В глубинах космоса

      Ронум Корпорейшн угасал после победы в Двадцатилетней войне. Человечество будто бы замерло после ужаснейшей войны и боялось шелохнуться. От миллиардов остались миллионы, живущие теперь на Закстаноре II и убежищах Земли.       История — богатство, которое можно использовать во благо и во вред. Чтобы помнить и чтобы внушать. Строить на этом пропаганды и выделять уроки. Так и история Ронума: всякое можно рассказать об этой организации.       Государство, представляющее человечество, Ронум Корпоршейн, зародилось сразу же после свержения режима Аватари-нет. Новая корпорация разбиралась с полученной властью. Освобождала разум людей, спасала от векового рабства.       Космическая программа пришла с большим запозданием. Так много дел еще предстояло решить на Земле! Чего стоили ядерные пустоши Африки, где Аватари-нет сперва добыли все полезные ископаемые, затем использовали материк как плацдарм для испытаний оружия и развития бутафорских войн. Эта огромная мясорубка перемолола множество жизней, стерла природные зоны, уничтожила редких животных — все, что могло быть в Африке, теперь превратилось в радиоактивные пустоши.       А затем появились азуресы и их диковинная магия. Понимание мира менялось. Сам человек менялся, как никогда раньше. Вероятно, не произойди Двадцатилетней войны, то человечество обладало бы большими возможностями. А по итогу оно теперь пребывало в стагнации. А Земля и вовсе превратилось в страшное место.       Из всего экипажа Фрейи только София жила на старой Земле. Её рассказы о том времени слушали все без исключения. И она рассказывала о разном. Как всё начиналось и как всё закончилось. Никто не предполагал, что одно незначительное событие приведет к одной из кровопролитнейшей войны Человечества.       Кто-то говорил, что именно в Японии началась Двадцатилетняя война. Другие, что беда вырвалась из одной зоны отчуждения. Вариантов было много, главное, как подчеркнула София, множество городов поразила странная болезнь. Женщина, рассказывая, то и дело сравнивала события с зомби-апокалипсисом из фильмов. Катастрофа приняла безумный размах. И ни Ронум Корпорейшн, ни азуресы никак не могли помочь с новоявленной напастью.       Но не полчища зараженных стали основной бедой. Они представлялись началом конца. Пыль, брошенная в глаза, и мешающая увидеть главное — вторжение Легиона Парайи.       Раскол в обществе произошел, как только азуресы представили свой план по спасению: путешествие на Корабле-Матери к Закстанору II — их Родине. Величественный корабль строился с самого начала появления этих нелюдей. Азуресы предоставили выход из сложившейся ситуации. Поперек встали представители из ордена Черного пламени, призывая людей к борьбе. Для ордена, проведшего все время в тени и под чьим-то руководством, наступало новое время. Время своего возвышения. Это их расцвет. Подъем через море крови по горе трупов. И в тот момент люди разделились. На Земле остался орден, а остальные улетели на Закстанор II.       Орден каждый раз призывал к продолжению борьбы с Легионом Парайи, вместо жалкого бегства. Они обвиняли азуресов — и делают это до сих пор — что они развратили разум человека, используя людей в своих целях. А теперь на Земле никого нет, кроме служителей этой организации. Рыцари продолжают неустанную борьбу с остатками Парайи даже после окончания самой войны. Как и простой люд, оставшийся там случайно или по собственному решению.       Война приняла позиционный характер на долгое время. Ни Легион Парайи, ни орден Черного пламени не добивались существенных успехов, а Ронум тем временем развивался на Закстаноре II. Люди привыкали к новому дому, а азуресы занимались своими делами — они никогда не рассказывали о них и никогда не расскажут.       Тогда были найдены Даргот и Аракктур, как вольные планеты, благодаря дипломатии перешедшие под власть Ронум Корпорейшн. Официально, они и сейчас являлись частью корпорации. На деле же они все так же продолжали жить сами по себе, не играя роли на мировой арене.       Члены экипажа Фрейи были рождены незадолго до отлета на Закстанор II, поэтому сейчас им тяжело представлялось, что когда они были детьми — на Земле бушевала война.       А война не утихала. Позиции не сдавала ни одна сторона. И те и другие сражались за каждый метр земли. И первая половина противостояния, известная своим застоем, внезапно окончилась Священным походом детей и Священным поход Норманна. Эти два похода словно усталый вздох Человека, решившегося на крайние меры и которому уже нечего терять. Они стали прелюдией дальнейшей победы.       «Так много всего», — Тарадон свернул информационное окно на терминале и откинулся на спинку стула. — «Так много всего».       Ивану нравилось изучать мировую историю. Она полна героизма и драмы, странными явлениями и удивительными событиями. Младич видел в этом некую романтику, порой грустную. Появление новых стран и уход в небытие старых. Славные победы великих людей и грандиозные поражения слабых. Да и, в конце концов, не зная прошлого — человек не имел будущего.       Команда уже сбилась со счета, в который раз они перевозили груз. Лекарства, одежду, минералы. Бывал и алкоголь, и парни едва сдерживались, чтобы не разворотить контейнеры. Иногда удавалось перевозить людей. Фрейя получила хорошую репутацию, поэтому найти человека или нескольких на транспортировку не составляло труда. Однажды к ним на борт поднялся сам Терр Шталль. Не сказать, что он был известным писателем. Его литература заключалась в описании азуресов, их быта, истории, магических ветров и других аспектов жизни добрых соседей. Но писал он не в виде научных статей, а в стиле художественной литературы, к сожалению, не лишенной канцелярской речи. Не исключено, что мистер Шталль оказался на Фрейе из-за Софии. Как Джоруд ДюГанд бо́льшую часть времени на корабле провел с Йосолой, так и он постоянно не отходил от женщины. Для Софьи это оказался не назойливый человек, а, наоборот, приятный собеседник, с которым можно было общаться на одном языке.       Об истории азуресов* можно было рассказать немногое. Немногое из того, что можно понять человеку и выстроить в понятный текст. Известно, что их цивилизация — хотя сами они не прибегают к такому слову — просуществовала многие тысячилетия до появления человечества, пока в один из периодов истории не произошло нечто, заставившее азуресов исчезнуть как вид. Об угрозе рассказывается неясно. Описывается абстрактное Великое зло, но никаких подробностей не уточняется, из-за чего можно предполагать всё, что угодно. И если оно победило азуресов, то где теперь находилось это зло и почему человечество не встретилось с ним? Некоторые ученые, наоборот, считали, что встреча произошла, и приписывали к угрозе Аватари-нет.       Однако — как утверждали азуресы сегодняшнего дня — они далеко не те, кем были много тысячелетий назад. Со стыдом называли себя деградирующими, а свои силы лишь малой долей того, чем они владели во времена своего «золотого века». И, что главное, азуресы утверждали, что именно от них произошел человек — таким образом, придавая панспермии** смысл.       Впервые азуреты (альтернативное название) появились ориентировочно в 2128 году (данные в Архиве разнились по этому поводу). Неизвестно почему именно в это время. Ходила теория, что в мире что-то произошло, «запустив» их появление. Ронум получил множество проблем с расселением, и вынужденной передачи Австралии и части островов инопланетянам. Чистокровные внешне азуресы похожи на людей, кроме светящихся линий и узоров на теле. По большей части это лазурные цвета — откуда и сформировалось имя — хотя присутствовали и розоватые оттенки, у женщин. Сами азуресы называли их «линиями жизни», и тем самым отсылались на один огромный организм, в какой-то мере божество, Азура.       Азур — это причина так называемых мистических ветров, энергий и поддерживающий источник силы азуресов. Азур — это нечто, что пребывало изначально на Закстаноре II — самой первой планете азуретов — а затем было и на Земле. На первой планете Азур оказался практически уничтожен (или выкачан, или что-то в этом роде) той самой угрозой, а на второй подействовало проклятие Легиона Парайи.       Понять азуресов не так-то просто. Хотя бы потому что они вели и ведут замкнутый образ жизни. С самых первых лет появления на Земле они неохотно принимали гостей. Им хотели сперва разобраться с самими собой. Да и после открытого туризма понять этих «людей» оказалось сложно. Было в них что-то непостижимое. А магия… Распространяющие практики среди землян стала головной болью для Ронум Корпорейшн.       — Только не говорите это слово при остальных, — посмеялась София.       Для азуресов магия нечто иное, чем просто какое-то колдовство. Это часть их жизни, и эта же часть была крепко связана с их же технологиями.       Юхельссон сам не заметил, как слушал разговоры людей — а мистер Шталль и Софья ни от кого не прятались — с открытым ртом, постигая новые знания. Он не так много знал о «соседях», не было в этом никакой нужды. София Ридарри, из-за своей полукровости, была похожа на человека и никак не выделялась. Когда Илья повернул голову, то заметил, что его приятели также смирно сидели. Только Алексию было не до этих удивительных историй. Голова болела совсем о другом.       Однако немного было таких интересных собеседников, как Терр Шталль. Тем более что Алексий Мед все больше брался за конвоирование кораблей. Дело оказалось прибыльным, но все равно часть экипажа выполняла работу на стороне: Соколовский и Наврич писали программы для неких организаций. Младич занимался техническими статьями, когда выдавалась свободная минута. И Мария вроде бы как чем-то занималась, только не афишировала чем. Кроме как Йосоле, которая каким-то образом навязалась к ней в друзья. Илья был весьма удивлен, увидев девушек вместе. Не то, чтобы они раньше не общались или холодно держались, но всё чаще они выглядели как подруги.       — Кэпа нет, вот теперь и общается. Наверное, она рада, что на корабле есть женщины, — говорил Тарадон, когда мужчины в который раз собрались в столовой поиграть в карты. И в который раз раздавал именно он.       — Но мы же уже решили вопрос по её поводу? — поинтересовался Саша. Несмотря на все, Соколовский старался держаться нейтральной позиции.       — Да, — кивнул Юхельссон. — Решили.       — Это хорошо.       Потянулась пауза, прерываемая хлопаньем карт. Из глубин корабля начал доноситься звук, как если бы по старым трубам помчался воздух, расшатывая их из стороны в сторону. Поначалу это пугало, в частности тех, кто не детально знаком с Фрейей, а затем стало привычным явлением.       Но куда необычным стало возвращение Дмитрия Филина. Команда была рада видеть его в добром здравии, но он все чаще уединялся в своей каюте, а если и говорил, то быстро, иногда непонятно. Юмор его и до этого был весьма странным, а теперь граничил с некой безумной мерзостью. Перемены начались, как сказала Мария с самого начала. «Его поставили на протезированные ноги, но он то и дело говорил о корабельных поварах». Капитан бы точно был всем этим недоволен.       Капитана все же не было. Никто не оставлял попыток что-нибудь предпринять, но люди оказались бессильны и могли положиться только на органы, взявшиеся за расследование. Кристиан уговорил даже Марию, чтобы она хоть как-то привлекла орден Черного пламени. И этот уговор можно отнести к очередной удивительной истории, но Илья держал язык за зубами.       Каждый день ожидания был ужасен. Экипаж мог забыть на время о пропаже, но затем, когда удавалось слишком сильно расслабиться, в голову лезли худшие мысли.       — Не поймите меня неправильно, — сказал однажды Алексий за обедом. — Мы будем искать его и найдем во что бы то ни стало. Но прошло… — первый помощник приложил руку ко рту. — С месяц. Я лишь желаю для него быстрой смерти.       — Как ты такое можешь говорить? — София в очередной раз не могла удержать слез. Для неё эта пропажа была сравнима с пропажей собственного сына.       — Я стараюсь смотреть на вещи трезво, — на удивление спокойно продолжал Мед.       — Отчасти он прав, — негромко добавил Иван, покивав.       — Чудо, если та баба решила просто себе его в служки взять. А если нет? Что если кэп распродан по частям? Или работает в нечеловеческих условиях? Я могу продолжать и дальше. Если мы найдем его живым, каков шанс, что он уже не потерял рассудок? Это тяжело. Все это тяжело. Я надеюсь, что всё обернется лучшим образом, но если нет, — Мед покачал головой, глядя в стол. — То лучше пусть его смерть будет быстрой и безболезненной.       Ему самому было тяжело это говорить. С честью и смирением он взял на себя обязанность донести о беде матери Вацлава. Алексий видел женщин, разбитых горем утрат, и до этого, но тогда каждый раз были его товарищи, с кем мужчина знаком несколько месяцев, максимум пару лет. С Флёном связь была куда крепче.       День за днем им приходилось только гадать, и заниматься рутиной, чтобы прокормить себя и оплатить очередные услуги по поиску. Приходилось не отвергать помощи и частных детективных агентств, хотя в них Алексий верил меньше всего, в отличие от остальных.       Однажды им показалось, что они ухватили удачу за хвост: источники сообщали о рыжеволосом мужчине, которого видели в неблагополучном районе Даргота, с указанием района и этажного уровня. Такой подарок судьбы нельзя было упускать! Покончив с делами и проводя дни за планированием, команда готовилась выступать, врываться куда бы то ни было, лишь бы забрать Вацлава.       Действительность оказалась жестче: им словно снился сладкий сон, который они упустили. Как рыба, выхваченная из воды, но все же выскользнувшая обратно в свою обитель.       — Я… Не понимаю, — растерянно сказал Алексий. Таким его еще не видели, а значит положение принимало бедственный оборот.       — Вот и я! — метался из стороны в сторону Юхельссон, не находя к себе покоя.       — Мы обыскали все, что можно. Заплатили столько денег, сколько было. Мы даже учинили ту драку! И все зазря, — первый помощник потирал подбородок, пытаясь привести мысли в порядок.       Драка — это было мягко сказано. Оказавшись в плохом месте, они нарвались на очевидные проблемы: местных обитателей. Криминальный колорит дал о себе знать, хоть и в меньшей степени, выраженный несколькими ублюдками, решившие добыть легких денег.       — После той перестрелки путь туда заказан, — сказал Младич.       Алексий Мед, готовый к таким ситуациям, действовал решительно. Его выстрел стал росчерком пера, написавший кровавые отрывок романа. И все же ни он, ни остальные не были готовы к последствиям. Теперь, хоть и бандиты были мертвы, за ними могли прийти другими. Так уверял Тарадон.       — Думаешь, кто-то следил за нами? Тот закоулок выглядел пустым       — Илюх, я вообще не понимаю до сих пор, зачем мы туда пошли, — развел руками Иван.              — А следил-то следил, я в этом уверен. Небось уже шепчутся, что гости оставили банде парочку трупов. И… — мужчина посмотрел на Филина. Все проследили за его взглядом.       Повисло неловкое молчание.       — Что? — спросил Дмитрий, нахмурившись. — Я думал, вам нужна помощь. Я еще слышу, Алексий кричит по связи «Нападай!».       — В каком месте «Отступай» прозвучало, как «Нападай»?! — вскрикнул Мед. — Я хотел гладкой работы, а ты разворотил их так, будто у них завелся мясник.       — И при этом, — Тарадон поднял палец вверх. — Они не будут этого пугаться. Наплодят слухи и дадут награду за этого… Мясника.       — Ну… Зато одному из них я отстрелил кок, — сказал деловито Дмитрий Филин, скрестив руки на груди.       — Ч… При чем здесь корабельный повар?! — непонятливо вопросил Мед и схватился за голову.       Дело пошло не по плану, когда только завязался бой. Филин же усугубил ситуацию своим появлением. Своим выстрелом. Телами, оставшимися от его выстрелов.       — И зачем ты вообще туда поперся? — риторически произнес Алексий и тут же махнул рукой в сторону рыцаря, не желая его слушать дальше. — Деньги еще есть. Мы приложим все силы, чтобы разобраться в этом деле.       А дело не желало разбираться. Наоборот, становилось путанее, тяжелее. Затем же вовсе обрывалось на рынке рабов. Именно там Мед едва ли не допустил большую ошибку, готовый устроить новую перестрелку. Тогда бы им пришлось иметь дело уже не с уличной бандой, а с целым картелем.       Экипаж Фрейи прибегал и к хитрости, где София Ридарри сыграла особую роль — роль работорговки, рыщущей в поисках достойного товара. Ингвар её сопровождал как телохранитель, чувствуя себя неуютно, как и женщина. Оба — как и остальные ранее — оказались в мире, чьи правила невозможно было принять. К сожалению, этот план был также обречен на провал. Кроме того, что парочка смогла подтвердить, что в зоне рынка рабов никого похожего на их капитана нет, а никто ничего не знал, не видел или не хотел говорить, им ничего не удалось.       Никто не корил первого помощника, когда они вернулись на корабль ни с чем. Они были бессильны перед такой рабочей машинной, особенно другой планеты. Однако обида проняла каждого из команды. Успех уже был в руках и он сорвался, оставив людей ни с чем! Отчаяние срубило экипаж на добрый день, который все провели в своих каютах, пытаясь придумать выход.       — Мне непросто это говорить. Мы уходим. Ты женщина — я уверен, что в этом деле крупно замешана — сказала прямо: нашего командира мы здесь не найдем. Никогда. К сожалению, это правда. Даргот высосал наши силы и средства. Нам следует взяться за дело, чтобы…       Мед не любил говорить речи. Эти слова давались с большим трудом, потому что он предполагал, что какой-то шанс найти Флёна сейчас еще есть. Потом же он пропадет окончательно. Можно будет только поставить ему памятник на кладбище.       — Все нормально, Мед, — сказал Соколовский. — Мы все понимаем.       Остальные покивали, хоть и без особого энтузиазма.       Пора было двигаться дальше.       Команда занималась обыденными вещами, и бо́льшая часть находилась за своими рабочими местами, когда капитанский мостик вбежала София, придерживаемая Йосолой. Женщина вся была покрыта сильной испариной. Сосуды в её глазах полопались, и сейчас белки заливало алым. Софья тяжело дышала. Как только Алексий увидел её, то в несколько прыжков пробежал с лестницы вниз, подхватывая врача, силы которую всё покидали.       — Нашла, — прошептала София.       Мед усадил её на кресло, освобожденное Навричем.       — Не спеши. Дыши глубже, — он повернулся к Йосоле, кинув короткое: — Принеси воды, — а затем вновь уставился на женщину.       — Дорогой мой, — сухо посмеялась Ридарри, — я в порядке.       — Я так обычно в понедельник с утра выгляжу, — попытался пошутить Алексий.       — Я нашла его, — с глубоким вздохом продолжила Софья. — Это… — она облизнула пересохшие губы. — Выглядело как некий ментальный крик отчаянья. Но это как, — женщина начала махать руками, отчасти похожая на пьяную, не в силах подобрать нужных слов, — как эхо. Как если бы… Я не знаю. Если это и было, то было давно, — и слезы в очередной раз хлынули из её глаз. — Ты был прав, Алексий, лучше бы он умер быстро, чем вот так.       — Соберись. Соберись! — Мед тряхнул Софию за плечи, хотя позже понял, что наверняка несколько перестарался. — Где он? Это эхо, откуда оно шло?       Подняв глаза, полные слез и печали, женщина ответила прямо: с Земли.       — Полная готовность команды! — приказал Алексий ИИ, а та подняла тревогу, заставляя заступить на пост абсолютно всех. — Держим курс к Земле!       Наврич растерянно огляделся.       — Но где именно? — он не старался вступать в демагогию с командиром, но его место сейчас было занято, а задать резонный вопрос стоило.       — Я постараюсь найти подход к этому делу, — отмахнулся Мед.       Стоило связаться с местной властью. Орден Черного пламени вряд ли приложил бы хоть толику силы к их поискам, если бы не участие в бою за станцию Теббаник. Экипаж Фрейи не сделал коренной поворот в битве, потому и Мед старался не давить, чтобы из союзников не получить врагов. С Марией ему было тяжело общаться, то и дело пытался встрять Юхельссон, а первый помощник хотел общаться тет-а-тет.       — Ты понимаешь, что если капитана там нет, то с тебя сдерут шкуру? — голос Марии был необычно холоден. Мед боялся её, но не мог никому в этом признаться. Не в его обычае показывать всем свои страхи.       Однако девушка была права. София не зря подчеркнула, что это эхо, произошедшее давно. Насколько давно? Первый помощник все же решил рисковать. Провал на Дарготе так уколол его, что он был готов на отчаянные шаги. Он пытался придумать план, но камнем преткновения становился вопрос Наврича. Алексий хотел бы начать с «если орден найдет места», да вот только знал, что на таком начале ничего не выйдет. Как бы мужчина не старался, ему приходилось оказываться перед неизвестностью. Если бы только София могла сказать точное место или хотя бы отсылку на оное… Просить тем не менее большее Мед не мог. Большая удача, что вообще случилось то, что случилось. Раньше бы или в другой ситуации он вряд ли даже принял подобные вещи во внимание.       — Времена меняются, — покивал Алексий сам себе.       И все же, когда они доберутся до Земли, что будут делать далее?       Раздумывать пришлось недолго. Полет до конечной остановки занял двадцать часов. Стоило Фрейе выйти из гиперпространства, как тут же пришло оповещение о приближающейся эскадрилье.       — Они никак не идентифицируют себя, — доложил Наврич. Алексий стоял позади него, уставившись на экран. — Двести километров до нас, — на карте насчитывалось с полдюжины истребителей и один корвет.       — Саша, попробуй наладить связь. Сами мы стоять не будем и полетим к Земле. Как будут в пятидесяти километрах и не сменят курс или промолчат, то доложи, — но команду о подготовке турелей Алексий уже отдал.       Под Фрейей в своем величии простиралась поверхность Земли. От сине-зеленой планеты уже совсем ничего не осталось, и теперь она напоминала тлеющий уголь. Багровые океаны наводили жуткое зрелище. Земля, с зелеными проблесками тут и там, все же была серой и безжизненной.       — И что теперь? — поинтересовался Илья, когда Мед зашел к нему и лично принялся проверять оружие в арсенале.       Новые лазерные винтовки, приобретенные после странного успеха в деле Фонда. Несколько огнестрельных автоматов, являющихся доступным гражданским оружием самообороны. С такими разве что в уличной перестрелке участвовать. Бронекостюм пришлось бы пробивать долго. И лазерные пистолеты, теперь уже почти у каждого на поясе. Мед вспоминал как трудно было заработать на такое скромное по нынешним меркам вооружение. Всё оно прекрасно показало себя на Дарготе. Там же удалось скупить к ним боеприпасы по дешевке.       — Вдарим по ублюдкам, как только они окажутся слишком близко. Их больше, но если мы перехватим инициативу, то перевес будет уже далеко не в их сторону.       — Я не об этом, — казалось, спустя вечность продолжил Кристиан.       Мед взглянул на него и сразу же понял о чем хотел поговорить артиллерист.       — Ждем, — только и донеслось в ответ.       — Только это и можем, — фыркнул Илья.       — Да у нас и нет выбора, приятель. Будем решать проблемы по мере их поступления. И сейчас, — Алексий обернулся, указав пальцем на артиллериста, — я хотел, чтобы ты держал тех ребят под прицелом.       Мед жалел, что не мог подключаться к кораблю напрямую, как это делал Вацлав. Возможно, посредством дронов он смог бы рассмотреть приближающуюся эскадрилью лучше. Они не были похожи на тиранов или рейдеров Саленнора, как утверждал Соколовский, а нахождение пиратов так близко к заселенным мирам первый помощник взял под сомнение.       — Я вот думаю, Мед. Смотрю, и думаю. Это же наш дом, да? Отсюда мы пошли? — Илья вывел вид Земли на главный экран. Алексий согласно покивал. Наверное, Юхельссон почувствовал это или уже знал ответ заранее, потому что не смотрел на командира. — А теперь он проклят. Ведь жизнь там — это сплошное выживание.       — Как и везде, — подчеркнул Мед. — Аракктур и Даргот мало чем отличны. Одни выживают среди дикой природы, другие среди дикой цивилизации. И только нам, — он говорил это с иронией, — повезло появиться в мире, где выживание не поставлено на первый план.       — Ну ты прав, но… — Кристиан потер виски. — Ты же помнишь все эти рассказы Филина? Там какой-то ад и погибель происходят.       — Да. Печальное зрелище. Как там Ингвар? Давненько его не видел после Даргота.       Илья махнул рукой.       — В соседней генераторной сидит. Щиты калибрует. Выходит поесть вместе с нами. В отличие от тебя.       В ответ Юхельссон ничего не получил. Алексий вышел наружу и пошел проведать Ингвара. Идти пришлось недолго, генераторная располагалась на этом же ярусе, рядом с оружейной. И как только ворота открылись, Мед зашел в помещение, где на мониторах разместились разные графики, кодировки и прилепленные прямо на экраны стикеры с записями. Ингвар сидел в кресле, и, стоило гостю появиться, он развернулся и тут же подскочил.       — А, ковбой, — начал мужчина, протянув руку. — Какие-то проблемы?       Алексий ответил на рукопожатие, но не спешил говорить. Он в очередной раз осмотрел помещение и заприметил на стенах и потолке какие-то отметины маркером.       — Решил проведать. Заинтересовался работой?       — Хочу быть полезен на корабле. Да и, ну да, мне интересно всем этим заниматься. Я хотел сделать перезарядку барьеров быстрее, чтобы обычным оружием нас вообще не пробивали, да не прокатит без дополнительного оборудования. Мало мощностей.       — Скажи, раньше приходилось убивать? — внезапно поинтересовался Мед.       — На Аракктуре приходилось иной раз шмалять. Убивал разве что жучков да паучков, — усмехнулся Ингвар.       — А говнарей сможешь?       — Как смог бы и на Дарготе.       — Вот и славно. Вскоре нам потребуются все свободные руки.       — Намечается заварушка? — мужчина даже как-то оживился. Мед тут же представил, а может сразу догадался, что Ингвар не прочь устроить мордобой в каком-нибудь заведении.       — Типо того. Летим на Землю.       Ингвар присвистнул. Его лицо тут же омрачилось, а сам он уселся назад в кресло. Что-то еще хотел сказать, но Мед получил оповещение от операторов, и первый помощник тут же направился к капитанскому мостику.       Показалось, что он прошел короткое расстояние за пару шагов. Александр по своей простоте заявил о двух новостях. Одна являлась хорошей, а другая относительно хорошей. Так, эскадрилья, пролетавшая уже мимо, обозначила себя конкистадорами — странными парнями со своими идеями. Экипаж знал, что их целью являлась посильная помощь ордену Черного пламени в борьбе с остатками параян. А также заселение Пирене́йского полуострова.       — Ясно. Очередные националисты, — с неким облегчением заявил Мед. Еще раз рассматривая снимки их кораблей S-80. Он слышал, что они обычно были защищены боевыми дронами, и, действительно, касадоры едва заметно следовали за сдвоенными истребителями. — А другая новость?       Оператор несколько замялся, неуверенно проигрывая заново полученную запись. На ней говорил женский голос. «Та девушка», — сразу понял Алексий интуитивно.       — …Мы сыграем в одну игру. Ваш капитан жив и мне нет смысла его убивать. Но как далеко вы зайдете, чтобы найти его? Начнем эту партию с исследовательского центра Пасейта̀н.       Без лишних слов первый помощник объявил созыв всей команды. Мед же тем временем формулировал в голове план. Когда пришли все, он тут же поднялся наверх, представ перед всеми.       — Мы получили зацепку и знаем куда теперь идти, — голоэкраны показывали расположение Пасейтана. Как только стало ясно, что он находился на острове Хонсю, то Алексий едва не хлопнул рукой по лицу. Худшего места нельзя было придумать. — И как видите, мы в дерьме. Это место раньше называлось Японией. Там еще ребята из черных решают свои крепкие вопросы, — Алексий посмотрел на Марию и та покивала ему. — Окружение будет абсолютно агрессивно к нам. Не скрою, будет трудно.       Мы разделимся на две группы: штурмовую и защитную. В первой участники отправятся в исследовательский центр, чтобы найти нашего капитана. Задача второй же заключается в обороне корабля и ближайшей территории, — первый помощник перевел дыхание, потерев подбородок. Он уже давно знал кого куда назначит, однако, только сейчас задумался: а мог ли так распоряжаться? Нет, на раздумья сейчас не было времени. — На поиски отправятся Дмитрий и Мария. Остальные остаются, там распреде…       — Только двое?! — не смог удержать своего удивления Юхельссон. — Ты посылаешь туда только двоих? Ты говоришь об абсолютной агрессии и, опять же, посылаешь только двоих? Да ты рехнулся, отправлять их на убой?!       — Уймись, Илья, уймись! — ответил Мед. — Я долго раздумывал над этим и принял такое решение. Изменено оно не будет.       Однако артиллерист не сдавался. Осмотревшись, он пытался найти единомышленников.       — Вы что, хлопцы, серьезно? Вы отправите этих двоих просто так? Будь ты проклят, Мед, отправь с ними еще кого-нибудь! Я доброволец!       На его плечо упала тяжелая рука Филина.       — Боишься, что не встретишь кошкодевочек?       — Какие, б**ть, кошкодевочки?!       Юхельссон взглянул на Марию, надеясь, что она поймет его и возразит всему этому безумию, но по её взгляду читалось совершенно обратное. Рука мужчины машинально прикрыла рот, а затем он провел ею по волосам, все не в силах смириться с услышанным.       — Ориентировочное время прибытия — три часа, — продолжил меж тем Алексий. — У вас два часа свободного времени, после чего каждый обязан занять рабочее место в режиме чрезвычайной ситуации. У меня всё.              Когда Кристиан вышел, то не чувствовал ног. Он знал причину для беспокойства, и его раздирало двоякое чувство. Гражданская война бушевала в душе, где по обе стороны стояли важные люди. Казалось бы, что вот они нашли капитана. В этот раз уж точно! Разработан план по его спасению, и вскоре все закончится. Но как он мог отправить на такое любимую девушку? Здравый смысл говорил, что она справится с этой работой, как справлялась и ранее. Однако в голове засело сомнение, чье зерно постепенно прорастало.       Мужчина ждал некоторое время у входа, прижавшись к стене. Все уж давно разошлись, и только Дмитрий и Мария оставались на капитанском мостике. Наверняка Мед обсуждал с ними детали. Он поступил здраво — так пытался убедить себя Илья — отправить вперед наиболее опытных разбираться с главной и сложной задачей. Не станет ли так, что вся сложность ляжет на обороняющихся? Юхельссон даже не мог представить, что их ждет, но в голову лезли картины проникновения на корабль и отчаянная борьба. А идут двое только потому, что остальные будут мешаться.       «И все же я не могу», — Илья прижал кулак к губам, сжав зубы, и все пытаясь смириться.       Прошло некоторое время, прежде чем Дмитрий вышел наружу. Кристиан тут же отскочил от стены, готовый встретить девушку, но её так и не было. Рыцарь проходил мимо, затем замер, повернув голову в сторону приятеля, и что-то пробурчал. Как показалось Юхельссону, он опять вспомнил про своих корабельных поваров.       — Дмитрий, что там может быть? — внезапно для себя поинтересовался Илья.       — Что бы там ни было, мы справимся, — заверил тот в ответ.       По какой-то причине Кристиан посчитал, что его нарочно держали в неведенье. Какова же настоящая ситуация на Земле? От бессилия мужчина протяжно вздохнул, уперев руки в бока.       Затем вышла Мария. Она направилась в совершенно другую сторону и шла настолько широкими шагами, что Илья едва смог за ней поспеть, и нагнал только у панорамных окон на втором ярусе. Ему пришлось несколько раз её окликнуть, чтобы та остановилась. Злилась ли она сейчас на него за случившееся? Немного отдышавшись, он сразу же приступил к делу:       — Ты ведь знаешь о чем я хочу поговорить?       Девушка отвела на секунду взгляд и сделала это скорее высокомерно, нежели от какого-то смущение или волнения. А затем покивала.       — Послушай, я понимаю, что выглядел идиотом, но, ладно, давай немного сменим состав? Вы с Димой опытные бойцы, нам нужно хотя бы по одному с каждой стороны. Давай хотя бы разыграем всё немного иначе, и пусть вперед пойдет Филя, я и, скажем, Тарадон. Ну ладно, пускай даже без третьего. Ты же знаешь, кэп мой лучший друг, когда Мед пошел выкладывать всё его матушке, то я корил себя, что это был не я. Но позволь хотя бы мне помочь в его спасении. Я должен его вытащить.       Когда Илья говорил, лицо Марии все это время ничего не выражало. Мужчина ненавидел, когда видел ее такую.       — Мне кажется, это всё не единственная причина. И ты что-то мне недоговариваешь, — сказала девушка.       — Ну ты пойми. Мы с ним сделали многое для этой затеи. Чтобы собрать всех, чтобы получить знания для этих полетов, чтобы всё это организовать. Я шел на огромный риск и готов пойти сейчас, но мне не дают! — Илья развел руками. — Мед сделал своё дело в начале, я же хочу сделать своё в конце.       Послышались чьи-то шаги. Мария схватила мужчину за плечо и завела его за прямоугольную колонну. Теперь они остались наедине. Вид через окно на часть Земли придавал этому разговору мерзкий подтекст.       — Послушай, — девушка устало вздохнула. — Это не единственная причина. И даже не главная, — от такого заявления лицо Кристиана обдало жаром.       — Нет, это не…       Юхельссон пытался в спешке подобрать слова, но все никак не мог озвучить их так, чтобы они прозвучали серьезно. Мария прямо сейчас будто держала его за мальчишку, отпрашивающегося на прогулку.       — Я хочу исключить любую опасность для тебя. Прошу, сними свою кандидатуру и предложи меня. Алекс прислушается к твоему совету, я уверен. Я, — Илья вздохнул, случайно потянув паузу. Мария же не обрывала его, дожидаясь продолжения. — Я не смогу простить себе, если с тобой или кэпом что-то произойдет. Я должен сделать это сам. Я умоляю тебя, — проговорил он это сквозь зубы, взявшись за руки девушки, — поменяй нас местами.       Теперь паузу держала Мария. Её взгляд бегал и она то и дело кивала своим мыслям.       — Мне очень жаль, — ответила девушка внезапно и от этой внезапности у мужчины сперло дыхание. Странное ощущение, как если бы их отношения закончились или они оставались просто друзьями.       Кристиан стоял некоторое время, никак не реагируя, поглощаемый мыслями все сильнее. Затем некое сопротивление из глубин души начало нарастать, и его руки сжались в кулаки. Вероятно, его лицо тоже исказилось некой гримасой, ведь Мария по-доброму усмехнулась и обняла мужчину. Ростом она была почти что с Илью, и сейчас он впервые ощутил себя маленьким в её объятиях. Как если бы мать обнимала своё дитя.       — Я поняла тебя. Все будет хорошо. Не успеешь и глазом моргнуть, как все закончится. Будет все как всегда.       Мягко отстранив её, Илья не мог отвести взгляда и все сдерживал себя, чтобы не поцеловать девушку. Обоюдное молчание продолжалось долго. Кристиан пытался обуздать чувства и принять рациональное решение. А Мария… О чем она могла думать сейчас?       — Если с тобой что-то случится, то и моя жизнь на этом закончится. Что без тебя, что без моего друга — меня уже ничто и никто тут держать не будет, — он замолк. — Сделай это, — и, покивав, добавил. — И не дай себя убить.       Приложив силу воли, Илья развернулся и направился назад в оружейную, где он и без того проводил бо́льшую часть времени.              Проблемы начались едва ли не сразу, как только корабль вошел в атмосферу Земли. На борту Фрейи не имелось ни одного десантного челнока или парашютных устройств, людей никак нельзя было высадить. Операторы исследовали местность близ центра Пасейтан, чтобы совершить посадку — самый варварский метод в данном случае. Было высказано предложение по использованию обозревательных дронов, но идея оказалась чрезмерно сомнительная.       — Есть одно местечко, но до центра придется где-то с километр идти, — сказал Наврич.       — Действуем, — кивнул Алексий, и приказал Авроре сажать фрегат по указанным координатам.       Тут тоже возникла проблема — найденное место оказалось под грудой мусора. Фрея не могла ровно встать, и существовала опасность поломки опор корабля. В очередной раз Мед решил рисковать. Они так близко подобрались к своей цели, что даже не верилось, что проблемы подобного рода помешают всей их операции.       Все происходило быстро. Казалось, что время нарочно торопило события, и теперь уже месячное ожидание слилось воедино, словно и не было всего этого. А корабль с грохотом давил под собой мусор, разнося этот шум на километры вокруг в опустевшем городе. Правда ли он был таковым? Вокруг на многие дали виднелись лишь брошеные дома, улицы, запущенные парки. Всё — любое здание, дорога, строение или памятник — имело на себе отметину прошедшей войны.       Наружу вышли двое. Оба вооружены и готовы действовать. В этот раз даже Мария взяла с собой винтовку из арсенала, и от этого Илья напрягся сильнее. Опасаться на этой земле было что. Если в другой части планеты действовали параяне, борясь группами, то здесь все еще обитали пораженные порчей легиона люди. Хотя при их виде трудно было называть этих существ именно так. Мутанты — давно уже лишившиеся шанса на спасение — атаковали большими стаями, оказывались крайне живучими и совершенно не знали страха. И Алексий сделал правильно, что послал именно рыцарей, а не кого-то другого. И Мария, и Филин были обучены борьбе с этими чудищами. Знали, как двигаться, знали, как реагировать и видели вспомогательные знаки местности, когда другие бы сочли это за очередное сумасшествие погибающего мира.              Под ногами хрустел мусор. С самого начала восстания в Японии он пролежал здесь. И пролежит еще много лет.       Воители молчаливо шли, стараясь ступать как можно тише, словно даже мысли могли пробудить это место. И они продолжали идти. Так, будто знали дорогу и ходили по ней множество раз. На всем пути никто не встречался, и любой другой бы даже засомневался в опасности. Рыцари уже обошли не одну растяжку, по функциональности напоминавшую паутину. Стоило зацепиться за неприметно натянутую слизь, как полчища монстров сбегутся сюда из своих нор. Мутанты обладали не меньшей хитростью, чем параяне. Но это обычная ловушка, которую всегда можно обойти. К счастью, двоим еще не попадались другие, от которых запросто лишишься рассудка. Мария обрадовалась тому, что им не встречались попавшие в западню. Ей всегда приходилось тяжело, когда она натыкалась на таких бедняг, чья жизнь уже давно закончена. Стоило попытаться им помочь и они заберут тебя с собой.       Впереди показалось открытое пространство. Минимум укрытий вокруг всего исследовательского комплекса, придется бежать прямиком до самых ворот. Кто бы ни украл капитана — он хорошо знал, где нужно действовать. Но что это за игра? Их могли накрыть огнем на подходе, да какой с этого толк? Неужели планировалось, что пойдет бо́льшая часть экипажа? Нет — решила Мария — если здесь и есть подвох, то совсем иной.       Исследовательский центр Пасейтан принадлежал ранее Ронум Корпорейшн. Так уж вышло, что во время революции 2135 года это место помогала оборонять и Мария. Девушка помнила, что раньше здесь располагались красивые парки, искусственные ручьи и фонтаны. Когда же круговорот событий завертелся, комплекс стал похож на бастион, а окрестности превратились в пустое поле, испещренные воронками разных форм и размеров. Округлая внешность строения была усеяна шрамами, а от окон, откуда когда-то велся огонь, остались огромные дыры.       Мария знала, что сотрудники Пасейтана и местная полиция держали здесь оборону, когда вирус пустился по улицам города и тысячи его жителей, потерявших над собой контроль, с животным безумием отправились убивать все живое. Свидетельством произошедшего были оставшиеся здесь кости. Множество костей, и в этой общей мешанине уже вряд ли кого-то опознают. Да и в этом не было никакой нужды.       Внутри исследовательский центр был погружен в неменьший хаос. Стойка ресепшена узнавалась с трудом, Филин наверняка даже и не понял, что это именно она. Диваны и прочая мебель так и остались сваленными в общие кучи, как баррикады.       Все же путь оказался не так чист, как хотелось. Стоило пройти дальше в холл, расположившийся между фойе и главным залом, как двое наткнулись на человека. Он стоял недвижимо, хотя гости точно оказались в его прямой видимости. Не двигались и рыцари, некоторое время изучая незнакомца. Был ли он сообщником похитителей?       Филин выстрелил. Снаряд попал прямо в плечо, и обычный человек если не умер, то потерял бы сознание от болевого шока. Здесь же было совсем наоборот. Вместо привычной конечности появилась другая, похожая на множество щупалец, без сомнения, усеянных острейшими лезвиями.       Уже не человек только и успел рвануть вперед, как еще два снаряда оставили от него кровавое месиво. Однако эта быстрая победа не принесла удовлетворения. Наоборот, рыцари помчались вперед, уже слыша как из глубин центра вырывались они.       В свое время Дмитрий посмотрел множество разных фильмов, в том числе, где сюжет был завязан на зомби-апокалипсисе. Сейчас он жалел — жалел искренне — что здесь произошла схожая катастрофа. Но жалел также, что мутанты не были классическими зомби. Рыцарь с радостью бы отстреливал им головы и на этом кончал с ними. В его случае приходилось стрелять крайне аккуратно. Никогда нельзя знать упадет мутант от одного снаряда или выдержит несколько.       Приходилось пробиваться с боем. Темноту коридоров освещали лазерные лучи, иногда заставляя нелюдей загораться огнем. Положение осложнялось местной разрухой. Часть лестничного пролета обвалилась в одном месте и приходилось искать обходные пути.       Их прижали в конференц-зале. Оба выхода оказались заняты, двоих постепенно оттеснили к стене. Мария взмахнула рукой так, как обычно смахивали крошки со стола, и часть пола словно подсветилась желтизной. Она топнула ногой и произошел наклонный обвал. Часть монстров потеряла равновесие, а остальные — инициативу. Мария понеслась прямиком на них, уже со своим посохом, прорубая себе путь. Винтовка хлопала ее по спине, но вскоре вновь оказалась в руках.       Главный же враг оставался впереди. Помимо мутантов, им встретились и параяне. Ирония была сколько не в этой встрече, столько в том, что их новые противники — некогда их товарищи. Конечно, ни Дмитрий, ни Мария не знались с ними лично, однако, когда в руках этих людей появились не привычные клинки из кодировок мира, а из крови, слившись в единую форму странные оружия, стало ясно — это те самые рыцари, но свернувшие со своего пути.       Ни те, ни другие не теряли времени для атаки. Расстояние между двумя группами оказалось чрезмерно близким, пришлось идти в ближний бой. Филин парировал удар первого напавшего, а затем ударил его ногой в грудь. Как и учил орден, Дмитрий использовал все доступные части своего тела и оружия для боя. Более того, ему следовало проверить новые протезы, в которых он сомневался. Не сказать, что они однажды успели дать сбой, просто дурная мысль засела в голове. Вышло совсем наоборот. Его ноги показали себя с хорошей стороны. Удар удалось провести настолько хорошо, что от восторга Диме начало сводить челюсть и теперь он понимал, что хотел еще. Бой захватывал его, от этого ему никогда не удавалось спастись. Мысль о новой дозе адреналина в схватке только толкала дальше.       Угрозой все еще являлись полчища мутантов, что постепенно начали неустанно следовали за рыцарями Черного пламени. А при условии, что двое не знали, где толком можно встретить похитителей и живы ли они еще, то миссия ставилась под угрозу.       — Штурм-группа, штурм-группа. Говорит Алексий Мед. Как ваше продвижение?       Рыцарь помедлил с ответом. В бою он не умел делать несколько дел, потому из-за затишья Мед повторил свои слова.       — Это штурм-группа, Алексий Мед. Продвижение медленное. Делаем все, что в наших силах, — сказал Дима, как только все параяне оказались повержены.       — План меняется. Нас неслабо прижали. Мы не сможем долго держаться. Как разберетесь у себя, то ждите нас на крыше комплекса. Конец связи.       Воители продолжали искать, поднимаясь все выше и выше и надеясь, что именно там найдут ответы. Первые подсказки появились, как только они оказались в одном из коридоров — ничем не примечательном, за тем исключением, что здесь продолжали работать аварийные огни и лежали палочки химического источника света. Словно некто оставил хлебные крошки специально для них.       — Восхитительно, это уже прям какие-то игрушки, — Филин хотел сплюнуть в сторону, да вовремя себя остановил. — Идем по ним, леди Мария?       Та покивала.       И двое двинулись дальше. На какое-то время удалось сбросить погоню, но точно ясно, что однажды их настигнут снова. Рыцари проходили давно забытые кабинеты, комнаты отдыха, где весь инвентарь был давно вынесен. Проходили и пробитые насквозь стены душевых.       Конечной остановкой стал деловой кабинет, наверняка принадлежащий ранее важному начальнику. Это единственное место, которое можно было счесть за относительно хорошо сохранившееся. По сути, здесь всё оставалось на своих местах, покрывшись толстым слоем пыли. Её было так много, что она мешала обзору, и Дмитрий порадовался, что на его шлеме есть фильтр. Что касалось Марии, то она не проявляла никаких признаков дискомфорта. Хотя один раз она не выдержала и чихнула, разогнав пылевую завесу сильнее.       — Итак? — Дмитрий осмотрелся. Он увидел в дальнем углу неприметную дверь с кодовым замком. — Супер. Эта задница закодирована, и никаких подсказок, — рыцарь попробовал нажать банальные варианты, но ответом шел отказ. — Супер! — повторил он.       Послышалось урчание со стороны входа и Мария среагировала первой, сжигая мутанта лазерным огнем. Она опрокинула стол, заняв за ним оборону.       — Выламывай, — бросила девушка короткую команду, повалив еще одно чудище.       Пока Филин разбирался с металлической дверью, альмогавары не переставала стрелять. Она нажала на кнопку сброса, когда энергоячейка опустела, и, перезарядившись, продолжила пальбу. А полчища нелюдей все прибывали, готовые разрывать на куски. И не было им числа.       Дверь оказалась прочнее, чем могла показаться. Даже плазма не брала её так эффективно, как предполагал Дмитрий. Он с разбегу вдарил по ней с ноги, попытался вскрыть створку двери руками, но та не поддавалась.       — Там золотой запас, что ли?! — уже взревел рыцарь, и от злости повалив книжный шкаф на прибывающих тварей.       Индикатор на кодовом замке сам по себе сменил цвет на зеленый. Дима поначалу даже не понял, что произошло, а когда увидел открывающийся проход, то рванул туда, зазывая за собой Марию.       Двое на этот раз оказались в лифте, чья кабина была просторной, с уцелевшим зеркалом и стенами, покрытыми царапинами в некоторых местах. Свет едва горел, освещая небольшое пространство кнопочной панели, давно разобранной, где оставались только одни провода и одна кнопка. Филин немедля нажал на нее.       — Это место приготовили заранее, — сказала Мария, как только двери за ними закрылись.       — Я надеюсь, здесь никакие опыты не проводили и мы не встретим засранцев похуже. Это точно какая-то игра, — Дима ударил кулаком в стену.       — Боишься?       — Никак нет, — с грустной покорностью ответил тот.       Куда везла их эта кабина? Точно наверх. Пересчитав боезапас, рыцари зарядили полные магазины, готовясь к худшему.       — Не стрелять без приказа, — заявила Мария, стоя позади Филина, припавшего на одно колено. Оба нацелились на дверь.       Когда она открылась, то за ней виднелось место, которое оказалось огромным и свободным. На потолке горели мощные лампы, ярко освещая все вокруг. Пространство больше напоминало арену. Поле и трибуны у стены, вот только зрительские ли там были места или нечто универсальное, лабораторное? Главным оставалось то, что в центре их встречала одинокая фигура.       Мария и Дмитрий вышли наружу, не теряя бдительности и окидывая все вокруг взглядом.       — Они послали вас? — наигранно удивилась рыжая девушка. — Я уж было подумал, что героически придут сами.       — Ближе к делу. Мы пришли и хотим получить назад капитана, — Мария передала винтовку Филину, тот, в свою очередь, закинул через плечо. — Но я его здесь не вижу, — её тон оказался настолько угрожающим, что даже у Дмитрия побежали мурашки.       — Да, я знаю. Но придется немного потерпеть. Вы же не думали, что наткнетесь на своего командира здесь, не так ли? Конечно, не так. Это игра, и всем вам придется в нее немного сыграть.       Девушка стояла в своей униформе. Со всеми своими погонами и нашивками. Руки её скрывали перчатки белого цвета. Никакого оружия Мария не заприметила и это очень сильно взволновало девушку.       — Ситуация проста, — рыжая незнакомка пожала плечами. — Ваше оружие убьет меня быстрее и вам не удастся взять меня в плен. Вы будете вынуждены играть по моим правилам.       — Я не знаю, кто ты, но наверняка не слышала о нашем ордене, — скрытая под плащом Мария оголила свой посох, ничем его не усиливая. — Мне достаточно будет сломать тебе ноги и забрать с собой.       — О, нет, дорогуша, — та помахала пальчиком. — Тут тоже есть небольшая загвоздка, — девушка хищно широко улыбнулась. В её руке среди нулей и единиц, как это бывает у рыцарей Черного пламени, материализовывалось оружие. — Я сражался с такими как ты сотни раз. И сотни раз я умирал от таких как ты. Но теперь…       Впервые Филин заметил, что Мария находится под неким впечатлением. Это промелькнуло всего на мгновенье, но можно было с уверенностью сказать: кто бы ни был перед ними, альмогавар опасалась её. А тем временем в другой руке их грядущего противника появлялось второе оружие.       — …Я намного сильнее тебя.