Цветные

Расчет госпожи Яманака оказался верным. Ино со всей серьезностью и всем азартом подошла к будущей выставке. Если говорить о том, чем конкретно она занимается, то это можно охарактеризовать, как «помощь старшему брату». Благодаря маминому воспитанию и бизнесу девушка впитала в себя «всё самое нужное». Эту субботу Ино проводила у Сая. Вот, как представляется досуг молодой влюбленной пары в такой ситуации? Правильно, они работают. Нужно, наверное, упомянуть о сути выставки; всё это недельный фестиваль, проходящий по традиции в декабре, в честь зимнего солнцестояния. Вся неделя с 17 по 23 считается праздничной, по всему городу проходят мероприятия. Рабочие дни сокращены, школьники и студенты не учатся. Большинство покупает новогодние подарки именно в этот период. Суть именно в том, что выставка будет приурочена к праздникам. — Ты можешь одолжить мне немного красок? — Ино ломала голову, подбирая идеальный цвет. — Зачем? — Сай отложил карандаш и посмотрел на свою девушку. Сегодня им обоим не везет с вдохновением. — Хочу попробовать наглядно подобрать, мне кажется, так хоть с мертвой точки сдвинусь. А то красный…. Красный цвет — это слишком примитивно? — Ино встала из-за столешницы на кухне и спустилась с первых ступенек подиума, Шимура поднялся, сходил до соседней «комнаты» и, немного поискав, вернулся со старой коробкой красок. — Цвет не может быть примитивным, — спокойно произнес художник, снова садясь на диван. — Главное, что цветов и оттенков много. Как и цветов…. — вышел немножко каламбур, но Яманака не обратила внимания. Послав воздушный поцелуй, девушка снова села за каменную столешницу и сосредоточилась. Она положила квадратную черно-белую фотографию на обычный лист А4, закрепила скотчем сверху и попробовала схематично обозначить места, где должны быть цветы, красным акрилом. Девушка выдавила каплю из тюбика себе на палец и отрывистыми движениями обозначать скопления бутонов, начала с левого нижнего края листа. Она замарала ладонь, промахнулась пару раз, но потом, когда убрала руку, взглянула и поняла — это именно то. Именно так она поняла концепцию. Это все было неаккуратно, но Ино смотрела через призму воображения. И ей чертовски нравилось. Вместо клякс будут кровавые цветы. Точно не розы, Ино ещё не решила, что бы могло подойти, но точно не розы! Или всё же розы… Иногда хорошо иметь старшего брата, говорил бы он только, что вкладывает в свои творения. Что значат эти взрывы? Ино не знает. Но это значит лишь то, что нужно спросить. Сай был вполне готов к выставке, в которой тоже принимал участие практически наравне с Дейдарой. Отличие было в том, что для старшего Яманака была выделена целая комната в «Музее Аутентичных Сил Инсайдеров». Одна из трёх. Вторая была всегда занята одной их хозяев МАСИ — Конан. К тридцати шести годам она обрела определенную известность даже вне «тусовки», стала известным амбасадором массовой культуры. Её «Оригами» сошли с молотка за бешеные деньги. Саю такое и во снах не являлось. Как и подавляющему большинству творцов в принципе. Чем же по итогу был занят Шимура? Он пытался нарисовать Ино. Но всё никак не получалось. Ни разу с того дня, как он предложил ей встречаться. Перейдя порог «просто подруги» Ино перестала выходить. Он так надеялся на Ино, на ее длиннющие волосы. Он ставил на то, что ее портрет в образе какой-нибудь древней богини станет его шедевром. Но ее черты совсем перестали ложиться на бумагу. Вживую красиво лежащие волосы карандашу не поддавались, выглядели абсолютно уродливо. Это выбешивало! Когда он попросил все волосы убрать в хвост, черты ее лица перестали быть такими загадочными, хитрыми. У него на заводе она обжилась, совершенно не стеснялась, выглядела очень по-домашнему. Все девушки с его проданных и выставочных полотен — его бывшие. И они выходили, не все с первого раза. Они приходили к нему с вполне определенной целью, а не сидели и…. — Сай, господи, посмотри, это же просто нереально! — девушка с горящими глазами за несколько быстрых шагов подлетела к парню, вручила лист с фотографией и красными точками. — Ты только представь, издалека люди будут видеть только непонятные пятна, но потом они присмотрятся и там будут цветы! — она чуть не билась в экстазе от своей же идеи. Она была такой простой, но в воображении выглядела концептуальной и абсолютно идеальной! Шимура ничего не ответил, изучил эскиз и улыбнулся. По-нормальному улыбнулся. Однако Яманака это не устроило, пыл её слегка угас, и она с претензией спросила: — Что не так? — девушка сложила руки на груди. Сай не понял, почему она вдруг разозлилась (?). — Я… — Всё равно! — она хмыкнула. — Не ты же заказчик. Девушка уже развернулась, чтобы уйти, но лист был перехвачен. — Эй! — Ты на меня обиделась? — Сай не выглядел заигрывающим, он не шутил или что-то еще. Он спрашивал абсолютно серьезно. — Н-нет… — Ино растерялась. Каким образом она вообще могла показаться обиженной? Сай чуть склонил голову в бок. Задумчиво протянул: — Понятно. Хотел было задать еще какой-то вопрос, но не решился и, в общем-то, не задал. Он положил её эскиз на массивную черную табуретку сбоку от них. Она стоя наблюдала. Сай аккуратно взял её за руку, Ино едва подняла бровь. Он рванул её на себя, уронил на диван, она чуть не сломала запястье. — Предлагаю закончить на сегодня со всем этим, — сказал парень, нависая над Яманака. Девушка усмехнулась: — Давай. Шимура приблизился к её лицу, легко коснулся губ, скользнул горячими руками ниже к талии скрытой кашемировым свитером. Ино лукаво улыбнулась сквозь поцелуй, положила руки ему на плечи, тоже начала спускаться. И когда ее пальцы были на уровне его нижних ребер, но, к сожалению, не под его футболкой, она попробовала … — Ино! Что ты творишь! — Сай аж подорвался, однако девушку не отпустил. — Щекочу тебя, — Ино с удовольствием продолжила перебирать пальцами, Сай вопил. Потом он тоже пристроился к ее бокам, и закричала уже Яманака. Около минуты они, пытались перебороть друг друга, скукситься, закрыть все чувствительные части тела, но потом речь зашла о перемирии. (Иначе соседи бы точно вызвали полицию.) — На счет три хватит! — сквозь слёзы пыталась договориться Яманака. Она билась, как рыба на суше, вся разгоряченная и розовая. — Раз, два, три, — Сай очень быстро посчитал и оттолкнул от себя девушку. Оба хотели отдышаться, но уже через пару мгновений Ино уселась на нем как наездница, всё же продолжая глубоко вдыхать и выдыхать воздух. Шимура уставился ей в глаза, произошел как будто разряд. Она снова потянула руки к его животу, но он перехватил одну, потом вторую и придавил девушку к мягким подушкам всем весом, поменяв их позиции. — И что ты хотела сделать? — он налег на неё всем телом. Им обоим так было тяжелее, но недостаток кислорода и лицо напротив вызывали дикий восторг у каждого. — Да ничего особенного, — девушка попыталась сдуть мешающие пряди с глаз, но в первый раз не вышло, а на второй у неё просто не осталось сил. Шимура решил помочь своей незадачливой возлюбленной, перенес вес тела на руку, которая служила своеобразными наручниками для Яманака, и на одно колено, поставленное между её ног, чтобы реально не раздавить хрупкую девушку. Сай взял прядь ее светлых волос двумя пальцами и отодвинул за ухо. Короткие выбившиеся волосинки всё еще оставались на ее лице, но уже не мешали обзору. — Так нормально? — спросил он, не прерывая зрительного контакта. — Ага, — девушка дышала через слегка приоткрытый рот, явно чего-то ожидая. — А так? — парень наклонился к её шее и лизнул теплым, мокрым языком ушную раковину и подул в неё. Ино звонко рассмеялась и спрятала ухо, приложив его к своему плечу. — Не надо, — девушка расправила плечи, чтобы удобнее лечь. В ее голове была странная пустота. Как будто мыслей не было никаких и этот момент — это первое, что она переживает на этой бренной земле. Девушка смотрела на его губы и чувствовала себя в своей тарелке. Было приятно просто лежать рядом, так невинно и нежно… Послышался настойчивый стук в дверь: — Ну, наконец-то, — Яманака закатила глаза и отправила парня открывать дверь курьеру, между тем поправляя одежду.

***

Когда отец семейства целыми днями на работе, приходит поздней ночью, уходит ранним утром — в целом норма. Если он занимается важными вещами и почти не устраивает себе выходных — часто очень огорчает его семью. Шикамару, например, радовался бы, будь его отец дома чаще. Суйгецу упал бы в обморок, в хорошем смысле. Карин, увидев своего, сначала бы мысленно (а может и на словах) послала бы, но потом всё равно с радостью проводила время. Хината…. Собственно, что бы делала Хината? Или Неджи…. Или Ханаби. Когда Хиаши Хьюга был дома (каждую субботу), наступала тишина. В мире животных, он был бы совой. А его дети — мелкими грызунами. Вот наступает ночь, мышки прячутся по норам, а сова начинает охоту. В его понимании, видимо, единственное, что вообще должно волновать детей — это учеба. Не просто хорошая, а отличная. Поэтому по субботам все делали домашнее задание, закрывшись в своих норах комнатах. А когда домашки не оставалось — дети должны были учиться дальше, наперед. Неджи был отличником, поэтому он участвовал в Тройном Кубке. Хината училась превосходно, поэтому занималась танцами. Ханаби училась хорошо, но как было сказано, хорошо — не отлично. Ханаби ничем не занималась, только если репетитор по эгельскому может рассматриваться как хобби. С этим языком у Ханаби как раз и была проблема. Каждое утро субботы, после завтрака, отец просил показать ему оценки за прошедшую неделю. Каждое утро субботы для Ханаби начиналось выносом мозга. Но таковы правила этой семьи — получил что-то меньше 8: получай разбор полетов. Мягко говоря. Девочка пыталась объяснить отцу, что нет ее вины в том, что у неё ебанутая учительница по эгельскому, а с языком она справляется… Ханаби была упертой, часто спесивой, это не нравилось, наверное, никому в школе. Она, будь постарше, наверняка нашла бы подход к учителю-мужчине, с такой перчинкой в характере. Но Ханаби тринадцать, и у нее училка. Эта почти не скрывала к Ханаби своего предвзятого отношения. Но отцу этого не объяснить. И вот сегодня, среди 9 и 10 он нашел одну единственную 6. И довел дочь до слез. Самая младшая Хьюга убежала в свою комнату. Хината, укоризненно взглянув на отца, в мыслях которого однозначно звучало «вы мне еще спасибо скажете», решила попробовать успокоить сестру. Рискуя еще большими слезами, Хината постучала в дверь и вошла. Ханаби сидела на кровати, со злостью сжимая подушку и навзрыд дыша, пытаясь успокоиться, но потом снова заплакав. — У-у-у-ухадииииииииии, — было ей приветствием. Девушка остановилась у двери, захлопнув ее перед этим. Ханаби уткнулась в подушку и продолжила ритуал соляного очищения. И так продолжалось полминуты, пока Хината не подошла и не села. Совсем рядом, впритык. — Ну же, — девушка положила руку на вздрагивающую спину, начала слегка поглаживать, — все мы через это проходили — и я, и Неджи. — И чем м-меня это д-д-должно у-у-у-успокоить? — пуская слезы и сопли в наволочку, спросила Ханаби. — Тем, что ты не одна. — Да-да-да, конечно! — девочка резко, с яростью зыркнула на Хинату, а после снова уткнулась. Хината еще ближе придвинулась к младшей сестре и приобняла ту за плечи. На удивление, рыдающая мышка совсем не отреагировала. Девушка ожидала, что вот-вот Ханаби начнет брыкаться, но этого не происходило. А потом она вообще начала говорить: — О-он меня не-не-не-нена-навидииииит, — и слезы полились с новой силой. Девочка крепче сжала подушку, Хината крепче обняла сестру. Она хорошо понимала, что Ханаби, едва начиная приходить в норму, сама себя накручивает, но пусть уж лучше выплачет всё сейчас. — Помню, как Неджи точно так же успокаивал меня, — с улыбкой произнесла Хина, продолжая обнимая поглаживать сестру по плечу. — Это наша традиция. Через какое-то время Ханаби стихла, оторвала лицо от подушки, но смотрела в одну точку перед собой. — Что со мной не так? — абсолютно отчаявшаяся девочка выглядела так непривычно, но вряд ли Хината могла припомнить хоть один настолько близкий разговор с сестрой. — С тобой всё нормально. — Серьёзно? У меня нет нормальных друзей, из нас троих я самая тупая, эта сука занижает мне оценки! — Ты не тупая, просто эта сука занижает тебе оценки, — ласково лепетала Хината. — Разве у тебя нет друзей? — Представь себе! — Ханаби пожалела о наспех брошенных словах, но было уже поздно. — А как же Амеюри? — Мы давно уже не общаемся, — это, видимо, старший братец рассказал Хинате о "подружке". — Сказала, что со мной тяжело дружить. Девочка уже не понимала, почему говорит всё это сестре, и, притом, не задумывалась об этом, как будто это было чем-то обыденным. — Думаю, не смогу дать тебе совет насчет друзей, лучше поговори с Неджи, — задумавшись, прибавила. — Вы с ним очень похожи. Ханаби отстранилась, чтобы взглянуть на сестру: — А ты похожа на маму. Девочке стало очень неловко, когда она увидела, с каким удивлением на нее смотрит Хината. Старшая сестра даже приоткрыла рот, почти незаметно. Ее глаза странно метались по комнате. Через мгновение Хината встала с кровати: — Ладно, я, наверное, пойду, — и уже у выхода уверенно поймала взгляд Ханаби. — Если тебе будет одиноко, я тут, недалеко.