За кадром

Мишка опять куда-то пропал. За прошедшие два месяца киборг к человеку привык и начинал скучать, когда тот долго не появлялся. Странно, но раньше люди никаких эмоций не вызывали, они просто были и все. Как дерево или туча на небе. А с появлением на базе Мишки что-то изменилось. Нет, остальные люди так и остались, как… дерево, а без Мишки было скучно. Киборг все время ждал, что Мишка выскочит из кустов или войдет в дверь со своим неизменным… — Привет, Тоха! — Привет, Миха! Фраза тоже была новая, Мишка недавно приказал заменять ею стандартное приветствие, когда рядом никого не было. Сегодня не было. Мишки, впрочем, рядом с техническим блоком тоже не должно было быть, а он был. — Держи. — Мишка протянул шоколадный батончик. — Я только из города, в увольнительную ходил. Вот, купил тебе, а то вечно вы свою гадость жрете. Мишка уселся на перевернутую вверх ногами бочку. Железная емкость, сколько киборг помнил, всегда так стояла, даже успела врасти в землю, но никто еще не додумался использовать бочку, как стул. Кроме Мишки. — А я своим звонил. — Мишка улыбнулся. — Нам в месяц час бесплатной межпланетки положен… Мамка опять на Тоху жаловалась, говорит, в школе подрался… Киборг развернул обертку и откусил сразу половину шоколадки. Эта была ореховая. Перед боевыми выходами им тоже шоколад давали, но обычный, молочный, а Мишка всегда притаскивал разные, с начинками. И притаскивал просто так, вовсе не потому, что скоро предполагался большой расход энергии. Первый раз вообще долго мялся, а потом сказал, что шоколад не любит и дома всегда свою долю брату отдавал. — А Тошка вопил, что нечестно кучей на одного, вот он и вмешался. — Мишка поправил воротник комбинезона и солидно добавил: — Я велел не ругать, потому что слабых защищать надо, Тоха прав. А если не защищать, то какая-то несправедливость выходит. Вторую часть шоколадки киборг ел медленнее, отламывая маленькие кусочки и растягивая удовольствие. — Откуда синяк? — вдруг нахмурился Миха. — Где ты приложился-то? — Тренировка личного состава, — прожевав, доложил киборг и опять меланхолично забросил кусок шоколада в рот. — Капитан… — поморщился Мишка. — И чего он тебя так не любит… С точки зрения Мишки, бить любого киборга было несправедливо. Ну что это за драка, когда приказали стоять и тупо удары оттачивают? Это свинство какое-то, а не бой. Причем за этого киборга было вдвойне обидно. Все-таки он был не такой, как другие. Мишка толком не мог объяснить, что в нем не так, но что-то было неуловимое, что отличало его от прочих. Может, во взгляде что чудилось, а может, в том, как киборг старательно сложил обертку от шоколадки и убрал в карман… Или дело в том, что Мишка сильно скучает по дому, а этот киборг слишком похож на брата… Да и не важно. — Гроза, похоже, будет… — Мишка запрокинул голову и посмотрел на небо. — А вон та туча на бегемота смахивает! Киборг тоже посмотрел в указанном направлении: черная туча ползла с востока, почти цепляя брюхом макушки гигантских секвой, и действительно была похожа на какого-то невиданного зверя. Вон и пасть есть, даже зуб торчит… и подбирается прямо к повисшему на небосводе желтому шарику, еще немного и слопает! Мишка глянул мельком в комм: пора идти докладывать сержанту, что вернулся. Да и киборга, наверное, отдыхать отправили, а он его задерживает… Додумать мысль помешали вырулившие из-за угла парни в синих комбинезонах технической службы. — Михеев! Опять ты тут! — возмутился первый. — Да! — поддержал его второй. — Хватит нам оборудование портить! — Или у тебя с ним любовь? — глупо хихикнул первый. — Так ты подожди, Михеев, скоро семерок привезут, может, там девочки будут. — А может, у них чувства, — заржал второй, — взаимные. Михеев, так ты вечером приходи, мы, так и быть, его тебе вызовем. Погуляете… романтика… — Придурки! — зло огрызнулся Мишка. — В морду хотите? Мишка рассердился и расстроился, это чувствовалось, и киборг решил, что техники ему не нравятся. Вот не нравятся и все. Как бобовая каша… Накрывший базу рев заглушил и Мишку, и техников, и разобрать, что те ответили, не смогла даже система. — Это что… боевая? — растерянно спросил Мишка, спрыгивая с бочки. Техники тоже испуганно переглянулись и почему-то синхронно уставились на Мишку, словно тот лучше должен был знать. Киборг не ответил, забросил остатки батончика в рот и сорвался с места. Тревога была боевая, и у него было меньше двух минут, чтобы явиться к складу с оружием. К точке сбора, понятное дело, киборг прибежал первым. Успел выхватить из стойки гранатомет, повесить на пояс сумку с гранатами, надеть бронежилет со шлемом и замереть рядом с вездеходом. Люди подоспели почти на четыре минуты позже. — Прорыв по левому берегу, у пролива, — коротко сообщил капитан, запрыгивая в вездеход и разворачивая карту. Киборги пропустили людей вперед и, легко перемахнув через низкие борта, запрыгнули, когда машина уже стартовала с места. До пролива было недалеко, на машине минут десять, не больше, и киборг, уцепившись за идущий вдоль борта поручень, скосил глаза вбок — посмотреть, как там Мишка. Мишка был нормально. Сидел, вцепившись в плазмомет, и непривычно внимательно слушал капитана. Киборг капитана не слушал, он и так знал, что будет дальше — это был не первый прорыв. Сейчас подкрепление рассредоточится по длинной прибрежной полосе, занимая заранее подготовленные доты, и будет методично отстреливать прорывающихся непонятно куда. Обычно перестрелка занимала минут пятнадцать: противник, уяснив, что первый рывок не удался, отступал в море, и на этом все заканчивалось. Главное, чтобы догонять не послали, тогда можно будет еще успеть поспать сегодня. — Так… — Капитан посмотрел на киборгов. — Сорок третий и двадцать седьмой сопровождают меня. Сержант, распредели остальных. По лицу сержанта скользнула тень, он словно собрался что-то возразить, но потом передумал и начал быстро отдавать приказы, формируя группы. Все как обычно… До берега оставалось совсем немного, когда лес вокруг содрогнулся, сжался, а потом распрямился, расцветая взрывами. Идущая за ними машина нелепо подскочила и завалилась на бок. Урчание мотора смешалось с криками и стонами. И тут же взорвался еще один снаряд, уже ближе. Вездеход вильнул в сторону, кренясь на бок. — Рассредоточиться! — заорал капитан, первым скатываясь за борт. Система тут же толкнула вперед, и следом за капитаном спрыгнули два DEX`а, готовые закрыть собой командира. Один, безымянный, с порядковым номером, и второй — с позывным «Антон». Догоняя капитана, Антон оглянулся, пытаясь отыскать взглядом Мишку. Отыскал. Тот совершенно бестолково стоял посреди дороги, глупо таращась на опрокинутый вездеход. — Михеев, пошел! — заорал сержант, последним спрыгивая с бронетранспортера и толкая Мишку в плечо. — Жить надоело? — Там же люди! — крикнул Мишка, показывая на опрокинутую машину. — Помочь надо! — Вперед, Михеев! Без нас помогут. Сержант толкнул сильнее, и Мишка почти влетел в кусты, по другую сторону дороги. На дороге вспух еще один взрыв, и киборг бросился за командиром. — Откуда у них ракеты? — зло поинтересовался лейтенант, скатываясь следом за киборгом в овраг. — Эмками долбят… — Откуда я знаю? — огрызнулся капитан, не заметив вопиющего нарушения субординации. — К доту прорываемся. Сорок третий, вперед! Очистить проход! Киборг удивился: как его очистить-то? Но система уточнять приказ не стала и пришлось бежать вперед, навстречу грохочущим взрывам. На берегу творился ад. Основная часть ракетного удара пришлась на прибрежную полосу, и сейчас от лазурного рая не осталось ничего. С корнем выдранные деревья валялись вперемешку с досками, вывороченными камнями и… тем, что осталось от людей. Первая ракета легла точно под сторожевую вышку, разметав все, что на ней было, по берегу. Вторая добавила, а третья сравняла фундамент с песком. А потом на пляж легло еще не меньше десяти ракет класса «земля-земля», превращая тот в филиал преисподней. Хотя последовательность могла быть и другой, но на результате это не отразилось. Киборг выскочил на берег и замер. Он участвовал в боевых стычках и раньше, но ни разу за неполных два года не видел такого. Система толкала вперед, и параллельно с этим накатывало странное желание отступить, упасть на землю и вжаться в песок. Потемневшее небо разорвала яркая вспышка, и на песок упали первые капли дождя. Гром отстал на каких-то три секунды: громыхнул, раскатился по берегу и запутался в бушующих волнах. И в то же мгновение, решив не отставать от грозы, у самой кромки воды вспухло два огненных шара, добавив красок небесной канонаде. Киборг шагнул назад, под защиту деревьев, совершенно не понимая, зачем люди заставляют его идти вперед. Он не хочет туда, а хочет обратно, на базу — там ничего не взрывается, не горит небо и нет этого тошнотворного приторного запаха, который даже отфильтровать не получается. Перед глазами вспыхнули непонятные значки и перекрестие прицела. Рука сама дернулась вверх, направляя бластер в небо. Дрон тоже засек противника, и короткий злой луч воткнулся рядом с ногой. Киборг не шелохнулся: система уже давно все просчитала, это была устаревшая модель дронов, шестерку ей не обогнать. Ответный луч ударил в выпуклый глаз-камеру, и серебристый шарик закрутился на месте, оставляя дымный след, но киборг за ним не следил, продолжая заторможено отслеживать цепочку взрывов. Все ближе и ближе… Молнии полыхали уже одна за одной, гроза добралась до пляжа, и понять, что бьет в землю — электрический разряд или лазерные лучи — получалось с трудом. Система не давала сделать шаг назад, все настойчивее толкая навстречу огненным вихрям, и сопротивляться приказу уже не получалось. Что-то громыхнуло совсем рядом, и тут же раздался истошный вопль. Человеческий вопль. Киборг замер с поднятой ногой, прислушиваясь. Система тоже напряглась, пытаясь определить местоположение то ли вражеского, то ли дружеского объекта. Гром, прокатившись еще раз, затих вдали, а крик все лился и лился, заполняя секундное беззвучие и вызывая безотчетное желание бежать как можно дальше. Куда угодно, лишь бы не слышать, не чувствовать сконцентрированную в крике боль, но система решила иначе. Он побежал на зовущий голос раньше, чем понял куда бежит. Крик накатил последней волной, застыл в верхней точке и начал угасать. Антон споткнулся, не добежав пары метров, и остановился, уставившись на замолчавшего человека. Точнее то, что от него осталось. Человек не добежал до укрытия каких-то десять метров, когда безжалостный взрыв разорвал тело, залив некогда белый песок черной кровью. И не убив сразу: судя по темной извилистой полосе, человек полз, пока его не догнал луч, оборвав мучения. Наверное, это кто-то из третьего взвода, их машины шли раньше… Антон неожиданно подумал, что пятой группе, куда попали и сержант, и Мишка, не досталось киборга, потому что капитан забрал двоих. И что Мишка сейчас бежит на другом конце пляжа к своему доту и бежать ему сильно дольше, чем им. А киборга, чтобы засечь ракету или дрона, у них нет… Значит, и Мишка может вот так кричать и ползти по мокрому песку… Динамик в шлеме что-то спросил, система доложила, а Антон продолжал стоять, рассматривая залитые черным светлые волосы. Вторая шестерка, выскользнув из кустов, притормозила, прикрывая людей, и система опять толкнула вперед, заставив перепрыгнуть через изуродованное тело и поваленное, тлеющее дерево — так было быстрее. Люди нырнули в дот первыми, киборги последними, и толстая дверь захлопнулась, отсекая огненный ужас и создавая иллюзию безопасности.  — DEX, ты чего возишься?! — рявкнул капитан. — Помоги раненому! Вторая шестерка уже заняла место стрелка и молча стояла перед щелью, выискивая цель. Сам капитан, громко матерясь, пытался активировать интерактивную карту побережья и получить наконец-то данные со спутников. Лейтенант возился в углу с модулем связи — обычные, в шлемах, в дотах не работали. У стены, сдавленно шипя, рядовой пытался порвать зубами упаковку перевязочного пакета; нога у него была в крови. Антон склонился над раненым и отобрал у того пакет. Программа первой помощи входила в стандартное программное обеспечение боевого киборга, и можно было не думать о том, что делают его руки. Но почему-то не получалось. Мысли опять возвращались к Мишке — а вдруг он тоже ранен? Кто его тогда перевяжет? — Твою ж… — пробормотал лейтенант, отступая от смотровой щели. — Капитан, у них андроиды… — Какие, нах, андроиды?! — Капитан сунулся к узкой бойнице, небрежно отодвинув шестерку в сторону, на секунду замолчал, а потом рыкнул: — Убью аналитиков! Суки, как такую поставку оружия проспать можно было? Все под трибунал пойдут, уроды! — Куда они лезут-то? — В голосе лейтенанта проскользнули истеричные нотки. — А? — На базу, — отрезал капитан, — там оружия на полпланеты хватит. — А зачем оно им? — продолжал тупить лейтенант. — А затем, — сплюнул на пол капитан, — что тут до столицы два часа лету и только наша база. Если возьмут — хрен мы город удержим. Давно здесь правительство не менялось… Гранатомет в руках шестерки дернулся и в помещении отчетливо запахло озоном. В ответ громыхнуло совсем рядом, стенки дота содрогнулись, а с потолка посыпался какой-то мусор. Кевлапластик был хорошим материалом, легким и прочным. От бластеров и гранат точно закроет, от прямого попадания ракеты вряд ли, но и враг долбит не умными «спрутами», а примитивными «эмочками», не способными менять траекторию и самостоятельно искать цель. Это еще попасть надо. Антон тоже встал у бойницы, выцеливая андроида: на берег их вылезла целая куча, амфибий, похожих то ли на гигантских крабов, то ли на бронированных пауков, шустро перебирающих замысловато изогнутыми лапами, почти прижав бронированное тело к песку и хищно водя дулами встроенных плазмометов. Цель попала в красное перекрестье, палец плавно втопил спусковой крючок, и гранатомет дернулся. Вылетевший темный шарик расцвел сначала голубым, а затем искрящимся белым, ярким росчерком выделяясь на фоне черной тучи. Киборг может попасть по андроиду, а человек — нет. У Мишки нет киборга. Если бронированный паук подбежит к их доту — они не смогут отбиться. За стенами продолжали рваться ракеты, бежали андроиды, поливая все вокруг смертоносной плазмой, взрывались гранаты, полосуя плоть смертоносными лучами, и безопасно было только тут, за толстыми упругими стенами, способными поглотить ударную волну. Но где-то там, за стенами, был Мишка. Один. Совсем какая-то несправедливость выходит… Мысль оформилась окончательно, и Антон повернулся к капитану. — Мне надо к Мише… Самостоятельная фраза далась с трудом, и фраза прозвучала неуверенно, словно киборг что-то попросил и тут же застеснялся. — Что? — не понял капитан. — Мне надо к Мише. Второй раз получилось куда решительнее, и человек, на секунду зависнув, вдруг шарахнулся в сторону. Он и раньше боялся, пока бежал по лесу и когда выпрыгивал из грузовика, но как-то несильно, в пределах нормы. Сейчас же ужас полыхнул с такой силой, что Антон считал его без всяких детекторов. Остальные тоже отпрыгнули в стороны, только вторая шестерка, не обратив никакого внимания на суматоху, потянулась к ящику с гранатами, собираясь перезарядить оружие. Люди молчали, и Антон растерянно шагнул к двери. Должен был быть приказ, он не может ходить без приказа, но капитан, открыв рот, смотрел на него совершенно сумасшедшими глазами и отвечать не собирался. Даже система недоуменно притихла, не понимая, что делает киборг. За дверью все так же грохотало и выходить туда совершенно не хотелось. Антон неуверенно провел рукой по сенсору и оглянулся на людей. Наверное, если бы ему сейчас приказали вернуться на место, он бы подчинился, просто потому что не умел иначе, но люди ничего не сказали. Дверь отползла в сторону и лицо обдало жаром: совсем рядом полыхало дерево. Антон облизал пересохшие губы и упрямо шагнул вперед. Прямо навстречу бушующей смерти. Сделал пару шагов, обогнул горящее дерево и двинулся дальше. Система фиксировала сразу четыре дрона и двух андроидов в опасной зоне. Весь экран засыпало красными предупреждениями. Киборг не умел читать, он давно привык к непонятным значкам перед глазами, но сейчас их было слишком много и как-то сразу было понятно, что идти туда не стоит. — DEX! Стоять! Система автоматически приземлила уже занесенную было ногу и Антон развернулся. — Повернись! Система приказ выполнила. В дверях бункера стоял капитан, держа в вытянутой руке бластер. Дуло смотрело четко киборгу в грудь. Похоже, люди не хотели возвращать его на место и почему-то не хотели отпустить к Мишке… Если капитан сейчас выстрелит, он легко попадет в неподвижную черную фигуру, а уклониться не даст система. Только зачем в него стрелять? Он же свой. Антон не понимал. Почему-то вспомнилась выбраковка на первой базе — там были такие же как он, они тоже ничего не делали, а их почему-то отключили. Наверное, он плохо объяснил куда идет, надо по-другому… Киборг помолчал, подыскивая слова… и сказал почему-то совершенно иное. — Меня Антон зовут… С грохотом рухнуло прогоревшее дерево, взметнув в небо сноп искр, но киборг не шелохнулся, выполняя последний приказ и тоскливо глядя на человека. Тот отчего-то медлил, не давая новых приказов. Почему-то этот человек, отмеченный зеленым контуром, был сейчас гораздо страшнее, чем ракеты и андроиды вместе взятые. От тех можно было попробовать увернуться, а от человека напротив — Антон вдруг понял это особенно четко — не получится. — DEX, — выплюнул капитан, чуть шевельнув бластером, — запустить… Система среагировала слишком поздно: может, помешала рухнувшая секвойя, а может, отвлек человек, но огромная предупреждающая надпись вспыхнула в тот момент, когда киборг уже увидел приближающуюся черную точку. А в следующее мгновение небо смешалось с землей, встав на дыбы огненной стеной, и где-то там, в эпицентре взрыва, остались люди, вместе со своими приказами. Ударившая в открытую дверь ракета не оставила им ни единого шанса. Антона отбросило взрывной волной, протащило по песку и с силой швырнуло на вывороченное с корнями дерево, приложив головой о торчащий валун.