Найти свой путь.

С того момента, как я появился в поместье рода Шеувесхаль, прошло два месяца. За это время я успел пообвыкнуть, подружиться с главным поваром, у которого от моего взгляда мурашки бежали, но, несмотря на это, я ему напоминал бездомную дворнягу, которую жалко не подкормить лишний разок. С парочкой шалопаев также нашёл общий язык, выведав, что да как тут. С главой рода я пересекался лишь несколько раз, когда выпадала смена носить воду в господское крыло. Но тот кидал мимолётные взгляды на меня, проходя мимо, или же вовсе не обращал внимания. Его жёны, которых оказалось аж две, вели себя крайне высокомерно, не сходя со своих воображаемых высот до простой слуги, так что сомневаюсь, что те вообще знали о моём существовании. Что не сказать об одном из сыновей главы рода... Наследники росли в строгости, что я не мог не отметить с каким-то внутренним удовлетворением. Так что я и не сразу заметил, что один из пяти сыновей главы рода уделяет мне внимание. Первый раз мы встретились, когда я таскал воду в хозяйский бассейн. Тогда мы чуть не столкнулись лбами на выходе, пересеклись взглядами, и на этом всё. Второй раз это случилось, когда я проходил через сад в сторону башни и чуть не получил в лоб деревянным мечом. Подросток на два-три года старше меня не удержал оружие в руках, и его выбили, отправив в полёт, по траектории прямо на меня. Лишь рефлексы позволили мне словить в последний момент деревяшку, отправив обратно в полёт. Существует у меня отлаженное правило — если что-то кинули в тебя, без промедления отправь это что-то обратно. Так что придерживаясь этого правила, я умудрился травмировать хозяйского сына, ибо тренировочный меч угодил тому точнёхонько в живот. И как итог: меня высекли и посадили в холодную яму под землёй на несколько суток. После моего выхода наружу я узнал от братьев-шалопаев, что первая жена главы рода, а она же мать того горе-мечника, кричала на весь дом о том, что пара дней в яме - слишком лёгкое наказание, и стоит хотя бы руку отрубить за то, что посмел поднять её на наследника рода. Глава отказался, согласившись лишь на то, чтобы мои два дня заключения перетекут в десять суток. Отчего первая госпожа так горячилась — было не понятно, ведь на памяти работников было много всяких ситуаций с наследниками, и даже пострашней моей. Решив на будущее обратить внимание на особенное отношение ко мне первой женушки главы, я стал вести себя тише воды. Но встреча с треклятым наследником оказалась неожиданной и скорой уже по его инициативе. В тот день я возвращался после сытного ужина на башню, где я предпочитал проводить всё оставшееся время до утра, там же проваливаясь в сон после изнурительной тренировки. И у самой башни меня встретил подросток, одетый в простую, но добротную одежду цветов спелого персика. Его русые волосы были коротко стрижены на висках, а остальные собраны в короткий хвост на затылке. Добрая улыбка появилась на губах, добавляя красоту и без того холёному личику с глубокими карими глазами. Я же внутренне помрачнел, ускорив шаг и пройдя мимо пацана. И когда тот попытался перехватить мою руку, плавным движением отвёл свою конечность за спину, не сбиваясь с шага. Позади раздался удивлённый вздох, а дальше я скрылся в башне, спешно карабкаясь по проторенной дорожке. - Эй, парень! - раздался голос внизу, когда мне оставалось всего ничего. Не обернувшись, я оттолкнулся от стены, разворачиваясь в воздухе и хватаясь за торчащую стальную палку, которая когда-то была основой каменной лестницы. С лёгкостью подтянувшись, забрался на неё и шагнул уже на целёхонькую ступень, скрываясь от чужих глаз в проёме некогда существовавшей двери. На продуваемой ветрами платформе мне стало гораздо уютней и защищённей. Я предполагал, что тихое существование в этом поместье даст мне время на возвращение пусть не всех, но части сил, что были у меня некогда. И я не собирался сближаться с кем-то из семьи главы рода, навлекая тем самым не просто внимание, а угрозу жизни, что не мог себе позволить сейчас, находясь в слабом теле с мизером сил. И без знаний. Изначально я предполагал, что смогу в столь большом доме отыскать библиотеку или разузнать всё нужное у местных жителей. Однако, библиотека находилась в частном использовании главы и членов его семьи, и туда допускались лишь слуги господского крыла, которые также там проживали, а на нас — работников остальной части поместья — смотрели с нескрываемым торжествующим презрением. Так что вход в святая святых знаний мне был заказан. Но и слуги, что ежедневно окружали меня, не могли сказать ничего путного. Я сумел разузнать лишь то, что нахожусь в империи под названием Святой Каоль, что была названа так в честь особенного цветка, что когда-то давно произрастал лишь на этих землях, а теперь и вовсе остался только в истории. И эта империя находилась на Северном материке, но где это, и относительно чего материк северный — неизвестно. Слуги оказались столь неграмотными, что мне осталось лишь махнуть на них рукой и отложить план по нахождению информации на дальнюю полочку. И вот теперь, когда мне осталось всего ничего, чтобы прорваться на четвёртый уровень развития внутренней энергии, что не только укрепит моё тело и память, но и даст возможность пользоваться магией созидания, на меня обратил ненужное внимание этот мальчишка. Вздохнув поглубже, я уселся на край башни и взглянул вниз, где немного потоптался наследник и ушёл, оставшись ни с чем. После, проводив взглядом сгорбленную фигуру, я нырнул в свой внутренний мир. Пещера всё так же была просторна и высока, подсвеченная светлячками, которые в этот раз крутились вокруг огромной туши, пылающей алым огнём, разлёгшейся на песочном береге. С недавних пор мой страх к этой твари перетёк в лёгкое опасение. Опустившись на гладь озера, я развёл руки в стороны и прикрыл глаза, сосредотачиваясь на том, что я чувствую вокруг. В такие моменты я всегда ощущал на себе тяжёлый изучающий взгляд зелёных полных сознания глаз. Поначалу это нервировало и сбивало с настроя, что не хило тормозило мой рост, но теперь я практически свыкся с этим ощущением, полностью отдаваясь чувству единения. В момент, когда я начинал сосредотачиваться на внутренней энергии созидания, вода подо мной начинала приходить в движение, потихоньку разливаясь в стороны, а светлячки начинали медленно плавать вокруг тела. Постепенно я входил всё больше в воду, которая расходилась в стороны. Мгновение, день или вечность, но я проникал под воду с головой, не меняя своего положения. Вода смыкалась, начиная с этого момента давить на меня. Светлячки ускоряли своё движение, отчего чувство тепла перерастало в жар, а дальше в пекло. Только тогда я прекращал движение, ощущая не только раскаляющий мои кости жар, но и многотонное давление со стороны воды. И так, пока тело не привыкало, а давление и жар становились слабее, я находился на месте, а после маленькими шажками двигался ещё глубже, пока снова не чувствовал предел возможностей. Под утро, когда я выныривал из внутреннего мира я чувствовал ломоту во всём теле и покрывшую кожу испарину, как после посещения огненной пещеры. После такого я просыпался ближе к обеду, за что получал нагоняй от управляющего поместьем. Итей — так звали среднего возраста мужчину, который отвечал за действия слуг — был человеком строгим, но мягким по отношению к детям. Он мог позволить себе отчитать меня за уклонение от дел, но в последнее время и вовсе прекратил, привыкнув к подобному. Теперь на меня весили ту работу, что приходилось выполнять во вторую половину дня, как например, уборка на кухне, вынос мусора и прочее. На следующий день я снова встретился с наследником. Тот так же поджидал меня у башни, только теперь заступил мне дорогу, вынуждая остановиться. Приподняв голову, встретился взглядом с тёмно-карими глазами. Вот только этот парень не шарахнулся от меня, не задрожал от страха или неловкости, его лишь сильнее стало распирать любопытство. Детское наивное любопытство. - Я хотел поговорить с тобой вчера. Но... Наверное, ты затаил обиду на меня за то, что после нашей прошлой встречи, ты был наказан... Я приношу извинения. Не сумел отговорить матушку... - вот только в его словах не было и капли раскаяния, лишь чистое чувство любопытства и радости. - Позволь мне с тобой поговорить. Ты отличаешься от остальных детей и... - не успел он договорить, как моя аура немного проступила, всего на несколько шагов вокруг, что позволило накрыть и парня. Небольшой доли её хватило, чтобы наследничек пошатнулся и упал на колени, чувствуя удушение. У меня тело человека, но не сущность. Спокойно подобрав свои крохи ауры внутрь, обошёл глотающего воздух мальчишку и отправился дальше. Через день паренёк снова появился. Теперь с ещё большим энтузиазмом разглядывая меня. И либо он отбитый на всю голову, либо мазохист. В этот раз я сразу выпустил свою ауру, вот только от раздражения вышло чуть больше, что просто ударило не хуже бревна по сознанию паренька, моментально вырубив. Подкосившееся тело я не стал ловить, пронаблюдал за тем, как он осел на траву, хлопнувшись напоследок лбом. Ну да не беда, в голове его явно нечему было сотрясаться. Но всё же поразмышляв и придя к выводу, что ничем хорошим не закончится, если патрульные обнаружат неподалёку от меня бессознательное тело наследника, я подхватил его на руки и потащил в башню. Оставив его внутри на земле, стал забираться наверх. Через несколько дней всё снова повторилось. И был парень столь упрям, что в итоге я предпочёл не появляться около башни на протяжении десятка дней, снова ночуя в отведённой мне комнате. И когда я появился около моего места уединения, не застал никого раздражающего меня. Так прошло в спокойствии лето, наступила короткая осень, вслед за которой началась затяжная зима. Насколько я понял, лето и зима тут были в два раза длиннее, чем весна и осень, так что последние два сезона пролетали крайне быстро, сменяясь морозным холодом или знойной жарой. Пробираясь через слой снега высотой по колено, который ещё не успели убрать после трёхдневной метели, я замер, медленно подняв голову и упершись взглядом в фигуру у входа в башню, которая выдыхала на руки и усиленно тёрла их, в тщетной попытке согреть. Вздохнув и поглядев по сторонам, я всё же решил выйти из сени сада и пройти к башне. Не могу я бегать от какого-то мальчишки и тем самым тормозить своё развитие. Парень заметил меня, быстро спрятал руки в карманы тёплой бурой шубы. Его улыбка снова осветила лицо, а я задумался, как бы так отбить всякий интерес паренька. - Прошу в этот раз ничего не делать! - его неожиданный вскрик и вскинутые вверх руки заставили впасть в ступор, замерев на месте. - Я знаю, что могу надоедать тебе. Но... Но меня просто тянет узнать, какой ты человек. И даже если ты снова заставишь меня потерять сознание, я опять приду. И завтра, и послезавтра! Пока мы не поговорим... - на выдохе произнёс он последнее, посмотрев на меня с затаённой надеждой. Немного подумав, я решил рискнуть. - Один разговор. И больше ты не приближаешься ко мне, - произношу тихо, и от моего голоса он вздрогнул, будто и не ожидал что-то услышать. - Да! - несколько спешных кивков. - Идём... - протягиваю тихо, проходя мимо него и снова спокойно забираясь наверх. Вот только для неподготовленного к такому оказалось несколько трудно, а порой и опасно, так что я несколько раз успевал перехватить его руку, умудряясь не падать вслед за ним. Получая в ответ виноватые и неловкие взгляды, я начинал сомневаться в правильности происходящего. На площадке продувал ледяной ветер, какого не было на земле, так что мысль о том, что наследник быстро сдастся в таких условиях, меня таки посетила. Так что, пользуясь отведённым временем, я решил задать вопрос первым. - Что это за империя? - интересуюсь, начиная циркулировать в своей крови внутреннюю энергию, которая согревала моё тело не хуже печи. - Святой Каоль, - парень передёрнул плечами, сильнее укутавшись в шубу и спрятав руки в рукавах. - Находится на территории Северного материка, который омывается двумя морями и соседствует с Восточным материком, сильно отличающимся климатическими условиями. Здесь более резкая погода, что не сказать о Восточном материке... - он вздрогнул под особо сильным порывом ветра и спрятал нос в меховом покрове. - Сколько империй находится на этом материке? Сколько ещё материков существует? - Тебе так сильно хочется узнать подобное? - как-то печально поинтересовался мальчишка. - Слушай, давай перенесём наше место разговора в более тёплое помещение? Тебе ведь... - и тут он, видимо, обратил-таки внимание, что я стою перед ним в лёгкой куртке и тонких широких штанах, но не превращаюсь в ускоренном темпе в сосульку. - Холодно, - договорил с заметной паузой. - Вот! Я могу провести тебя в библиотеку, где ты найдёшь всё, что тебе необходимо. Но за это прошу ответить на мои вопросы, - осенённый, вскрикнул. - Пять. - Что «пять»? - Вопросов. За пять вопросов я готов согласиться на твои условия. И в библиотеке я проведу столько времени, сколько смогу. Согласен? - Да! - без промедления выкрикнул и тут же задумался. - Всего пять... - тихо проговорил. - Сегодня после заката жду тебя там! Обычно в это время там никого нет, так что сегодня же! А теперь... - он бросил взгляд на проём, ведущий на выход. - Помоги мне спуститься отсюда.