Блин, Суини! или Джин, пироги... потанцуем?..

– Фуу! Какое кислое! – Недовольно скривившись, Суини рассматривал надкусанное им зеленое-зеленое яблоко, случайно найденное в ящике комода. – Иногда бывает: кусаешь яблоко, а там червяк! – поучительно выдала Нелли, задумчиво теребя пальцами свои роскошные нечесаные волосы. – Дорогая, а знаешь, что может быть хуже?.. Это, когда кусаешь яблоко, а там… полчервяка! Понимаешь, что это значит? – Намекаешь на мои пироги с тараканами? Даже не думай, иначе я не раскрою тебе свой секретик. – Какой? – оживился Суини, аккуратно положив яблоко на тумбочку. – Ну, ты же не хочешь нечаянно проглотить полтаракана… – Похоже, Нелли нарочно разжигала его аппетит! – Дорогая! Сейчас, я, пожалуй, даже целого съел бы! – Ну смотри мне! С таинственной улыбкой взяв любимого за руку, булочница увела его вниз по внутренней лестнице. Почему-то стараясь ступать как можно тише, они осторожно подкрались к маленькому стенному шкафчику в самом темном уголке магазина. – Вот! – Полузакрыв глаза, Нелли торжественно распахнула перед Суини покрытые паутиной дверцы. – Что «вот»? – Ничего?! Как? – Ловетт в недоумении шарила руками в пустом шкафу. – Я же сама лично испекла его для тебя (дней пять-шесть назад!) и положила сюда! Кстати, а где наш подмастерье? То-би!.. – нараспев позвала она. – ХРУ-УПП! – внезапно раздалось из-под стола, и, сообразив, что его раскрыли, Тоби кузнечиком выскочил на свет божий, опрокинув кадку с тестом. – Ах ты, шулер!.. – прикрикнул на него Тодди, нарочито грозно наступая на воришку с бритвой в руке. (На самом деле, он, похоже, был даже рад, что так вышло. Не очень-то хочется остаться без зубов в расцвете зрелой красоты!) – Я… я боялся, что ты найдешь и подавишься!.. – залепетал Тоби, глотая крошки. – Кстати, Су, а знаешь, насколько хватает одного тюбика пены для бритья? – продолжал мальчишка, явно пытаясь отвлечь внимание. – Что?! – Вдоль по Флит-стрит до переулка, вокруг столба, в бакалейную лавку и обратно! – взвизгнул Тоби и понесся наутек. – Стой!.. Да какой я тебе, Су? Я убью тя! – История о последнем тюбике с пеной задела Тодда за живое куда сильнее, чем кража черствого пирога. Где-то за углом на лестнице в подвал что-то глухо стукнулось о пол, а затем – частый топот вниз-вниз-вниз… – Зараза! – Тодд и Ловетт дружно бросились за ним, по очереди споткнувшись о недоеденный огрызок. Нелли как своих тараканов знала этот старый дом: из довольно просторного вонючего подвала темный вонючий тоннель вел в самые глубины нестерпимо вонючей лондонской канализации... Мне дальше описывать, или постоите снаружи? – Крыса! – внезапно вскрикнул Тодд. – Кто – я? – чуть не плача пискнула Ловетт. – Что ты, милая, это просто крыса! – успокоил ее Суини. – Ой, пошли скорее отсюда! Несколько раз, ради приличия, рявкнув в темноту красивые добрые слова, мистер Ти понуро поплелся наверх, а за ним неугомонная кокетливая Нелл: – Суини!.. А у тебя… красивый голос! – и тут же без распевки выдала яркую высокую ноту: на пороге булочной стоял всем известный бидл Бэмфорд – посыльный судьи Торпина. На ловца и зверь бежит! – Добрый вечер, мэм… – промычал пристав, ковыряясь в мясистом свинячем носу рукой в перчатке без пальцев (Возможно, для этой цели и фасон!) Он смачно чихнул, смахивая с лица (то есть, извините, морды) упавшую с потолка паутинку. – На ваше заведение, как, впрочем, и на то, что наверху, поступили жалобы! Мне ужасно неприятно… (Еще бы, кому приятно гулять по помойке!), но я должен осмотреть ваш… апчхи!.. подвал! – закончил он свою речь. – Безусловно! – Находчивый цирюльник быстро справился с волнением. – Давайте-ка… – Он с легкой гримаской коснулся своей щеки, делая вид, что рассматривает след на пальцах, чем явно смутил гостя. – Давайте тогда сверху и начнем, а?.. – Чи-чи-чи-ЧИХ! – На этот раз бидл предусмотрительно прикрыл рот рукой. – Не-ет, мистер Тодд, вашу цирюльню уже видели – сегодня утром! То, что вы сделали с клиентом – просто возмутительно! Бедный судья буквально слег! А ведь у него в эти выходные готовилась свадьба! – Неужели? – Цирюльник изумленно поднял бровь. – И с кем же это? – Да с его подопечной Джоанной: зачем далеко ходить! – А, мои поздравления! – ввернул Суини, старательно скрывая возмущенье. – Обожаю свадьбы! Не обращая внимания на болтовню растрепанного парикмахера, бидл Бэмфорд протиснулся внутрь магазина: – Узкие двери – раз! – констатировал он. – А если случится пожар – вы представляете, какая давка будет у выхода?.. Два: на столах – куча хлама! – Ингредиенты! – возмутилась миссис Ловетт. – Тогда почему они бегают даже по полу? – ехидно осведомился пристав. – Они упали со стола – ведь это же и козе понятно! – вступился за свою даму Тодд, следуя за толстяком. – Я даже слышал, что в вашем пироге нашли палец, – продолжал тот. – А-а-а… с кольцом Соломона? Пить меньше надо! Хотя у нас и впрямь пироги – пальчики оближешь! А может, кто-то увлекся и свой откусил?.. – Это был палец с ноги! – возмущенно заявил бидл. – Ну, тогда это был палец свиньи! – УУУФФФФ! – Мистер Бэмфорд, краснея от усилия, бочком попытался протиснуться в узкий коридорчик, ведущий в подвал. – Еще раз по поводу пожара… – начал он. – Да кто же бросится спасаться в подвал! – Суини уже порядком достала эта ревизия. – Это не снимает с вас ответственности! К вашему сведению, судья Торпин может посадить вас в тюрьму просто за то, что вы дышите. Да еще таким воздухом! Фу!.. – Бидл с отвращением захлопнул железную дверь. Мистер Тодд напротив глубоко и с видимым удовольствием вдохнул, наклонившись к незванному гостю. Похоже, забавная идейка уже осенила эту хорошенькую головку: – Что за редкий аромат? Вероятно, духи вам привозят издалека?.. – Хмм, не то, чтобы… – Бидл смущенно помялся (Просто амбра из парфюмерной лавки за углом. Ну, если идти кругами, то довольно далеко…) – А знаете. – Глубокие темные глаза игриво блеснули. – Я мог бы надушить вас так, как еще никто никогда не душил! Стоит только подняться наверх – и чудо не заставит себя ждать. Ловетт с многозначительным видом кивнула Суини: мол, путь в подвал открыт и через чердак! Но Суини коротко и ровненько отрезал: «Нельзя: там Тоби!» Кроме того, у него были свои соображения: – Нелли, ты сегодня выливала свой ночной горшок? – шепотом осведомился он. Смутить Ловетт было трудно: связав вопрос о горшке с приложением надушится, симпатичная чертовка уже нарисовала в воображении свою пикантную картинку (О, Нелли была превосходной художницей! Не верите?) – А может, лучше твой? – робко предложила она. – Ты же знаешь, я хожу напрямую в тоннель! – А я боюсь!.. Там крысы! – Неси горшок! – Чего вы там шепчетесь. – Бидл подозрительно направился к ним. – Так, любовные забавы! – весело пошутил Тодд и, фамильярно положив руку на плечо Бэмфорда, увлек его по направлению к цирюльне. Ловетт же тем временем запрыгала в спальню. Неторопливую доверительную беседу двух «порядочных» и «опрятных» людей прервал оглушительный звон колокольчика: в цирюльню, как к себе домой, ворвался Энтони в сопровождении щуплого пацана в забавном картузике, лихо заломленном набекрень. – Мистер Тодд, вы должны!.. – Ах! – Мистер Тодд, всплеснул руками, метнув быстрый взгляд на Энтони. – Парень теребит меня по десять раз на день, потому что я должен ему денег! – Мистер Тодд!.. – Ловя ртом воздух, Энтони все-таки порывался держать речь. Гостеприимно протягивая руки, Суини прошел через всю комнату и наступил ему на ногу. – Ай! Тебе че места мало? Угрожающая гримаса Суини – моряк с обидой показал язык. – Молчи, придурок! – прошипел ему Тодд. – А!.. – Заметив бидла, развалившегося в кресле, молодой моряк живо спрятал язык и, вместо того, чтобы проглотить его, с облегчением выдохнул: – Человек судьи! Так сразу бы и сказал: зайди с Джоанной попозже, а то он все хозяину расскажет, да еще, может, и помешает, обидит или побьет!.. И тут начался водоворот!.. Бидл: – Джоанна! Боже, до чего ты докатилась? Такие шляпки давно не в моде!.. Суини: – Джоанна!!! Не узнал – богатая будешь!.. Джоанна, выглядывая из-под картуза: А вы кто?.. – …Где же, где же бидл, где же дуро-Бидл?.. – Еще одна звезда зажглась на нашей сцене! В помятом капоре и вылинявшем платье, похожем на мешок из-под картошки, она была неотразима. Вернее, почти не отражалась в полутьме разбитых зеркал. – Где же, где же бидл? – Напевая, она грациозно кружила по комнате. – Да вот он! – крикнул ей измученный Суини, хватаясь за голову. – Чего те от него надо? – О! – Танцуя, дамочка подпрыгнула к цирюльнику и, вытянув перед собой не совсем чистые руки в перчатках, из которых время сделало ажурные, нежно обхватила его за ушки, потянув к себе. – Мне кажется, я вас знаю, мистер!.. – Много ты знаешь! – оборвал ее Тодд, но на всякий случай быстро сунул ей в рот надкусанное яблоко… И в этот миг раздались грохот, всплеск и дребезжанье – войдя в цирюльню, Ловетт благополучно выпустила из рук бережно принесенный ею ночной горшок. – Джоанна! Ах ты!.. А ну – живо домой! – Бидл Бэмфорд первым пришел в себя в этом поющем и танцующем дурдоме. Пробившись сквозь толпу, он бросился к Джоанне – схватить ее в охапку, но осекся. – А ну убери руки! Я приказываю!.. – Вырвав уши из рук великой актрисы, Суини подскочил к дочери и с удовольствием отвесил приставу пинка. Ловетт отпрыгнула, и бидл всей тушей растянулся на помоях, избавив хозяйку от мытья полов. – Я вспомнила! – радостно вскрикнула нищенка, прыгая от восторга. – Вы!.. Тодд с мольбой во взгляде огляделся в поисках заветного яблока. – Вы… Метнувшись к Бэмфорду, Суини Тодд в отчаянии заткнул ему уши. – Бенджамин Баркер, – почти беззвучно выдохнула незнакомка. Суини широко раскрыл глаза, вглядываясь в ее лицо, и невольно расслабил руки: – Ты?!.. – Бенджамин Баркер! – с новыми силами выкрикнула Люси (А это была именно она!). – Ура! Бенджамин-Баркер! Бенджамин-Баркер! – Новая песенка веселила ее еще больше, чем первая. – Жил здесь когда-то! – вставил Суини для связки слов. Срывающимся голосом он даже пытался подпеть. (И откуда он еще черпал фантазию и силы?) Но тут же, повернувшись к Ловетт, выдал себя с головой: – Нелли! Почему ты не сказала, что моя жена жива? Похоже, сегодня у всех ум за разум зашел! – Я не хотела тебя расстраивать! – Молитвенно сложив руки, Нелл искала еще каких-то оправданий, но нашла только крышку от горшка. – Лучше бы она умерла, чем стала такой дурой! – А ну брысь отсюда! – воскликнул Энтони, видя, что бидл, кряхтя, пытается подняться. – Выметайся, чтоб духу твоего не было! – И, разбежавшись, он изо всех сил пнул его под зад. – Вот тебе за меня… и за Джоанну! Ловетт на лету успела нахлобучить на голову приставу свой горшок: – Вот тебе за Суини! – Вот тебе! – Неожиданно для себя Люси доказала, что тоже может быть полезной. Изящным толчком ноги она спустила орущего толстяка с лестницы. – За Бени! – с благоговением добавила она. Несколько мгновений – звенящая тишина, искорки в воздухе и звон в ушах. Шатаясь от волнения, Суини кое-как пробрался к миссис Ловетт: – Нелл, выйдем: поговорить надо! – шепнул он ей. Жених, невеста и мать невесты остались в цирюльне одни. – Ничего, пробьемся! – распушив хвост, хорохорился Энтони. – Потом сама поверишь, что тебе это приснилось!.. – Я никогда не видела снов – только кошмары, – сокрушенно вымолвила Джоанна, устало опускаясь на сундук. – Да не расстраивайся ты так. – Энтони подсел рядом с Джоанной, подавая ей знаменитый огрызок. – Вот, яблочко хочешь?.. – Дай лучше мне – мы не гордые! – И Люси жадно принялась за угощение.