За кадром

В голове гудело и трещало, а перед глазами прыгали разноцветные всполохи вперемешку то ли с буквами, то ли с цифрами. А еще звенело в ушах. Если Илье и представлялся кибернетический ад, то примерно как-то так, да. Вот ровно такой какафонией всего и сразу. Хотя, помнится, Димка утверждал, что в аду должен быть и климат неплохой, и общество приятное, а не вот это вот все. Буквы начали складываться во что-то знакомое: кажется, процессор выбрал самое удачное время рассказать Илье, что именно у него сломалось. — Системы жизнеобеспечения в норме… — бухтел корабельный искин, пытаясь донести до окружающих какую-то очень важную, но тоже несвоевременную информацию. Илья пошевелил рукой, а потом ногой, начиная подозревать, что он пока не умер, но близок к этому. Кажется, в какой-то момент его просто выкинуло из пилотского кресла и попыталось размазать ровным слоем по рубке — он помнил, как пытался удержать корабль ровно, но их все-равно закручивало, тащило вбок, а штурвал выдирался из рук. Наверное, будь он человеком, не удержал бы, но он был киборгом. А потом все же вырвало и закрутило, и ударило, но кажется уже после того, как червоточина схлопнулась за спиной. Илья, вслушиваясь в мерное бормотание искина, заподозрил, что в этот раз он выбрал весь свой лимит удачи, за всю жизнь вперед. Вот так пройти червоточину и отделаться поцарапанной обшивкой — тут никакого умения не хватит, чистое везение нужно. Да еще сам почти цел, ушибы не в счет. Полоумная пассажирка тоже вроде жива, если верить искину. — А мы где? — остановил доклад Илья, не дожидаясь, пока искин закончит диагностику всех малозначимых узлов; генератор воздуха в порядке, двигатели тоже, остальное подождет. — До ближайшей гасилки нам сколько? — Сто восемьдесят три часа, — услужливо сообщил механический голос. Илья немного подвис, пытаясь сообразить, сколько это, а потом громко выругался. Нет, гневить мироздание не стоило, могло быть куда хуже, чем неделя, но… Пока он доберется до гасилки, а значит и до зоны связи, Руднев в поисках своего стажера успеет разнести тот сектор по молекулам. И прибить капитана Ричечи с особой жестокостью. А еще обещанная встреча с сэром Томасом — они столько готовились, и будет не просто обидно на нее не успеть, это будет провал. Можно будет признать свою полную некомпетентность и уходить из СБ, правы были те, кто говорил: «Ты же не DEX, куда ты лезешь…». В углу рубки лежали две темные бутылки (киборг, притащивший сумасшедшую пленницу, принес и выторгованное Ильей вино и тоже оставил на полу) — как ни странно, совершенно целые. Ему не хватило совсем немного удачи, самую каплю, чтобы вывалиться рядом с гасилкой, но мироздание решило, что пара бутылок лезарийского важнее. А еще эта психованная в каюте. Кстати, насчет психованной… Илья задумчиво посмотрел на пульт. Как она умудрилась активировать прыжковые двигатели? Ну да, он сам перевел пульт в ручной режим, но это же надо так точно попасть… Она что, киборг? В голове все еще трещало, и Илья закрыл глаза. Ему вдруг подумалась очень простая мысль: а не слишком ли легко досталась рейнджер? Он ее не выторговал, ее просто всучили: сначала зачем-то показали, потом напомнили, а потом практически вынудили забрать. Вот так легко отдали девицу, в голове которой компромата на пожизненное для капитана Ричечи и всей его команды. Нет, наркоторговец, конечно, особым умом не отличался, но выходило слишком тупо даже для него. А главное — он сам повелся, как ребенок на конфетку. Агент, мать его! Под прикрытием! Илья даже зажмурился от отчаянья, представив, что именно ему скажет Руднев, когда до него доберется. И что добавит Королев, когда Илья приползет на Мэтту. Получается, у него борту «подсадная утка» и забирать рейнджера было никак нельзя, а он забрал, подставив всех. И как она все же попала по пульту? Если она киборг и он не видит ее процессора, то получается - она Bond. С сэра Томаса станется подсунуть ему Bond`a, чтобы выяснить, кто там так активно в друзья набивается. Какой же он, Илья, дурак… — Перевести управление в автоматический режим, — спохватился Илья, сообразив, что неуправляемая яхта дрейфует непонятно куда. ­­– Двигаемся к гасилке. — Управление переведено в автоматический режим, — благосклонно согласился искин. Илья встал с пола, стараясь не трясти головой — ну, чтобы процессор о череп не стукался. В любом случае заставить яхту двигаться быстрее он был не в состоянии, до связи еще неделя, а значит, эту проблему надо пока отложить и заняться другой проблемой, той, что заперта в каюте. Пленница уже не лежала, а сидела, но у другой стены, не там, где ее бросил Илья. Мебель тоже валялась как попало; на месте устояла только огромная, непонятно-сколько-спальная кровать, занимающая добрую половину каюты. Илья вернул на место тонконогий стол, попутно отпихнув ногой свалившуюся с него фигурку, и поднял кресло. Сел и уставился на пленницу. Ни больше, ни меньше избитой за это время она не стала, было непонятно — видит она его или нет, но однозначно слышит, при его появлении дернулась и села ровнее. Илья откинулся на спинку и сложил руки на груди. И все-таки не ясно, зачем человеку наркобарона их убивать? Да еще таким нетривиальным способом. Может, все же рейнджер, а капитан Ричечи еще тупее, чем они думали? Или у него, Ильи, идеальная репутация душегуба, не зря легенду прорабатывали? А может, она просто человек и действительно случайно запустила генератор, а собиралась лишь попрыгать и нарисоваться героем, чтобы Илья кинулся ее успокаивать и рассказывать, что он сам коп?.. Тут бы и спалился. В любом случае, легенду придется старательно поддерживать, пока он точно не узнает из какой психушки девица сбежала. — Ну, и за чем ты это сделала? — протянул Илья, наконец определившись со стратегией — А если бы погибли? — Жаль не погибли, — хрипло выплюнула сумасшедшая. Ненависти в голосе было столько, что не боли у Ильи так сильно голова, он бы точно задумался: а может киборг вообще выдать такие эмоции? Если он не Кир, конечно. Но голова болела, и Илья сказал: — Давай сразу договоримся: я киборг и справиться ты со мной не сможешь. Да, киборг, разумный и все такое. И если тебе хотелось умереть — могла бы мне словами сказать, я тебе так бы голову оторвал, а яхту портить незачем. Она денег стоит, между прочим. Новость о его киберсущности никаких эмоций у девицы не вызвала, и Илья мысленно добавил плюсик на сторону «враг». Значит, и так знает, кто он такой, а если Bond, то понятно, почему удивление не изобразила, все возможные алгоритмы не пропишешь… — Ну так убей. …Или ей просто плевать на то, кто он. — Зачем? А жить тебе чем не нравится? — Вот только не надо… — девица попыталась сесть ровнее, но вышло у нее так себе. — Я слышала, куда ты хочешь меня продать. — Ты слышала то, что я сказал этим людям, — невозмутимо парировал Илья, — а не то, что я собираюсь делать. — И зачем ты тогда меня забрал? — Я тебя купил, — педантично уточнил Илья. — А зачем… Ну, скажем так, в тот момент это была выгодная сделка. И я пока не решил, что мне с тобой делать… может, отпустить? Чокнутая гостья промолчала, и Илья продолжил: — Почему бы и нет? Интересно, что вы чувствуете, когда совершаете нелогичные поступки… Но пока мне хочется только выбросить тебя за борт, так что не беси меня. И даже почти не соврал. — И что мне надо делать, чтобы… не бесить? «Точно Bond», — мрачно подумал Илья, — «Человек бы с ее повреждениями лежал и стонал, а эта зубы скалит». — Зовут тебя как? — Янка, — имя прозвучало с короткой заминкой, но все же прозвучало. — Ильяс, — представился Илья, решив не уточнять полное имя гостьи, все равно своим он отправит ее биометрию, пусть по базам ее настоящее имя ищут…или серийный номер. — Раздевайся и в душ. Извини, но от тебя ужасно воняет. Илья если и преувеличил, то саму малость, пахло от гостьи действительно не очень, и вымыть ту надо было хотя бы во избежание сепсиса. В туалет они, что ли, ее не водили? Да и кровь смыть надо. Янка не шевельнулась. — Помочь? — учтиво предложил Илья. — Или сама справишься? — Тронешь меня — пожалеешь. Илья встал и вежливо уведомил: — Насилие не входит в зону моих интересов, так что раздевайся, и я отведу тебя в душ. Аптечка нашлась на камбузе, медотсека как такового на яхте не было: быстро развернутая схема корабля показала, что помимо каюты у них есть рубка, кладовка, камбуз, отгороженный декоративной перегородкой от столовой, плавно переходящей в некое подобие гостиной. В целом на этом яхта заканчивалась, ну так ее никто грузовиком и не считал, просто дорогая игрушка для приятного времяпрепровождения. Укомплектована аптечка была по всем правилам, и обезболивающее там было. Илья зарядил медицинский пистолет и вернулся обратно в каюту. Если Янка и собиралась выполнить приказ, то по ней это было совершенно не заметно. Илья молча опустился на пол рядом с гостьей, так же без лишних слов сделал укол, а потом дернул девушку вверх, поднимая на ноги. Можно было отнести ее сразу в душ, не сложно, но Илья подозревал, что возиться с ее раздеванием в тесной душевой кабинке будет неудобно, лучше уж тут все снять. Особенно если сопротивляться начнет. Девушка дернулась, пытаясь неубедительно вырваться, и Илья лениво предупредил: — Либо ты моешься, либо вали с моего корабля, но вакуумом дышать холодно, еще простудишься. Сработало, трепыхаться девица перестала. Илья стянул с нее остатки футболки, чертыхнулся и вернул девицу на пол: вытряхнуть ее из уже расстегнутых и так держащихся чудом штанов было не сложно, а вот стоя снимать ботинки было неудобно. Илья бросил грязные шмотки на пол и, подхватив Янку на руки, двинулся к неприметной двери в углу комнаты. Дверь услужливо отползла в сторону. Илья шагнул в проем, поудобнее перехватил девушку, собираясь аккуратно сгрузить ту на пол, и… едва не озвучил вслух то, что первым пришло в голову при виде того, что на схеме было скромно обозначено, как санузел. А также то, что он думает про конструктора яхты и извращенца, который ее купил. Комната размерами не уступала каюте, а то и превосходила ее: пол, стены и потолок были отделаны черным мрамором, отчего помещение слегка напоминало гробницу, особенно золотая ванна-саркофаг по центру и светильники в виде факелов по углам этой монументальной купели. К ванне вели ступени. Но главное было даже не это, а огромный панорамный иллюминатор во всю стену, немного заползающий на потолок и пол, отчего казалось, что ванна, как погребальная ладья викингов, медленно и печально плывет в вечность. Кровавые отблески фонарей только добавляли колорита. Ничего похожего на душ тут не было. «Наполнить ванну» — мрачно приказал искину Илья, переходя на невербальный способ общения и надеясь, что тут не принято купаться в свежем молоке и крови юных девственниц. Тут же зашумела вода, вырываясь из позолоченных форсунок. Вроде вполне обычная. — Добавить масла? Пены? Включить аромалампы? — искин решил, что голосом будет проще. — Давай пену, — буркнул Илья, сгружая Яну на бортик ванны, и предвосхищая следующий вопрос искина, быстро добавил: — Любую. — Я сама. Илья удивленно приподнял бровь, но, видимо, обезболивающие подействовали, и сидела Яна достаточно ровно, не пытаясь свалиться в ванну и утонуть. Ну, сама так сама. Илья пододвинул плошку с жидким мылом (тоже мраморную), не увидел никаких мочалок и решил не искать, дабы не наталкивать гостью на мысль, что он понятия не имеет, есть тут вообще мочалки или нет. Лучше сделать вид, что и так нормально. На первый взгляд в помещении ничего не было такого, что можно было сломать, даже Bond вряд ли сможет отковырять мраморные плиты, чтобы добраться до коммуникаций и затопить яхту, в крайнем случае искин тревогу поднимет. Илья дождался, пока Яна неуклюже перевалится через бортик, явно пытаясь не застонать, и пошел к выходу. Грязные вещи так и валялись на полу. Илья поднял джинсы и с интересом посмотрел на ремень: кожаный, с вытисненным узором и металлической пряжкой в форме змеиной головы (даже двух), вся остальная часть змеи тоже присутствовала, зачем-то намотанная на ремень. Забавная вещица и явно недешевая, странно что падкий до всяких побрякушек капитан Ричечи ее не забрал. Точно Bond. Короткая инспекция показала, что такой примитивной вещи, как стиральная машинка, на борту нет. Зато был винный шкаф с одинокой бутылкой коньяка, массажное кресло и еще один панорамный иллюминатор, на этот раз в гостиной. Хозяин яхты ну очень любил космос, даже огромную шкуру бросил перед иллюминатором, явно планируя тут возлежать с бокалом и в хорошей компании. Сейчас хозяин яхты воссидел в одной из федеральных тюрем, и оставалось надеяться, что там компания ему подходит. Илья задумчиво посмотрел на грязные джинсы, решительно вытащил ремень, кинул его на полку, а все остальное собрал в кучу, включая ботинки, и так же кучей сунул в мусороприемник: представить себя отстирывающим все это в мраморной ванне не получилось; хранить этот пахучий ком тоже не хотелось. Ничего, на гасилке наверняка есть какой-нибудь магазин, а в шкафу какая-нибудь одежда… Крышка мусорки захлопнулась, и Илья сообразил, что шкаф надо было проверить до того, как он все выбросил. Все-таки, похоже, головой он стукнулся сильнее, чем считает процессор. Одежда в шкафу была. Илья только помянул добрым словом майора Белкину и ее трепетное отношение к проработке легенды. Ну вот что ей стоило кинуть в шкаф пару футболок и спортивные штаны? И что ему теперь делать с расшитым золотыми павлинами шелковым халатом? И тапочки в тон не забыли положить. Белье было, мужское, и, как бы помягче выразиться, очень подходящее по стилю золотым павлинам, тоже несколько с «искрой». М-да. С другой стороны, он же мизантроп и эстет, его чувства в любом случае должны оскорбиться при виде старых джинсов и тяжелых ботинок, так что Янке придется смириться с павлинами. Хотя вон там еще один халат есть, синий с розами. Может уступить. Зато к обеспечению продуктами отдел майора Белкиной подошел со всей ответственностью: обязательный по регламенту неприкосновенный запас пайков был на месте, а значит с голода они точно за неделю не умрут. Холодильник тоже был полным, даже виноград сунули. Илья педантично убрал обе подаренные бутылки вина в шкаф и, прихватив большое полотенце, пошел выуживать Янку из ванны. За время его недолгого отсутствия ничего в мраморном склепе не случилось. И не изменилось. Светильники багровели, пена пенилась, звезды загадочно светили и посреди всего этого великолепия умирала валькирия. Илья даже дернулся к ванне, но система идентифицировала объект живым. Янка как сползла в ванну, так и осталась сидеть, безвольно уронив голову на бортик и не шевелясь. Илья вздохнул. Bond она или человек, но били ее по-настоящему, даже непонятно, зачем так сильно, можно было не так убедительно легенду обеспечивать. — Убей меня тут, — хрипло изрекла валькирия, — будь человеком. — Нет, — вежливо отказался Илья, — во-первых, после смерти у вашего вида расслабляются все мышцы и получится крайне негигиенично, а во-вторых, я не могу быть человеком. Ты помылась? — Как воду включить? — Яна все-таки села, и стало понятно, что волосы намылить она смогла, а дальше силы закончились. Илья озадачено моргнул: про главное-то он и забыл. Где здесь все-таки душ? И туалет… Вот был бы он DEX`ом, просканировал бы стены и все, но в его модель такую полезную функцию производители встроить забыли. Никто не планировал, что Илье придется принимать на борту гостей, тем более вражеских агентов, и легенда была рассчитана максимум на легкое и быстрое сканирование помещения чужим киборгом: халат на месте, виноград тоже, и даже сыр с плесенью на деревянном подносе лежит, а чужих никого, как и договаривались. Посмотрели? Убедились? А теперь разрешите вас проводить… Илья наткнулся взглядом на сенсорную панель — черную на черном — и мысленно выругался. Ну кто так строит… Маркировка на кнопках отсутствовала. Спрашивать искин он уже не решался, цифровой хозяин яхты напрочь отказывал от невербального общения, и рисковать не стоило: сейчас ляпнет что-нибудь, объясняй потом про вирусы. Илья решительно ткнул пальцем в ближайшую кнопку, так и не рассмотрев, что на ней нарисовано, и надеясь, что случайно не откроет шлюз. Вода тут же запузырилась, шипя и окончательно окрашиваясь красным, а в воздухе начал разливаться дивный запах спелой клубники. Заодно включилась подсветка кнопок, и Илья быстро нажал еще и среднюю, украшенную значком душа. Пару секунд ничего не происходило, а потом в изголовье ванны медленно поднялись три изогнутые лейки, окончательно превращая ванну в ладью викингов, развернутую к вечности задом. — Вода, — проинформировал Илья. Яна молча поднялась и, пошатнувшись, встала под включившиеся лейки. Илья чуть склонил голову к плечу, рассматривая пленницу. Невысокая, крепкая, с четко прорисованным рельефом мышц, темные кудрявые волосы заканчивались чуть выше лопаток кривой волной — так, словно кто-то, собрав волосы в кулак, просто взмахнул ножом, отсекая лишнее, вон, одна прядь явно длиннее остальных. Лицо за последние два часа опухло еще сильнее. Илья нахмурился, сообразив, что прежде чем тащить девицу в джакузи, стоило проверить на внутренние повреждения, а то она стоит как-то скособочившись. Хорошо DEX`ам, тем одного взгляда хватает, чтобы сломанные ребра посчитать, а ему приходится по старинке, руками. И делать это было проще на кровати. Куда Илья и передислоцировал Янку, педантично дождавшись, пока та закончит торчать под душем. — Лежи, — Илья надавил на плечо, заставляя попытавшуюся сесть Янку опять упасть на кровать, — не мешай мне тебя лечить. — А ты меня лечишь? — Угу, — меланхолично подтвердил Илья, прикинув, что из доступных лекарств у него мазь от ушибов и пять ампул обезболивающего. Не густо. Интересно, зачем они все-таки ее так избили? Специально, чтобы у него не осталось выхода и он рванул с ней в больницу, попутно размахивая жетоном? А оттуда бы она как раз и связалась со своими хозяевами… Илья положил обе ладони на грудь девушки и медленно повел их вниз, к животу, искренне надеясь, что сканер не доложит сейчас о подозрениях на внутреннее кровотечение. Он же не DEX, чтобы в полевых условиях прямой массаж сердца делать… хотя это скорее к Mary. В любом случае, у него самая бестолковая прошивка, если начнут отказывать почки он сможет только поцеловать ее на прощание, имеющаяся у него медицинская программа была на то и программой первой помощи, чтобы пластырь наклеить и врачей вызвать. С последним была беда, пластырь он тоже в аптечке не заметил. — Насиловали? На бедре наливался черным кровоподтек, такой характерный, от пятерни. — Пытались… я этому уроду нос откусила… Илья вспомнил механика с нашлепкой на носу и хмыкнул. — Попытаешься тронуть — и тебе откушу. Илья промолчал, насиловать он никого не собирался, а значит, и его нос был в полной безопасности, в этом он был уверен, а вот в порядочности команды капитана Ричечи — нет. Вряд ли бы их остановил один откушенный нос, если не тронули… точно матрешка сэра Томаса. Ну, либо Илья слишком плохо думает о людях, может, там только один урод был. Тюбика крема как раз хватило, чтобы ровным слоем намазать лицо, грудь и спину. Илья сделал еще один укол обезболивающего, а потом добавил еще ампулу, судя по маркировке — универсальное жаропонижающее и противовоспалительное. Странно, но результаты «ручного» сканирования были вполне приемлемыми, никаких очагов с резкой температурной аномалией и сломанных костей он не нашел, и это тоже наталкивало на мысль о полученном приказе «сильно не уродовать». Или о повышенной плотности костей. — Ну все, можешь регенерацию запускать, — мрачно предложил Илья, оглядываясь. Кровать была монументальной, с мягким кожаным изголовьем, окантованным металлическими завитками… удобная штука. Искин, конечно, бдит, и все такое, но лучше бы девицу как-то зафиксировать, чтобы дать себе хоть немного свободы и не отслеживать постоянно: нет ли кого в рубке, желающего отправить их в очередной прыжок. Да и искину Илья не сильно доверял, кто там знает этих Bond`ов, взломает еще… Нет, старая добрая веревка надежнее. Илья выдвинул ящик тумбочки — просто посмотреть, нет ли там какого-нибудь шнурка, — и чуть не захлопнул обратно, бросив быстрый взгляд на Яну. Хозяин яхты был еще тем затейником… или это коллеги постарались? Такой прозрачный намек на его, Ильи, прошивку. Вот сволочи! Лучше бы силовые наручники положил… Вот зачем спрашивается ему нужна колода карт и... Илья, отодвинув в сторону ошейник, потянул за торчащее кольцо. Не силовые, конечно, но и не игрушка из секс-шопа. Вполне добротные наручники, похоже из титанового сплава. — Извини, — сказал Илья, застегивая наручник, — но на еще один прыжок у нас нет ресурсов. Отдыхай. Янка никак не среагировала, и Илья угрюмо подумал, что если она их порвет (или сломает подголовник) вопросов о том, кто у него в гостях, не останется. На каждом корабле время было свое, меняющееся в зависимости от порта приписки, желания экипажа и настроения капитана. А иногда и просто так. Легко может оказаться, что у соседа по очереди к гасилке раннее утро, а у той яхты, что только выпрыгнула из червоточины, время обеда или вечернего чая. Все службы федеральной СБ жили по базовому времени Гринвичского меридиана, несмотря на то, что последний был за тысячу парсеков, и встреча с капитаном Ричечи пришлась на поздний вечер, да еще потом они, совершенно случайно, через червоточину немного попрыгали. И время уже подползало к середине ночи. Не то, чтобы Илья сильно хотел спать, скорее побыть немного в тишине. Просто чтобы привести голову в порядок… может, заодно та болеть перестанет. Илья посмотрел на Янку и решил, что готовить ужин точно будет избыточным, вряд ли в таком состоянии она хочет есть. А значит, всю суету можно отложить до утра. «Включить душ», — приказал Илья и, захватив халат с павлинами, двинулся в помывочный саркофаг. Искин команду выполнил, и Илья заподозрил, что тупой на этом корабле все-таки он сам. Во-первых, он не понял, зачем это приказал, в во-вторых — почему не приказал раньше. Правая стенка уехала в сторону, открывая нормальный санузел, с раковиной, душем и, что самое главное, человеческим освещением. Искин даже заботливо погасил светильники у ванны-саркофага. Илья решил, что оплакивать свой интеллект поздно и вообще, все претензии к конструктору, и меланхолично исправился: «Наполни ванну, а это закрой». — Записать новую команду? — вежливо уточнил искин, опять зажигая светильники. — Обойдусь, — проворчал Илья, раздеваясь. — А пену можешь налить. Вечность за иллюминатором была все также загадочна и молчалива. Илья лег в ванну, удобно устраивая голову на мягком подголовнике. Он никогда не испытывал пиетета перед космосом: когда тот каждый день в иллюминаторе, то восхищаться как-то устаешь. Бояться смертельную бездну тоже не выходило. Он вообще не очень умел бояться, его прошивка не включала ту легендарную чуйку, что была у DEX`ов, и это не было преувеличением. Это надо постоянно держать активным режим телохранителя, чтобы на каждый шорох реагировать, что крайне энергозатратно и утомительно, а результат будет все равно хуже, чем у боевого киборга. Да и вообще, он сплошное недоразумение, а не киборг. У него не было боевого опыта Дэна, гениальности Сашки, звериной интуиции Кира, все, что он мог сам, это улыбаться. В любой непонятной ситуации улыбайся, и кто-нибудь тебе поможет! Тут просить помощи было не у кого. Это на станции все считали своим долгом помочь Iren`у, жалко, убогий же, еще убьется. Даже тот факт, что он командовал ротой боевых киборгов, не утешал, а скорее добивал самооценку: он отлично понимал, что дали ему самых маленьких и неконфликтных. Попади он в роту Кира, ему бы в первый день голову оторвали… в прямом смысле. И то, что он три года отучился в академии СБ, получив диплом с отличием, — не помогало. Умнее он точно не стал, иначе так глупо бы не вляпался. Звезды молчали, булькающая вода создавала ощущение невесомости, а призрачный свет окончательно отодвинул реальность назад, в темноту, за рваную границу света. Илья закрыл глаза. «Ладно, лейтенант, ты облажался, но ты пока жив, а значит можно отыграться». Ни одного козыря у него не было, но что Илья умел хорошо, так это блефовать. В академии играть с ним в карты рисковали только самые отчаянные, даже под честное слово «не включать процессор», так что еще вопрос кто кого. Томас не учел, что агент может не только собирать информацию, но быть ее источником, и у Ильи куча времени, чтобы выяснить, что за шкатулку с сюрпризом ему подсунули. И кто знает, может, в результате он принесет Рудневу этого сэра Томаса на блюдечке. Перевязанного бантиком.