Один из тысячи кунаев. Эпизоды.

Сегодня Цунадэ задержалась в госпитале допоздна. Она часто сюда приходила и  сама осматривала пациентов.  Все поправляются, это хорошо. Усталые мысли  с трудом не могли собраться. Душный горький воздух госпиталя, казалось пропитал  все вокруг. Она уже не чувствовала его. Провела здесь почти полдня, а до закрытия осталось полчаса.  Ей нравилась тишина опустевших коридоров, гулкий звук чьих-то одиноких шагов, стук металлических инструментов. В такой поздний час жизнь в госпитале замирала. И все же, она пропадала здесь не зря,  сбежав сюда после обеда и повесив работу на чунинов, что приняли ее с обреченной покорностью. Сегодня Намиаши Райдо наконец смог  отправится домой. Что ж, это того стоило. Она испытывала ни с чем не сравнимое чувство покоя, которое появлялось в ее сердце тогда, когда пациент вставал на ноги. Скоро они все поправятся… Это теплое чувство заставило ее улыбнуться. - Цунадэ-сама? Пятая хокаге оглянулась на голос. Рядом с ней стоял врач. Человек в белом халате выглядел усталым,  морщины на его лице, казалось, обозначились еще глубже. - Что такое? - Спросила она, мгновенно насторожившись. - Я хотел поговорить с вами завтра. Но раз вы здесь… - Начал доктор. Его усталый серьезный голос прогнал и тень той улыбки на ее лице. - Я про осложнения. - Наконец сказал врач, когда она опустилась на стул напротив его рабочего стола, на котором в идеальном порядке были сложены документы и только одна медицинская карточка лежала перед ним. Цунадэ сначала не смогла прочесть  иероглифы, лежащие к ней вверх ногами. Осложнения? Трое  под подозрением и одно подтвердилось… - Сегодня Намиаши Райдо был выписан домой. - Продолжал врач. Стекла его очков блеснули в  желтом электрическом свете. - Да. - Кивнула Цунадэ. - Его состояние не вызывает опасений. Подозрения на осложнения не подтвердились. Тяжелое противное чувство окончательно изгнало то теплое спокойствие, что она испытывала всего несколько минут назад. -Он был доставлен в крайне тяжелом состоянии вместе с Генмой Ширануи. - Голос медика был бесстрастным, сухим и немного хрипловатым. Таким, каким должен быть, но  с каждым произнесенным словом Цунадэ ощущала, как крепнет в ней это тяжелое чувство. - Да. - Ответила она. Ее низкий густой голос тоже ничего не выражал. - И подозрение на осложнения подтвердились, я же сама поставила диагноз. - Вы не хуже меня это знаете. - Усталый врач опустил подбородок на сплетенные пальцы и внимательно посмотрел на Цунадэ. Пятая хокаге ничего не ответила. Она навещала своих шиноби почти каждый день и следила их состоянием. Знала  об их  изменениях. Почти все шли на поправку… - Думаю, стоит сказать сразу. Осложнения слишком сильно влияют на его состояние.  Раны зажили и это, пожалуй, единственное улучшение за все то время, пока он здесь находится. Давление чакры снизилось до предела, если оно упадет еще на несколько единиц, то станет опасным для жизни, анемия ослабила организм. Системы только поддерживают его общее состояние, но не более.  Цунадэ опустила взгляд. Она знала. Она все это знала. Но слышать все это было  еще тяжелее. - Большую часть времени он просто спит, а поднос с едой оказывается почти не тронутым. – Продолжал врач. -Я это знаю. – Ответила Цунадэ. Ее голос был жестким. Ей доставили двоих… серьезно раненых… она сражалась за их жизни… Сегодня один отправился домой… второй  остался здесь… слабый…  Дальше она думать себе запретила. Она опустила взгляд на стол, где перед врачом лежала медицинская карточка, теперь она знала, чья. Цунадэ не задавала вопроса, почему медик говорит об этом с ней. Оба это понимали. - Спасибо, что поделились со мной всем этим.- Сказала Цунадэ. Медик кивнул. - Не хотел бы говорить этого, Цунадэ-сама, но боюсь, велика вероятность того, что  джонин Генма Ширануи так и не сможет… - Еще рано делать какие-либо прогнозы. - Неожиданно оборвала его Цунадэ, поднявшись со стула. - Еще раз спасибо, что поделились со мной своими выводами. Медик коротко кивнул, давая понять, что разговор окончен.  Цунадэ вышла из кабинета, не оглянувшись. Ее каблуки оглушительно стучали  в опустевшем коридоре. Этот гулкий звук эхом отдавался от стен. Цунадэ была хокаге, правителем деревни, но… он была еще и медиком. Ей только что сказали то, о чем она сама думала и о чем запрещала себе думать. Ноги сами привели  ее в конец коридора, к палате. И зачем она пришла сюда? Цунадэ остановилась и только сейчас заметила, что сжимает в похолодевшей руке медицинскую карту. И как она успела захватить ее? Медицинская карта. История жизни шиноби, написанная его ранами, болезнями  и увечьями. Довольно толстая. И большинство из написанного тут - боевые ранения.  Ладно, надо войти, раз пришла. Цунадэ толкнула дверь. - Что вы тут даете, Цунадэ-сама? - Послышался знакомый голос. Цунадэ обернулась. Рядом с ней стоял тот самый джонин, которого она должна была увидеть. Генма стоял, глядя на нее своим обычным меланхолично скептическим взглядом. Его ладонь лежала на стене. Могло показаться, что он просто положил на нее руку, на самом деле он опирался на нее… Теперь, когда она увидела его сейчас, едва держащимся на ногах, она в полной мере осознала то, о чем только что говорил медик. - Я говорила тебе не перенапрягаться. - Сказала она, прищурив глаза. - С каких пор прогулка, это перенапряжение? - Скептически изогнул бровь Генма. - С тех самых пор, когда начались осложнения! - Сердито ответила она. - Вы опять про…- Начал Генма. - Да, я про твое состояние! - Голос Цунадэ стал раздражительным. Генма лишь глубоко вздохнул, это яснее всяких слов говорили том, насколько ему это надоело. - Иди в палату. - Сказала жестким голосом, которым отдают приказы. Джонин  опустил руку и открыл дверь  помещения, где в последнее время жил. Никаких возражений. Ни язвительных комментариев. Ничего. Цунадэ бессознательно пришла сюда. Зачем? - Тебе надо побольше отдыхать. - Сказала она просто так. Генма молча опустился на кровать сжав руки в кулаки. Они дрожали. От слабости. - Цунадэ-сама, в последнее время это единственное, что я делаю. - Ответил он. Пятая хокаге обернулась, глядя на своего  шиноби, сидящего на краешке кровати и смотрящего на нее меланхолично скептическим взглядом. Она словно увидела его впервые за долгое время. Скулы обозначились сильнее на побледневшем лице, обрамленными прямыми казавшимися теперь рыжими волосами. Под глазами залегли глубокие болезненные тени. Льняные рукава больничной рубахи скрывали уродливые лиловые пятна, оставшиеся после бесчисленного количества систем и игл. Он выглядел так, славно истратил все силы. Врач был абсолютно прав. Цунадэ видела это. Видела множество раз. И видит это сейчас. - Осложнения это не шутка. - Еще раз сказала она, глядя на темную улицу за окном. Смотреть на Генму ей  больше не хотелось. Позади послышался тяжелый вздох. Ему это надоело. - Знаю, Цунадэ-сама. - Последовал усталый ответ. На этот раз Пятая Хокаге оглянулась. Джонин сидел спиной к ней, устало согнувшись. Сидеть прямо сил у него уже не было. Неужели простая прогулка по территории больницы так его истощила?!  По затылку пронеслось что-то обжигающее. Чутье медика сразу начало предлагать варианты действий. Физраствор? Превышать суточную дозу нельзя, завтрашнюю он еще получит, тонизирующие препараты  уже не помогут, еще немного и просто отравление начнется…Измерить давление чакры? Что толку… итак ясно, что оно ниже некуда… Цунадэ до боли прикусила уголок рта, чувствуя как обжигающее и мерзкое ощущение беспомощности поглощает мысли. Она чувствовала это всякий раз, когда ей казалось, что она ничего не в силах сделать. Но ничего не делать она не могла. - Давай руки. - Спокойно сказала она. Генма послушно убрал длинные рукава больничной рубахи и  вытянул вперед изуродованные бесконечными системами, руки. Ужасающие  багровые и темно-лиловые пятна  тянулись от изгибов локтя до самых запястий и поднималась к плечам. Цунадэ взяла его ладони в  свои и сосредоточилась, пытаясь уловить давление чакры, но куда сильнее она чувствовала, какими холодными были эти ладони. Ледяные… и дрожат от слабости. Это яснее всего говорило о том, в каком состоянии находится джонин.  И чакра. Медленно-медленно бьется где-то под кожей… -Может, выпишите меня уже? Здесь со скуки умереть можно. - Беззаботно-язвительно улыбнулся Генма. - О чем ты?! - Вырвалась у Цунадэ. От неожиданности у нее чуть чакра не дрогнула. Она встретилась взглядом с джонином. Эта беззаботно-язвительная ухмылка… на бледном изможденном лице. - Мне уже лучше, Цунадэ-сама. - Ответил Генма, стремясь придать своему хриплому голосу бодрость. – В госпитале мне больше делать нечего. - Не может быть и речи!- Низкий голос Цунадэ не терпел возражений. – У тебя слишком низкое давление. - Закончила она более спокойно.