Король всегда играет не по правилам

Жизнь - это всего лишь время, которое проживает каждый человек, и когда-то это время заканчивается. Эцио Аудиторе: уставший, измотанный до полубессознательного состояния - восседал в своих пенатах и смотрел на артефакт, что лежал на столе. Множество мыслей терзали ассасина, с артефактом он мог бы изменить многое, ведь он видел, что будет в будущем, но вместо этого он продолжал жить дальше, даже не пытаясь понять, какой дар ему преподнесла судьба. Ведь вместо действий Эцио сокрушал врага за врагом, превращая защиту в простую бойню, где пали не только враги, но и множество товарищей. Смысла за что-то бороться Эцио просто не видел, он ведь всего лишь пешка, которая передаст артефакт другому, и он перестанет быть важным и особенным. «Всего лишь пешка? Какой же ты наивный, Эцио, вроде и так было понятно, что ты всего лишь пешка, так к чему стремиться? Зачем стараться, если я когда-нибудь, так или иначе, сдохну? Артефакт он и так найдёт без проблем, так почему? Почему же так обидно, что не я этот поганый ассасин, который должен спасти человечество?! Почему!?». Стресс и раны лишь усиливали усталость, заставляли чувствовать себя ничтожеством, которое ни на что не способно, что вызывало в последствии припадки накатывающей злости и отчаянья. Аудиторе прекрасно знал, что сестра и мать слышат его яростные вопли, а так же слышат и то, как он крушит всё вокруг себя. И кто в этом виноват? Но ответ был подозрительно прост - он сам. Аудиторе всегда считал себя особенным, но сейчас он не чувствовал от этого гордости, или хотя бы грамма радости, была лишь злость, обида и горечь утраты. Усевшись на пол, парень посмотрел на артефакт лежащий рядом. - Почему так больно? Как Альтаир смирился с этим? - закрыв глаза, итальянец прислонился затылком к стене. - Ты ведёшь себя словно дитя, не удивительно, что ты не понимаешь того, что понял твой предшественник. Он был умнее и сильнее тебя. – не ожидавший ответа, он вскочил на ноги и посмотрел на женщину, что смотрела на него. Она была похожа на ту, которая помогла найти ответы, но отличия были слишком заметны, чтобы понять, что передним другой предтеч. - Кто ты? - Ты хотел ответов? - Ты не ответила! - Ты глуп, как дитя, но мне ничего не остаётся кроме того, как показать тебя таким и научить тому, чего ты не понимаешь. В следующую минуту артефакт озарил комнату белоснежным светом, заставив ассасина зажмуриться. - Ты думаешь, что твоя жизнь несчастна? Познай же участь прошлого! - перестав хоть что-то понимать, Аудиторе открыл глаза и в шоке посмотрел на величественные, огромные деревья, что окружали его. Создавалось впечатление того, что он пьян, и ему сейчас это всё снится, но, ущипнув себя за руку и поняв, что это не сон, итальянец запаниковал. Мало того, что он оказался не известно где, так ещё он уменьшился раза в два. От дальнейшей истерики его отвлекло засиявшее яблоко. - Что за чёрт!? - подняв артефакт, Эцио осмотрел его со всех сторон, - Верни меня обратно, чёртов артефакт! Что ты со мной сделал?! - на яростные вопли итальянца «Яблоко» продолжало сиять своим светом. - Артефакт ничего с тобой не делал, это сделала я - он встретился с взглядом женщины, что появилась в поместье. - Кто ты? - Эцио чувствовал, что от этого предтеча можно ожидать много проблем, которые явно будут по его душу. - Я Юнона, избранный, - на слове «избранный» ассасин лишь фыркнул и оскалился на женщину. - Надо же, с каких это пор? - Как я и говорила прежде, ты ведёшь себя как глупое дитя, так что не удивляйся своему образу. Ты должен понять, что быть «избранным» - это не значит стать главным. Когда поймёшь это, считай, ты вернёшься домой, - ни сказав больше ни слова, женщина исчезла, оставив ассасина в одиночестве. - Вот cagna (сука)! Какой ещё образ!? Найду, прибью!!! - подняв артефакт, ассасин зашагал в глубь леса, - и где мне искать эту проклятую дорогу? Хоть бы карту дала! - в последующие пару часов итальянец перебрал весь свой словарный запас ругательств, обращаясь непосредственно к новой знакомой, Юноне. Дни после этого события были для ассасина тестом на выживание, вследствие которых он научился: узнавать, есть ли поблизости вода, лазить по деревьям, добывать яблоки и яйца птиц, устраивать засаду на мелких животных, правда их нельзя было сравнить с обычной едой в поместье, а так как жаловаться некому, то парню пришлось молчать и идти дальше, в никуда. - Когда же я наконец-таки сдохну!? Ах да, точно, забыл, - для этого надо отказаться от еды и воды. Ох, блин, до чего я дошёл - разговариваю сам с собой, – вздохнув, глава семьи Аудиторе посмотрел на небо, - Интересно, а я вообще когда-нибудь дойду до города? А то зеркало с чистой одеждой и мягкой кроватью мне бы не помешали. Дни превратились в недели, с помощью которых итальянец улучшил свои навыки и наконец добрался до цели. Город, пусть и не прекрасный, как Флоренция, но хоть какое-то место, где он смог бы узнать куда попал, и как добраться до поместья. Но зайдя в город, челюсть итальянца решила сравняться с землёй, ведь у неё были на это причины. Знак тамплиеров везде - на странных тканях, на страже, что прошла мимо парня. «Мама родная, куда я попал! Боже, куда это предтеч меня отправила!?» - он не успел толком ничего сообразить, как к нему подошёл один из стражей, который показался итальянцу ну просто великаном. «Чёртова Юнона, она меня что, меньше сделала?!» - заметив парня в белом балахоне, Аудиторе готов был завизжать от радости и кинуться в след за ассасином, но путь ему перегородил стражник. - Ты что глухой? Я у тебя второй раз спрашиваю, что ты тут забыл? Воруешь? - Что? Нет.. я... - договорить ассасину было не суждено, ибо мужик просто-напросто схватил его за шкирку и швырнул к аллее. - Оказывается, говорить умеешь. А ну, может, стоит преподать урок маленькому невеже? - «невеже? Ну всё, парень, считай, ты лишился своего потомства - в следующую минуту итальянец дал тамплиеру промеж ног и скрылся в толпе - ничего, одним тамплиером меньше стало». Продолжая бежать в след за ушедшим ассасином Аудиторе добрался до трущоб, где и следа ассасина не было. Надежда пропала так же быстро, как и появилась. Вздохнув, парень прислонился спиной к стенке, по которой вскоре и сполз на сырую землю. «Что же, цель найдена, осталось лишь добраться до неё». Взъерошив волосы, ассасин посмотрел на алую ленту в руках. «Единственное, что успокаивает в этом безумии» - поглаживая пальцами ленту, до ассасина начало доходить, почему мир так изменился и почему всё такое большое. Добравшись до торговых рядов он сумел отыскать лавку с зеркалом. - Чёртова Юнона! - итальянец смотрел сейчас на себя, только вот была одна маленькая загвоздка - он выглядел на свои 9 лет, хотя для многих он выглядел куда меньше. Найду - убью. Теперь у Эцио Аудиторе да Фиренце была цель, которая вернёт его домой, но сперва парень решил разведать местность и узнать побольше о городе. Сейчас итальянцу представилась возможность узнать о том, что он оказался во времена крестового похода, где битва ассасинов и тамплиеров шла в открытую. - Ну что ж, бойся, арабская ночь, я всё же до тебя добрался, - усмехнувшись, Аудиторе обворовал сразу двух людей у лавочки и скрылся в толпе. Теперь предстояло обзавестись деньгами, ведь если есть деньги - есть информация. Единственный способ добычи денег, известный итальянцу - это воровство. А это значит, что у палестинцев будет массовый дефицит денег.