Глава 13
24 июля 2018 г., 16:59
***
С момента разговора Сехуна и Джиюн прошло несколько дней. И кажется, что их отношения стали ещё лучше, чем когда-либо. По ночам они сидели на кухне, пили чай и много-много разговаривали до тех пор, пока на улице не начинало светать. И именно благодаря этим разговорам Юн вспомнила ещё несколько довольно интересных и занимательных историй. Она даже вспоминала то, что Сехун давным-давно забыл. Как и говорилось ранее, отдых в провинции омрачался одним человеком и совсем не трудно было догадаться кем. В один из дней Юми решила приготовить ужин самостоятельно. Однако в какой-то момент её готовка «немного» вышла из-под контроля. И это «немного» издавало очень неприятный запах и шипение. Первой на кухню вбежала испуганная Джиюн. — Ты что делаешь? — Увидев огромную кастрюлю на плите и выкипающую из неё жидкость, девушка ринулась тут же выключать плиту. — Не трогай мой суп! — Взъелась японка и попыталась оттолкнуть Пак. Но та и с места не сдвинулась. — И эту жижу ты называешь супом? — Удивилась школьница и, закрывая нос рукой, помешала «непонятно что» в кастрюле. Судя по всему, это был суп с водорослями. Но Юми явно не рассчитала с количеством водорослей и добавила их сли-и-и-ишком много. — Чем так воняет? — На кухню вошла Сумин, размахивая руками в разные стороны, чтобы хоть немного прогнать этот ужасный запах. Юми в это время стояла с довольным выражением лица, явно гордясь тем, что сегодня приготовила ужин именно она. — Я пошла в магазин за рамёном. — Пак-младшая накрыла «суп» крышкой и ушла в комнату за верхней одеждой.***
— Чёртова Юми, как же бесит! Ну серьёзно! — Ворчала Джиюн и одновременно помешивала рамён в ковшике. Несмотря на ужасный холод, ей пришлось идти в магазин за некоторыми продуктами, потому что японка истратила последнее, что было в доме. Сумин, конечно же, пошла вместе с ней. Она полностью разделяла мысли своей подруги в этой ситуации. Девушки купили побольше рамёна и всяких вкусностей по типу сосисок и сыра, чтобы в случае чего всем досталось. Парни искренне не понимали поведения школьниц, ведь: «они никогда не пробовали блюда Юми и им не стоило делать поспешных выводов». Да, возможно, с японской кухней она дружила куда больше, чем с корейской. Но только от одного вида её «шедевра» хотелось застрелиться. На кухне до сих пор стоял ничем невыводимый запах гари, а плиту пришлось заливать огромным количеством чистящего средства, чтобы хоть как-нибудь избавиться не только от пригоревшей еды, но и запаха. — Госпожа Чхве, ваше блюдо готово! — Юн вошла в столовую и демонстративно поставила небольшой ковшик рамёна рядом с Сумин. Бэкхён в этот момент мечтательно прожигал взглядом эту маленькую посудку, в которой золотистым цветом переливался бульон и плавала, как ему казалось, такая красивая лапша. — Кимбап? — Су раскрыла две пачки треугольного кимбапа и протянула один подруге. — Кимбап! — Воскликнула Пак и принялась уплетать угощение. Остальные же сидели в сторонке и без энтузиазма ковыряли ложками в своих тарелках. Благо, что Джиюн сварила рис, который все съели моментально. Никто не ожидал, что суп с водорослями может быть ТАКИМ. Но и Юми никто обижать не хотел, поэтому каждый через силу пытался проглотить хоть ложечку. Но, пожалуй, не только Сумин и Юн оказались умными. Минсок, Чонин и его девушка тоже не стали есть то, что приготовила японка. Ну просто потому что это реально есть было невозможно. Да даже смотреть страшно. Ужин прошёл в основном в гробовой тишине, что было так несвойственно их компании. А уже в девятом часу вечера Чанёль стал жаловаться на сильные боли в животе. — Сехуну тоже нездоровится. — Бэкхён вышел из комнаты, которая была отведена для него и Хуна, тихо прикрывая за собой дверь. — Нужно достать лекарства. — Джиюн нервно стучала пальцами по столу. У Чана был очень слабый желудок, и без таблеток его нельзя было вылечить. Сехун, к слову, тоже не мог похвастаться сильным желудком. — Я поеду в аптеку. Просто скажи мне, что нужно купить и сколько. — Минсок поднялся со своего места и неспешно зашагал в сторону прихожей. — Если бы я только знала, что именно нужно. — Прикусив губу, Пак пыталась усиленно вспомнить, какие именно препараты принимал её брат в таких случаях. — Я скажу. У меня мама очень часто страдает от подобного, поэтому я знаю, что точно поставит их на ноги за несколько часов. — уверенно проговорила Сумин, а затем взглянула на подругу. — Джиюн, сходи пока к парням. Школьница коротко кивнула и неспешно направилась к брату. В его комнате царил полумрак и полнейшая тишина. Тусклый свет старенького ночника освещал лишь половину стены и бледное лицо парня. — Ёлли, ты спишь? — Неуверенно прошептала девушка. — Нет. — Послышалось в ответ. Глупо было спрашивать его сейчас о самочувствии, потому что и так было понятно, что всё хреново. Юн неуверенно присела на край кровати и, нащупав руку брата, осторожно взялась за неё. — Ты такая холодная, — прохрипел он. — Кажется у меня жар. Чёрт бы побрал эту Юми с её кулинарными способностями! — Кто тебя вообще просил жрать эту муть? — Не выдержала Пак-младшая и с силой надавила на ладонь брата. — Э-э-э, ты меня сейчас обвиняешь? У меня выбора не было! Сама бы тогда приготовила ужин, если такая умная. — Несмотря на ужасное самочувствие, у Чанёля всё ещё были силы ссориться с сестрой. — Идиотина, мог бы сварить себе рамён, как это сделали мы с Сумин. Или мог бы просто не есть, как Минсок и Чонин со своей девушкой. А теперь ты лежишь здесь, как овощ. — Джиюн тоже не стала молчать. — Я не знал, что она так хреново готовит! — Вспылил старший и тут же скривился от резкой боли в животе. Неожиданно свет ночника резко погас, погружая комнату в полнейшую темноту. Но буквально спустя несколько секунд свет снова появился. Ничего удивительного для ребят в этом не было. Здесь очень часто происходили кратковременные перебои с электричеством. Настолько часто, что местные жители в какой-то момент просто перестали обращать на это внимание. — Минсок скоро привезёт лекарства, поэтому подожди ещё немного. — С этими словами Пак-младшая высвободила свою ладонь и вышла из комнаты, сразу же направляясь к Сехуну. Тихо постучав в дверь и выждав несколько секунд, девушка вошла внутрь и увидела там совсем не то, что представляла себе. К ней спиной стоял Сехун с оголённым торсом. В руках парень держал футболку, которую, по-видимому, хотел надеть. — Проходи, Джиюн. — Совершенно спокойно проговорил он и повернулся к ней лицом, демонстрируя подтянутое тело. Казалось бы, ничего такого, да? Юн ведь много раз видела в дорамах подобные сцены, когда парни оголяли торс, а девушки в это же мгновение краснели как помидор и убегали. Пак казалось это очень глупым лишь до этого момента. Сейчас она сама стояла и в полном смысле слова пялилась на его тело, краснея как помидор. — Джиюн? — Позвал её О и подошёл ближе. При этом он не переставал улыбаться, прекрасно зная причину её «небольшого» ступора. — Э-э-э, кхм, — девушка покашляла, прочищая горло, и отвернулась. — Прости, я не знала, что ты переодеваешься. Я зашла, потому что хотела проведать тебя и спросить о твоём самочувствии. — Мне не настолько плохо, как твоему брату. Я съел не так много, но всё же чувствую себя неважно, — Се ловко надел футболку и снова посмотрел на Юн, которая всё ещё стояла к нему спиной. — Ты долго так стоять будешь? Я уже одет, не бойся. Наконец Джиюн нашла в себе силы обернуться и в этот же самый миг в доме снова пропало электричество. Комната мгновенно погрузилась во мрак. — Я ещё хотела сказать, что Минсок поехал за лекарствами и…ой-й-й. — Совершенно не обращая внимания на темноту, девушка медленно направилась туда, где, как ей казалось, стоял Хун. Но на полпути её угораздило споткнуться об чемодан Бэкхёна. Боль от удара была настолько сильной, что из глаз посыпались искры. — Ударилась? — Послышался обеспокоенный голос парня, а в следующее мгновение школьница почувствовала, как он осторожно взял её за руку. — Да. И кто ставит чемодан прямо у двери? — Возмутилась Пак-младшая. — Ты в порядке? — О погладил её по руке и от этого лёгкого прикосновения у Юн по всему телу пробежали мурашки. Она пыталась прислушаться к звукам вокруг, но слышала лишь собственное сердцебиение, которое с каждым разом становилось всё быстрее и быстрее. Всё это было так неожиданно, что Пак толком даже не смогла понять сон это или явь. — Всё нормально, спасибо. — Боль потихоньку начинала отступать, но ходьба всё равно вызывала не совсем приятные ощущения. Самым паршивым было то, что это была та самая нога, которую она ушибла на льду. Джиюн попыталась отойти на шаг, но Се не отпустил её. Поддавшись какому-то непонятному порыву, он мягко притянул племянницу поближе к себе. И было в этом жесте что-то очень нежное и не похожее на обычное поведение О. И школьница это сразу же уловила. — Что такое? — Голос девушки слегка задрожал от волнения. Да, её это немного пугало, ведь раньше он себе такого не позволял. Никогда. Это темнота на него так действовала сейчас? — Не бойся, всё хорошо. Просто пытаюсь спасти тебя от очередного ушиба. — Поспешил успокоить её Хун. Но на самом деле это было лишь отчасти правдой. Почему-то именно в этот самый момент ему совсем не хотелось отпускать девушку. Хотелось, чтобы она вот так постояла с ним ещё немного. Сейчас они были так непозволительно близко друг к другу. Это было совершенно неправильно и О прекрасно понимал это. Но внезапное наваждение и прилив тёплых чувств к племяннице полностью затуманивали разум. А темнота лишь усиливала это странное чувство. «Что я делаю?» — пронеслось у него в голове. Разум призывал его остановиться и прекратить всё это, но тело совершенно не поддавалось. Внезапно появился свет, освещая всю комнату. А они так и продолжали стоять, но теперь уже смотря друг другу в глаза. Это продолжалось ещё около пары секунд, после чего Юн неловко отступила назад, а затем и вовсе выбежала из комнаты, чувствуя, как краснеют щёки. А в голове у девушки был только один вопрос: «Что только что произошло?»***
Лекарства очень быстро поставили парней на ноги, будто недуга и не было вовсе. И уже на следующий день Бэкхёну и Чанёлю взбрело в голову сделать барбекю. Зимой, да. — Какое нахрен барбекю? Вы погоду за окном вообще видели, шашлычники вы недоделанные? — Высказался Чонин и в ответ услышал лишь возмущения от парней. — Не, серьёзно. Я вас во всём поддерживаю, но каким образом вы собираетесь делать это? В доме огонь разводить будем или что? — Тут в разговор включился и Чондэ. Парни объяснил план своих действий, но всё равно звучало это неубедительно. — Да пусть делают, что хотят и как хотят! Мы ведь всё равно не сможем им помешать. — Минсок вышел из кухни с двумя чашками свежесваренного кофе и протянул их Сумин и Джиюн. До этого точно такие же чашки он принёс девушке Чонина и Юми. — Так, я в доме хозяин и я буду решать. — Чан потёр руки, готовясь к тому, что и задумал. — Дедушка бы тебе сейчас голову открутил за такие слова. — Вмешалась в разговор Юн и неспешно отпила кофе из чашки. Ребята громко рассмеялись, а Бэкхён, казалось, смеялся громче всех, хватаясь за живот. — Чувствую я, что ничего у них не выйдет. — Прошептала Су на ухо подруге, предвкушая эпичный провал парочки ЧанБэков. Так и получилось. Полдня эти двое мучились с «постройкой» мангала и прочих штучек, а к вечеру принялись жарить мясо, всячески отрицая свой провал. Плюсом ко всему, к вечеру поднялся жуткий ветер, а потом и вовсе посыпал снег. В это же время все уже сидели за столом и неспешно ели закуски. — Плакали мои сосисочки на мангале. — Чондэ тяжело вздохнул, отправляя в рот очередной кусочек маринованной редьки. — С таким же успехом можно было бы и на сковороде их пожарить. — Вступила в разговор Дахён — девушка Чонина. — Согласна. — Устало пролепетала Джиюн и, откинувшись на спинку стула, невзначай перевела взгляд на Сехуна. То же сделал и он. Произошедшее вчера не давало ей покоя всю ночь и весь сегодняшний день. Конечно, можно было бы подумать, что ей просто показалось. Всякое же бывает, да? В темноте всегда разыгрывается воображение, ведь так? Но в глубине души Пак прекрасно знала, что это не так и что вчера между ними произошло что-то такое, что нельзя было бы назвать родственными отношениями. По правде говоря, это начало происходить ещё гораздо раньше. В какой именно момент это началось, школьница точно не помнила. Зато она отлично помнила взгляд Сехуна в машине, когда она рассказывала ему о том, что к ней вернулась память. Это был взгляд парня, которому нравилась девушка. Но никак не взгляд дяди на племянницу. И самое интересное то, что Джиюн не думала об этом, как о чём-то непозволительном и плохом. Ей это, кажется, нравилось. Потому что она и сама очень часто смотрела на Хуна подобным взглядом. Но почему? Почему это происходило? Как между ними могло всё так внезапно поменяться? Она всегда считала этого человека своим братом и никогда в жизни не думала о нём, как о парне. Неужели на неё так повлияла потеря памяти? Но разве это возможно? «Нет, я точно с ума сошла. Джиюн, приди в себя! Ты не можешь чувствовать к нему что-то подобное!» Неожиданно в дом вошёл Чан с горой жаренного мяса на тарелке. — А как же сосисочки? — Заныл Чондэ. — Нет твоих сосисочек! — С этими словами Ёль снова выбежал на улицу за очередной партией мяса. Вопреки всем ожиданиям, парням удалось пожарить всё замаринованное мясо. Сгорели только любимые сосиски Чондэ, к его же несчастью. Такую «утрату» ему заменил алкоголь. Практически вся мужская компания пила соджу, а девушки — вино. Конечно же, подобное удовольствие обошло стороной Сумин и Джиюн, просто потому, что так Чанёль сказал. — Очень весело смотреть на ваши пьяные лица, ребята, когда у нас вообще ни в одном глазу. — Сумин нахмурилась, оглядывая всех присутствующих. — Прости, малыш, но ты ещё несовершеннолетняя. — Бэкхён пожал плечами и залпом выпил стопку соджу. — Ой-й-й и кто нам это тут говорит? Человек, который бухает со старшей школы, да ещё и впридачу больше всех присутствующих здесь! — Вступился Чондэ. — Минуточку! Я не «бухаю», а принимаю алкоголь, как лекарство для моей израненной душонки! — Пояснил Бён, наливая себе ещё одну стопку. Даже несмотря на то, что Чондэ так и не получил своё блюдо, а парни промучились целый день с готовкой, ужин всё равно прошёл отлично. И уже к полуночи все разошлись по своим комнатам. И кажется, что только Джиюн была в трезвом состоянии. Все же остальные напились до чёртиков и даже Су не упустила возможности выпить несколько стопок, пока никто не видел. Зачем ей это было нужно, Пак не понимала. Но и, конечно же, не осуждала подругу. Быстро убрав остатки еды со стола и закинув посуду в посудомойку, девушка уже было хотела пойти в их с Сумин комнату, но вдруг остановилась у окна, замечая на улице знакомый силуэт. Сехун стоял во дворе и смотрел куда-то вверх, явно погружённый в свои мысли. Девушке потребовалась лишь пара секунд на раздумья, после чего она спешно натянула сапоги и пальто и, небрежно повязав шарф, вышла на улицу. Услышав хруст снега за спиной, О тут же обернулся. И как же он был рад, что это была Юн, а не кто-либо ещё. Парень вытянул руку вперёд, и девушка, понимая, что он имеет в виду, шагнула навстречу к нему. Вложив свою холодную и слегка дрожащую от волнения ладошку в его крепкую ладонь, она встала напротив. — Не хочешь немного прогуляться? — Предложил Се, чуть сильнее сжимая её пальчики. — С удовольствием. — Охотно согласилась Пак-младшая, довольно улыбаясь. Держа друг друга за руки, молодые люди неспешно направились вдоль пустой улицы. Вокруг стояла звенящая тишина. Даже было немного удивительно, учитывая тот факт, что даже ночью здесь нередко проезжало множество машин. Но сейчас здесь не было ни машин, ни людей. Ветер к этому моменту уже успокоился, но крупные хлопья снега до сих пор плавно падали вниз, покрывая землю новым слоем белой пелены. Ныне тёмные и непримечательные домики, стоящие вдоль всей улицы, становились более нарядными благодаря белым шапкам на крышах. К утру здесь наверняка вырастут огромные сугробы, которые придётся долго и нудно расчищать. — Я думал ты уже легла спать. — Вдруг заговорил Хун, смотря себе под ноги. — Собиралась, но увидела тебя и решила выйти ненадолго. Надеюсь, что не помешала своим присутствием. — Джиюн прекрасно знала, что не помешала. Но не сказать это ради приличия не могла. — Ты же знаешь, что не помешала. — Повторил её мысли О и улыбнулся. — Ну, не знаю. Однажды я вот так вот вышла из дома навстречу к тебе, а ты там с Юми целовался. — Почему она вспомнила об этом, школьнице было не совсем понятно. Но почему-то этот день сейчас очень чётко стоял у неё перед глазами. Юн вообще тогда очень часто выбегала на улицу, чтобы встретить Сехуна, когда он возвращался с учёбы или ещё откуда-нибудь. Но в тот день парень привёл с собой свою новоиспечённую подружку и именно в тот момент, когда Пак открыла дверь, им почему-то приспичило поцеловаться. — Ну, ты нашла, что вспомнить. Лучше бы о чём-нибудь более приятном вспоминала. — Хун притворно закатил глаза. — Ну ладно. Тогда как насчёт момента, когда ты упал в лужу, когда пытался её перепрыгнуть? — Это воспоминание пришло к ней сейчас совершенно случайно. Тогда Пак-младшая очень долго смеялась, а Сехун что-то бурчал себе под нос, пытаясь смыть грязь со штанов. — Так значит для тебя это приятное воспоминание, да? Какая же ты коварная, Пак Джиюн! — Он вдруг обнял её за шею и притянул к себе, взъерошив волосы на макушке. — Ладно-ладно! А как насчёт нашей поездки на рыбалку с дедушкой? — Для Юн это было одним из самых счастливых воспоминаний, за исключением одной маленькой детальки. — Ну да, там ты свалилась в реку, пока пыталась вытянуть рыбу. Действительно замечательное воспоминание. — Вспомнил Се, едва ли сдерживая смех. — Какой же ты коварный, О Сехун! — Джиюн хотела пихнуть его в бок, но слегка промахнулась и тут же полетела лицом вниз в огромную кучу снега. На пару секунд воцарилась просто убийственная тишина, которая вдруг резко прервалась смехом Хуна. — Ты в порядке? — Он вытянул руку вперёд, предлагая свою помощь. — Не смешно вообще-то! — «Обиженно» буркнула школьница, делая вид, что принимает его помощь. Но вместо того, чтобы подняться, она резко потянула парня на себя, заставляя упасть рядом с собой. И теперь смешно было не только О. — Один-один. — Вытирая снег с лица, он улыбался от уха до уха. И Пак показалось, что она ещё ни разу за всё это время не видела его таким счастливым. После этого парень всё же поднялся, не забыв помочь и племяннице, конечно же. — Не ушиблась? — Заботливо стряхнув снег с её одежды, он перешёл к лицу девушки, осторожно смахивая редкие снежинки с розовых щёк. — Удивительно, но нет. Учитывая моё везение, я, по крайней мере, должна была сейчас заработать себе шишку или подвернуть ногу. — Намекая на случай с падением на льду, шутила над собой школьница. — Пойдём выпьем кофе, везучая. — Се кивнул в сторону круглосуточного магазинчика, в котором Пак ещё не так давно покупала рамён, из-за «прекрасных» кулинарных способностей Юми. Молодой продавец в магазинчике мирно дремал в уголке, но звон колокольчиков заставил его резко подскочить со стула. — Добро пожаловать. — Пробормотал он, щурясь от яркого света. Поздоровавшись, молодые люди разошлись по разным уголкам помещения. Джиюн зависла у витрины с горячим кофе в жестяных банках, пытаясь определиться с выбором. А Сехун скрылся за стеллажами со сладостями. — Латте, мокко. — Задумчиво бормотала девушка, водя пальцем в воздухе. — Выбрала что-нибудь? — Неожиданно за её спиной появился О. — Возьмём мокко? — До отъезда Хуна они часто покупали этот кофе в холодные времена года. Из всех видов напитков у данной фирмы этот был самым вкусным. Выбрав, они расплатились на кассе и неспешно вышли на улицу, остановившись недалеко от магазинчика. Снег, казалось, стал сыпать только сильнее. Но сейчас он был как нельзя кстати. Даже несмотря на дикий холод и вечно летящие в лицо снежинки, на улице всё равно было так уютно. А запах горячего кофе в руках делал атмосферу ещё теплее и прекраснее. Неспешно попивая кофе и то и дело откусывая шоколадку, Джиюн что-то восторженно рассказывала Сехуну. При этом она всё время смотрела на пару снежинок, которые прилипли к щеке и к самому уголку губ парня. Будто на автомате, Юн привстала на носочки и осторожно провела пальчиками по его лицу. Кожа у него оказалась слегка прохладной и безумно мягкой, чем могло бы показаться на первый взгляд. Затем её пальцы плавно переместились чуть ниже, едва касаясь губ. В отличие от лица, они были безумно горячими от только что выпитого кофе. И в этот момент ей стало безумно интересно, какие они на вкус. Эта мысль пришла к ней совершенно внезапно и казалась одновременно безумной и привлекательной. В какой-то момент их взгляды встретились и в этот же момент Пак стало почему-то безумно неловко от своих же собственных мыслей. Она тут же убрала руку, мысленно тысячу раз стукнув себя по лбу. — Прости. — Девушка стыдливо опустила взгляд и сжала руки в кулаки, пытаясь унять дикую дрожь от волнения. — За что ты извиняешься? — Удивился парень, осторожно взяв её за руку. Но Юн не смогла ответить на этот вопрос, потому что и сама не знала ответа на него. Внезапная дрожь в руках лишь усилилась и она никак не могла остановить её. — Тебе холодно? — Вдруг спросил Се, чуть сильнее сжимая ладонь девушки. — Нет, всё нормально. — Ей было совершенно не холодно. Но о том, что всё нормально, Пак соврала. Всё было вообще ненормально, потому что её сердце сейчас билось так сильно, что его стук можно было, наверное, услышать даже в Сеуле. — А почему тогда руки дрожат? — заданный вопрос буквально повис между ними в воздухе. А затем внезапная догадка вдруг посетила голову парня и он тут же озвучил её. — Ты волнуешься, Джиюн? — Нет, тебе показалось. — Приложив немного усилий, Джиюн высвободила свою ладонь и сделала маленький шаг назад, при этом стараясь всячески избегать зрительного контакта со своим собеседником. — Джиюн, в чём дело? — Серьёзно спросил О, делая шаг навстречу к ней. Тяжёлый выдох сорвался с дрожащих губ девушки. Мысленно она уже тысячу раз пожалела о том, что не смогла сдержать себя и вообще позволила себе думать о таких абсурдных вещах, как поцелуй с Сехуном. Она и Сехун? Поцелуй? Да бред какой-то! Как вообще можно было сейчас думать об этом? Видимо травма головы давала о себе знать, потому что как-то иначе объяснить всё это было нельзя. — Ни в чём. Всё правда хорошо, не переживай. — Снова соврала она, чувствуя, как с каждой секундой стыд и дикое смущение буквально заполняют всё тело. — Я же вижу, что что-то не так, — в его голосе чётко слышались нотки беспокойства и непонимания происходящего. — Расскажи мне, пожалуйста. — Не могу, — честно ответила Пак. Подняв голову, она тут же встретилась с ним взглядом. — Не думаю, что вообще имею право говорить о таком. Словив на себе удивлённый взгляд О, Джиюн ещё больше хотелось ударить себя по голове и забиться в какой-нибудь угол от стыда. Ну точно с ума сошла, не иначе! У неё к себе был только один вопрос сейчас: Что за чертовщина творится в её голове в последнее время? — Ты же понимаешь насколько странно это звучит сейчас? И ещё страннее становится, когда ты пытаешься избежать моего взгляда. Джиюн, я начинаю волноваться. — Голос Се был очень тихий и спокойный, однако выглядел парень очень взволнованным. Даже, можно сказать, слишком взволнованным. — Понимаю, как это выглядит сейчас. Но я правда не могу сказать об этом вслух. Это слишком...слишком странно, дико и непозволительно, — школьница вдруг резко замолчала, понимая, что её начинает уже немного уносить не туда и что если она сейчас не остановится, то точно наговорит чего-нибудь лишнего. — Боже и что я несу вообще? Сехун, пожалуйста, забудь о том, что я сейчас сказала. — Не хочу забывать, — тихо ответил Хун и мягко притянул её к себе, осторожно погладив по волосам. — Вместо этого я могу угадать, о чём ты думала. Где-то в глубине души он догадывался, что бы это могло быть, но до последнего почему-то не верил в это. — Не угадаешь. — С улыбкой проговорила школьница, стараясь сохранить самообладание. Сейчас она только и думала о том, как бы поскорее сменить тему, иначе от неё тут скоро остался бы один пепел. Щёки и всё тело горели от смущения настолько сильно, что девушка всерьёз задумывалась о том, что ей нужно жаропонижающее. — Я могу хотя бы попробовать? — Взгляд его вдруг изменился и это был именно тот самый взгляд, которым он смотрел на неё тогда в машине. — У тебя всё равно не... — Но прежде чем Пак успела закончить предложение, Се вдруг вплотную приблизился к ней и, проведя носом по холодной щеке, оставил лёгкий поцелуй на нежной коже, заставляя девушку вздрогнуть от неожиданности. — Угадал? — Хрипло прошептал он, волнуясь в этот момент не меньше самой Юн. По правде говоря, он и сам сейчас не ожидал подобного поступка от себя. Не зная, что на это ответить, Джиюн издала какой-то странный звук, больше похожий на удивлённый вздох. У неё вдруг резко закружилась голова и лишь на секунду она подумала о том, что ей показалось, и что на самом деле он не целовал её сейчас. «Нет, я точно сплю. Или у меня поднялась температура и теперь я брежу во сне. Чёрт возьми, да быть этого не может!» — Не молчи, Джиюн. Скажи хоть что-нибудь, пожалуйста. — И как будто в подтверждение сделанному ранее, О слегка приобнял её за талию. — Я сплю? — Этот вопрос прозвучал из девичьих уст так наивно и мило, что парень не смог сдержать улыбки. — Если это так, то мне не хотелось бы просыпаться. — Сехун немного склонился для того, чтобы заглянуть ей в глаза. А Джиюн в этот момент даже дышать перестала, удивлённо уставившись на него в ответ. Ещё никогда в жизни он не был так близко к ней. Ещё никогда в жизни она не чувствовала его горячее дыхание на своих щеках и губах. — Я... — Попыталась что-то сказать она, но поняла, что просто не может, потому что, в прямом смысле этого слова, начинала задыхаться от переизбытка чувств. — Всё в порядке. Дыши, Джиюн. — Прозвучал всё тот же тихий голос О, однако сейчас, в этот самый миг он казался девушке совершенно другим. Более хриплым, более взволнованным и более мягким. Соприкасаясь лбами, они с минуту продолжали смотреть друг на друга. Когда же ладони Хуна коснулись горящих от смущения щёк Джиюн, она медленно прикрыла глаза, чувствуя тепло, исходящее от него, и едва уловимый запах кофе. А в следующее мгновение она почувствовала лёгкое, совсем невесомое и ранее незнакомое ей прикосновение в районе губ. Это оказалось настолько приятно и волнующе, что школьница не смогла сдержать судорожного выдоха, чувствуя при этом, как Хун медленно-медленно вовлекает её уже в более уверенный поцелуй. Пак чувствовала, как с каждой секундой немели ноги, а вместе с тем и испарялась последняя капля рассудка, которая призывала её остановиться и не делать этого. Но она не могла остановиться. Уже нет. Не в тот момент, когда он крепко прижимал её к себе и слегка надавливал на затылок, полностью захватывая власть над её губами и над ней самой. Облегчённо выдохнув, Юн обняла его за шею, полностью отдаваясь этому чувству. Не важно, что последует за этим. Она подумает об этом потом. Сейчас же ей хотелось просто раствориться в этом моменте, забыв обо всём и наплевав на все нормы и правила...
