I Will Always Return / Я всегда вернусь

***

"Требовать правды, оставляя нетронутыми все те условия, которые порождают ложь — значит, требовать, чтобы на немощенной улице не было грязи, когда идет дождь". Писарев

***

Геральт сморщился, чувствуя, как внутренности буквально выворачивает наизнанку. Ведьмак помнил, что подобные ощущения испытывают, когда прорезают пространство. Следовательно, этот мужчина, когда коснулся земли активировал что-то вроде портала и через секунду под ногами исчезла опора. Но вот он открыл глаза и первое что заметил – это зеленые луга. Свежий воздух, шуршащая листва прямо над головой заставила мужчину обернуться – они стоят под большим дубом. Сглотнул и перевел дух, опустив голову. Повернулся и увидел Йеннифэр, смотрящую куда-то в даль. Он проследил за ее взглядом и увидел замок Эмгыра весь как на ладони. Не верится, что они выбрались. Но как же Цири? -Все закончилось? – тихо спросила чародейка, переводя взгляда с замка на свои скованные наручниками руки. – Неужели… Дейвис, который стоял чуть поодаль них впереди, усмехнулся и наклонил голову, вглядываясь в открывшиеся просторы. Сердце стучало слегка учащённо, а все потому что он переживал за серовласую девушку, не пожелавшую бежать с ними. -А ты бы не хотела? – язвительный голос послышался позади и все обернулись на звук. -Фи… Филиппа? – не с первого раза смог произнести ведьмак, нахмуриваясь. – Что ты здесь делаешь? -Не надо так смотреть на меня, - скрестила руки на груди безглазая чародейка, ужесточая свой голос. – Я не Фольтест, чтобы удивляться моему появлению. Если Эйльхарт здесь, то все не так просто – подумали Йен и Геральт одновременно, однако не сказали данные мысли вслух. -Кросс, получилось? – обратилась к синеглазому мужчине чародейка, поднимая подбородок. Тот лишь кивнул, переводя взгляд на появившуюся позади нее девушку, в которой он и Геральт признали служанку из Замка. -Но… А Госпожа? – ее тихий голос и взгляд полный надежды обращенный на Дейвиса. Мужчина лишь встал боком и рукой указал за Замок. Слов не требовалось – Цирилла осталась там. -Почему Цири не захотела уходить? – обернулся к мужчине Ведьмак, чувствуя, что историю нужно рассказать и выслушать с самого начала. – Что вообще произошло? И кто ты такой? Эйльхарт не смогла спрятать улыбку, предчувствуя вкусный рассказ и кучу эмоций. Геральт, который оберегает Цири как зеницу ока и Дейв, который кажется, планирует стать девушке ближе, гораздо ближе чем «лучший друг». Филь никогда не откажет себе в удовольствии позабавиться, однако в планах было заставить демона вернуться обратно, в его мир. -Я тот, кто спас вам жизнь, - Кросс поднял свои синие глаза и ужесточил свой голос. – Достаточно для первого знакомства? -Может, ты нас освободишь? – Йеннифэр подняла скованные руки. – И расскажешь о Фрингилье? Она предатель? А что Цири? Дейв посмотрел на их цепи очень холодно и безразлично. Он лишь молча отвернулся от присутствующих и вновь вернул свой взор вдаль, на ворота замка. -Вот вернётся Цири, тогда и освободит вас. -Эй ты! – нервы у Геральта сдавали и тот двинулся на мужчину. – Ты понимаешь, с кем имеешь дело? Тот повернул голову и встретился с гневными змеиными глазами своего… соперника. Он был в этом уверен. -Так это из-за тебя Цири прошла через все это? Ведьмак ненавидел этого человека все сильнее. Очень хотелось пустить в него поток Игни, чтобы наверняка. Кто он такой и почему позволяет себе такие вольности? -Господа, сомневаюсь, что Цири хотела бы увидеть двоих дерущихся людей, которые едва получили свободу, - спокойно, с расстановкой произнесла Филиппа, вставая между ними и оттесняя их друг от друга. – Не хотелось бы чтобы вся операция прошла напрасно. -А ты-то что тут делаешь, Филиппа? – не понимала Йеннифэр, в эмоциях тряся руками. – Откуда ты тут взялась? И что знаешь? -Может, просто дождемся ее? – громко вопросила Мирислава, останавливая поток недосказанности и интриг. Все присутствующие замолчали и не сводили тяжелых и ненавистных взглядов со своих оппонентов. И все поглядывали на ворота Замка. Цири до сих пор не было.

***

Они стояли прямо друг напротив друга. Оба с прямой спиной, с жестким выражением лица и холодными, впитывающими друг друга глазами. -Зачем ты сделал это все? – не выдержала гнетущей тишины девушка, стараясь не показывать своих переживаний. -Чтобы вернуть тебя, - просто ответил Эмгыр, скрещивая руки за спиной. – Ты не пожелала даже появиться здесь. И, если говорить откровенно, Геральт был нанят мной, чтобы привести тебя. -Я уже говорила, что он здесь не причем, - покачала головой Цири, скрещивая руки на груди. Одетая в платье и не имея совсем никаких средств защиты она чувствовала себя ужасно открыто и уязвимо. Все-таки уверенность человека частично зависит от некоторых человеческих факторов. Для ведьмачки это доспехи и меч, чтобы она чувствовала его тяжесть на своей спине. -Я помню, - коротко кивнул мужчина, совсем не напрягаясь. – Однако приказ есть приказ. Он мог просто привести тебя, чтобы мы поговорили так, как сейчас. А потом вы могли бы уехать и этой ситуации не было бы. -Ха, - хмыкнула Цирилла, приподнимая брови в удивлении. – Хочешь сказать, что отпустил бы меня? -Цирилла, ситуация уже давно не та и «что было бы» уже не имеет значения, - холодно перевел тему в другое русло Император. – Но врать о своей смерти… Ты представляешь, какого это? -Давай говорить откровенно, - нашлась ведьмачка, усмехаясь. – Отец из тебя вышел паршивый. Точно так же как из меня дочь. И моя смерть вряд ли могла тебя выбить из колеи. Эмгыр сжал зубы до такой степени, что желваки начали ходить на его лице. Спорить с ней было бесполезно, да и оправдываться он бы не стал. -Чем ты недовольна сейчас? Он на свободе, что еще ты хочешь? -Я хочу понять, что именно ты от меня хочешь, - прищурившись спросила ведьмачка. – Это до сих пор кажется мне бредом, что ты не поставил конкретного условия, а просто заставил меня жить здесь. Император усмехнулся, вспоминая, как он думал о том, что сообщит ей о своих планах. Его много раз пытались убить, но охрана всегда успевала вовремя, его пытались отравить и даже собирались целыми группами на его покушение… Но он выжил. Но есть одно «но» – даже после его смерти власть должна остаться в надежных руках. -Цирилла, я так понимаю, что сейчас ты поедешь разбираться с той магической ситуацией, что крутиться вокруг тебя. Я правильно понимаю, что за тобой охотятся из другого мира? Его заинтересованность заставила девушку чувствовать себя неловко. Это выглядело очень подозрительно, и он так и не ответил на поставленные ей вопросы. -Да, это основная задача на данный момент, - кивнула Цирилла, сглатывая и стараясь подбирать выражения очень осторожно. -Хорошо, - кинул Император, впервые сходя со своего места. Он прошел мимо девушки, обвеяв ее дорогим ароматом и холодным воздухом. Цири боялась оставлять его вне зоны видимости, поэтому сразу же повернулась вслед за ним. Эмгыр подошел к уже потухшему огню, который унес жизнь одной из чародеек Ложи. Мужчина долго всматривался в ее останки, словно что-то вспоминая. Девушка молча наблюдала за ним, вновь начиная чувствовать укор совести за Фрингилью. Старалась засовывать это чувство куда-то глубоко и не думать об этом. Наверняка Филиппа огласит все произошедшее и выставит Виго в «наилучшем» свете. -Значит так, Цирилла, - вдруг прервал эту тишину Эмгыр, поворачиваясь лицом к дочери. Та стояла слегка смутившись и была немного потерянной, однако держала спину прямо. Она была готова в случае чего защититься. – Я говорю тебе все, как есть. Я снимаю все запреты на магию и чародеек, снимаю розыск с Белого Волка, и даю тебе и вам всем полную свободу действий. -А я в ответ… ? – чувствуя, что здесь далеко до конца истории уточнила ведьмачка. Император улыбнулся, мысленно гордясь тем, что девочка то далеко не глупая… И лишь притворяется таковой, чтобы спустить все на тормозах. -А ты уничтожаешь того, кто на тебя охотиться и возвращаешься сюда, - спокойным голосом договорил Эмгыр. -Ожидаемо, - себе под нос буркнула Цири, скрещивая руки на груди и повышая голос. – Но зачем? -Цирилла, я уже не молод и в случае чего, а именно моей смерти или недееспособности – во всех документах, летописях и зарезервированных бумагах – как прямая наследница указана ты. Ее сердце, казалось, пропустило лишние удары, заставив грудь гореть от недостатка кислорода в легких. Руки в мгновение ока похолодели и стало тяжело двигать пальцами. -Но я не хочу! – в сердцах выкрикнула ведьмачка, показывая свое отчаяние. -Это я уже понял, - спокойно отреагировал на этот всплеск эмоций мужчина. – Поэтому я могу изменить документы и назвать наследником не тебя. Однако я не отдам власть и владения в чужие руки. Где-то на закорки сознания у девушки крутилась мысль, что он хочет сказать. Но ведьмачка даже договаривать ее боялась в сознании, говоря себе – нет, это бред! Одумайся! -Мне нужен наследник, - озвучил наконец Эмгыр, смотря в ее зеленые ошарашенные глаза. – Следовательно, наследником будет твой ребенок. Девушка сделала два шага назад, пошатнувшись. Ей показалось, что земля ушла из-под ног, что ноги вовсе отнялись и мозг лишь на автомате дал сигнал держать хозяйку. Цири приложила ладонь ко рту дабы если что скрыть непонятные звуки, которые так и хотели вырваться из ее груди. Она смотрела на него и не понимала, как такое могло случиться, что именно она родилась семье безжалостных правителей и политических тиранов. Такое чувство, что она занимает чье-то место, а Цирилла должна была появиться в семье бедных крестьян, умирающих от голода. Тук-тук, тук-тук – стучало в висках, и она даже не понимала, как этот звук мог быть таким громким и сильно давящим. Опустила глаза под ноги, на траву, которую примяла своими туфельками. В голове пролетали обрывки воспоминаний, от которых ее продолжало трясти. Она никому не рассказывала о том, что происходило с ней в Aen Elle. Как король говорил о том, что их народу нужен наследник и сам метил в отца ребенка, которого должна родить Цирилла. После, Эредин занял его место и его зависимость стала просто необузданной – он жаждал только одного – подчинить себе Дитя Старшей Крови, чтобы быть единовластным властителем миров, а после зачать наследника, такого же, как и он. -Вы все считаете меня коровкой для размножения? – дрожащим голосом выдала Цирилла, поднимая стеклянные глаза на спокойного и не шелохнувшегося Эмгыра. -Кто это все? – его тихий и даже не дрогнувший голос очень бесил девушку, заставляя кипеть от ненависти. – Я просто говорю тебе, как есть. Ты приедешь в замок где-то на год. Забеременеешь, родишь, а дальше решишь: останешься здесь – воспитаешь наследника, и сама будешь учувствовать жизни страны и семьи, решишь уйти – пожалуйста, я держать тебя не буду, воспитаю наследника сам. А ты будешь свободна. -Ты отвратителен, - в сердцах выплюнула Цири, качая головой, не веря в услышанное. – Ты ужасен… -Все мы не идеальны. Цирилла, - риторически заключил император, проводя рукой по своим владениям. – Мы не выбираем где и с кем нам родиться. Семья – есть семья и ты следуешь ее традициям. В нашем случае – это правление. -Да пошел ты знаешь куда со своим правлением?! – сдали нервы у Цири, мигом подходя в плотную к Эмгыру. – Мне отвратительно даже это слово. Что ты делаешь хорошего для людей? Ведешь войны, заставляя людей идти на смерть? Забираешь отцов у детей? Заставляешь любить себя тех, кто тебя ненавидит, но выбора у них просто нет? Что ты видишь здесь хорошего?! -Ты просто не понимаешь, Цирилла. Ты хочешь подражать ведьмакам, верно? Белому Волку? А что ты видишь здесь хорошего? Все, что она чувствовала, как ее трясет от гнева и ужаса. Она бежала от Дикой Охоты по такой же причине, а теперь…? Теперь ее мир заставляет ее делать то же самое! Да, ведьмачья жизнь далеко не сладкая – их так же все ненавидят, презирают. У них нет ни дома, ни уважения. Однако они помогают людям, хотя бы тем, что уничтожают монстров и чудищ. -Аудиенция затянулась, Цирилла, - вновь вырвал ее из размышлений Эмгыр. – Ты свободна. Я снимаю все ограничения, и твои друзья живут спокойно и в безопасности. Ты возвращаешься сюда через три месяца. Максимум, через четыре. Жесткие временные рамки загоняют девушку в угол. Три месяца. Чуть более 90 дней – в принципе, срок не маленький, но… Но кто знает, что произойдет за это время? -По истечению срока я все возвращаю обратно и создаю ад, как для чародеев, так и для ведьмаков. Всех ведьмаков. У нее сложилось впечатление, что у Эмгыра вместо сердца кусок земли, которым он владеет. Он не умеет чувствовать, понимать – все, что у него есть, это власть над слабыми. -Я надеюсь, что у тебя все будет в порядке, Цирилла. Всего доброго. Ведьмачка спиной сделала два шага назад, после разворачиваясь и уже решительно шла в замок. С каждым шагом слышались отголоски музыки, которая играла с другого конца территории, и девушка сморщилась от отвращения – эта песня теперь будет ассоциироваться с этим ужасом, который она пережила. У нее слов не хватало описать все то, что она чувствовала. Хотелось рыдать и кричать. Кричать так, чтобы стекла разбивались и лопались барабанные перепонки. В своей комнате она ожидала увидеть что-то на кровати, так как Морвран предупредил о какой-то посылке. Но ничего такого девушка не увидела. Осмотрела комнату – никакой коробочки, на столе лишь то, что сама оставила и никаких намеков где искать. -К черту! – Цири хотела по скорее убраться из этого проклятого места, поэтому она взяла собранную походную сумку Мириславы и двинулась в уголок за своим мечом (который, почему-то оставили ей на все время пребывания здесь). Потянулась к дорогой вещице, и рука замерла в нескольких сантиметрах. На рукояти меча, обмотанный и сцепленный на застёжку висел ее браслет. Серебряный браслет с зелеными изумрудами – тот, который она так любила и тот, который она считала потерянным. Откуда он здесь? Как он появился? Морвран, видимо, знал, что эта вещица принадлежит ведьмачке. Вот та посылка, о которой шла речь. Видимо, он нашел ее среди доспехов и оружий, но… Йен такие вещи не носила и вообще презирала подобные безделушки, Геральту не к чему женский браслет и… Неужели ведьмак носил его с собой? Геральт хранил его? Сглотнула ком в горле – слишком много потрясений за последний часы. К черту это все, она подумает над этим потом. Стащила браслет с меча и скрыла его в декольте платья – как только она переоденется в свои доспехи, то вернёт его на место, под перчатки. Встала на ноги и кинула взгляд в зеркало, отмечая, что выглядит хорошо, не смотря на свое бледное лицо и худощавое тело. Вышла из комнаты, надеясь, что больше никогда здесь не появится. Хотя в голове отпечаталась фраза – три месяца. Три… Месяца…