Не судите книгу по обложке

Я проснулась рано, чувствуя себя на удивление хорошо. Взяв телефон в руки, обнаружила, что оповещение от просьбы Лилы о добавлении в друзья всё ещё светится на экране. Я смахнула, заходя в сеть, и добавила её. Тело словно налито свинцом, но я преодолела это чувство тяжести и встала с кровати, начав собираться. *** Две недели пролетели как миг. Четверг. Адриан что в школе, что на дополнительных не поднимал эту тему. Да он вообще никакие темы не поднимал. Вёл себя так, будто бы мы с ним только познакомились. Опять между нами возрастает эта невыносимая стена. Я не знаю, как это происходит, но первые шаги ему навстречу я делать устала. Я пыталась вытянуть его на какой-нибудь дружеский разговор, но за пределы учёбы и китайского наш разговор очень трудно выходил. И я опустила руки. Возможно, я ему надоела. Со всеми своими болячками и тараканами в голове. И я не могу уже сказать, что мне плевать и меня это не тревожит. Мы хорошо сдружились с ним за эти месяцы и он уже далеко не последний человек в моей жизни. Но то, что сейчас происходит между нами — я не понимаю. Я не хочу быть эгоисткой и понимаю, что, скорее всего, у него есть причина на такое отстранение сейчас, но всё же… Раздался давно надоевший будильник. Но я не спала уже минут тридцать, пребывая в своих думах. Единственное, чему я сейчас не могу нарадоваться, так это стремительному спадению веса. 72 килограмма. Да, это много всё равно. Но для меня это видимое стремление и пока что еле заметный результат в зеркале — лучший стимул для продолжения своих диет и спорта. Моё состояние значительно улучшилось. Может это потому что я редко общаюсь с Адрианом? Шучу… Я быстро сделала весь свой утренний ритуал и отправилась в Ад школу. — Привет, — мимолётно махнул мне Адриан, когда я зашла в класс. — Привет, — так же ответила ему я с ноткой усталости и села за своё место. Вот такое у нас с ним общение с того дня, когда у меня начался дебильный припадок. Пролетел день так же быстро, как и пролетает моя жизнь. Я начала собираться и даже не заметила, как ко мне тихо подкралась Лила. — Привет, Мари! — я испуганно шарахнулась, быстро переведя взгляд с рюкзака на неё. Мари. Меня называли так только друзья. И она пугала меня своей чрезмерной дружелюбностью. Не знаю почему меня так напрягало присутствие Лилы, но я всегда была с ней настороже. Хотя по сути она порой кажется вполне милой и может мы смогли бы подружиться? Я только сейчас поняла, что смотрю на неё уже около полминуты и даже забыла поздороваться. Она продолжила: — Не хочешь прогуляться со мной по парку? — девушка мило улыбнулась и помогла мне засунуть оставшиеся на парте учебники в рюкзак. — Зачем? — голос прозвучал прямо, но внутри мне было не по себе. Мне не комфортно с незнакомцами и я не знаю, о чём с ней говорить на прогулке. — Ну… если честно, я хочу поговорить, — её глаза блеснули и я всё-таки кивнула. Мы вышли из школы. На выходе из школы я встретилась глазами с Адрианом, который с сигаретой в зубах стоял в окружении парней из нашего класса и как-то неодобрительно посмотрел на нас. Но я лишь отвернулась и даже первая завела с Лилой разговор. — Как тебе у нас в школе? — Оох, это скорее я должна у тебя спросить. Я ведь проучилась здесь большую часть своей жизни, — при виде парней она элегантно поправила свою причёску и ухмыльнулась. Конечно, чего тут таить, она выглядела сногсшибательно. Одетая с иголочки, ухоженная, стройная, с длинными шелковистыми волосами, аккуратным макияжем и правильными нежными чертами лица. Не знаю, зачем ей было идти гулять с такой, как я. Этот мир не может быть так доброжелателен и прост, я в этом давно уже убедилась. И быть наивной дурой, в сотый раз наступая на те же грабли, не было смысла. Поэтому я во всём ищу подвох. Даже особенно сейчас. — У тебя удивительно красивые глаза, — деловито заметила Лила, когда мы, гуляя по парку уже полчаса, болтали про школу (и очень даже неплохо), — не голубые даже, а прям синие, как василёк. Мне стало так неожиданно приятно, что я аж залилась румянцем. — У т-тебя тоже, спасибо, — я улыбнулась, но не повернулась в её сторону. — Знаешь, я хотела тебя спросить… — шатенка остановилась и я последовала её примеру. Она взяла меня за руку, которую я тут же по привычке хотела одёрнуть, но сдержалась. — Вы же хорошие друзья с Адрианом? — я застопорилась, не отвечая ей. Я даже и не знала, что ответить, но не буду же я ей рассказывать всю нашу историю общения со всеми перепалками, поэтому просто аккуратно кивнула. Девушка улыбнулась, одной рукой всё ещё держа мою ладонь, а другой убирая прядь своих каштановых волос за ухо. — Понимаешь… он уже давно мне нравится и я очень хочу с ним сблизиться. Не можешь помочь? — я сжала губы, молча смотря на неё. — Я знаю только то, что ему нравятся стройные и красивые девушки, — задумчиво протянула она, а затем улыбнулась, быстро проведя по мне взглядом сверху-вниз, улыбнувшись затем ещё шире. У меня всё сжалось при её взгляде и я сразу всё поняла. Я убрала взгляд с её фальшивой улыбки на свою обувь. — По внешним критериям я идеально подхожу, а вот в остальном прошу тебя помочь. Она сжала мою ладонь чуть сильнее, и я постаралась убрать её. — Не знаю, — так же притворно, как и она, улыбнулась я ей и пыталась отдёрнуть свою руку. — Ну пожалуйста, Маринетт, не отказывай своей подруге в помощи… — Лила играла глазами, искажая из себя невинную овечку, но было бы странно, если бы за свою, пусть и недолгую, жизнь, я не научилась разбираться в таких людях. Она вцепилась в моё предплечье, слегка задев своими длинными ногтями. — Ой, прости, я не специально, тебе не больно? — Всё в порядке, — я не хотела слишком резко вырывать свою руку, чтобы не ставить её в неловкое положение (как поставила она меня), но мне порядком уже надоело это тактильное общение. — Дай посмотрю, — Росси задрала мой рукав, отчего моё сердце на время замерло. Она не без удивления посмотрела на моё запястье, отчего её хватка ослабла, и я наконец отдёрнула свою руку и прижала её другой к груди, отпрыгнув от девушки, как от огня, и растерянно смотря на неё. Лила также непонятливо смотрела на меня с раскрытым ртом и я, не дожидаясь её вопросов или каких-либо комментариев, просто развернулась и быстро ушла в сторону дома. Мне было настолько неловко, стыдно, некомфортно. Я хотела проваливаться под землю прям там перед ней, но слава богу, нашла в себе силы уйти. Я всегда пыталась привыкнуть к тому, что общественное мнение порой надо пропускать мимо ушей. Что некоторые слова некоторых людей не должны тебя задевать, потому что это не твоя проблема, а их. Но Лила задела самую больную тему для меня и осадок после разговора сгрызал меня изнутри. Невозможно отключить все мысли, когда тебе настолько неприятно и больно. Но, как ни странно, спасибо моему опыту и привыканию к таким вещам. Поэтому я не пролила ни слезинки. Как ни крути, всё-таки Лила была права. Всем нормальным парням нравятся стройные и красивые девушки. И я вовсе не подхожу под эти критерии красоты. Хотя почему я думаю об этом? Я и не должна подходить под его критерии, мы же не собираемся завтра расписываться! Мне вообще должно быть плевать. *** Холодная осень забирала у деревьев уже пожелтевшие листья, которые, кружились в танце от сильного ветра. Тучи сгущались всё сильнее, предназначая сильный дождь и рекомендуя всем скорее спрятаться по домам. Вдалеке уже слышался гром, который эхом раздавался по улицам. Я вкусно пообедала. И вкусно не потому, что вредно. А вкусно, потому что мой организм привык к полезной пище и извлекает из этого свой кайф, нежели было раньше, когда я не могла насытиться даже тоннами фастфуда. Довольная пошла в свою комнату, хлопая себя по пузу. Вернее, проверяя его размер и невероятно радуясь уменьшению. Поднявшись в свою комнату, я подошла к зеркалу, крутясь. Подошла ближе, остановилась, задрала домашнюю оверсайзовскую футболку до начала лифчика. Повернулась боком. Пусть даже я только поела, но складки, которые были раньше, практически исчезли. Я не могу назвать живот плоским, но он сейчас более менее стал аккуратненьким и небольшим. Женственным, я бы сказала. А не безобразным, как раньше. Я разглядывала так себя еще несколько минут, пока не услышала стук с балкона и испуганно подпрыгнула, не сдержав визг. Быстро опустила футболку и, объятая стеснением и страхом, обернулась в сторону балкона. Господи, спасибо тебе за то, что у меня были тёмные занавески! Раньше у меня закрывали балкон светлые занавески, через которые постоянно просвечивались солнечные лучи, освещая полностью мою комнату. Не скажу, что я ярый любитель тьмы, но посидеть в сумраке мне гораздо приятнее, чем щурить глаза от постоянного солнца, которое нельзя прикрыть. Поэтому два года назад я решительно попросила у родителей всё-таки заменить мне шторы на тёмные и непрозрачные. Мама долго противилась, говоря, что они абсолютно не подойдут под дизайн моей комнаты, но всё же вскоре сдалась под моим напором. Так вот, о чём это я. Я прекрасно догадывалась, кто может стучать мне в балкон, когда внизу есть дверь! И поэтому ужаснулась, вспомнив о прозрачных занавесках. Но спасибо боже, всё обошлось. Стук раздался ещё раз, уже более требовательно, и я подошла к балкону, отодвинув рукой шторы в сторону, но не открывая дверь. Я скрестила руки на груди, оглядывая Адриана за прозрачной дверью. Парень посмотрел на меня, удивляясь, почему я ему не открываю, но затем улыбнулся и поднял свою руку, в которой была какая-то небольшая прямоугольная стеклянная бутылка с жидкостью тёмно-песочного цвета, которая флешбеком в моей голове напомнила мне о волосах Лилы и о далеко не самом приятном разговоре, который снова кольнул в сердце. Я встрепенулась и взглянула на Адриана, который чему-то улыбался, а затем снова на бутылку. И только сейчас прочла на ней большие черные буквы на обёртке. «Виски». Я приподняла одну бровь, подняв взгляд на Адриана и покрутила пальцем у виска. Парень изумлённо посмотрел на меня и поднял плечи, мол, что здесь такого. Но чуть позже он сложил ладони в молитвенном жесте, умоляюще смотря на меня, намекая на то, чтобы я пустила его внутрь. Но стоило мне повернуть крючок и раскрыть стеклянную дверь, его взгляд изменился и он нагло зашёл в комнату (не забывая всё же разуться перед входом и повесить куртку по кресло) и рухнул на диван. — Ну наконец-то! Я думал, ты собираешься оставить такого красавчика под дождём, — проворчал он, расчесав рукой свои волосы. Я так и осталась стоять на месте, ошеломлённо и где-то сердито смотря ему в глаза, в сотый раз удивляясь его наглости. Но это только внешне. На самом деле я была безумно счастлива его видеть. Я посмотрела в окно, быстрым взглядом оглядев улицу и тучи. — Но дождя ещё нет, — покачала я головой. — Но скоро начнётся! — возмущённо добавил Адриан, опасаясь за свой внешний вид. Я лишь глубоко вздохнула и присела с ним рядом. — Дополнительных сегодня нет, — напомнила я ему, думая, что Агрест забыл об этом. Но мой взгляд снова скользнул по его руке бутылке и я убедилась, что он прекрасно всё помнит. Он и по моему взгляду понял, что отвечать ничего не нужно. Затем тоже посмотрел на виски в своих руках, покрутив их, и произнёс: — Ты какая-то грустная в последнее время. И… я не имею в виду, что источник твоего счастья в алкоголе, но… — он усмехнулся, — это повод хорошо провести друзьям время вместе. Адриан не поднимал на меня взгляд, но мне стало так тепло от его слов, что я не заметила, как расплылась в улыбке. Парень повернулся, оглядев меня, а затем снова отвернулся в сторону, улыбнувшись. Я смутилась, вспоминая, что на мне оверсайзовская футболка с моим любимым мультиком «Корпорация монстров», на котором изображены Салли, который за руку держит маленькую Бу в костюме монстрика. — Ну а что, это мой любимый мультик. Ну, в смысле, в детстве… не сейчас, конечно, я ведь уже выросла из мультиков, — я дёргала рукав кофты, всё сильнее краснея и вспоминая, что пересматривала мультик две недели назад, — а кофта на мне, потому что просто… ну, была такая, мне понравилась и что… меня в принципе только один момент там сильно цепляет, когда Салли с Бу прощается, вот тогда я рыдаю. Ну в смысле, рыдала, теперь-то мне что… — я резко замолчала, осознавая, что понанесла пурги. Мы помолчали минуту, а затем Адриан слегка дёрнул меня за край футболки, заставляя обернуться. — Заметь, я ничего не говорил, — произнёс он с улыбкой и встал с дивана. Маринетт, зачем ты вообще раскрыла рот… только показалась маленькой дурочкой, которая до сих пор в шестнадцать лет смотрит детские мультики. Ну конечно, он не поймёт тебя. Надо становиться серьёзнее и взрослее. Я решила сменить тему. — Так и… ты собираешься пить сегодня это? — сделав акцент на последнем слове, я встала с дивана, подойдя к парню и указав на бутылку, которую он уже поставил на стол. — Нет, — он выставил руки перед собой, нахмурившись, отчего я почувствовала себя дурой. Но затем расслабился, — мы собираемся, — усмехнулся парень. Ох уж эти его вечные шуточки. — Ты похоже забываешь, что у меня родители внизу дома и я не знаю, что хуже для них: спалить тебя или пьяную дочь, — я скрестила руки на груди, — и не хочу показаться занудой, но не слишком ли это крепкий алкоголь и не слишком ли юны для него мы? — Ты согласна или нет? — устало выдохнул он. — Я согласна, но… — я усмехнулась с самой себя. — Маринетт, жизнь слишком коротка, чтобы так всерьёз задумываться обо всём. Я не говорю становиться наркоманом или алкашом и бухать двадцать четыре на семь, но согласись, сейчас наши лучшие годы и они летят с неимоверной скоростью. Не успеешь оглянуться, как у тебя уже работа, дети, мало сил и времени, а также абсолютное отсутствие желания выпить и расслабиться. Я не подбиваю на распитие алкоголя, но если тебе это приносит кайф и я вижу, что моментами тебе нужна компания со стаканом чего-то недетского, так почему бы и нет? — Ладно, ты убедил меня, — я настолько загрузилась его мыслями, что надеюсь не впасть от них в депрессию. — И кстати, что значит слишком юны, если мы уже совершеннолетние? — Адриан приподнял бровь, задумчиво смотря на меня. — Мне так-то шестнадцать, — медленно произнесла я, удивляясь тому, что неужели Адриану уже есть восемнадцать. Парень похлопал ресницами, помолчав, а затем стукнул себя по лбу. — Вечно забываю, что у меня была возня с классами в школе. — Перескочил экстерном? — удивилась я. Адриан серьёзно посмотрел на меня и глубоко вздохнул, а затем слегка постучал по моей голове. — Ну ты и дурашка. Я бы был младше, если бы экстерном перескочил. Меня оставляли на второй год. Я нахмурилась, отодвинувшись в сторону, чтобы его рука не дотягивалась до моей головы, а потом понятливо ему кивнула. Ну да, какой экстерн, действительно, если мы говорим об Адриане. У мамы очень часто болела голова, когда начинался ливень. А сейчас он барабанил по карнизу так, что не слышно было телевизора в комнате родителей. Я заглянула к ним в комнату. Мама спала, на голове у неё была было влажное небольшое полотенце. А папа смотрел телевизор на тихой громкости. Я аккуратно зашла в комнату, папа увидел меня, а я глянула на экран телевизора. — Ты смотришь новую серию без меня?! — в шутку обидчиво прошептала я. — Нет! Нет! Она была включена, клянусь, — папа замахал руками, а я на него шикнула, чтобы он был тише и не разбудил маму. Папа похлопал на место рядом с собой, — если хочешь, можешь присоединиться, она практически только началась. — Нет, спасибо, я вообще-то спустилась вниз за таблетками на кухне, у меня что-то тоже болит голова, пойду, наверное, спать, — немного взгрустнулось из-за того, что я не посмотрю новую серию нашего с папой любимого сериала, но чувство, что сейчас я буду с Адрианом, окрыляло меня. Я действительно пошла на кухню. Вот только не за таблеткой, а за двумя кружками и колой (которая благо у нас оказалась вообще). И поднялась обратно, не забыв на всякий случай закрыть свою комнату на ключ. Конечно, я не могла не отметить то, насколько сейчас всё очень странно. То мы ссоримся, то миримся, то можем практически не общаться две недели, а потом выпивать, как давние лучшие друзья. Но поймите, это Адриан — и с ним всё непредсказуемо и странно. И мне это в нём нравилось. Яркое отличие от других людей, от стада. Неподдающийся глупым стереотипам, он сам создаёт свои правила и сам не всегда им следует. Свой среди чужих, чужой среди других. Я включила на колонке свой любимый плейлист не так громко, чтобы родители услышали, но и не так тихо, чтобы под неё можно было расслабиться, обрести некое душевное спокойствие и смеяться с шуток друг друга, попивая смешанный виски с колой, который, к удивлению, сразу мне понравился, за свою приторность и мягкость, нежели вкус вина, горчащий от начала глотки до конца пищевода. Мы старались смеяться негромко, но иногда с шуток Адриана меня просто пробивало и приходилось закрывать рот рукой. Я и не думала, что этот с виду колючка может на самом деле быть таким забавным. Даже с Альей мне было не настолько весело. И дело не в шутках, а в слегка разном чувстве юмора. Говорят, противоположности притягиваются, но я готова опровергнуть этот факт. Насколько мы с Адрианом были похожи, этому можно удивляться вечность! И дело не во внешности и не в наших масках. А в наших душах. Я редко когда чувствовала себя с кем-то настолько спокойно. Особенно с противоположным полом. Возможно, дело в том, что я взрослею, становясь менее уязвимой и более уверенной. А, возможно, дело в Адриане. Я не любитель танцев, но когда заиграла одна из моих любимых песен, а половина бутылки опустошилась, то я встала с нереально мягкого дивана, на котором мы сидели уже полтора часа, не затыкаясь ни на секунду. Мелодия была невероятно красивая, даже где-то грустная с нежным и приятным женским вокалом. На любителя, конечно. Но именно такие песни мои любимые. Я начала мягко и аккуратно двигаться в такт мелодии, боясь, что Адриан рассмеётся от моих нелепых танцев (которые и танцами-то не назвать). Но когда он встал вслед за мной и с улыбкой подошёл, начав также нелепо двигаться, я улыбнулась шире и полностью раскрепостилась, открываясь песне полностью. И будто бы пела не девушка из колонки. Пела моя душа. Мы с Адрианом хохотали друг с друга, не заканчивая «танцы», но когда песня дошла до припева, он остановился, окидывая меня взглядом. Я тоже остановилась, глубоко дыша, и с вопросом посмотрела на парня. Адриан подошёл ближе. — Тебе идёт вот так, — он не отрывал взгляда, а я заметила, что он слегка вспотел от танца. Наверное, я тоже сейчас потная, но меня это особо не волновало. — Как? — я заглянула в его глаза, и пусть мой взгляд не мог точно сфокусироваться, это мне не мешало. Агрест приблизился ещё и аккуратно накрыл мою руку своей ладонью. — Не скованная, интересная, уверенная в себе девушка. Я и подумать не мог, что с тобой может быть настолько интересно, — мои щёки заалели и я смущённо улыбнулась, отводя взгляд в сторону. Я не любила тактильный контакт, но когда Адриан взял мою вторую руку и мы начали мягко и медленно двигаться в танце, я не могла и не хотела его отталкивать. Со мной такое впервые. Моё сердце билось как бешеное, а ладони вспотели. И из-за этого я испугалась, что Адриан в отвращении уберёт свои крепкие тёплые руки. Но он не убрал. Когда песня закончилась, мы рассмеялись и сели обратно на диван, схватившись за свои кружки и опустошая их. — Скинь мне эту песню, — сказал парень, разливая по стаканам новую порцию весёлой жидкости. Мы снова начали разговаривать. Не знаю как, но наш разговор почему-то переключился на Лилу. — И Хлоя всегда говорила, что ненавидит её. Я сначала думал по глупости, что она ревнует её ко мне, потому что я точно знаю, что нравился Лиле. Но потом я убедился, что я точно не типаж Хлои и она относится ко мне как к старшему брату, которого я заменил ей. Также, как и я отношусь к ней как к маленькой сестрёнке. Конечно же, я поверил ей и перестал общаться с Лилой. Кем бы ни был человек, но если он против моих друзей, то для меня он автоматически становится врагом. Тем более, если это касается Хлои. Да, я знаю, у неё далеко не самый приятный характер и она тебе не нравится, но ненавидеть её не за что. В душе она маленькая девочка, которая после потери матери постоянно нуждается в нежности, заботе и опеке, скрываясь за маской стервозности и высокомерия. Когда я только перешёл в эту школу в шестом классе, я полностью был закрыт в себе. Также как и она. У нас была схожая проблема с Хлоей. Только у неё беспонтовый папаша, который, чтобы заткнуть её, осыпал деньгами, не дав ей абсолютно никакого воспитания, а только подарив избалованность. А у меня строгий отец, который… — он запнулся, напряжённо сглотнув. Я нахмурилась, но он продолжил: — Мы подверглись школьным издевательствам и нас всё время называли сиротами. Поэтому стали держаться вместе, а со временем защищать друг друга. Я всегда расстраивался из-за слов других, но Хлоя всё время мне говорила, что нам поможет только маска притворного безразличия и надменности. И мы надели эти маски, а вскоре настолько привыкли к ним, что вообще забыли, кто мы есть на самом деле. И ты, Маринетт… ты помогаешь мне вспомнить. Смотря на тебя, я вспоминаю себя в прошлом. Тихий, застенчивый, боящийся чужого неодобрения и раненный людьми. И… прости, если когда-то ранил тебя я... Ты с первого дня в школе не понравилась мне, потому что напоминала прошлую версию меня самого, которую я так сильно ненавижу, но сейчас я понял… что в этом и есть твоя прелесть. Я не заметила, как к горлу подступил ком. Я совершенно не была готова к таким откровениям, но я чувствую сейчас, как падает груз с моих плеч и как зарастает его словами пропасть между нами. — Ты тоже мне не нравился сначала, — я решила разрядить обстановку, чтобы не расплакаться прямо сейчас, и рассмеялась. Он рассмеялся в ответ, а щёки его слегка покраснели. — Я знаю, — покивал парень головой, смеясь. — Кстати, не думай, что раз мы знакомы относительно не долго, я не вижу, как ты взрослеешь и становишься привлекательнее. — Хочешь сказать, я похудела? — я гордо вскинула голову, улыбаясь, зная, что ответ будет положительный. Но Адриан чуть запнулся. — Если ты хочешь знать моё мнение про внешность, то я обычно смотрю не на фигуру, а на лицо. Поэтому, если честно, я не знаю, но, возможно да, ты скинула немного, — я расстроенно выпятила нижнюю губу, — я имел в виду, что не пойму до конца, что меняется в тебе, но ты становишься женственнее с каждым днём. Сердце запорхало, а глаза заблестели. Мне ещё никто этого не говорил. Мне было настолько приятно, что я хотела кинуться ему в объятия, но сдержала свой нетрезвый порыв. А затем мы снова продолжили выливать друг другу душу. *** — А ты знаешь, — я уже была более весёлая и менее разумная. Не знаю как, но наш разговор как-то переключился на то, что я рассказывала ему о своём первом «недо-свидании». — Я даже думала, что мы с ним поцелуемся, — я рассмеялась от своих же слов и от того, что доверяю ему настолько сокровенное, — даже жвачку с собой взяла! Алья подсказала, — я смеялась, а Адриан внимательно смотрел на меня. — Я ведь даже не целовалась ни разу, а так бы хотелось понять, что это вообще, как это происходит, что ты чувствуешь при этом… — я сладко замечталась, прикрыв глаза. Адриан молчал, я подняла на него глаза и наши взгляды встретились. Он очень странно смотрел на меня. Я яро замахала руками, краснея, — нет, нет, я ни на что не намекаю! — Ты идиотка, я и не собирался ничего… — Агрест нахмурился, выпивая залпом свой стакан, который, кстати, оказался последним. — Просто… тебе скоро семнадцать. Ну, это странно. Ну вернее не странно, а… мило что ли. — В чём мило-то? — я расстроенно опустила голову, вспоминая, что большинство девушек в моём возрасте уже хоть раз целовались. — Такая милая и невинная, — он ухмыльнулся. — Всё, отстань, — я отмахнулась от него, краснея сильнее. Адриан задумчиво помолчал. — Могу в щёчку поцеловать, — заплетающимся языком в шутку сказал он. — Не надо, отстань от меня, — я посмеялась, смущаясь. — Для успокоения твоей души, — Адриан не мог сдержать смех, в шутку подсев ближе. — Отвали, Адриан, — я также хихикнула и вытянула руки перед собой, чтобы оттолкнуть парня. Он перестал смеяться и посмотрел на меня. Алкоголь видать совсем в моей печени разыгрался. Такие странные мысли у меня возникают в голове. Адриан встал с дивана и потянулся. Я глянула на время. Три часа ночи! Почему время с ним пролетает так быстро?! А я ещё думала, почему мои глаза уже начали слипаться. Я подумала, что пора бы уже лечь спать и отставить эти смущающие разговоры, которые в трезвом уме ни за что бы не озвучились. Так что пора уже освобождать ему диван. Я легла в кровать, желая поскорее пожелать ему сладких снов и уснуть. Но я очень удивилась, увидев, как он подходит к креслу и надевает свою куртку. — Уходишь? — еле слышно прошептала я дрожащим голосом, чуть приподнявшись на локтях. Не понимаю, почему я так сильно этому расстраиваюсь. Но Адриан услышал и изумлённо обернулся на меня. — Но не оставаться же мне на ночёвку… — Но ты же оставался! — не знаю, зачем я пытаюсь как-то переубедить его. Пока я расстроенным взглядом смотрю на Адриана, его удивление сменяется тёплой чуть виноватой улыбкой. Я подтянула одеяло до подбородка. И почему я так не хочу, чтобы он уходил? Адриан присел на край кровати. — Спасибо за хорошо проведённое время, — его язык чуть заплетался. Я обиженно нахмурилась и отвернула лицо в сторону. Адриан цокнул на моё поведение, но я не повернулась. Тогда он помолчал немного и продолжил: — Бу… — я сначала не поняла, но сердце моё ёкнуло, — Киса должен уйти… — я с горящими глазами в шоке повернулась на него, отчего он смутился. А затем быстро чмокнул меня в щёку, встал с кровати и, пожелав спокойной ночи и не забыв забрать пустую бутылку, вышел на балкон. Мой взгляд так и застрял на том месте, где недавно был Адриан. Я медленно поднесла руку к щеке и аккуратно дотронулась до неё. Чувство, будто бы я резко отрезвела и в моей крови нет ни капли алкоголя, также смешалось с чувством, будто бы я безумна пьяна, но вот только уже не от алкоголя. На момент я забыла как дышать и, только сейчас придя в себя, нормально задышала полной грудью. Дышала настолько глубоко, будто бы мне не хватает кислорода. Я испугалась, что это снова была паническая атака. Но это была уже не она. Я с до сих пор широко распахнутыми глазами повернулась на бок и попыталась выключить все мысли и уснуть. Но спать уже не хотелось. А щека так и горела.