НЕЖНЕЕ ВОЛКА ЗВЕРЯ НЕТ ИЛИ АНГЕЛЫ СТУЧАТСЯ КРУГЛОСУТОЧНО

***

– ЧТО? ПИГАЛИЦУ? НЕТ! – ОШЕЛОМЛЕННЫЙ, Джейми не заметил, как подскочил на ноги и тут же с удивлением обнаружил, что тело его, как и тело Клэр, осталось лежать рядом с ней, замершее в той же странной недвижимости. Что за... черт?! Это все-таки сон?! Ладно, с этим он потом разберется, сейчас не важно! Девочка! – Ну, а кого еще? У тебя что, здесь так много девчонок развелось? Джейми вдруг с щемящей тоской осознал, что этот маленький, неприкаянный воробышек была уже его, его девочкой. Он взял ее под свою защиту, он уже представлял, как она выздоровеет, и они... откормят ее и... отогреют, и она будет... всегда с ними. Он не даст ее в обиду никому теперь! Он защитит бедное дитя... – Нет, стой! Погоди. За что?! Вернее, куда?! Почему?! Господи Иисусе! Она еще так мала. Не надо, прошу, не забирайте ее! – выкрикнул он с тихим болезненным рыком. – Мы опять что-то делаем не так, тьютор? – Не кипятись. Это бессмысленно. Все уже решено, Фрейзер. Твое мнение в этом вопросе учитываться не будет, прости. Хотя благодаря тебе она достойно прошла специально организованные сложнейшие испытания с миссией помощника и, надо сказать, проявила в них недюжинную смелость и силу. Она ведь совершенно искренне стремилась защитить тебя, Фрейзер. Джейми с резью в сердце вспомнил, как неловко и трогательно девчушка старалась опекать его в трудную минуту. А сама... Сама не успела сбежать! – Она сделала это, несмотря на то, что подвергалась суровой опасности. Не сомневайся, никаких корыстных мотивов, чтобы она там не говорила – только добрая воля и честное желание. Как сказал один ваш мудрец, деяния – единственная правда. Так и есть. Могла ведь сбежать через свою дыру, которую выкопала. Но... осталась. Представь, ради тебя. – Да... я уже понял, – Джейми почувствовал, как мир вокруг тяжко дрогнул. – Да, Фрейзер. Но не переживай ты так, это было ее собственное прохождение. Она выполнила свое Великое Служение с полной отдачей и, таким образом, сразу подвинулась на несколько уровней. Ей и так оставалось немного до уровня наблюдателя. Ее сущность специально поместили в этот исключительный террариум, чтобы испытать, сможет ли она быть тем, кем для нее планируется. Теперь она заслуженно шагнула сразу на третью ступень и станет наблюдателем-помощником третьего ранга с правами быстрого реагирования. Так что я ее забираю. Но она очень просила дать ей возможность попрощаться с тобой. В связи с этим, решено было раскрыть для тебя некоторую информацию. Иначе, ты не понял бы смысла всего этого. Думал бы, что она просто умерла от раны. А это не так. – Попрощаться? – растерянно пробормотал Джейми, чувствуя, как острая тяжесть непоправимости болезненно стиснула грудь. – Так это и есть твой сюрприз, да? Какая же ты все-таки сволочь, организатор! – Ничего личного, Фрейзер. Это всего лишь работа. Прости. Джейми скрипнул зубами от катастрофической невозможности пробить эту глухую стену. – Постой!.. Но она же мне жизнь спасла! Неужели для вас это не имеет значения? – Похоже, ты меня совсем не слышишь, парень. Для этого ее и включили в твое прохождение. Без этой особи твое тело уже было бы разрушено и восстановлению, как носитель сущности, не подлежало. Попросту говоря, оно давно бы уже лежало в могиле. Ситуация была смоделирована четко – либо твоя земная жизнь, либо ее. Сложный выбор, скажи, – Джо с азартом художника потер то, что походило на руки, отчего пламя вокруг него снова увеличило интенсивность. – Эх, как я люблю организовывать подобные штуки, где действительно все на грани! Впрочем, как я уже говорил, это все в твоем вкусе, Фрейзер. Уж что-что, а скучать рядом с тобой точно не приходится. Все время ухо востро надо держать. Даже, признаться, не успеваю я за тобой с организацией. Вечно ты со своей свободой воли куда-нибудь встреваешь, сильно даже моделировать ничего не приходиться. Наоборот, нужно помощников держать наготове и подсылать их тебе без конца. Присматривать за тобой, признаться, не сильно великое удовольствие. Дюже хлопотно. – Смоделирована?! Джейми почти не вникал в словесные потоки, исходящие от Синего, поскольку его с головой захолонули отвращение и топкая беспомощность. И как он забыл!.. Он опять прошел через ад, а это все оказалось хладнокровно смоделированно?! Звучит, как безобидная игра, но ведь это была совсем даже не игра: гнев, боль и страх были настоящими! Он вновь с щемящим ужасом осознал запредельную циничность этой их системы так называемого образования. И свое безграничное бессилие перед ней. Он готов был вцепиться в Синего, если бы не осознавал полную бессмысленность в том, чтобы отколошматить прозрачный сгусток тумана. Ублюдки! Даже Сам Иисус для них очередной выпавший винтик, который не справился со своим заданием!.. Да пошли вы со своей дьявольской целесообразностью, когда сердце так рвется! – Послушай, – Синий, кажется, смотрел на собеседника с некоторым сочувствием, – ты сейчас не можешь осознать грандиозность всего замысла, поскольку твое тело с его бесконечными эмоциями тебе не дает, но как только ты хмм... попозже... выйдешь за пределы и начнешь мыслить трансцендентно, то ты поймешь. И... оценишь, надеюсь. Джейми заметил, как, в отличие от голубого собеседника, от него самого, то есть от его странной, свободной от тела ипостаси исходит яркое, трепещущее свечение, и цвет почему-то выглядел, как зеленоватый. Он чувствовал сейчас, как всполохи этой энергии бесконтрольно разрастались, расплескиваясь по сторонам. И у него при этом создавалось стойкое ощущение, что внутри все кипит, будто в бурлящем котле, мешая ему мыслить трезво и хладнокровно, как было необходимо в данный момент для того, чтобы найти нужные слова. Он постоял с минуту, отрешаясь от происходящего и пытаясь успокоить клокочущее жжение в области груди. Потом попробовал еще раз: – Но я же хотел!.. Я буду!.. Клянусь! Мы позаботимся о ней. Послушай, она и не пожила вовсе. Не видела никакой... СОВЕРШЕННО НИКАКОЙ ЛЮБВИ! Так нельзя! Да что у вас, ублюдки?.. Совсем сердца нет?! Мать вашу раз так! Эта ваша целесо... образность... она хуже... хуже всего мирового зла вместе взятого, ей Богу! – Джейми мысленно почти вопил от бессилия, нахлынувшего едкой волной. – Ну, послушай, ты же... ты же организатор, черти тебя раздери! Сделай так, чтобы она осталась! – Фрейзер, да отрешись ты от своих мелочных интересов и услышь меня, наконец! Для нее уже нет смысла в этой жизни. Ее ждет следующий, более продвинутый виток. И потом, ты же видишь: ее тело-носитель сильно изувечено, и, кроме того, оно для этого времени неизлечимо больно. Прости, мне не дана способность исцелять тела. Пока не положена по статусу. И даже если рана на ее голове не была бы смертельной, через пару лет она все равно умрет от сифилиса. Она – шлюха. Ты помнишь? И она уже как следует заражена. В ее организме начались необратимые изменения. – Моя жена... Она вылечит ее! Она сможет. Этот ее... п-пенициллин. Он поможет! – Нет, у нее нет сейчас достаточно этого лекарства, и появится еще не скоро. Без лечения девочка умрет в мучениях через пару-тройку лет. И для вас она не будет безопасной. Нужно будет все время держать ее на расстоянии. Сифилис может быть слишком заразен. Мы не можем так рисковать. Джейми почувствовал некоторое облегчение. – Так я не заражен сейчас? – Сейчас – нет. Хотя ты поступал опрометчиво, когда ел с девочкой из одной чашки. Бактерии сифилиса быстро передаются через влажный контакт и открытые раны. Но мы не планировали заражение, это было бы слишком жестокое испытание. А для тебя на данном этапе – бессмысленное. – Ох. Ну, хоть одна хорошая новость. Мою задницу теперь оставят в покое. – Знаешь, – Синий стал подозрительно заботлив, – гарантии на сто процентов никогда нельзя дать, так что я бы не особо сопротивлялся на твоем месте. Для профилактики полезно. – Так. Стоп. Я заражен или нет, организатор? – Джейми упрямо полыхнул зеленым пламенем. Джо внимательно уставился на его неподвижное тело, лежащее в мертвецком сне. – На первый взгляд, заражения я не вижу, но нельзя сказать наверняка. Бактерии все же дело такое – спонтанное, управлять ими сложно. Иногда они напрочь выходят из под контроля. Так что, лучше бы ты потерпел несколько раз, чем потом пожалеть. – Ой, ну понятно... Кто б сомневался? Это же ваш излюбленный способ обучения – прогонять мою задницу через особо изощренные пытки. – Ну знаешь, как там у вас говорят, мало ума в голове задает много работы для ног... особенно, для верхней их части, да? – Ну шутки шутить ты у нас тут хорошо выучился, я вижу. – С кем поведешься, как говорится... тот и научит. – Пф-ф-ф... Да черт с вами, что хотите со мной делайте, только девочку не забирайте! – Послушай, Фрейзер, ваше с Клэр обучение еще не закончено, а дальнейший план для вас уже составлен. И туда не входит это создание с ее опасной заразой. – Создание?! Особь?! Да что б вас! Но разрешите хотя бы попробовать! Наверняка мы справимся! Придумаем что-нибудь. – Нет, Фрейзер. Это как раз то сомнительное добро, которое приводит к плохим последствиям. И, прежде всего, конечно, для той же девочки. Ее благо – это уйти сейчас относительно безболезненно. Если ты отбросишь свои эгоистичные эмоции и подумаешь трезво, то, надеюсь, поймешь это. И отпустишь ее. Это и есть та любовь, о которой я говорил. Все остальное – твои личные заморочки, прости. – Да пошел ты! Дьявол синий! Я не отдам ее! Сущность тихонько завибрировала, будто бы от смеха. – Как ты себе это представляешь, дружище? – Не знаю пока! – Ты опять замахиваешься на такие вещи, Фрейзер, что даже Создатель осуществить, порой, не в состоянии. Гордыня, мой милый, это смертный грех. Даже в Библии написано. И ничему-то тебя жизнь, упрямца, не учит. Придется, кажется, организовать для тебя еще пару-другую головомоек, чтобы слегка сбавить твою вселенскую спесь. Пойми, процесс запущен и его уже не остановить, чего б там тебе не хотелось с твоим узким элементарным мировоззрением. – Мпф-м-м... – Чем фыркать, словно кипящий самовар, ты лучше сейчас сосредоточься на том, чтобы попрощаться с ней. Пусть уйдет спокойно – она этого заслужила. Она ведь действительно спасла твое тело для дальнейшей земной жизни. Дала тебе возможность далее набираться опыта и продвигаться, а не начинать практически с нуля на предыдущей ступени. Потому что ты, по всем нашим критериям, еще не готов, чтобы перейти на следующую. Джейми замер, внимательно рассматривая непрошибаемого тьютора, потом устало мотнул головой. – Не понимаю я этой вашей любви? Как можно дать умереть человеку во имя любви?! – Очень просто. Если твой любимый человек мучается, разве ты не помог бы ему? Даже если бы пришлось убить. – Не знаю. Наверное, я бы попытался спасти для начала. – И продлил бы его мучения, его тяжкую агонию, лишь бы остаться хорошим парнем. Да? – Боже. Я не знаю. Я не хочу делать такой выбор. Но если придется... – Ты убьешь, я знаю. – Наверное. – Ты убьешь, это ясно. Поэтому мы не будем организовывать тебе такое испытание... – О, благодарю! – ...если ты пройдешь его сейчас. С девочкой. Отпусти ее. Поверь, для нее так будет лучше по всем статьям. – Но как же?.. – Что «как же»? – Ведь Бог есть безграничная любовь. Так в писании сказано. – Он и есть, не сомневайся. – Почему Он немилосерден к этому несчастному ребенку? – Любовь и милосердие – часто это разные вещи, Фрейзер. Разные. Все, что ты видишь вокруг себя, и все, что ты переживаешь, имеет прямое отношение к любви. Даже так называемое зло человек совершает, по большому счету, из стремления получить любовь. И когда тебе слишком больно или приходится причинять боль другому – все это о любви. – Я не понимаю... – ВСЕ, ЧТО ПРОИСХОДИТ С ВАМИ – НЕ СЛУЧАЙНО, а лишь для того, чтобы показать дорогу. «Имеющий глаза, да увидит...» Помнишь? Любовь – это проводник. К Свету. Вот такая она, любовь Всевышнего. Бескомпромиссная и суровая. И она есть истинное милосердие, на самом деле. Высокая цель оправдывает любые средства. Разве нет? Джо приблизился почти вплотную, и Джейми почувствовал непрерывное тягучее движение, исходящее от синей субстанции, а, вместе с тем, искрящее острое покалывание по всей своей удивительно-прозрачной ипостаси. Его зеленоватую оболочку как-бы слегка затягивало в этот пульсирующий голубой водоворот и, в то же время, мягко отторгало. – Послушай, извини, – шотландец всем нутром ощутил прощальные мысли видения, – если я заставил тебя узнать вещи, которые могут изменить твои убеждения. Поверь, иногда некоторые убеждения мешают жить. И лучше бы их слегка пересмотреть. Но, кажется, ты готов был это услышать. Просто то, что ты узнал, никак не меняет то, во что ты верил. Это взгляд немного с другого ракурса. – Да, – Джейми упрямо склонил голову, – в основном ничего не изменится, полагаю. Я все равно буду верить во что могу и хочу. – Несомненно. Но если ты как следует поразмыслишь, то увидишь, что истина где-то рядом... – Еще только один вопрос, организатор. Можно? – Слушаю тебя. – Как понять тогда, скажи? – Понять что? – Что есть ваша Истинная Справедливость, которой нужно держаться? Ведь так и вправду с ума можно сойти в этой путанице. – Думаю, все ответы там, Фрейзер, в Книге книг. Она вам для того и дана, чтобы следовать к Истине. Специально написана, чтобы показать туда верный путь. Читай первоисточник и не доверяй толкованиям. Как раз они наводят путаницу. – Понятно. Ладно. Тогда прощай, мистер тьютор. – Удачи тебе, Фрейзер. – Благодарю. Как я представляю, в свете нашей содержательной беседы, она мне еще ой как понадобится. Пламенеющий образ ничего не ответил, только еле заметно качнул своей прозрачной головой. И вроде как улыбнулся. На прощание.