Cold love

      Хань восседал в звукозаписывающей студии, где творил его друг — композитор Фу Тенгфей. Это место всегда вдохновляло Ханя; хотелось петь, танцевать, забыться в нотах и просто творить. Мужчина прекрасно помнил, как пришел сюда впервые. Он жутко волновался, боялся ударить в гряз лицом, хотя уже был очень популярен. Тогда Лу жутко нервничал перед любой новизной, неожиданность наводила на разные мысли и ловко отодвигала уверенность в себе на задний план. Это сейчас Лухан не волнуется перед съемкой в незнакомой студии, на концертах и особенно перед записью. Нервы шалят лишь когда дело касается Мейлин. А в остальном Лу Хань достаточно уверенный в себе молодой человек, который, отныне, не пасует перед сложностями.       Время тянулось медленно. Тенгфей засел за фортепиано и что-то рьяно исправлял, тихо мыча под нос мелодию. Рядом с мужчиной сидела его супруга ЧауЛан — кореянка, приехавшая в Китай ради учебы. Лу всегда восхищался налаженными отношениями этой пары, а когда появились собственные вовсе позабыл о них. Конечно, у Ханя семейная жизнь сложилась не так гладко, как у друга, все же в ней была неповторимая прелесть, радовавшая не только актера, но и его любимую супругу.       — Ну что там? — Хань начал засыпать от долгого ожидания.       — Мы скоро, — ответила Чау, нежно прогладив мужа по спине.       — Там на столе ноты первой песни, — прошипел Фу. Композитор говорил через нос и временами разобрать его слова было нелегкой задачей.       — На столе значит, — актер поднялся с кресла, прошагал к деревянному столу у стены.       — Этот альбом будет отличным! Я столько души вложил в него, — Тенгфей отодвинулся от инструмента. — Женушка, воды.       — Не сомневаюсь, — отстранено вставил Лу, изучая новый хит.       Фу глотнул водички и вернулся к работе. Он сидел еще примерно час, но время обеда дало о себе знать. Мужчина неторопливо поднялся на ноги, прошелся к маленькому холодильнику в углу комнаты и достал контейнер с едой.       — Лу, хочешь? — выкрикнул мужчина.       — Нет, — Хань поднял голову. — Пошли лучше в кофейню сходим. А то ЧауЛан, бедная, застряла в этой студии.       — С чего ты взял? — друг был возмущен.       — Фу, ты ж живешь в этой студии, когда начинаешь писать. Вон, даже холодильник прикупил.       — Ну, это отчасти правда, а вроде и нет. Забей, а? Нам бы побыстрее закончить! Потом и отдохнуть сможем, да, солнце? — мужчина приступил к еде.       — Ага, — кивнула женщина, уткнувшись в телефон. — Мне то что, я свое аниме смотрю и живу прекрасно.       — О, — обрадовался актер. — Я и забыл! Посоветуй что-нибудь.       — Таак, — Чау задумчиво прищурила глаза.       — Хэй, стоп-стоп! А работать кто будет? Аниме он хочет посмотреть, песню вон свою разучивай! Это ЧауЛан все можно, а тебе нет! И вообще, нам уже скоро выпускать альбом, а ты еще ходишь, — услышав нервный голос композитора, Хань засмеялся и направился к инструменту.

***

      Ослепительный мегаполис встретил пекинцев украшенный золотым мазком неба, что прибавил в гущу красок побольше оранжевых тонов. Проблеск загорающихся огней на фоне живописного неба казался совсем сказочным, особенно с сотней машин с откидным верхом.       Увы, насладиться прогулкой по Лос Анджелесу кареглазой не удалось. Чен Хуаншен с самого прибытия был на удивление взволнован, раздражающе тороплив. Сдержанность и спокойствие мужчины сломались под тяжестью долгих часов перелета с кошмарно-шумной соседкой, чей рот не умолкал ни на секунду. Ведь даже Лу Мейлин не удалось спасти ситуацию. Это и подтолкнуло мужчину направиться в гостиницу сразу же после первых десяти минут прибытия. Лу, безусловно, старалась не грустить, но выходило совсем не впечатляюще. А изучать город удалось только из окна машины.       «Город ангелов» пришелся Мей по душе. С самого прилета девушка ловила взглядом каждую мелочь, невообразимо быстро вдохновляясь новой атмосферой. Все здесь дышало неизведанным, те же самые высотки казались совсем иными, не такими, как в Пекине. Лето отдавало привкусом сочного, пляжного сезона, временем соломенных шляп и шорт с причудливыми рисунками. А еще удивляла присущая городу легкость, солнечность; в этом холмистом ландшафте, усыпанном уймой домов, совсем не было душно. То ли от меньшего количества населения, то ли от привкуса новизны. Мей чувствовала внутри жуткий восторг! Хотелось снимать, снимать и еще раз снимать! Впрочем, только с Ханем, и, несомненно, самого Лу Ханя.       — Что там по плану? — долгую тишину нарушил голос Мей, когда такси остановилось у высотного здания.       — Концерт, но мы изрядно опаздываем, — незамедлительно ответил Чен.       Мейлин молча следовала за широкой спиной мужчины и, миновав огромные двери гостиницы, прошла в центр грандиозного холла, пока Хуаншен ютился у рецепшена. Справился брюнет быстро и через пару минут вручил Лу золотой ключик от номера. Девушка коротко поблагодарила знакомого, а этого ему вполне хватило для ощущения радости.       Когда брюнетка зашла в номер, оставила вещи в центре и упала на свежо-застланную кровать, почему-то вспомнился муж, вследствие чего волнение не заставило себя ждать. Она лишь надеялась, что с ним все хорошо, и он не забыл поесть. Эти мысли погрузили кареглазую в объятия всемирной сети, где за прочтением свежих новостей о Лу Хане, она потеряла заветные пятнадцать минут отдыха.       — Мей, это я. Можно? — через время объявился Чен. Девушка любезно открыла дверь, но приглашать не стала. Доверия этот мужчина не заработал.       — Что-то случилось?       — Хотел сообщить, что нам через час выезжать. Начинай собираться и, прошу, не заставляй меня ждать. Я нетерпеливый человек, — брюнет выглядел устало, но его задумчивые глаза совсем не объясняли причины размышлений.       — Учту, — коротко вставила Лу, после чего неспешно закрыла дверь. Собираться Мей не любила, посему всегда старалась закончить побыстрее. Душ, чемодан, глажка платья, укладка, макияж — все это заняло примерно минут сорок. Остались легкие штрихи и Лу было готова к выходу. Девушка воспользовалась любимыми духами, подкрасила губки в бледно-розовый, а после устало уселась на диван. Наверное, единственное, что сейчас ей нужно — голос Ханя. Он и усталость снимет, и любовью наполнит, а жить то как легко станет? Лу, натянув наушники, начала слушать любимую песню в исполнении мужа.       Время шло быстро. Спустя двадцать минут Чен Хуаншен оповестил о приезде такси, и они шустро направились на концерт. Кто выступает и что её там ждет, девушка не знала, даже не интересовалась. Все внимание приковывали яркие вывески, летние наряды. Тут царила неповторимая атмосфера кино, рождаемая отчасти надписью «Голливуд» на одном из холмов. Мейлин невольно вспоминала уйму просмотренных фильмов и, честно, никак не могла поверить в реальность происходящего.       Хуаншен был прав. Они опоздали на целых сорок минут и пропустили половину концерта. Мей с мужчиной быстро уселись на места по билетам и наблюдали за шумным залом, громко подпевающим Snoop Dog-у. Для кареглазой хип-хоп являлся отдельной планетой; музыка в этом жанре не то, чтобы была незнакома, скорее не так приятна на слух, как любимый рок. Девушка слушала ритмичный, острый рэп выступающего, но улавливала смысл лишь малой части. Все же слабое знание английского давало о себе знать. А вот Чен Хуаншен полностью пал во власть концерта. Он никого не видел, ничего не замечал, только музыка и дурман. Для него любимый исполнитель в паре со своей шикарной музыкой создали самый незабываемый вечер, но для Мейлин это был вечер усталости, нелюбимой музыки и блеска. В то время как мужчина жалел о позднем прибытии, кареглазая наоборот отсчитывала минуты до конца выступления. Все-таки хип-хоп не её стихия.       Концерт закончился поздно ночью. До краев заполненный фанатами, зал быстро опустел, свет прожекторов погас, но Лу и Чен неподвижно сидели на своих местах. Она не понимала, чего они ждут, а Хуаншен и не додумался объяснить. Мужчина сидел молча, разглядывая угасающий в ночи зал, по видимому, даже не думая о дальнейших действиях. Мейлин решила подождать. Когда зал полностью опустел, а от недавнего куража остался только мусор, брюнет поднялся и направился к сцене. Мей естественно последовав за ним, добралась до гримерной Snoop-а. Чен спокойно постучал, но, не дождавшись ответа, свободно прошел внутрь.       — Хэй, дружище, давно не виделись, — проговорил брюнет на английском. Рэпер мгновенно обернулся. Он совсем не скрывал своей радости, здороваясь с китайцем.       — Чен, как жизнь? Какими судьбами? — голос темнокожего звучал очень расслабленно, с натяжкой.       — Супер. У тебя что нового? Когда в Пекин прилетишь? — Чен придвинул два стула напротив кресла звезды и жестом попросил спутницу сесть. — Знакомься, моя знакомая Мейлин.       — Приятно познакомиться, — кареглазая занервничала. Как же давно она не разговаривала на английском, а тут еще и знаменитость. «Черт, по приезду обязательно нужно браться за язык» — заключила для себя Лу.       — Взаимно. А она хорошенькая! Не уж то нашел девушку наконец-то? — Рэпер выглядел устало. — В Китай не скоро. Как надумаю, сообщу.       — Она моя коллега, — усмехнулся Хуаншен. — Договорились! Что, продолжим вечер?       — Продолжим вечер? — Мейлин по обыкновению заговорила на китайском.       — Да, — Чен кивнул. — У меня есть планы.       — Поехали, — Snoop Dog встал на ноги и двинулся к двери.       Шумный Лос Анджелес, царствующий под ночным небом, раскрыл перед компанией знакомых свои объятия. Броский, опасный, он пугал Мей ненасытной жаждой приключений. Разливающиеся по венам города реки алкоголя вводили молодую леди в ступор. Едва ли не самое дорогое заведение, в кое-они прибыли, гостеприимно выделило вип-кабинку. Помещение оказалось мрачным, жутко вычурным и темным. Интимное освещение скрывало истинную сущность сидевших вокруг стола. Мейлин нервно откинулась назад. В этой компании она была единственной девушкой, а эта мысль постепенно сводила с ума. Не считая Чен Хуаншена, к рэперу присоединился его друг. Мужчины поочередно рассматривали кареглазую, но происходило это так непринужденно, что никого особо не смущало. Никого, кроме Лу Мейлин. Она бушевала. Мало того, что тут такая неловкая атмосфера, так еще и пришли они оказывается в караоке. Кареглазая недоумевала, зачем это вообще нужно?       — Что будешь пить? — заинтересованно бросил Хуаншен, перелистывая страницы меню.       — Воду, — Мей кивнула. Юноша сидел рядом и прекрасно услышал её тихий голос.       — Шутишь? — Мейлин захотелось стереть с его лица эту мерзкую усмешку хорошим ударом в челюсть. — Воду?       — Воду, — повторилась Лу, кинув испепеляющий взгляд на собеседника.       — Воду, так воду, — брюнет тут же отвернулся.       Минут через десять в кабинку принесли алкоголь, и вечер наполнился весельем. Видимо мужчинам хотелось не только пить, но и петь. Каждый последующий тост сопровождался отличной песней. Только Лу раз за разом отдавала микрофон следующему. И сколько бы её не уговаривали, девушка упрямо стояла на своем, попивая холодную водичку. Со времен ей перестали протягивать микрофон, уже не пожирали глазами ножки, не предлагали что-нибудь покрепче. Лу ликовала. Возможно это был единственный случай в жизни, когда на вечере Лу радовалась тому, что о её существовании забыли.       Впрочем судьба решила по измываться над бесстрашной художницей, прибавив в веселую компанию еще пару человек. Трое неизвестных мужчин и одна молоденькая девушка присоединились спустя час. Гости явно были в нетрезвом состоянии, а девушка, на которую Мейлин взглянула с такой надеждой, всем своим поведением показала, что она просто нанятая на ночь проститутка. Тут уж у кареглазой началась паника. Сидела она недолго. Оценивающие взгляды прибывших нервировали пуще прежних. Лу хотела провалиться под землю и чудным образом попасть в квартиру мужа, где очень спокойно.       Время шло стремительно. Бутылки алкоголя менялись с невероятной скоростью. Мей, больше не выдерживая, решительно встала на ноги. «Хватит» — решила кареглазая. Она коротко попрощалась, наврала, что жутко болит голова и двинулась в выходу.       — Так скоро? — знакомый альт заставил её остановиться. — Но, Мейлин, мы не можем отпустить вас так просто?       — А? — недоуменно обернулась брюнетка. Сердце взволнованно застучало.       — Хотя бы спойте нам песню на прощание, — продолжил Snoop Dog, от чего Лу радостно просияла и лишь согласно кивнула в ответ.       Девушка быстро выбрала песню: включила первую из знакомых в списке. Проигрыш длился недолго. Сначала голос Мей был тих, робок, глаза осматривали каждый стык кафеля на полу, но буквально через тридцать секунд голос звучал мощнее, наполнялся уверенными, чистыми нотками, глаза поднялись на зрителей и смотрели так прямо и так смело, что шум в помещении мгновенно стих. Лу закрыла глаза и пела. Пела проницательно, душевно. Наверное, Хань бы точно оценил её песню, ведь в мыслях она звучала только для него. Девушка вовсе позабыла об окружающих. Челюсть Хуаншена целовалась с полом, глаза известного на весь мир рэпера чуть не вылетели из орбит, а остальные и подавно забыли как дышать. В этот самый момент Лу вытягивала кульминацию и, черт возьми, ей было абсолютно плевать, что сейчас скажут другие. Будут ли они в шоке? Поймут ли почему до этого молчала? Разве это важно? Нет! Когда поешь, нужно петь от души и с душой, а остальные всего лишь пустяки.       — А теперь, можно? — улыбнулась китаянка, когда звучали последние аккорды композиции.       — Господи! И ты всё это время молчала?! — голос темнокожего звучал звонче.       — Я давно бросила пение, — девушка стеснительно посмотрела на пол.       — Мейлин, для тебя открыты двери в шоу бизнес! Если только надумаешь! Если только надумаешь, звони мне! Вот, — Snoop Dog выудил из бумажника визитку. — Звони мне в любое время!       — Ох, — взволнованно вставила Мей. Такого поворота событий она уж точно не ожидала. — Спасибо!       — Не забудь! Я буду ждать, — мужчина был серьезен. Простота Snoop-а итак весь вечер поражала кареглазую, а уж такое и вовсе шокировало. Вот только для Лу это предложение было приятным комплиментом, но никак не дверью в новую жизнь. Одной звезды в её семье итак достаточно. Мей почтительно поклонилась, взяла в руки визитку и покинула вип-кабинку.