Унизительное преступление

Зальцман и предположить не могла, как ярко выглядит этот город, освещённый лучами яркого летнего солнца. Она привыкла видеть лишь блики луны, многочисленные звёзды и отражение собственных заспанных глаз в покрытом каплями дождя окне. Сейчас, выйдя на свет, Аргет позволила себе почувствовать свободу. Высокие деревья с ярко-зелёной листвой дрожали от малого дуновения жаркого ветра, солнце здорово припекало, нагревая асфальт и крыши спешащих по дорогам автомобилей. Высокие, немного хмурые многоэтажки с трудом защищали людей от палящих лучей. Мерцающие светофоры приветливо подмигивали прохожим. Обычный день для Йокогамы. Но такой волшебный для девушки, которая редко видит настоящий мир. Всюду шныряли деловые люди, родители с детьми, студенты... Если бы не её старый выбор, то она могла бы быть среди них. Жить в общежитии, подниматься утром на занятия, при этом бурча ругательства, а в момент экзаменов всё откладывать на последнюю ночь. Аргет считала, что пусть это и не так прекрасно, как кажется на первый взгляд, но это всё же лучше, чем каждый день пытать беспомощных людей. Понимать, что ты уже ничего не изменишь. Знать, что другой жизни не будет. Быть уверенной в том, что всегда будешь помнить каждый крик, причиной которому ты стал. В сердце убийцы, при виде мирной жизни, зарождалась тоска. Именно та тоска, которая нравится людям и которая служит для них отдыхом, прибавляющим сил, и дает возможность пожалеть себя. Но это обычный обман. Рано или поздно, но отчаяние захватывает разум, и ты больше не можешь жить без него, будто без наркотика. Это сделал не брат. Ты сама убила ту наивную девочку. Её больше не вернуть. Когда всё кончится, ты не сможешь начать новую жизнь. Тысячи убитых будут каждую ночь приходить к тебе во сне и напоминать, что ты сделала с ними. Впрочем, это будет дальше. Сейчас надо благодарить спокойное время. Ему всё равно осталось царствовать недолго…

***

На девушку жара влияла не так, чем на других. Сразу после того, как инквизитор вышла из тени, на неё опять будто обрушили дом. Голова загудела, будто машина, которая перегрелась, и палач с трудом переборола силу, тянувшую её обратно. Эспер испугалась, что это ещё один знак того, что она опять, от избытка чувств, потеряет контроль над способностью. Вдруг под сумасшедшую Аргет попадёт какой-то прохожий? Нелли сомневалась, что у него найдётся такая же реакция, как у Эйса. Это был обычный мимолетный испуг. Почему это произошло? Почему она так просто потеряла над собой контроль? Надо было подумать о подобном раньше. Искусственная способность не такая надежная, как врожденная, и не чувствует своей связи с владельцем. Она не может быть навсегда. Мафиози твердо для себя пометила, что не хочет допустить подобных приступов. Но как ей держать эмоции в себе, если она этого никогда толком не умела? Открытые участки тела обжигало, кажется, самым настоящим огнем. Давление изнутри увеличилось в разы, будто какой-то сильный зверь грозился выйти наружу. Теплопроводность серебра высоковата, поэтому не стоит рисковать и долго находится под солнцем. Иначе есть угроза превратиться в раскаленную изнутри статую. И даже кепка не спасёт. Аргет, найдя небольшую тень под густой листвой деревьев, скинула с плеча рюкзак, пытаясь перевести дух. Зальцман огляделась по сторонам, собираясь оценить, насколько подозрительно она выглядит. Увидев несколько людей, которые также мучились от жары и пытались найти убежище, где бы их не достала жара, девушка выдохнула. Она каждый раз испытывала счастье, замечая свою схожесть с теми, кто живет обычной жизнью. Инквизитор больше всего на свете любила в себе именно те черты, которые связывали её с миром. Может, потому что эта схожесть с каждым годом постепенно гасла, будто тонкая свеча? Эта тонкая свеча была её внутренним стержнем, который ломался из года в год. Нелли аккуратно достала смятую карту из кармана джинсов, отчего та неприятно зашуршала, заставляя эспера поморщиться. Каждый звук, будь то шелест листвы или шаги прохожих, звучали для неё непривычно. В последние семь лет она не слышала ничего, кроме криков, поэтому всё, что было отлично от них, воспринималось, как нечто незнакомое. Перед глазами красными буквами вставала надпись «ОПАСНОСТЬ». Аргет посмотрела на карту. Если бы ей не кривая надпись, она бы и не догадалась, что то прожженное сигаретой место и есть Вооруженное детективное агентство До штаба детективов было ещё далеко. Сложив карту, девушка отправилась в путь.