За кадром

Зои. Какие же смешные эти люди! – Подумала я в тот вечер, закрывая от усталости глаза. Смешные, что грех обижаться. А все потому, что они просто любят, когда их рассеянно целуют в голое плечо, когда им мирно сопят в шею, переплетают пальцы, сцепляя их в замок. Какие же они смешные – любят, когда гладят их волосы, мягко перебирая пальчиками все локоны, когда мирно проводят ладошкой по животу, по рукам, отчего волосинки встают дыбом и приятный холодок пробегает по телу. Смешные – молчат, удовлетворенно прикрывая глаза. Слушают жаркий шепот – пугливый, робкий, то ли от страха, то ли от искренности… Я смотрела на Анну, которая уже спала некоторое время, мирно положив голове мне на грудь. Ее волосы растрепались, облепляя мою белоснежную кожу, ее рука мирно покоилась на моем животе, ноги переплеты с моими. И как это могло не радовать меня? Нежное и щемящее чувство внутри рвалось наружу. Надо же, я впервые боялась потерять ее, крепче сжимая в своих объятиях, но по-прежнему так, чтобы не разбудить сладко сопящую брюнетку. Это было незабываемое, по истине незабываемое, чувство, когда ее чуть влажная от страстных минут кожа, прилипала к моей собственной, когда ее дыхание тихо забивалось в мои ключицы… И мне так не хотелось отпускать ее из своих объятий – обратно к Сэту. Боже, можно так с ума сойти… …Но она ушла. Любовники так или иначе уходят, неторопливо выбираясь из твоей кровати, мучая тебя до последнего момента, до последнего вздоха. До хлопка двери. Она, как мне показалось, и правда не хотела уходить, лениво вставая, так же лениво ища свои вещи… Черт! И все это время я молча наблюдала за ней, скрипя зубами, с диким желанием вновь прижаться к ее теплому телу… Но я была бессильна. Она ходила нагая по комнате, собирая свои вещи, в то время как я молча любовалась ее слегка помятым телом, ее утренними растрепанными волосами, еще не до конца проснувшимися глазами. - Я знаю, о чем ты думаешь… - не выдержала брюнетка, уставши повернувшись ко мне. - И о чем же? – тихо спросила я, лишь на секунду отвернувшись от нее. - Что я сейчас должна вернуться к Сэту… - задумчиво протянула та, присаживаясь на край кровати, - а ты этого не хочешь. - А должно быть иначе? - Нет… я чувствую себя немного неловко. – Она вновь подорвалась, натягивая на себя футболку, создалось впечатление, ей вдруг захотелось уйти. Я тихо вздохнула, отводя взгляд. Что мне нужно было сказать? Как я хочу, чтобы она осталась? Она бы все равно ушла, так или иначе. Любовники, в конечном итоге, все равно уходят, тут ты как ни крути. И она молча собралась, не тревожа меня лишними разговорами, которые разрывают душу изнутри, которые заставляют меня хотеть, чтобы она осталась… Я пыталась думать о чем-то другом, чтобы отвлечься от этих мыслей, но в голове были лишь картинки с наших бурных дней и ночей, в ушах по-прежнему ютился звук ее сладких, громких, иногда демонстративных стонов. Спина до сих пор приятно ныла от ее ногтей, которые оставляли глубокие царапины. Вся шея, без зазрений совести, была увешана багряными засосами, но я совсем не обижалась на нее. Я спустила ноги с кровати, уже пятую минуту потупившись в пол, и, готова поклясться, я чувствовала ее взгляд на своей спине… Анна понимала, как тяжело мне смириться с тем, что она уходит. И я знала, что она не ходила уходить, но ей пришлось. Поэтому, не тратя время на пустые разговоры… она тихо удалилась из комнаты, медленно, словно искала причины остаться, спускалась вниз по крутой лестнице. Она спускалась так медленно, что каждый ее шаг – громко отдавался у меня в ушах, заставляя мое сердце разрываться на части. Она искала хоть малейший повод остаться, передумать, - но так и не нашла этого… И тогда я услышала, как скрипнула входная дверь, открывая ее взор на улицу. Она потопталась пару секунд у порога, замешкавшись, после чего вышла. … И тогда я услышала хлопок двери. Она ушла. Вскоре начались съемки, которые только все усложнили в десятки раз. Анна старательно избегала меня, как будто испугалась чего-то, как будто хотела уйти от проблем, хотя сама постоянно повторяла мне: «Не беги от проблем, Зои, сами собой они не решатся», а теперь… - Анна, постой же, нам нужно поговорить! – Устало бежала вслед за ней я по узкому коридору вдоль гримерок. - Я не могу, у Ксении что-то стряслось, - не оборачиваясь, кинула она, приоткрывая дверь брюнетки, - все потом. … Потом. Понурив плечи, я вновь развернулась, бредя в неизвестном направлении. Все это заставляло меня чувствовать себя ненужной, обманутой, одинокой. Внутри душа тихонько и мучительно разрывалась на части, остро реагируя на поведение Анны. Я предполагала, что могут возникнуть проблемы, напряженные отношения после того, что произошло, но такой ситуации я даже не представляла себе. Как назло совместных сцен с Анной сегодня не было, все оборачивалось совсем не в мою сторону. Я уже совсем расстроилась, как обнаружила брюнетку беседующую с Крисом около выхода со съемочной площадки. Решив, наконец, все выяснить, я решительно подошла к ребятам, отрывая от разговору подругу: - Нам нужно поговорить. – Сухо и твердо выпалила я, не обращая внимания на ее негодующий взгляд. - Я сейчас не могу, - запротестовала она, вновь обернувшись в мужчине. - Можешь. – Схватив ее за локоть, я силой потащила девушку к выходу, слыша позади растерянный голос Криса. - Мы договорим позже Анна. Пока, Зои! Мы вышли на улицу, чуть отходя в строну от чужих глаз и ушей, которые были ни к чему. Брюнетка старательно избегала взгляда со мной, да и со стороны было видно, что ей неуютно находится рядом, все это задевало меня за живое, раздражая больше обычного. Она смотрела по сторонам – куда угодно, но только не на меня. Руки сложила на груди и выжидала колкой речи от меня. В то время как во мне соревновали два чувства: жгучее желание оттолкнуть ее, сделать больно и прижать к себе, покрывая поцелуями бархатную кожу. Но обида выливалась наружу, снося все попытки притормозить в своих словах: - Что происходит, Анна? – спросила я, едва сдерживая свой гнев, - получила свое и сбегаешь? Она едва заметно вздрогнула, будто это как-то задело ее, хотя едва ли. По-прежнему не смотря на меня, брюнетка оглядывалась по сторонам, нарочно отходя от меня дальше, как будто боялась того, что я обниму ее, прижимая к себе. - Тебе… тебе следует помириться с Алекс. – Она старалась говорить размеренно и спокойно, дабы не вызвать подозрение, что что-то не так, но подобные фокусы с ее стороны обходили меня мимо. - Тебя ведь не это заботит, верно? – Зло спросила я, хватая ее за руку и резко притягивая к себе, чувствуя ее теплое взволнованное дыхание у себя на лице. Она дернулась, вырываясь из моих объятий, которые и объятиями-то не назовешь. Делая шаг назад, она вновь уставилась куда-то, не желая ни при каких условиях смотреть на меня. - Я не могу так поступить с Сэтом, Зои… - Тихо протянула она, старательно пряча глаза от моего пристального взгляда. - Только тогда ты об этом не думала! – Крича в душе, громко произнесла я, безвольно отпуская ее руку, видя, как она пугливо пятится назад. - Прости… Она всегда только и могла выдавливать из себя это несчастное: «Прости», как будто это хоть как-то примиряло меня с ней, успокаивало вздыбленную шерсть, но с ее «прости» - все только усугублялось. Кровь гневно вскипала внутри, а желание сделать ей было становилось все сильнее. И ее идиотское «прости» - никак не беспокоило меня. - Да пошла ты к черту, Анна! – Нагрубила я и, резко развернувшись, рванула к своей машине, оставляя брюнетку наедине с собой. Когда остаешься сам с собой, разбитый и никчемный, у тебя есть много времени подумать. Просто подумать над тем, что происходит вокруг тебя. Правда это не всегда заканчивается так радужно, как хотелось бы, но во всяком случае, у тебя есть время подумать над этим… Когда я первый раз встретила Анну у меня и в голове не было мысли о том, что когда-нибудь, несколько лет спустя, я смогу так привыкнуть к этому человеку и искренне полюбить его. Я не думала, что когда-нибудь мы сможем смеяться над идиотскими шутками, глушить вино вечерами, кататься по Торонто на машине, на полную громкость включая любимые песни. Надо же… Только сейчас все изменилось, но был бы выход у людей, которых тянет друг к другу – все было бы иначе. Но этого выхода у меня, у нас – не было. Но я не разочарована, я должна была предвидеть такое отношение Анны к себе, во всяком случае, она бы никогда не ушла от Сэта, а я слишком люблю Алекс. Во всяком случае – у нас был отличный секс, и никто не говорил о большем. Секс и любовь – слишком разные вещи, хотя о любви никто не говорил. В таком слишком трудно, почти невозможно, признаться себе, имея любимого человека, а в ее случае – мужа. Конечно, то чувство внизу живота, приглашающее тебя на жаркую ночь – никак не говорило о любви… Все мы люди, а людям свойственно хотеть. И ничего уж с этим не поделаешь… Но только почему теперь мое сердце разрывается, глядя на то, что Анна смущается моего присутствия, глядя, как она отводит глаза, что ей не нравятся мои прикосновения… а еще пару ночей назад, она сгорала от страсти под моими руками, она сама цеплялась за меня, просила не останавливаться… Черт! Почему, если есть место только для страсти, я не могу смириться с тем, что все так? Мне не хватает ее, и это самая очевидная вещь из всех, которые я могу понять… …Надо же, я совсем забыла о предстоящем интервью, как раз посвященную к концу третьего сезона. Осталось совсем ничего до конца съемок, и больше ничего не будет. Мы приехали на место проведение как раз вовремя, ожидая выхода в зал, где уже упоительно шумели фанаты, предвозбужденно ожидая наше появление. И вот этот момент, когда ведущий объявляет всех по именам. И по иронии судьбы, мы с Анной сидели как раз вместе, стараясь не показывать смущения и всяческих неудобств – это никого не волнует. Начались бесконечные вопросы, разговоры по теме и без нее, эти дружественные шутки, все в обычном режиме. И только когда вопросы касались Лорен и Бо мы вскользь оборачивались с Анной друг к другу, отвечая. Внутри все вздрагивало, едва мой взгляд сталкивался с ее, сталкиваясь с ее ненастойчивой улыбкой, будто ничего не произошло и никогда не происходило. И вновь вопросы, самые желанный и запретные: «Так чем все кончится? Кому придется радоваться: команде Дайсона или команде Лорен?». Я опустила взгляд в пол, стараясь подавить улыбку, будто не знала ответа. Крис же откровенно скалился, будто все должно было закончится именно в его сторону, а Анна и вовсе растерялась, так как не могла раскрыть все карты. Иначе, где же тут интрига? Но, пожалуй, даже не это было самым шокирующим вопросом. Иногда, люди и сами не понимают, когда и что спрашивают, хотят тот самый вопрос выглядел почти безобидным: «Многие актеры встречаются только на съемках и их связывают только профессиональные отношения. А как обстоят дела в вашей команде? Можете ли вы назвать друг друга друзьями, собраться после съемок и просто отдохнуть?». Что-то неприятно сжалось в груди, и я едва поборола желание взглянуть на Анну, которая выжидала ответа кого-нибудь из команды. Но боковым зрением я все же заметила, как брюнетка покосилась на меня, растерянно наблюдая за моим безразличным лицом. В тот раз отвечал Крис на пару с Ксенией, и только потом мы с Анной вставили несколько слов, неловко перебивая друг друга, украдкой заглядывая друг другу в глаза. Было невыносимо больше находится там, немедленно хотелось поехать домой, принять горячую ванну и лечь спать, забыв обо всем… …Я сидела в гримерке, уныло пересматривая фотографии на мобильном телефоне, которые сделала за последние несколько дней. Такая уж дурацкая привычка. Неожиданно дверь сзади скрипнула и, обернувшись, я заметила Анну, которая не спеша подходила ко мне, будто боялась, что я выставлю ее вон. Но я не вымолвила ни слова, молча наблюдая за тем, как она подходит ближе, выжидающе садится напротив меня. Видно, ожидая мне хоть какой-то реакции, девушка пристально наблюдала за мной, но не встретив никакого интереса в моих глазах, произнесла: - Через две недели заканчиваются съемки… Я дернула плечами, отворачиваясь к зеркалу, всем своим видом показывая, что эта информация для меня не новая. И мне вообще все равно. В зеркале я видела ее отражение, брюнетка все еще смотрела на меня, нервно перебирая пуговички на кофточке. Я на секунду крепко закрыла глаза, чтобы больше не выдавать себя слабой перед ней, я больше не хотела зависеть от нее, ждать ее взглядов, ее слов… Я больше вообще не хотела томиться в ожидании ее. - И мы с Сэтом собираемся переехать. – Молчу, глотая раздражение и привязанность к той, которая этого не стоит. – Вообще… уехать из Канады. Вне внутри неприятно вздрогнуло, пугливо сжалось. И я бы расплакалась, ей Богу расплакалась, неумелыми злыми слезами, если бы она не сидела рядом. И вряд ли она заметила, как недобро сжались мои кулаки, а губы стали чуть уже. Больше всего мне хотелось, чтобы она ушла, оставила меня в покое… Но не уезжала, нет… Нет, нет, нет… осознание этого факта пришло спустя минуты, по-прежнему сидя в кресле… Неужели все должно было закончится именно так? - Ты так ничего и не скажешь мне? – Понизила голос Анна, вместо того, чтобы накричать на меня. На что я неоднозначно дернула плечами, тяжело вздохнув. Она должна была просто уйти, чтобы не увидеть в моих покрасневших глазах озлобленные предательские слезы. И она ушла, тихо вставая с небольшого стола, удаляясь из гримерки. …Уезжаешь, - думала я, зло смахивая настойчивые слезы, не видя ни единого выхода, - уезжай, беги, проблемы от этого не решатся. От обиды искусывая все губы, я не могла найти себе места в тесной гримерке, бродя туда-сюда, изменяя комнату шагами – неразмеренными, торопливыми. Уезжай! Все со временем забудется, все так или иначе забывается… Грех на нее было обижаться, ведь по логике вещей не может закончиться то, что и не начиналось. Ничего не начиналось, я сама все себе придумала, накрутила… Ведь никто не говорил о том, что Анна питает ко мне чувства… Съемки общих сцен прошли быстро и как по маслу, никаких сомнений в нашей актерской игре не возникало и слава богу! Только в обеденный перерыв я, наконец, смогла вырваться оттуда, суетливо переходя через дорогу, чтобы выпить кофе и немного перекусить. Одна. Надо же, вот хрень, я и сама не заметила, как одиноко мне без Анны, которая всегда составляла мне надежную компанию. Одиноко усаживаясь за стол, я сделала обычный заказ, и какого было мое удивление, когда даже официант, улыбаясь, спросил меня о том, не придет ли моя черноволосая подруга? Я хмуро отрицательно качнула головой, угрюмо ожидая своего заказа. А когда добродушный парень все же принес мой нехитрый обед, я полностью поглотилась им, пытаясь выбросить дурацкие мысли из головы о том, что мне не над чем смеяться, давясь пастой. Я очнулась лишь от того, когда ко мне вновь подошел официант, и уже было подумала, что не доплатила бедняга за что-то, как тут раздался уверенный голос: - Мне только черный кофе, пожалуйста. И вот в тот самый момент, паста застряла прямо посреди горла, заставляя меня судорожно сделать несколько глотков кофе, чтобы проглотить пищу. - Раньше ты так не волновалась в моем присутствии. – Я не видела лицо Анны, но чувствовала, что она улыбается. Решив не замечать ее, я вновь вернулась к поеданию пасты, невозмутимо чувствуя себя в одиночестве. Но она вмиг развеяла мои мысли, нагло нагнувшись вперед, накрывая своей рукой мою руку. И вновь то забытое чувство волнения… - Зои, мы можем поговорить? – Спросила она, вплотную глядя на меня, как бы я ни старалась опустить взгляд. - Ты не видишь, я занята? – Попыталась грубо ответить я, но, все еще чувствуя ее руку, получилось лишь невнятное бормотание с претензией на строгость. Она вновь улыбнулась мне, после чего взяла свой кофе из рук официанта, провожая его взглядом. - Ты думаешь это не самое лучшее время? - И место… - оторвавшись от пасты и, наконец, подняв голову, я столкнулась с ее глазами, полными сосредоточенности и желанием все обсудить. – Нам не о чем разговаривать, Анна, будь честна… - Я знаю, что вела себя некрасиво… - Тише проговорила она, всем своим видом выражая, как ей жаль. Теперь не хватает ее коронного: «Прости», но она не торопится произносить его. - Это не совсем то определение, - с сомнением протягиваю я, делая глоток горячей жидкости, - я на самом деле думаю, что каждый из нас сделал выводы. Она замолчала на несколько минут, задумчиво потягивая свой кофе. И мне уже показалось, что наш разговор закончен, как неожиданно Анна продолжила: - А что если выводы не правильные? – Я удивленно кинула на нее взгляд, всем видом стараясь оставаться невозмутимой, хотя мне казалось, что мое бешено колотящиеся сердце слышно на весь ресторан. - Что ты хочешь? – Сдалась я, обессилено понимая, что она крутит мной, как захочет. - Встретимся вечером? - Нет, Анна. – Резко отвечаю я, зная, куда это заведет. – Чего ты хочешь? - Брось, Зои, - обиженно надула губы та, чуть наклоняясь вперед так, что глубокое декольте очутилось прямо перед моими глазами, - я просто хочу поговорить с тобой по душам… - А что, если у кого-то из нас нет души? – Тонко намекнула я, намеренно съязвив, начиная вновь злиться из-за того, что я нахожу ее слишком привлекательной. - Я буду ждать тебя в восемь вечера в парке Авеню около входа. Реши для себя сама хочешь ты того или нет… Я уважаю твой выбор. - Я не приду, Анна! – Она лишь пожала плечами, выходя из-за стола… …И только у самого входа, обернувшись вновь повторила: - Я буду ждать тебя в восемь. Черт! Ну и кто я после этого? Слабачка! Вдалеке заметила ее силуэт, нетерпеливо стоящий у входа. Было уже достаточно холодно, и я искренне надеялась, что не заставила Анну долго ждать себя. Черт бы побрал эту идею, прийти к ней – сюда. Она заметила меня, в ожидании продолжая стоять на месте, пока я не подошла к ней. Анна стояла и глупо улыбалась: - Ты пришла… - Пришла. – Я кивнула, разглядывая ее по-детски счастливое лицо. – Я до сих пор не считаю это хорошей идеей… - Зои. – Она вмиг стала серьезной и, подойдя ко мне, взяла меня под руку, медленно шагая вперед. – Мы ведь можем быть откровенны? - Я всегда была с тобой честна, Анна… Она вновь улыбнулась, беззлобно поглядывая на меня. И вот, казалось бы, все как раньше – мы старые друзья, вечерняя прогулка, только моему сердцу все еще что-то не давало покоя… - Прости меня… я испугалась. Пойми, я никогда не чувствовала подобное к девушке… это пугало меня, Зои… - Поэтому, ты решила переспать со мной и делать вид, что ничего не произошло? – стало отчего-то неприятно, я мягко вырвала свою руку, чуть отдалившись от нее. Впрочем, она не сделала больше никаких попыток приблизиться. - Черт, я вела себя как полная идиотка, я знаю, что все это не правильно… И я прошу извинить меня. Я хочу, чтобы ты знала, ты гораздо больше мне, чем просто друг… - Неужели? – нагло ухмыльнулась, пытаясь унять ноющую боль внутри. - …Как бы там не было, я привязалась к тебе, и я действительно скучаю без тебя, не могу найти себе места… - Что-то не заметно… - Я понимаю, что моя жизнь без тебя уже не та, что была прежде. Ты внесла в нее столько своего, столько себя, что… черт, - глядя, как я издевательски улыбаюсь, она разозлилась, - ты можешь перестать идиотски улыбаться? - Прости, просто мне смешно все это слышать… Ненавижу врать, но приходится, чтобы не наступить на те же грабли. Чтобы вновь не утонуть в ее глазах… Представляю, чего ей стоило не потерять самообладание так, что она продолжила. - И знаешь, я никогда не забуду тебя… я буду помнить каждую минуту, проведенную рядом с тобой, каждую секунду… но ты должна понять меня. - Конечно, Анна, - я видела, как она испугалась, пугливо делая шаг назад, едва заметила стоящие в моих глазах слезы, с все той же идиотской улыбкой на лице, - именно поэтому ты решила уехать с Сэтом. - Зои… я… я… Господи, это просто необходимо. - Действительно? – Уже отвернувшись, я старалась подавить подкатившие слезы. - Мы же не дадим жить друг другу… - Внезапно я почувствовала, что она остановилась сзади, больше не идя за мной. Обернувшись, я заметила отражение слез в ее глазах. «Врешь мне все», - назло пронеслось в моей голове, пока я так стояла и наблюдала за брюнеткой. - Тебе не стоило искать меня. - Взяв себя в руки окончательно, я медленно пошла по аллее, надеясь, что она оставит меня в покое. Мне безумно надоело быть в подвешенном состоянии, подобно марионетке в ее руках. Однако, делая очередной шаг, я услышала хруст чужих шагов позади. Анна шла следом, делая вид, что не замечает меня. - Зачем ты идешь за мной? - не выдержала я, однако, не остановилась. - Я могу идти туда, куда посчитаю нужным - прищурилась Анна, пряча руки в карманы. Я, не обращая внимания на фокусы брюнетки, ускорила шаг, быстрее двигаясь вперед к своему дому. Девушка же шла за мной, так же ускорив шаг, хотя ее дом был – в противоположном направлении. - Да у тебя духу не хватает! – Выпалила она сзади, нагоняя меня. - Конечно, я же не такая смелая как ты, - съязвила я, видя впереди свой дом, желая как можно скорее оказаться в нем, чтобы избавиться от надоедливой Анны. - Боишься признаться себе, что тебе понравилось, - тяжело дыша, продолжила она, - что ты, черт возьми, без ума от меня… - Я всегда знала, что с фантазией у тебя все в порядке… - И вот, почти порог… - Скажешь не так? Ты трусиха, Зои! - Перестань меня донимать, иди домой! – Не оборачиваясь, зло задышала я. – Я не хочу это обсуждать… - Боишься сделать что-то не так? Да? Наверное, тебе тяжело держать себя в руках… «Порог, Боже… где эти чертовы ключи?». - Потому что готова сорваться в любую секунду... – Она неугомонна, все еще сзади, но сейчас я уйду… Суетливо проворачиваю дрожащими руками ключ в замке. Грудь изнеможенно заныла… - Убирайся, Анна! – Зло повернувшись к ней, прокричала я, показывая рукой, чтобы она немедленно ушла. Но брюнетка неожиданно накинулась на меня, крепко прижимая мой затылок к себе, страстно впиваясь в мои губы болезненным целуем. Ее язык, не топчась на месте, снес все преграды, нагло распахивая мои губы. Желание дерзко пробежалась по всему телу, умоляюще заныло внизу живота, заставляя меня сходить с ума. Анна горячо и часто задышала, на секунду оторвавшись от меня. - Остановись… Она совсем не хотела слушать меня, нагло вталкивая меня в собственный дом, громко захлопывая за собой дверь. Даже не удосужившись включить свет, Анна протолкнула меня в гостиную, вспоминая хоть что-то к чему меня можно было припечатать… И пока мы продвигались внутрь, я успела задеть какие-то настенные рамки, которые с шумом разбились о пол. Все время спотыкаясь обо что-то, мы не прекратили попыток пройти в холл, все еще страстно прижимаясь друг к другу. Ее руки нетерпеливо пробирались под мою майку, дотрагиваясь до спины, отчего я выгибалась, шумно пытаясь ловить воздух. Наткнувшись на что-то, руками я ощутила небольшой комод, который стоял рядом со стеной… Анна, не думая ни о чем на свете, предусмотрительно высунув руки из-под моей майки, снесла руками все, что находилось на поверхности шкафчика. - Ты с ума сошла… - Едва слышно пробормотала я, усаживаясь сверху. Ее губы, оставившие меня на мгновение, тут же оказались на моих собственных. Руки, дрожа от нетерпения, расстегивали ширинку, спуская штаны… После чего вниз полетела моя куртка, а вслед за ней и майка… Анна же сама быстро стащила с себя вещи, оставаясь практически голой. Руками она притянула меня к себе, раздвигая ноги. Разум уже затмило желание, которые влажной горячей волной проносилось внизу, сметая все на своем пути, заставляя биться в агонии, дрожать от нетерпения. Быстро стянув с меня лифчик, Анна нагнулась ко мне, требовательно обхватывая сосок губами, покусывая его зубами, после чего обводя теплым языком. Я готова была поклясться, что это был лучший момент в моей жизни, от нахлынувших эмоций, я так крепко прижала ее к себе, так сильно впилась в ее плечи, что она застонала. То ли об боли, то ли от наслаждения… Хотя все это смешивалось в одну тягучую нить… Скользнув языком ниже, девушка оставляла за собой влажную дорожку, ведущую вниз… руки уверенно легли на мою грудь, сжимая под собой требующую ласк плоть. Я откинулась назад, ударившись о стену головой, когда она судорожно стала покрывать мелкими поцелуями внутреннюю часть бедер, усаживаясь передо мной на колени. Я ухватилась за край шкафчика, до боли впиваясь в него пальцами, до боли закусывая губы… Громкий продолжительный стон слетел с губ, когда она прикоснулась к самому интимному, яростно давая мне все то, чего так хотелось. Сходя с ума в агонии, я повторяла, словно в бреду, ее имя, дерзко и требовательно хватаясь за ее волосы. Еще никогда в жизни мне не было так хорошо с девушкой… Она прижималась все ближе ко мне, ритмично двигаясь внутри меня… И когда я вся обмякла, она привстала, соблазнительно облизывая свои губы, вновь целуя меня… Быстро спрыгнув с поверхности комода, я протолкнула девушку вперед, валя на мягкий диван, где было гораздо удобней заниматься любовью. Прикрывая глаза от нахлынувший нежности и любви к этой несносной брюнетке, я провела рукой от шеи к животу, заставляя ее выгнуться. Мягко отбросив лифчик на пол, в неясном свете уличных фонарей, я любовалась на Анну, огибая взглядом привлекательные формы. - Скажи… - На секунду заколебалась я. – Ты только за этим здесь? - Нет… - Растерянно ответила та, распахнув свои сумасшедшие глаза, - нет, Зои… И я поверила ей, придаваясь любви в лунном свете… …И после всего, что произошло мы решили сделать перерыв в отношениях с Алекс, чтобы потом привести все в порядок. С Анной же – мы решили держать все между собой, не давая никаких намеков другим о том, что нас что-то связывает. Мы всегда счастливо проводили время вместе, развлекаясь, как могли, отдавая себя целиком друг другу, прекрасно понимая, что рано или поздно это закончится. Именно поэтому – сейчас мы полностью уходили с головой друг в друга, наслаждаясь моментами, проведенными вместе. Это был самый бурный роман, который у меня когда либо был вообще. Думаю, у Анны тоже. Все две недели пронеслись вихрем над нашими головами, окончательно сорвав крышу дав задохнуться дыханием друг друга, давая утонуть в глаза друг друга. Анна дарила мне самые прекрасные моменты моей жизни, самые впечатляющие и невероятные. Мы развлекались так, как будто жили последние две недели, как будто больше никогда в жизни не увидим друг друга, не полюбим, не прижмемся телами… Как будто она больше никогда вежливо не протянет мне руку, улыбаясь и глядя в глаза. Боже, как же с ней было прекрасно находиться. Дни пролетали за считанные мгновения! Мы ходили, как нормальные люди в кинотеатры, гуляли в парках, катались на каруселях, визжа и крича, вечером накладывали целую тарелку бананового мороженого, садясь перед телевизором, по ночам она рассказывала мне сумасшедшие истории, много смеялась, по утрам я будила ее, принося завтра в постель. Все было именно так, как написано в большинстве сентиментальных книг… Жаль, что рано или поздно это должно было закончиться, хотя еще тогда я об этом не думала, предпочитая получать удовольствия от каждой секунды, проведенной с Анной. …Но все закончилось именно в тот день, когда снимали злополучные последние сцены. Последние счастливые сцены сериала. Весь день на площадке была такая суета, которое не было прежде. Настроение было смешанным: детская, переваливающая через края радость, смешанная со слезами и грустью. У меня и самой слезы наворачивались, глядя на ребят, которые так друг к другу привыкли. Как Ксения, улыбаясь и смахивая слезы прижималась к Крису, о чем-то говоря ему, Анна болтала с Коллинсом и Эриком, а тут и Питер взялся, подходя ко мне: - Ну, как настроение? – Спросил он, оглядываясь по сторонам, видно, тоже вдохновился всей этой атмосферой. - Дерьмово, - улыбнулась я, дружески хлопая его по плечу, из-за которого увидела взгляд брюнетки, обращенный ко мне. Все разрывалось изнутри, от того, что еще предстояло пережить. Самый последний эпизод, прощальная вечеринка, и все… Все… Господи. - Что так? – Приподнял бровь тот. - Ну знаешь, прошло столько так, мы все притерлись… будет всех вас не хватать… Прости, Питер, Эрик зовет к себе, видимо, сейчас будем снимать… Отходя от сценариста, я подошла к мужчине и Анне, которая осталась с ним наедине. - Ну что, вы готовы? – Тот обнял нас руками, чуть сжимая в своих объятиях. - Конечно… - Грустно улыбнулась я, поглядывая на брюнетку, в глазах которой стояли такие же печальные слезы. Она улыбалась в ответ, едва прикасаясь к моей руке своей. - Тогда снимаем… …И вот последние кадры. Последний раз в этом сериале на нас направляют камеры, последний раз Эрик говорит всем замолчать, свое надоевшее: «Камера, мотор»… Кроме нас с Анной в кадре все остальные герои – Трик, Хейл, Кензи и Дайсон… Мы сидели вокруг огромного стола, уставленного пивом и закусками. Наконец, в жизни каждого из героев все наладилось, каждый остался при своем и при этом безумно счастлив. Я почувствовала, как Анна взяла меня за руку под столом, хотя такого жеста не было прописано в сценарии, Эрик остался довольным, судя по его довольной улыбке. Я крепче сжала ее руку, чувствуя, как по телу проносится нервная дрожь. На лицах ребят была растерянная улыбка, все понимали, что это самый последний, самый трогательный эпизод, который уже раз и навсегда поставит точку в этом сериале, который причудливым образом успел перемешаться с личной жизнь… - Так или иначе, все наладилось… - Бархатный уверенный голос Дайсона коснулся моего уха, он обернулся в сторону меня и Бо, добродушно подмигивая, - мы все получили то, чего хотели… - Но это ведь не конец? – С ужасом прошептала Кензи, раскладывая фишки для покера. - Милая… - Заботливо улыбнулась Бо, глядя на свою подругу, но тут я перебила ее. - Что бы там ни было, это явно не конец… - Окидывая всех взглядом, я еще раз поняла, как буду скучать по ребятам… - Это только начало новой истории… - Подытожил Дайсон, легонько хватая Кенз за подбородок, любуясь ее острыми клыками. И она улыбнулась ему, оборачиваясь ко всем, по очереди одаряя каждого из нас пленительным, взволнованным и самым преданным взглядом, в котором стояли слезы… - У нас еще много не раскрытых преступлений, - усмехнулся сирена, громыхая пустым бокалом из-под пива. Все рассмеялись, разбирая фишки, чтобы, наконец, сыграть в покер. В кафе тихо играла музыка, подытоживающая все то, через что мы прошли, все вновь переглянулись… Лишь Трик недовольно встал из-за стола, спеша к бару: - Такими темпами вы выпьете весь мой запас… И вновь этот дружный смех… Многое еще впереди, возможно намного больше, чем можно себе представить, но лучше додумать самому… - Снято! – Громкий голос Эрика заставляет всех нас вздрогнуть. …И вот на голову сыпется из ниоткуда конфити, все поздравляют тебя, мы поздравляем друг друга, обнимаясь и целуясь. А вечером началась вечеринка в честь окончания съемок. Играла громкая музыка, было много гостей, помимо съемочной команды, было много выпивки и закусок. Всем было ужасно весело, и в то же время ужасно грустно расставаться со всеми. Мы все никак не могли отлипнуть друг от друга, крепче обнимая за спину. И только когда все хорошенько накачались алкоголем, Анна подошла ко мне, осторожно дотрагиваясь до моего плеча. Я вздрогнула и обернулась. Нам приходилось сегодня уже встречаться, но не стоять так близко. Теперь я в полную силу могла рассмотреть ее огненно красное платье, открывающее взор на пышную подтянутую грудь, стройную талию. Она выглядела обворожительно, впрочем, как и всегда… Хотя сегодня был особенный день. Ненавязчиво беря меня за пальчики, брюнетка повела меня в сторону от людских глаз, теряясь в толпе. Все это время мы молчали, и я действительно боялась, что мое сердце вот-вот вылетит из груди, прыгая прямо ей в руки… Господи, меня бросило в дрожь, а слезы вновь скопились в глазах, прокручивая в голове тот факт, что ей придется уехать… Мы больше не увидимся. - Не плачь. – Улыбнулась она сквозь слезы, наконец, остановившись в узком коридоре. – Только не плачь, Зои, иначе я не выдержу сама… - Не плачу я, - засмеялась я, но все же соленая струйка прошлась по щеке, скатываясь по шее. Она осторожно провела пальчиком по лицу, вытирая мои слезы, после чего торопливо взяла меня за руки, крепко-крепко сжимая их, будто не хотела меня отпускать… - Я хочу, чтобы ты знала… мне было безумно комфортно работать с тобой… И я хочу сказать тебе огромное спасибо за все те моменты, которые были здесь… Спасибо тебе за все… Я все сильнее закусывала губу, глядя в бесконечно влюбленные глаза Анны… у меня не хватало слов, эмоций, чтобы выразить все, что я чувствую. Сердце разрывалось на мелкие частички, все тело потряхивало… ноги подкосились… Я так хотела сказать ей, что не хочу, чтобы она уезжала, что она осталась со мной, но это все равно бы ничего не изменило… И, будто прочитав мои мысли, она вновь заговорила: - Мы уезжаем с Сэтом на днях, я прошу простить меня, Зои… - И ты, - сквозь слезы выдавила я, - ты тоже прости меня… В конце концов, мы обе понимали, что так нужно, и именно этим все должно было закончиться. Сомнения ютились внутри нас, но все рано или поздно заканчивается… Мы подарили друг другу незабываемое время, которое нельзя ничем заменить, заполнить чем-то другим… Мы были друг другу теми, кем хотели, просто наслаждаясь каждым мгновением. И мы были по-настоящему счастливы за это все. Быть может… еще когда-нибудь мы встретим друг друга… и, узнав родное лицо, обнимемся… Когда-нибудь… Я засмеялась как сумасшедшая, глотая соленые слезы, по-прежнему держа ее за руку. И она засмеялась, глотая слезы. Тогда я поняла, что это действительно помогает скрыть всю боль, которая разрывает тебя изнутри… - Мы еще когда-нибудь увидимся? – Робко спросила я, поднимая на нее нерешительный взгляд. - Несомненно…