Найти свой путь.

Свернув за угол, я убедился в своей догадке. - Держись рядом со мной, - произношу тихо, перехватывая руку малыша Шао и подтаскивая того ближе к себе. Мы продолжили идти, углубляясь в проулок, в котором могла одна повозка проехать с трудом, так что это было изначально хорошим местом для засады на двух подростков. Справа от нас забор с полтора человеческих роста, скрывающий какие-то склады от чужого взора. Слева — трёхэтажный дом, стоящий к нам задом и не имеющий выходов в проулок, как и окон. В конце проулка показались две рослые фигуры, оглянувшись назад, заметил троих. Остановился, тормозя малыша Шао и прижав того спиной к стене дома. - Малыш Шао, прикрой глаза до тех пор, пока не разрешу их открыть. Ясно? - в его взгляде отразилась паника. - Ты меня понял? - переспрашиваю с нажимом. Подросток кивает быстро и закрывает глаза, прикрывая их ещё и ладошками. - И не подглядывай, - предупреждаю с весёлым смешком. Все пятеро приближаются к нам, обнажая различное оружие, и от каждого фонит убийственное намерение. Значит, поговорить не удастся. Неожиданно слева от меня появляется фигура, пружинисто приземлившись на землю и тут же выпрямившись. - Ты-то что здесь делаешь? - спрашиваю. Кроваво-красные глаза смотрят сначала на меня, потом на ангелочка с прикрытым лицом. Склоняется, затронув пальцами правой руки левое плечо. - Прошу простить моё вмешательство... Не мог оставаться в стороне, зная, что произойдёт. Рад, что пришёл вовремя, - голова поднимается, кроваво-красные глаза уставляются на меня, чего-то ожидая. - Ну, раз такое дело... - оглядываю тех, кто хотел устроить на нас засаду, а теперь остановились, оценивая ситуацию. - Охраняй малыша Шао. - Ваше слово, - кивает почтительно. - Начнём? - спрашиваю у двойки незнакомцев, между тем, обращаясь ко всем им. Закончу быстро и красиво, не дав им даже приблизиться к нам. - Призываю силы природы в помощь себе, пусть небо закрывает глаза на все мои проступки, а земля останется безразлична к телу моему, - воздух задрожал. Нападающие в этот же момент пришли в движение. Двое с разных сторон кинулись ко мне, двое других задействовали магию огня, а пятый — земли, захватывая мои ноги к капкан. Вытягиваю руки в стороны, рассеивая чужую магию, заставляя всех пятерых замереть на месте. Земля, удерживающая мои ноги, рассыпается. Оборачиваюсь в ту сторону, где стоят трое. Их тела замерли, а глаза широко распахнулись, во взгляде плескалось всё от ужаса до злости. Концы моих пальцев чернеют, ногти превращаются в когти, а голова тяжелеет от появляющихся на ней четырёх рогов, два из которых витиевато отходят в стороны, а два других загибаются назад. Зрение становится чётче, словно мир пополняется новыми красками. Теперь люди передо мной объяты ужасом, наблюдая за трансформацией. Моя рука поднимается, и я останавливаюсь перед мужчиной, что в раза два-три больше меня и выше на две головы. Кончик чёрного острого когтя утыкается в лоб незнакомца и начинает медленно вести вниз, вычерчивая не алую полосу, но чёрную, начинающую расползаться, словно корни деревьев по чужому лицу к вискам и скулам. Конец когтя пересекает полные губы, подбородок, шею, грудь... Мужчина и звука не может издать, находясь под моим контролем, но я точно знаю, какую адову боль он испытывает, когда его тело начинает медленно, но верно разлагаться. Когда чернота расползлась по всему лицу, пожрала то и затронула мозг, сердце человека сделало лишь пару ударов и затихло. Тело упало в этот же момент, словно подкошенное, продолжая уничтожаться на глазах у товарищей. И так я переходил от одного к другому, позволяя им насладиться муками. И это ждало всякого, кто смел идти против меня и угрожать моим близким. Остался лишь последний из них, которого я схватил за шкирку и притащил к оракулу. - Посмотри, кто их прислал, - говорю и бросаю тушу к чужим ногам. И это за последнее время было первое, что послышалось в тишине переулка, кроме звука падающих тел и моих шагов по песчаной земле. Оракул присел, заглядывая в глаза, наполненные ужасом, но не смеющие закрыться или даже моргнуть. Его сознание также было под моей властью, не позволяющей тому вырубиться. - Человеческое сознание столь хрупкое и незащищённое... - говорит оракул. - Это женщина, облачённая в тёмную накидку. Она успела что-то сказать о том, что это расплата за рыжие волосы и занятое место в сердце мужа. - Можешь не продолжать, я понял, кто это, - прерываю его. - Отсоединяйся, - оракул в этот же момент провёл ладонью между собой и чужим лицом, словно отрезаясь от потока чужого прошлого. Коснувшись лба пятого нападавшего, я дождался, когда его сердце остановится, и развеял свою частичную трансформацию вместе с областью захвата. Тела продолжали истлевать, не издавая запаха или шума, и скоро от них останется лишь пепел. Подхватив на руки малыша Шао, унёс из этого места и позволил открыть глаза только тогда, когда мы оказались на людной улице. Обернувшись, я не застал рядом оракула - канул в неизвестность так же, как пришёл. - Кто были эти люди? - дрожащим голосом спросил мой ангелок, которого я держал за руку и вёл в сторону дома. - Наёмники, малыш Шао. Но не беспокойся, они больше не причинят нам неудобств. Как и их заказчик, - последнее вырывается совершенно непроизвольно, произнесённое стальным голосом. - Братец, - он вцепился в мою руку своей свободной, вынуждая меня остановиться и обернуться. - Не нужно насилие. Оно разрушает твою душу... - Ты видишь это своими глазами? - спрашиваю с мягкой улыбкой, очерчивая костяшкой согнутого указательного пальца свободной руки чужой подбородок. - Нет. Но я так считаю. - Верь лишь тому, что видишь, слышишь и чувствуешь. Особенно последнее, как здесь, - провожу его по руке. - Так и там, - прикладываю ладонь к чужой груди. Кивает, но умоляющего взгляда с меня не сводит. - Мой дорогой брат, - разворачиваюсь и продолжаю идти, ведя его за собой. - У каждого свой путь и свои методы решения проблем. Запомни: никто и никогда не будет жить так, как того хочешь ты. Однако, лишь в твоих силах самому жить так, как то пожелаешь. Дома нас встретил горячий обед и щебетание тётушки Латерты о том, как их младшая дочь научилась сидеть и уже что-то агукает. После обеда мы с малышом Шао отправились на задний двор тренироваться. Юноша уже проявлял хорошие навыки рукопашного боя, а также высокий уровень реакции на чужие движения. За этим-то занятием нас и застал учитель, когда я держал несколько метательных ножей в руке и один за другим методично посылал в малыша Шао. Всё делалось так, что если они его и заденут, то максимум — оцарапают. Вот только мастер Касуй об этом не знал. - Вы что творите?! - выпалил он, в шоке распахнув глаза и застыв на крыльце. Я обернулся с занесённой над плечом рукой, в которой было зажато оружие. - Тренируемся, учитель, - произношу по-простому. - Это что за тренировки, в которых ты кидаешь в моего сына ножи?! - он быстро приблизился и отобрал у меня холодное оружие. - Учитель, можете проверить: на малыше Шао ни единого пореза, хотя я уже шестнадцать раз кидал в него. - Шестнадцать?! - Отец! Зачем ты вмешиваешься в мои тренировки?! - надул губы брат, недовольно воззрившись на родителя и скрестив руки на груди. - Какие ещё тренировки?! Ладно ещё борьба, но не холодное оружие! Ты, скорее, книгами начнёшь орудовать, чем клинками! - кажется, вечное спокойствие учителя было немного пошатнувшимся. - Шао, отправляйся в дом, мне нужно поговорить с Лайо. - Отец, если это!.. - Иди, я сказал, - более спокойно, но упрямо произнёс мастер Касуй. - Ничего плохого не будет, не бойся, - брат кинул на меня взволнованный взгляд, но перечить родителю не стал. Когда дверь за ним закрылась, учитель предложил мне занять место в беседке. Сегодня погода была ещё солнечная, хотя подступы зимы уже чувствовались в ночных похолоданиях и усиливающемся с каждым днём северном ветре. Уселись мы на прогретые косыми солнечными лучами стулья. - Далтор отправил тебе письмо, - учитель вынул из внутреннего кармана домашнего халата прямоугольный свёрток, но передавать мне не спешил, положив на стол перед собой. - Мой друг вчера поделился со мной новостью, что кто-то сумел выключить всю охранную систему школы три недели назад. Именно в ту ночь ты отсутствовал дома, - учитель приглушил голос. - Если того человека, который это совершил, поймают, он будет подлежать высшему суду, так как эту школу поддерживает сама императорская семья. Что бы здесь ни было, - он ткнул пальцем в конверт, с которого я не отнимал взгляд. - Я не хочу, чтобы тебе это сорвало голову и вынудило поступить так же, как в прошлый раз. Теперь систему усилили, установили дополнительные мощности. Лайо, ты силён, но не всесилен, - посмотрев на меня пронзительным взглядом, мужчина поднялся. Уходя, он ничего не произнёс более. Я немного помедлил, глядя ему вслед, а после схватил бумагу и развернул, жадно вчитываясь в слова: «Я всё обдумал. Хочу увидеть тебя.» И ни словом больше. Я резко поднялся на ноги, держа в руках письмо. - Не послушаешься учителя и пойдёшь? - спрашивают у меня над ухом, заглядывая из-за плеча в лист бумаги. - А ты не лезь со своим любопытством, - хмуро отмахиваюсь от него. - Если понадобится, я всю школу спалю, но встречусь с ним. - Я был бы рад посмотреть на старания людишек потушить столь огромный пожар... - мечтательно протянул дракон и опустился на стол, усаживаясь и закидывая ногу на ногу, облачённый в длинную рубаху. Кажется, с той ночи ему понравилось разгуливать в таком виде. - Тебе бы спалить что да досадить людскому роду, - сворачиваю конверт и сую в карман штанов. - Ещё бы. Одно другому не помешает, особенно после стольких лет заточения, то в одном человеческом теле, то в другом, без возможности расправить крылья и взлететь высоко в небо. - Что же тебе мешает сделать это сейчас? - перевожу взгляд на него. Сине-зелёные глаза смотрят на меня, потом на небо. - У меня нет артефакта, который позволил бы моему телу вернуться в более материальную форму, - пожимает плечами и исчезает с едва заметной в свете солнца вспышкой. Кажется, мы задели вопрос, которому ещё не время всплыть на поверхность? Мысленно отмахнувшись от чужих проблем, задумался, как бы так проникнуть на территорию школы да без происшествий. Да, мне хотелось встретиться с Далтором, причём незамедлительно и... На этой мысли я замер. Встретиться незамедлительно! Внешние врата были распахнуты и впускали всякого желающего. Сад внутри внешних стен был оккупирован немалым количеством гостей и учеников заведения. Пройдя к единственному здесь зданию, я вошёл в его теплое помещение, сразу находя дежуривших студентов у выхода из здания во внутренний двор школы. Сейчас не день открытых дверей, а потому меня вряд ли пустят, так что придётся ждать Далтора тут. Подойдя к дежурным, попросил тех позвать Далтора Шеувесхаля со второго курса обучения. Коренастый дежурный кивнул, спросил моё имя и ушёл на поиски внутрь школы. Оставалось ждать. Пройдя к пустующей лавке в самом углу здания, сел на неё и постарался успокоиться. Сердце перед встречей время от времени заходилось в темпе, а чувство волнения пропадало или накатывало с силой, заставляя замереть. Но когда я поднял голову и через мгновение увидел влетевшего в зал запыхавшегося Далтора, то сердце пропустило удар, а ноги отказывались подниматься. Паника охватила с новой силой, принося с собой дрожь. Его голова вертелась, а карие глаза шарили по народу, в попытках найти. Меня. Струсив или нет, я продолжал сидеть, не выдавая себя. Пожалуй, это впервые, когда я хотел просто сбежать. Далтор откажется от меня или нет — это не изменит того, что я буду держать его рядом. Но его мнение всё же оказалось для меня не безразличным. И вот чужие глаза нашли свою цель, и он стал быстро продвигаться ко мне. Сжав пальцами край скамьи, я смотрел на него. Вот только он не остановился напротив, не сел рядом, просто приблизился и встал на колено передо мной, кладя свои ладони ни мои коленки и заглядывая в глаза. - Лайо, я много думал, как выражу свои чувства. Но... Скажу просто: будь ты мне даже отцом или сыном, я уже свыкся с мыслью, что ты мой возлюбленный, тот, кого я люблю всей душой, и наше кровное родство не может стать помехой. - Вот так просто? - спрашиваю едва шевелящимся языком после небольшой паузы. Он мягко улыбается, отнимает одну мою руку, которая до побелевших костяшек сжала дерево, и обхватывает своими ручищами. - Вот так просто, - кивает и целует моё запястье, прикрывая глаза на пару вздохов. - Я... Я готов последовать за тобой куда угодно. Ты — тот, кого я встретил в детстве, и тот — кто принял меня в ответ. Я не могу предать тебя. И себя, - выдыхаю облегчённо, словно гора с плеч сваливается, и резко наклоняюсь, утыкаясь лбом в его плечо. Все эти недели, сам не заметил, как был в напряжении. Незаметном, но всё же давящем. Некоторое время мы просидели в молчании, наслаждаясь моментом. После Далтор сел рядом на скамейку, заключил меня в объятия и затащил к себе на колени. Так и просидели, переговариваясь на незначительные темы, пока на закате солнца дежурные не объявили об окончании времени для встреч. Далтор поднялся на ноги, поставив и меня, и, закрыв своей широкой спиной ото всех, поцеловал так, что мне захотелось продолжения. Глубоко, жарко, пылко и безудержно, показывая всё своё желание. Напоследок я заметил, проводив взглядом избранника, как на меня глянул какой-то мутный студент, так же с кем-то встречавшийся. Не став заострять на этом внимание, я ушёл. Шутка или нет, а дом матери Далтора и по совместительству той, кто организовал на меня покушение, находился на окраине столицы. Род этой женщины был довольно известен в средних кругах аристократии, и, наверное, потому отец Далтора женился на ней, забрав в своё поместье. И от туда же было такое разнузданное себялюбие у женщины. Дом был двухэтажным, с красивой фреской, двумя башнями, в одной из которых находились покои наследницы рода. И когда начался пожар в том крыле, все выбежали наружу, не в силах потушить быстро разрастающийся благодаря нахождению там библиотеки, пожар. И когда решили пересчитать всех, кто успел покинуть здание, не досчитались одной головы. Которая была мертва ещё до того, как языки пламени объяли её покои.