Брак по расчету.

      Она никогда не любила кладбища. В чем смысл этой показушной помпезности? Красивых фотографий, отполированных до блеска памятников, идеальных цитат? Все равно сухие слова никогда не передадут всей жизни и всех мыслей человека, похороненного здесь.       С колдографии улыбается молодой парень. Солнце падает ему на лицо, и он смешно щурится, пытаясь не закрывать сияющие синие глаза во время колдоснимка. Яркие рыжие волосы сияют, отражая свет так ярко, что скорее всего слепят колдографа. Лицо и его мимика, движения, яркие краски — буквально все кричит о том, что этот молодой парень жив и уж точно умирать не собирается. О чем он думал в тот момент? Наверняка вспоминал последнюю шутку и строил планы на ближайший вечер. Всего пара мгновений, запечатленных на снимке, не дают забыть каким он был.       За годы прошедшие со времен войны в памяти Гермионы уже поблекли краски того времени. Стали забываться мертвые лица друзей и знакомых, лежащих на каменном полу. Даже стала забываться несправедливость по отношению к героям войны и неожиданная нищета, последовавшая за войной. Да и сама Гермиона плохо помнила ту себя. Неожиданно повзрослевшую, отчаянную и импульсивную. Не женщину, но уже и не девочку.       Взгляд Гермионы упал на надпись, выбитую на уже потертом годами камне. Вечная память павшему храбро в бою. Фред Уизли 01.04.1978 — 02.05.1998.       Слишком сухо, слишком… несправедливо.       Девяносто восьмой год… Казалось, это было в прошлой жизни. В той далекой и неуловимой. Возможно, если бы не яркие краски, девушка и забыла бы, что в те времена солнце тоже светило так же ярко, как и в сегодняшний день.       Однако больше нет той безнадежности и серости, страха за свое настоящее и будущее. Больше нет войны и боли утрат. Время действительно помогает забыть. Даже Джордж вернулся к своей повседневной жизни, не позволяя смерти брата бросать тень на всю его жизнь. Фред бы не хотел этого, потому и остался в памяти лишь светлым воспоминанием.       Гермиона наколдовала два цветка лилий. Ужасное чувство не дарить их живым, а укладывать под холодный камень на землю, под которой лежит истлевшее тело, некогда живых близких людей. Однако в силу возраста и опыта, девушка придерживалась слов покойного Дамблдора, что смерть лишь начало. Начало чего-то нового.       В груди глухо заныло. Воспоминания того времени отдавались тупой болью. А ведь это было ее детство и молодость. Гермиона сделает все, чтобы ее дети никогда не узнали каково это ежедневно бояться за жизнь, свою и близких. Каково видеть умирающих на твоих глазах людей и понимать: это неизбежно. Какого скрывать трясущиеся руки и мокрые глаза, пытаясь казаться храброй. Какого это, повзрослеть в тринадцать?       Гермиона легким движением смахнула слезу, готовую скатиться по щеке, и легко встала. Женщина оглянулась на соседние могилы, отдавая и им дань памяти. Она отряхнула дорогое бежевое пальто от земли и, кинув прощальный взгляд на колдографию, направилась к входу.       На сегодняшний вечер у нее большие планы. Драко пойдет с Марком и Элайзой на финал по квиддичу, и весь вечер она будет предоставлена себе. Впервые, за многие годы, она сможет спокойно выпить чаю и прочесть новый бестселлер от одного современного маггловского автора. Ну как новый. Книгу по ее приказу купили еще полгода назад, а свободное время выдалось только сейчас. В предвкушении приятного вечера Гермиона улыбнулась.       С возрастом она изменилась слишком сильно. Как внутренне, так и внешне. Образ жизни миссис Малфой заставлял соответствовать. Гермиона была одета в бежевое пальто, черные брюки и бежевые кожаные полусапожки. Кажется, они еще не появились в продаже, но титул давал куда большие возможности. Ее темные волосы были уложены в высокую замысловатую прическу с вплетенными в нее нитями драгоценностей. И если бы не еженедельное посещение салонов красоты, то наверняка прохожие могли бы заметить и не ставшей редкой седину, и морщинки вокруг глаз и губ. Однако женщина пристально следила за своим внешним видом. Не стоит давать лишние сплетни светским акулам. — Мааам, а Марик обещал сводить меня на концерт на следующей неделе! — белокурая Элайза радостно замахала, подошедшей к столику в кафе матери. — Не называй меня так, — поморщился парень. Уже почти взрослый, он покорял все женские сердца. Темными волосами и карими глазами он пошел в мать, но что касается острых черт лица и характера, то здесь парень был вылитым отцом в молодости. Марк активно участвовал в развитии бизнеса отца и готовился однажды унаследовать его. Несмотря на твердый характер, он безмерно любил свою младшую сестру и баловал ее.       Элайза цветом глаз и волос наоборот пошла в отца. А вот мягкий характер был унаследован от мамы однозначно. Девочка с рождения впитывала аристократические манеры и знания этике и являлась идеальной леди в своем юном возрасте. Однако Элайза увлекалась современной маггловской музыкой, которую Драко не любил за свою неблагозвучность. — «Это не музыка, а набор звуков и ударов» — говорил он, оставаясь с женой наедине.       Но девочка твердо решила всерьез заняться маггловской музыкой и вот уже как год обучалась в музыкальной школе.       Элайза поразительно легко совмещала светские манеры и приемы в бальных платьях с общением в компании маггловской молодежи в растянутой толстовке и накинутом капюшоном.       Когда Драко впервые увидел ее в такой одежде, слушающей невыносимые громкие биты, разрывающие обычную маггловскую колонку, то долго и упорно возмущался Гермионе. Но в итоге, с подачи Марка, принял интересы дочери и активно помогал ей развиваться в выбранном направлении. Гермиона же с трепетом ждала времени, когда ее дочь будет выступать на сценах со своими треками. — Я заказал тебе латте, — улыбнулся Драко, пододвигая девушке чашку горячего напитка. — До матча нам необходимо навестить Олдриджов, они уже давно ждут нашего визита. Марк, поедешь с нами, увидишь, как правильно заключать контракты. — А я? — нетерпеливо спросила Лиззи — А у тебя урок в маггловской школе, — отрезал Драко.       Девочка не стала спорить, боясь, что тогда не возьмет ее на матч.       Гермиона сделала глоток ароматного напитка и оглядела свою семью. Любящий муж, рассказывающий сыну о правилах ведения бизнеса, дочка, напевающая что-то под нос и углубившаяся в мечтания о музыке. И она — Гермиона. Дочь, жена, мать.       Драко перехватил взгляд жены и улыбнулся. Да, определенно все будет хорошо. Прошлое должно оставаться прошлым. Будущее же впереди, и кто знает каким оно будет. Поэтому нужно жить в настоящем. Жить и наслаждаться.