Не судите книгу по обложке

Школа безумно выматывает. Этот шум — крики учителей и гогот одноклассников, — нещадно били страшным гулом по голове, отчего с первого урока я закидывалась обезболивающим, который всегда носила с собой в рюкзаке. На первом уроке Мадам Менделеева постоянно опрашивала меня, заставляя чувствовать каждый раз себя неловко перед всем классом, ведь химия у меня совсем не намного лучше китайского. И пусть Натаниэль, Алья и Нино пытались шептать мне ответы, у меня настолько всё кружилось, что на вопросы учительницы оставалось лишь молчать. Вскоре она была на пределе, чтобы выгнать меня из класса, благо спас меня звонок с урока, после которого она разъярённо ушла. Было желание отпроситься у Мадам Бюстье с уроков ещё в самом начале дня, потому что голова болела страшно, но всё-таки я решила досидеть в школе до конца. Головная боль — это не самое приятное, но неизбежное последствие панических атак. Столкнувшись с этим в реальности, я поняла, что это расстройство совершенно не такое классное, как показывают в сериалах и фильмах. Я всем сердцем надеялась, что эта несчастная пачка обезболивающего больше мне не пригодится, однако сегодня она меня буквально спасала. Радовало меня только то, что сегодня суббота и я смогу выспаться и отдохнуть от учёбы. Наконец, школьный день подходил к концу и, дождавшись Алью и Нино, мы вместе вышли из школы. — Ты сегодня сама не своя, — Алья зябко вздрогнула, когда Нино открыл перед ней дверь, потому что тут же нас обдул леденящий ветер, — ну и погодка… — Мда уж, — я сразу же поняла, что надеть куртку на улице, а не в классе — было плохой идеей, и, торопясь, стала это делать. — Так что случилось? — когда мы все вышли из школы, Алья покосилась на меня, пытаясь использовать свою проницательность, но к её сожалению и моему счастью, в моих глазах она не смогла ничего прочитать. Историю с Адрианом я бы никому не хотела рассказывать, по крайней мере сейчас. — Да голова трещит весь день, может быть, на погоду, — в принципе я ей не соврала, в висках до сих пор отдавало моментами. — Оо, понимаю! Сейчас погода каждый день из крайности в крайность меняется, — подруга обмотала вокруг своей шеи шарф, — Мари, мы с Нино сейчас договорились идти в кино, так что сможешь дойти домой сама? Извини, что бросаю тебя, — Алья виновато посмотрела на меня, состроив грустную мордочку и Нино сделал точно так же. — Как дети, ей Богу, — я улыбнулась, подмигивая им. — Конечно, голубки, идите. — Так, Нино, я пойду со стороны парка, а ты по дворам иди, там и встретимся тогда, — осторожно произнесла она ему. — Вы что, скрываете свои отношения? — удивлённо вскинула бровь я. Почему она мне этого не говорила? Да и зачем скрывать их? — Ах, точно, — Алья слегка стукнула себя по лбу, — забыла тебе сказать. Да, мы пока не хотим их ставить на показ. Знаешь, во избежание всяких слухов и тому прочему… Я бы хотела задать ещё много вопросов на эту тему, но по глазам Альи видела, что она хочет потом поговорить со мной насчёт этого наедине. — Хорошо. Ладно, пойду я, — я помахала друзьям и удалилась в сторону дома. В чём-то с Альей я согласна, заявлять о своих отношениях всем — это очень рискованно, но… Они ведь не собираются аж до выпуска бегать на свидания под прикрытием и разными дорогами? Хотя у меня и отношений-то не было никогда в жизни, может, я потом всё пойму сама. С опаской и аккуратностью переходя дорогу, я наконец дошла до родного дома. — Привет, доченька! — не успела я закрыть за собой дверь, как ко мне вышел папа с кухни, одежда которого вся была в муке, — как прошёл день? — Он вновь удалился на кухню, продолжая со мной разговаривать. — Всё отлично, — крикнула я ему, чтобы он услышал меня с коридора. Повесив куртку на крючок, я радостно прошла на кухню. Единственное, что могло меня сейчас порадовать, — это еда и хороший сон! В принципе, меня это радовало все шестнадцать лет, поэтому вы видите сейчас результат. В кастрюле была горячая варёная курица в бульоне, а в другой, меньшей по размеру кастрюльке, были тушёные овощи. В прочем, это я очень даже люблю, вернее полюбила недавно, этим летом, когда придерживалась правильного питания. Честно говоря, я открыла для себя много полезной и вкусной еды, которая мне нравилась, когда я начинала худеть. Но что привлекло моё внимание сейчас больше всего, так это восхитительный, чёрт его возьми, папин чизкейк в духовке! Мало того, что его чудесный запах разошёлся по всему дому, так ещё и выглядел он просто превосходно! Я, уронив слезу, закрыла духовку и, взяв тарелку, положила себе две ножки курицы и тушёных овощей. Честно говоря, порция была довольно… внушительной. Но я настолько хотела есть, что этот факт у себя в голове отмела. Съев всё полностью, даже куриную кожу, от которой я раньше отказывалась, потому что она очень калорийная, я помыла за собой посуду. Пока я промывала тарелки, папа успел порхающими движениями достать из духовки чизкейк и с противня переложить его в большую тарелку на стол. Он мне ничего не говорил, зная, что я разозлюсь, если он мне предложит кусочек. Но если бы он только знал, насколько сильно я хочу хотя бы немного попробовать… Сглотнув поступившие слюни, я решила домыть всю посуду, которая была в раковине. За это время папа успел отрезать себе внушительных размеров кусок чизкейка и под вздохи наслаждения умять его полностью, всё приговаривая себе под нос, насколько вкусно десерт получился. У папы был обеденный перерыв, но видимо, уже закончился, потому что он ушёл в ресторан работать. Я осталась на кухне одна. Вернее, не одна. А с этой безумно калорийной, превосходной сладостью. Чизкейк был самый классический, но какой же красивый. Не слушая голоса разума, я всё же черпнула вилкой десерт и с огромным удовольствием съела маленький кусочек. От него же ничего не будет… Но за этим кусочком последовал ещё один и ещё. И в итоге я съела кусок чуть меньше папиного. Опомнившись, я слегка ударила себя по щекам и поднялась в свою комнату. А ведь так хорошо начинала, с овсяночки… и закончила чизкейком. В понедельник уже начинаются тренировки, значит с понедельника я уж точно начну жёстко придерживаться здорового образа жизни! Ведь как я прекрасно держалась летом и скинула десять килограмм, смогла ведь. Значит и в этот раз смогу. Главное — начать. Просидев весь день в телефоне, моментом поужинав ещё одним куском чизкейка (ведь всё равно с понедельника начинаю худеть, надо насладиться этим днём по максимуму), я перед сном закинулась ещё одной таблеткой обезболивающего, ведь голова вновь дала о себе знать, и затем я легла спать. Когда я начала держаться в плане правильного питания, я приучила себя рано вставать, и знаете, это просто волшебно. Просыпаясь в шесть-семь утра, наблюдать из окна пустые улицы Парижа, тусклое солнце. В доме тихо и спокойно, родители ещё спят. У тебя намного больше свободного времени и чувствуешь ты себя куда лучше и бодрее, нежели просыпаясь в половину дня. Вначале перестроить свой распорядок дня было невыносимо трудно, так как у нас вся семейка из разряда «не прочь понежиться в кроватке чуть ли не до обеда», особенно в выходные. Но каждый день, начиная с привычных двенадцати часов дня, я на двадцать минут ставила будильник раньше, доходя до семи утра, а то и до шести. И пусть вставать мне всё равно тяжело, особенно первые десять минут, когда ты буквально ненавидишь этот мир и всё бы отдал за лишний часок сна, то вскоре ты счастлив, что не встал позже. Я проснулась раньше будильника и несколько минут сонно смотрела в потолок, но вскоре встала с кровати, потягиваясь. Рука уже по привычке дотронулась до экрана телефона, чтобы посмотреть время. Помимо 5:47 я увидела какое-то новое сообщение, присланное мне посреди ночи. Разблокировав телефон, сначала мой мозг отчаянно не вдуплял, что за «Адриан» от неизвестного номера, но поняв, дыхание сразу же резко сковало, правда лишь на несколько секунд. Потом отпустило. Это он так сообщил о своём номере, я так полагаю? — Слишком многословно, прекрати, — усмехнулась я сама себе, занося его в контакты. Боже, у меня из одноклассников есть только номера Альи и Адриана. Ну и ирония. Только сейчас я заметила, что он отправил это сообщение всего сорок минут назад. Что он делал в пять утра? То ли тоже наслаждался пустотой улиц, то ли он только недавно заснул. Или не спал вовсе. Хотя это меня не касается. Приняв холодный душ, чтобы взбодриться ещё сильнее, я вскоре оделась и спустилась вниз. Шаркая по пустому дому, отмечаю, насколько же я люблю его утром. Не то что бы родители мне мешали, нет. Но в последнее время незначительные ссоры с мамой становились слишком частыми. Она любит меня и очень понимает, волнуется за меня. Но иногда просто выводит из себя. Мне кажется, так бывает у всех подростков. Хотя во многих ситуациях, честно говоря, виновата именно я. Но принимать её замечания не в штыки я не могу. Сейчас я почему-то всё принимаю слишком близко к сердцу. Приготовив себе омлет из двух яиц, затем добавив в него ветчины и посыпав сыром, я нарезала в добавок себе два куска багета. В чай добавила три ложки сахара и отрезала кусок чизкейка, оставшегося с вечера. Посмотрев на это всё за столом, я отметила про себя, что это не самый низкокалорийный завтрак. Я совсем отучила себя от счёта калорий, хотя летом просчитывала каждый грамм! Но ведь начну с понедельника… или лучше уже сейчас. Вооружившись телефоном, в специальную программу я стала заносить всю пищу, которая лежит передо мной на столе. Что?! 625 калорий? Видимо, я совершенно забыла, что такое число раньше было лишь половиной моей дневной нормы! Пока еле держу себя в руках, чизкейк отправляется снова в холодильник, сладкий чай выливается в раковину, куски багета кладутся опять в хлебницу, а омлет я разрезаю на две части и вторую выкидываю в мусорку. — Чёрт, могла бы родителям оставить, — слишком поздно опомнилась я, а затем слабо рассмеялась. Всегда, когда на меня находит мотивация к похудению, я становлюсь слишком жёсткой. А ведь я приучила себя пить чай без сахара и мне очень даже понравилось чувствовать его настоящий вкус. А теперь снова начинаю включать в рацион сладости, которые мне наоборот нужно избегать… — Так, ладно, приступаю тогда уже сегодня! — говорю я сама себе для большей мотивации, но не громко, чтобы не разбудить родителей. Настроение аж поднялось. Так всегда бывает, когда я начинаю придерживаться здорового образа жизни. И пока я ещё не успела позавтракать, я рывком побежала в свою комнату. Зайдя в ванную и лазя в тумбочке, стала оттуда всё выкидывать на пол. — Где же они… — бурчу себе под нос, доставая из тумбочки разные полотенца, шампуни, крема, — А! — и достаю заветные (и ненавистные) весы. Положив их на пол, я уже морально подготовила себя, что за этот месяц я набрала. Вот только сколько? Сглотнув, с неким страхом наконец становлюсь на них. — Какого чёрта?.. — расстроенно посмотрела я на цифру и встала с них. На весах было 76,4, хотя в начале сентября я была на 6 килограмм меньше. Почему они так быстро набираются и так трудно уходят? Что за несправедливость? Присев на пол, я расстроенно смотрела на весы, ужасная цифра на которых ещё не собиралась погаснуть. На секунду возникли мысли, а не послать ли это всё к чёрту? Мне предстоит сделать ещё столько усилий! Обмен веществ вновь будет налаживаться чуть ли не месяц и придётся столько много времени ждать желаемого результата и отказаться от любимой еды, начать эти изматывающие тренировки и… Так, спокойно! Маринетт, здесь виновата только ты! Всё получится, если только захотеть! Хлопнув себя по щекам, я сначала не понимала, что за размазня здесь чуть ли не расплакалась. — Нашла из-за чего ныть! Никто не говорил, что будет легко! В начале лета ты вообще весила под 90, а сейчас хоть приобрела очертания девушки! Правда слишком большие очертания, но это исправимо. Всё, ты уже начала, нельзя сдаваться! — снова хлопнув себя по щекам, чтобы взбодриться, с таким утешением я пошла есть свою несчастную половину омлета. Я решила вновь начать считать свои калории и занеся в список свой завтрак, была довольна результатом. По крайней мере, лучше, чем было. А завтра надо опять начинать свой день с овсянки! Воскресенье можно сравнить с едой — слишком незаметно и быстро исчезает. Проснувшись утром уже по будильнику, я будучи внимательнее, собрала по расписанию понедельника свой рюкзак, перепроверила его, умылась и начала краситься. Одежду я выбирала довольно долго. Пусть и пока что с лишним весом, но выглядеть опрятно и красиво мне хотелось. Достав из шкафа тёмно-синие платье с длинными рукавами, подходящее под стандарты школьной одежды, я начала его надевать, но заметила, что оно мне стало совсем не по размерчику. Покупала я его в конце лета, когда была поменьше, чем сейчас. И как бы я не старалась, оно отчаянно не хотело на меня налазить. Чуть не отчаявшись самой, я глубоко вздохнула и посмотрела в зеркало на туалетном столике. Вновь внушая себе хорошие мысли, что грустить не надо, ведь я уже начала худеть, и всё придёт, но не сразу, я надела другое не менее красивое чёрное платье, которое я носила, когда была совсем толстой. Но чёрт, оно мне велико! И выглядет теперь на мне не очень. С одной стороны, самооценку этот факт немного поднял, а с другой, жалко терять такие хорошие вещи. В итоге, надев тёмные джинсы и блузку, я выскочила из комнаты и пошла на кухню. На кухне уже стоял запах ждавшей меня овсянки. Радуясь тому, что я наконец взяла себя в руки, я достала из кухонной тумбочки весы для еды. Благо они у нас есть, потому что родителям для работы всегда надо знать порции в граммах. Взвесив сначала массу тарелки и потом каши, я записала это в приложение. Затем нарезала себе в кашу банан и сделала крепкий кофе без молока. Съев кашу, отпила кофе, изначально немного покривившись. Я совсем отвыкла от горького вкуса. Что ж, будем заново привыкать. Помыв за собой посуду, порхающей походкой вышла в коридор, натянув пуховик и ботинки, и вылетела из дома, не забыв при этом рюкзак. Времени было достаточно, поэтому в школу я дошла спокойно, наслаждаясь лёгкой осенней прохладой. Перед школой я заметила Хлою и старалась непринуждённо пройти мимо, но когда было такое, чтобы она оставляла меня в покое? — С твоей бы задницей я не носила такие джинсы. Просто дружеский совет, — сделав акцент на слове «дружеский», она, ухмыляясь, мне улыбнулась и подмигнула. И пусть из-за этого замечания в сердце всё-таки кольнуло и я даже подумала, что она права, но сейчас я решила, что менять нужно не только свой рацион питания, но и саму себя. — У меня она хотя бы есть, — я также подмигнула ей, улыбнувшись и прошла мимо в школу. Не смогла удержаться и слегка обернулась, наблюдая за тем, как Хлоя сначала удивлённо открывает рот, а затем, сложив руки на груди, фыркает и отворачивается. Зайдя в школу и сев за парту, тут же стала непринуждённо разговаривать и смеяться с Альей. — Ты сегодня значительно веселее, — Алья подмигнула мне и радостно улыбнулась. — Потому что я, наконец, вновь пришла в себя и стала держать правильное питание. Правда пока что один день, — я рассмеялась, чувство гордости за саму себя было неописуемым. В этот момент в класс врывается Адриан. Дверь настолько шумно и резко открылась, что мне даже показалось, что он выбил её с ноги. Хорошо, что хоть учительница ещё не пришла, иначе выговора за такой заход было бы не избежать. Весь класс просто удивлённо ахнул. И дело даже не в том, что Адриан выглядел сегодня и вовсе, как какой-то хулиган — в чёрной футболке и джинсах, а сверху накинута того же цвета кожаная куртка с шипами на плечах, а в том, что лицо его было всё в ссадинах, губа разбита, а возле челюсти и вовсе был ещё не до конца посиневший свежий синяк, и взгляд его стал ещё более дерзкий. А его светлые волосы были уложены непослушно лишь на одну сторону, а другой висок, пусть и не полностью, но был сбрит. — Угадайте, кто как настоящий мужчина, уложил вчера двоих? — Адриан пафосно прокричал это на весь класс, ухмыляясь и поднимая руки. Класс засмеялся и большая часть зааплодировала, многие даже начали свистеть. — А с причёской что? — послышалось откуда-то из класса. — Решил немного сменить образ, — Агрест посмеялся, рукой пригладив волосы, и с уверенным видом сел за свою парту. — Ну и цирк, — цокнула языком Алья, раздосадовано качая головой. — И не говори, — возмутилась я, хмыкнув, — разве ещё остались парни, которые думают, что размахивать кулаками — круто? — и пусть картинка побитого Адриана мне совсем не понравилась и даже немного заставила переживать, я вбила себе в голову, что это меня не касается. За весь день Адриан на меня ни разу даже не посмотрел, хотя я частенько засматривалась на его новый образ, который, если честно, ему чертовски шёл, хоть он и стал выглядеть немного опаснее. После окончания уроков я собрала рюкзак и вышла из школы. Алья вновь ушла с Нино, пусть и пошли они разными путями. По направлению домой в один момент сердце моё чуть не вырвалось из груди, когда меня резко схватили за руку, заставляя остановиться. Я быстро обернулась, вырывая руку и увидела перед собой Адриана. Ну и придурок, вот напугал же. Столько мыслей нехороших промчалось за секунду, хоть он и был одной из них. — Сегодня в три у тебя, — невозмутимо сказал он, засунув руки в карманы куртки и начал уходить. Нет, ну нормально ли это? Кем он себя возомнил? — А меня спрашивать не надо? А если у меня есть дела? — и пусть дел у меня никаких нет, мир вокруг него не крутится. — Не колышет, — он даже не обернулся и продолжил уходить. — Ты даже не знаешь, где я живу! — крикнула я. Непробиваемый, упёртый баран. — Знаю! — крикнул он в ответ, а затем всё же остановился и подошёл ко мне, заглядывая в глаза. От его взгляда стало так неловко, особенно вспоминая всё, что произошло. Но пересилив себя, взгляд я не отвела, а продолжила смотреть даже с некой дерзостью на него. Одновременно разглядев разбитую губу, свежие ссадины и синяки. Он ухмыльнулся. — Не думай, что я маньяк, следивший за тобой, просто в пятницу утром случайно увидел тебя, выходящей из пекарни. Изначально я естественно подумал, что ты просто затариваешься булочками, но вспомнив, что для открытия пекарни ещё слишком рано, понял, что ты там живёшь, — я сначала обиженно нахмурилась, на что он слегка рассмеялся. Оставив его без ответа, я прошла мимо и пошла домой. Затариваюсь… Да я наоборот еле отказываюсь от этого всего, осёл. Придя домой и пообедав рыбой на пару и овощным салатом, я пошла в комнату и начала её убирать к приходу Адриана. И, честно говоря, я немного волнуюсь… Впервые в жизни ко мне придёт в гости мальчик. Убрав до конца, я последовала к родителям, чтобы предупредить их о приходе моего «репетитора». Родители отнеслись с пониманием, пусть я и заметила, что папа с неким волнением принял это, когда услышал, что репетитором будет парень. В этот же момент в пекарню зашёл Адриан.