и огляделась по сторонам. К этому моменту она уже закончила разговор с мамой. До этого момента у неё было просто прекрасное настроение. Однако увиденное на противоположной стороне перехода вмиг стёрло улыбку с лица школьницы. Она заметила Чанёля в компании девушки, которая кокетничала с ним в кофейне. Внутри как будто что-то оборвалось. Су знала, что Чан не появлялся дома уже на протяжении четырёх дней. Знала о состоянии Джиюн и её дедушки. И теперь она видела радостного Пака, который, кажется, и не подозревал о том, что его ищут. Стоило только зелёному свету загореться, как Чхве решительно направилась в их сторону. А как только дошла, то вся уверенность куда-то исчезла. Руки дрожали, ноги будто стали ватными, а в груди появилось неприятное покалывающее ощущение. Ёль удивлённо и даже испуганно посмотрел на Сумин, видимо, совсем не ожидая увидеть её здесь. Удостоив парня мимолётным, но, тем не менее, пронзительным взглядом, школьница пошла дальше по тротуару, чувствуя, как первые слезинки покатились по её щекам. — Сумин, подожди! — Пак тут же остановил девушку, крепко сжимая её ладонь. — Ты вообще в курсе, что тебя вся семья ищет?— Резко ответила она, взглянув на него так холодно, что у Чанёля даже дыхание перехватило. В ответ парень просто промолчал, понуро опустив голову. — Видимо не в курсе, — заключила Су. — Не будь скотиной и сообщи им о том, что с тобой всё в порядке. — Сумин, прости. — Неожиданно выдал Ёль. — Не передо мной извиняйся, а перед своей семьёй. — Приложив немало усилий, ей удалось высвободиться из крепкой хватки парня и ещё бо́льших усилий понадобилось для того, чтобы уйти не оглядываясь…***
В кофейне вот уже несколько часов не стихали разговоры. Каждый о чём-то спорил, и каждый думал и предполагал, где бы ещё можно было найти Пака-старшего. Джиюн сидела недалеко от окна с кружкой ромашкового чая и смотрела на проходящих мимо людей, всё ещё надеясь на то, что, может быть, кто-то из прохожих окажется её братом. Ещё один день томительного ожидания, волнения и слёз. Ещё один чёртов день. Неожиданно в кофейню вбежала испуганная Юми и, оглядев всех присутствующих, громко проговорила: — Чанёль пропал? «Она бы ещё позже пришла, серьёзно». — О нет, только не ты. — Проворчала Пак-младшая. Ятабэ презрительно взглянула в сторону Джиюн и, завидев Сехуна, тут же присела рядом с ним, хлопая ресничками и заглядывая ему в глаза. А тому, кажется, было совсем наплевать на неё, О только и успевал отворачиваться в другую сторону, лишь бы не смотреть на только что пришедшую гостью. — А с нами поздороваться ты не хочешь? — Обиженно воскликнул Бён и надул губы. Юми смущённо улыбнулась и застенчиво помахала всем рукой. Юн всеми силами пыталась не обращать внимания на Ятабэ, но выходило как-то не очень. А учитывая то, что она сидела рядом с Хуном... В очередной раз взглянув в их сторону, она увидела, как японка, всем телом прижавшись к парню, ненавязчиво так пыталась погладить его по коленке. Неожиданно зазвонил телефон Сехуна. Он тут же принял звонок и скрылся в комнате для персонала. Пак была уверена в том, что он сделал это только для того, чтобы не сидеть рядом с Юми. — Чего это он? — Чондэ удивлённо посмотрел в сторону, куда только что ушёл Се. Спустя несколько минут дверь в комнату персонала снова открылась и из неё решительным шагом вышел О. Никому не составило труда понять, что что-то случилось. — Джиюн, одевайся. Пора домой. — Парень схватил пальто племянницы и заботливо накинул его ей на плечи. Девушка испуганно посмотрела на него, но тот лишь кивнул в сторону выхода. — Сехун, всё в порядке? — Поинтересовался Минсок. — Чанёль вернулся домой. — Коротко бросил Хун и все присутствующие в кофейне облегчённо выдохнули, но спрашивать больше ничего стали, понимая, что парень и сам не владеет подробностями возвращения Пака-старшего. Наскоро попрощавшись со всеми, они вышли из помещения...***
По возвращении домой Чанёля ждал очень серьёзный разговор с дедушкой. Детали этой беседы ему не хотелось вспоминать, да он и не особо слушал своего родственника. Чан знал, что это не очень уважительно по отношению к старшим, и он знал, что был виноват перед семьёй за то, что заставил их волноваться. Он на самом деле не думал, что его отсутствие не останется не замеченным. Обычно подобных проблем не возникало. Однако сейчас голова парня была забитая совсем другим. Точнее кем-то другим. Взгляд Сумин до сих пор не выходил у него из головы. Пак в очередной раз понял, какую ошибку он совершил. В тот день около кофейни ему нужно было остановить её и не дать уехать. Почему он вообще так просто отпустил её? Почему флиртовал с незнакомкой, вместо того, чтобы поговорить с Су и, наконец, признаться в своих чувствах? Пустоголовый болван. Да и во второй раз её не следовало отпускать. Но вместо этого он решил, что будет лучше расслабиться с другой. Он провёл четыре дня в компании той девушки. И да, он переспал с ней, при этом думая о той, из-за которой сердце билось чаще. «Я сам во всём виноват». По правде говоря, чувства к Чхве вспыхнули у него довольно давно. Однако по-началу парень пытался отрицать это и избегать мыслей об этом. Потому что тогда девушка была ещё слишком маленькой. Но года шли, Сумин взрослела и становилась всё краше, а чувства Чанёля не угасали. Они становились лишь сильнее. На первом этаже дома послышались какие-то звуки. Джиюн вернулась домой вместе с Сехуном и Ёля это почему-то не удивило. Они ведь всегда были вместе, что сейчас, что три года назад. И порой ему казалось, что своего дядю она любила больше, чем родного брата. «Неужели ты стала что-то вспоминать, Джиюн?» Столько всего произошло за время, пока Се был в Англии. Многое изменилось и люди тоже изменились. В том числе и его сестра, которая, кажется, совсем позабыла о том, что у неё есть дядя. Чанёль не знал точно, притворялась ли она или действительно ничего не помнила? — Не хочешь поговорить? — В комнату неожиданно вошёл Сехун. Парень даже не снял пальто. Настолько сильно ему хотелось поговорить с «блудным сыном». Подняв на него усталый взгляд, Пак лишь пожал плечами. — Молчишь? Сказать нечего? Или что? Ты хоть знаешь, что натворил? Отца чуть в больницу не увезли! Да, давненько Се никого не отчитывал и уж тем более Чанёля. — Что я скажу тебе? Что я спал с другой девкой все эти дни и ночи напролёт только потому, что девушка, которую я люблю, послала меня на все четыре стороны и ясно дала понять, что не хочет быть со мной? Что я мог сделать? — Чан поднялся с кровати и зашагал из стороны в сторону, осмысливая сказанное. — Ты мог бы просто напиться в своей студии, проспаться и прийти наутро домой. Но вместо этого ты заставил волноваться близких тебе людей. — Хун покачал головой и скрестил руки на груди. — Да, я кретин! Да, я подонок! Что мне ещё сделать? Ну же, скажи мне. Великий дядюшка О Сехун даёт советы своему племяннику! — С сарказмом проговорил Ёль, ухмыляясь. Се лишь тяжело вздохнул и спокойно добавил: — Мы с тобой не родственники и ты это прекрасно знаешь. Прекрати драматизировать, — парень подошёл к двери и обернулся. — Тебе стоит извиниться перед Джиюн, сейчас же. Да и не только перед ней. И только после этих слов он вышел из комнаты, оставив Чанёля наедине со своими мыслями.***
Джиюн смотрела на проходящих мимо людей и гадала, куда бы каждый из них мог пойти сейчас. Ей это занятие казалось очень интересным, к тому же занять себя было больше нечем. Сумин вот, например, тоже нашла себе занятие в виде огромной тарелки удона. В кафе царила уютная атмосфера. Гирлянды на окне переливались золотистыми светом, а из маленьких колонок, висевших на стене, доносилась тихая музыка и лишь иногда можно было услышать чей-то смех или звон колокольчиков на входной двери. — Сумин, может хватит? — Юн посмотрела на подругу, которая уже закончила есть лапшу и принялась с жадностью поедать жаренный рис с кимчи. — Ты же знаешь, когда мне грустно, я всегда много ем. — Пояснила Чхве и с громким стуком поставила уже опустевшую тарелку, в которой ещё не так давно был рис. — Но ты мне так и не рассказала, что произошло. — Су просто позвала её в кафе под предлогом того, что ей нужно кое-что рассказать, а сама уже второй час сидела и уплетала ужин. Сумин на секунду задумалась и виновато посмотрела на подругу. — Я отвезла Суджона к бабушке в Пусан, поэтому на выходных я полностью свободна и, следовательно, хотела бы сходить сегодня с тобой в караоке. Джиюн, пойдём в караоке, и я обещаю, что всё расскажу тебе. Правда-правда! Мне просто нужно снять стресс. Я так устала, ещё и Суджон закатывал постоянные истерики, а ещё эта химия, по которой оценки у меня хуже некуда. — Су тяжело вздохнула и, схватив кружку, с чаем, тут же полностью осушила её. Идея с караоке Юн не совсем понравилась. Слишком шумно. Но что только не сделаешь ради подруги. Ведь так? Поэтому уже после ужина они направились туда, куда и задумали изначально. Но кто же знал, что Су действительно уйдёт во все тяжкие? Спустя час их пребывания в караоке, Чхве, уже изрядно опьяневшая, бегала по помещению с микрофоном в руках и пела какие-то грустные песни о любви. Заведение, в котором они находились, скажем, имело не очень хорошую славу. У них даже документов не попросили, что уже являлось нарушением закона. Джиюн не составило труда понять, что причина её плохого настроения была из-за парня. Но если бы она только знала, что эта причина носила имя Пак Чанёль. Когда очередная песня закончилась, Сумин устало рухнула на диван и тут же схватила банку с пивом. — Эй, хватит! — Пак выхватила напиток из рук подруги и строго посмотрела на неё. — Что-о-о-о? Ну, что опять? Почему ты так смотришь на меня, Джиюн? Да, это всё из-за одного парня. Из-за этого придурка! — Закричала девушка, уже не сдерживая слёз и не скрывая своих настоящих эмоций. И почему её угораздило влюбиться именно в этого идиота? Всё ведь нормального было до этого момента. А по итогу Сумин страдала сейчас из-за неопределённости между ними. Караоке не помогало расслабиться и забыть обо всём. В голове только Чанёль, Чанёль, Чанёль и больше ничего. — Я устала. От всего устала. — Прошептала Чхве и всё же забрала своё пиво назад, которое здесь продавали абсолютно всем. Даже несовершеннолетним школьницам. — Понимаю, тебе тяжело. Я сама чувствую то же. Чувство, будто с ума схожу от всего того, что происходит сейчас. Мы с тобой стоим друг друга, Сумин. Обе какие-то проблемные. — Джиюн слабо улыбнулась. Ей очень хотелось показать подруге, что она не одна такая и что сидящий рядом с ней человек испытывал похожие чувства. — Ты права, подружка. Мы с тобой одного поля ягодки. — Су крепко обняла Юн и обе они засмеялись. Но девушки так и не решились рассказать о своих настоящих проблемах и чувствах. Сумин всё же не смогла признаться о том, что ей нравился Чанёль, и о том, что между ними на самом деле происходило. А Джиюн промолчала о том, что её беспокоил Сехун. На самом деле беспокоил. Что-то странное происходило между ними. Но что? Се появился так неожиданно, буквально ворвался в её жизнь, перевернул всё с ног на голову. И находясь рядом с ним, она чувствовала, что может довериться ему. Чувствовала, что может действительно положиться на него. Но почему? Почему это происходило? И почему она до сих пор ничего не вспомнила о нём? Вопросов, как всегда, было больше, чем ответов. — Знаешь, что? Я хочу напиться и мне плевать абсолютно на всё и на всех. Ты как хочешь, Джиюн, но я сделаю это. — Да, возможно, Сумин сошла с ума. Но почему бы и нет, собственно? Пак только и успевала наблюдать за тем, как подруга то открывала банки с пивом, то танцевала с микрофоном в руках. И, кажется, она потеряла счёт во времени. Да, здесь шумно. Да, Су плохо пела. Но вся эта атмосфера хотя бы отвлекала её от плохих мыслей. — Интересно, а сколько времени? — Джиюн потянулась за телефоном и, разблокировав экран, увидела больше пятидесяти пропущенных от Чанёля и ещё больше от Сехуна. — Кажется, мне конец. И в этот самый момент дверь их комнатки распахнулась, а на пороге появились совсем нерадостные Чанёль и Сехун. Когда Джиюн не ответила на первые пару звонков от Ёля, он не придал этому значения. Но когда это произошло в двадцатый раз, то тут Пак-старший уже решил подключить Се, который позвонил ей раза в два больше, чем её брат. Парни узнали о местонахождении девочек совершенно случайно. Чан в очередной раз зашёл на страницу Сумин в инстаграме и увидел там её фотографию в компании со своей сестрой. Эти веселушки держали в руках микрофоны и улыбались от уха до уха. Под фотографией красовалась подпись: «Пришли в караоке с моей любимой Пак Джиюн». Атмосфера и ремонт в комнатке показались ему до боли знакомыми, потому что Чанёль и сам не раз бывал в этом караоке с друзьями. Поэтому места, в которых нужно было искать эти двух великих певиц, значительно сузились до одного. Собственно, сюда парни и направились, конечно же, застав их здесь. — Ты совсем охренела? — Завопил Чан, обращаясь по большей мере не к своей сестре, а к Сумин. Сехун, в свою очередь, просто молчал, смотря на Юн строгим взглядом. — Что? — В один голос закричали Сумин и Джиюн, явно не ожидая увидеть их здесь. — Что-что? Вы обе охренели? Вам сколько лет и какого хрена вы здесь делаете в такое время? — также кричал Ёль, чем привлёк внимание проходящих мимо людей. — А ты, что у тебя в руках? — Парень посмотрел на Су. Девушка посмотрела сначала на банку пива в своей руке, а потом на него и хитро улыбнулась. — Не твоего ума дело. Понял? — Да, алкоголь явно прибавил ей смелости. Пак-младшая продолжала стоять в сторонке, с удивлением наблюдая за странным диалогом подруги и брата. То же делал и Хун. — Забирай Джиюн, а я отвезу домой Сумин. — Чанёль устало опустился на диван, обращаясь к Сехуну. — Джиюн, идём. — Холодно произнёс Се и кивнул в сторону выхода, дав понять, что им пора уходить. Стоило им только уйти, как Чанёль, поднявшись со своего места, подошёл к Сумин. — Что с тобой, Сумин? Что ты творишь? — Он осторожно положил свои ладони на её хрупкие плечи и взглянул с такой тоской в глазах, что просто хотелось плакать. Пак прекрасно знал, что подобное поведение девушки связано с ним. Иначе и быть не могло. Может, это звучало слишком самоуверенно, но он почему-то совершенно не сомневался в этом сейчас. — А ты что творишь, Пак Чанёль? Кто просил тебя приходить и прерывать моё веселье, а? — Язык совсем не слушался девушку, но общий смысл её слов Ёль уловил. — Да ты посмотри на себя, ты же пьяная! Ты совсем с ума сошла? — Он действительно волновался за неё. Думал, что произошло что-то плохое, а она сидела себе здесь спокойно, попивала пиво и, кажется, ни о чём не переживала. — Ой, спасибо, что напомнил, — с сарказмом проговорила Су, отталкивая парня от себя. Алкоголь в крови прибавил ей не только смелости, но и дерзости. — Иди домой, Чанёль. Я в твоей помощи не нуждаюсь. Схватив своё пальто, она небрежно надела его и также небрежно повязала шарф вокруг шеи. А после, даже не удостоив парня взглядом, вышла из помещения. Стоило только оказаться на улице, как холодный воздух неприятно ударил в лицо, вмиг отрезвляя и проясняя запутанные мысли в голове. Выдохнув облачко пара, Сумин неуверенной походкой направилась вперёд по заснеженной аллее. Сердце бешено колотилось, а руки предательски дрожали и дело сейчас было не только в холодной погоде и даже не в забытых дома перчатках. Буквально через минуту она услышала тяжёлые шаги Ёля за спиной. Он шёл за ней почти всю дорогу до её дома. И в какой-то момент она уже просто не выдержала. Резко развернувшись, школьница заговорила чуть громче, чем планировала: — Что тебе нужно от меня? — Просто хочу проводить тебя до дома, учитывая то, в каком ты состоянии. — Тихо ответил парень, шмыгнув носом. В какой-то момент Чан поднял голову и посмотрел Су прямо в глаза. Воцарилась очень долгая тишина, которая лишь изредка сопровождалась гулом ветра и хрустом снега под ногами. Чхве поняла, что если ещё хоть секунду простоит здесь, то точно не выдержит. — Чанёль, давай прекратим всё это? Я действительно больше не могу так. — Устало взглянув на него, школьница закусила губу, съёжившись от резкого порыва ветра. Ей было сложно говорить эти слова, потому что они причиняли боль не только Паку, но и ей самой. — Нет, больше я не допущу этой ошибки. Я не отпущу тебя и мы поговорим обо всём прямо здесь и прямо сейчас, — осторожно взяв девушку за руку, он несильно сжал её и, тяжело выдохнув, прошептал. — Ты мне очень нравишься, Сумин. И я больше не могу держать эти чувства в себе. У Су в этот момент просто перехватило дыхание, а в глазах с каждой секундой становилось всё больше и больше слёз. Она так хотела услышать эти слова и сейчас просто не могла поверить своему счастью. — Знаю, что ты не можешь простить меня, но позволь мне искупить свою вину. Мне не стоило себя так вести тогда в кофейне. Прости, что причинил тебе боль. — Продолжил он, понуро опустив голову. Су молчала. Ей нечего было сказать, а если честно, то она просто не находила слов. В голове самый настоящий бардак и в этой обстановке ей было сложно принять какое-либо решение. Она чувствовала, что если прямо сейчас снова посмотрит на него, то точно простит. Как дурочка простит ему абсолютно всё. Почему? Потому что безумно любила его. Кажется, что только сейчас она осознала это. До этого момента Сумин действительно хотела порвать все связи с ним и больше никогда не видеться. Но сейчас...только взглянув на него украдкой, она поняла, что уже не сможет уйти, не сможет отказать. Как и ожидалось… «Какая же ты слабачка, Чхве Сумин!» — Су, — ласково позвал Чан, поглаживая её холодную ладошку. — Прошу! Я на колени встану и буду стоять так, пока ты не ответишь мне. С этими словами он опустился на холодный снег. — Живо встань, иначе я тебе сейчас по голове тресну, — пригрозила школьница, уже не сдерживая слёзы, но Чанёль и с места не сдвинулся. Поняв, что отговорить его не получится, Чхве поступила точно также. Присев рядом с ним, она обхватила его лицо дрожащими руками и негромко заговорила. — Дурак! Какой же ты дурак, Ёль! — Нет, — парень отрицательно закачал головой, смотря ей прямо в глаза и при этом тепло улыбаясь. — Я просто по уши влюблён в тебя, Сумин. Эти слова безумно смущали и в то же время грели душу. Никто и никогда ещё не говорил ей такого. — Я… — Су попыталась сказать хоть что-нибудь, но из-за волнения получалось совсем не то, что она себе представляла. — Всё хорошо, не волнуйся. — Чан смотрел на неё, казалось бы, несвойственным ему взглядом, таким ласковым и нежным. Пак видел, как сильно она переживала сейчас и постоянно о чём-то думала. Поэтому, воспользовавшись её замешательством, он крепко обнял девушку, не давая возможности даже вздохнуть. Если бы кто-нибудь сейчас увидел их, то точно посчитал бы за сумасшедших. Вряд ли кто-то ещё сейчас, стоя на коленях друг перед другом, обнимался в такой снегопад. — Мы с ума сошли. — Прошептала Сумин, не веря своему счастью. Неужели всё это не сон? Неужели они действительно сейчас вместе и у них всё хорошо? — А мне всё нравится. — Отстранившись, Ёль улыбнулся, нежно поглаживая розовые щёки возлюбленной, но в какой-то момент его ладонь застыла на месте, а взгляд переместился на её губы. Пару секунд они просто смотрели друг на друга, не в силах сказать и слова, но первым сдался Чанёль. Не раздумывая ни секунды, парень сократил и без того минимальное расстояние между ними, накрывая дрожащие губы девушки нежным и неторопливым поцелуем. Сумин застыла от удивления, совершенно не осознавая происходящего. В голове творился настоящий хаос, а сердце, казалось, вот-вот взорвётся от нахлынувших чувств. Она понимала, что больше не сможет сопротивляться собственным чувствам и игнорировать их тоже не сможет. Поддавшись желанию, девушка крепко обняла возлюбленного за шею, отвечая ему не менее нежным и трепетным поцелуем, показывая при этом всё то, что чувствует к нему...***
Джиюн почему-то казалось, что Сехун отругает её, прочитает очередную нотацию. Но этого не произошло. Он просто шёл впереди, а она плелась за ним следом, еле-еле перебирая ногами. За эти несколько часов, пока они «веселились» с Сумин в караоке, навалило не мало снега. А ещё было холодно. Очень и очень холодно. А до автобусной остановки путь не маленький. И только сейчас до Юн дошло, что она забыла свой шарф в караоке. — Сехун, — позвала она. Но он не обернулся, продолжая идти вперёд. — Я забыла шарф в караоке, нужно вернуться! Но парень как будто не слышал и не замечал ничего вокруг. «Злится что ли?» — Сехун, мне холодно! Я заболею и умру! — Прокричала Пак-младшая, прыгая на месте. Было действительно очень холодно, просто невыносимо. И в этот раз от Се не последовало абсолютно никакой реакции. — Ну и ладно, я сама туда пойду. Без тебя как-нибудь обойдусь! — И Джиюн, развернувшись, зашагала обратно, надеясь на то, что это хоть как-нибудь подействует на него. Спустя какое-то время позади послышались быстрые шаги. Пак тут же прибавила шаг, почти переходя на бег, но Хун остановил её, крепко сжимая руку девушки. — Стой, — парень снял свой шарф и обмотал его вокруг шеи племянницы. — Одна ты никуда пойдёшь, поняла? Думаю, Чанёль забрал твой шарф, можешь об этом не беспокоиться. — О посмотрел на проделанную собой работу и едва заметно улыбнулся. — Ты злишься на меня? — Прошептала Юн, при этом скорчив милую рожицу. «А может и это подействует?» — Злюсь и твоё милое личико не поможет тебе, понятно? — на секунду он замолчал, наблюдая за тем, как резко сменилось выражение лица племянницы. — Почему не отвечала на звонки? Ты хоть знаешь, как брат переживал за тебя? И я…тоже переживал. Последние слова он проговорил почти шёпотом, но Джиюн всё равно услышала его. «Переживал? Конечно переживал, глупая! У тебя пропущенных от него больше, чем от родного брата! Но почему?» — Ты волновался обо мне? — Неуверенно переспросила она. Пусть он скажет это ещё раз. — Да, Джиюн. Неужели тебе так сложно в это поверить? — Хун тяжело выдохнул, выпуская пар изо рта. В этот самый момент сердце девушки будто замерло, а затем снова забилось в бешенном ритме. Пак даже дышать перестала. Ей стало вдруг как-то жарко, несмотря на минусовую температуру. Она даже не замечала, как всё это время внимательно рассматривала его лицо. Даже в тусклом свете фонарей Сехун почему-то казался ей таким красивым. Это было не то чувство, когда ты просто смотришь на человека и думаешь, что он красивый. Нет. Это было совершенно другое чувство, когда смотришь на человека и понимаешь, что твоё сердце сейчас просто выпрыгнет из груди. Что-то подобное она испытывала, когда смотрела на Чонина, ещё до того момента, когда он отшил её. И почему-то мысли об этом не казались ей безумными. Не важно, что он её дядя. А может быть и не дядя. — О чём ты опять задумалась, Пак Джиюн? — О несильно щёлкнул девушку по лбу и тепло улыбнулся. «Думаю о том, какой ты красивый, О Сехун. Похоже я действительно схожу с ума. Что со мной происходит, чёрт возьми?» Всё стало ещё сложнее, когда Се посмотрел ей прямо в глаза и снова появилось это странное чувство. — Джиюн, не смотри на меня так. — Серьёзно проговорил парень, сделав шаг навстречу к ней. Он тоже на какое-то мгновение почувствовал это и мысль об этом показалась ему такой безумной, что становилось даже не по себе. А в голове возникал только один вопрос: не сошёл ли он с ума? — Почему мне нельзя смотреть на тебя? — Искренне удивилась Юн. «Потому что когда ты вот так смотришь на меня, мне почему-то хочется делать безумные вещи, которые я не должен делать и вообще даже думать о них» — Пронеслось у него в голове. Но вместо этого он ответил: — Дыру во мне прожжёшь. Идём домой. — Он слегка подтолкнул Пак и она неспешно направилась вперёд по аллее. А Сехун всё это время шёл позади неё и смотрел на племянницу таким взглядом, каким не позволял себе смотреть на неё до этого самого момента…
