Тhe howling

Frank's POV       Волк был покрыт матовой, чёрной шерстью, поднявшейся на затылке и на сгорбившейся спине. Он вяло рычал на Фрэнка и Джерарда, обнажив длинные острые клыки, его морда была большой и невероятно пугающей. Коричневые глаза были наполнены холодной ненавистью, будто он хотел разорвать двух людей в клочья только для собственного удовлетворения. Он погружал лапы в грязь, медленно приближаясь к жертвам.       Первый инстинкт Фрэнка состоял в том, чтобы защитить Джерарда. Его маленький бледный лучший друг был слишком хрупким, и если волк нападёт, его наверняка мгновенно убьют. Фрэнк не сможет жить дальше, зная, что он мог защитить Джерарда, но не выполнил такую простую для охотника задачу. В этот раз Фрэнку нужно соответствовать своему званию, иначе человек, которого он любил больше всего, может пострадать. Когда Джерард протянул руку и посмотрел на него со страхом в карих глазах, Фрэнк знал, что он защитит его, даже если это означает, что он, Фрэнк, будет ранен. — Не двигайся, — прошептав, Фрэнк сжал руку Джерарда, — Я защищу тебя.       Он потянулся к кинжалу, висевшему на петле охотничьего пояса. Острое лезвие блестело на солнце, когда Фрэнк достал его. Джерард тихонько всхлипнул от страха. — Фрэнк, ты будешь ранен, — прошептав, Джерард прильнул к его руке, капюшон спал с его головы, освобождая волнистые чёрные волосы. — Я — охотник, верь мне, — Фрэнк заставил себя улыбнуться Джерарду или хотя бы дать ему немного уверенности. Но он не мог забрать страх Джерарда, губа которого задрожала, как только Фрэнк начал медленно подниматься, балансируя на корточках. Волк зарычал и выгнул спину, чувствуя то, чего он не чувствовал в течение длительного времени. Страх. — Пожалуйста, Фрэнк, не дай себя ранить! — Джерард почти умолял, подёргивая рукой, но зная, что быстро двигаться не следовало, иначе волк не постесняется атаковать. — Я не могу позволить причинить тебе боль. Я не хочу рисковать тобой, — Фрэнк почувствовал укол в сердце, когда посмотрел на беззащитного Джерарда, почти утонувшего в ткани своего бархатного капюшона, его невинные и карие глаза слезились. Фрэнк сжал кинжал в руке и вышел из палатки. Он слышал, как его сердце колотилось в груди, и он знал, что в глубине души он боялся, но не в его правилах было показать это чувство. Лезвие было достаточно длинным, чтобы зацепить волка. Фрэнку пришлось проглотить все свои страхи и поверить, что это был единственный способ, чтобы спастись. Если бы они побежали, волк нагнал бы их мгновенно. — Джерард, я хочу, чтобы ты медленно отходил от палатки, Фрэнк пробормотал достаточно тихо чтобы Джерард услышал его. — Мне нужно, чтобы ты побежал в деревню так быстро, как только сможешь. Ты уберёшься отсюда невредимым и даже не попытаешься драться со мной! — Тебя ранят! — Джерард тихо заплакал и потянул за рукав Фрэнка. — Мне всё равно, — Фрэнк склонил голову в сторону волка, зрачки которого расширились, — Я получил метку охотника, чтобы защитить деревню от монстров. Больше всего я хочу защитить тебя. Иди...Пожалуйста.       Колеблясь, Фрэнк смотрел на своего дрожащего друга. Слёзы бежали по бледным щекам Джерарда. Мальчик медленно опустился на колени, когда Фрэнк взял на себя инициативу и сделал шаг вперед, пытаясь отвлечь волка. — Ну-ка, щенок, — Фрэнк распределил свой вес на обеих ногах, — Ты не получишь его, — Фрэнк оглянулся на Джерарда, бледного и дрожащего. Мальчик медленно поднялся на ноги. Волк вновь выгнул спину дугой, ощетинился, чёрные губы скривились над острыми белыми клыками, прежде чем громкое рычание вырвалось из его горла, и он бросился на Фрэнка, щёлкая зубами. Фрэнк быстро отреагировал. Он ловко уклонился от волка и отдёрнул руку, ударив зверя в висок рукояткой ножа. Волк рыкнул и приземлился на землю, по пути сбив палатку. Он заворчал, изо рта капала слюна. — Борись, как настоящий волк, щенок, — Фрэнк сплюнул на землю.       Волк бросился быстрее, чем в прошлый раз, и ударил головой Фрэнка в грудь с намерением сбить его с ног. Сильный удар черепа животного об его грудь заставил Фрэнка упасть на землю. Волк атаковал его на земле, зубы щёлкнули у его шеи, но Фрэнк уклонялся от каждого укуса. Его сердце колотилось громче. — Фрэнк! — Джерард пронзительно закричал. Волк терзал Фрэнка когтями, заставив его застонать он боли, прежде чем он поднял кинжал и вонзил его в бок зверя, отчаянно двигая клинок в жирной плоти. Когда волк отпрыгнул от него и завыл от боли в глубокой ране, Фрэнк вскочил на ноги и обернулся к Джерарду. — Я сказал тебе бежать! Я в порядке, иди! — Фрэнк закричал на Джерарда, ударив зверя по морде, когда последний вновь накинулся.       Но волк не сдавался.       Волк бросился на Фрэнка, снова сбив его с ног, прижимая к земле. Воздух покинул легкие Фрэнка, и он почувствовал, как горячее дыхание увлажняет его кожу. Волк, мрачно глядя на него, скользнул подушечками своих грубых лап через руки Фрэнка и рассёк когтями кожу. Фрэнк громко выругался от сильной боли, когда в него впились острые когти. Он чувствовал, как по предплечьям текла горячая кровь. Кинжал выпал из его руки, и, когда Фрэнк поднял голову, чтобы посмотреть, куда он исчез, он увидел красный капюшон и бледную руку, крепко схватившую кинжал. Фрэнк задохнулся и открыл рот, чтобы орать имя Джерарда, но мальчик скрылся из виду. Внезапно волк изогнулся и завыл, полный боли и разочарования. Зверь дёрнулся, впился во Фрэнка зубами, прежде чем содрогнулся и откатился. Фрэнк вскрикнул от жгучего, горячего ощущения от укуса, от боли, заставляющей его тихо всхлипнуть и прикусить губу.       Он поднял глаза, чтобы увидеть, как Джерард заколол волка в спину. Но теперь волк повернулся к Джерарду, наступая, заставляя последнего прижаться к дереву, и набросился на него. — Блять! — Фрэнк прошипел и схватился за своё кровоточащее плечо, вскарабкавшись на ноги. Рубашка намокла от крови и прилипла к руке. Фрэнк видел, как Джерард выронил кровавый кинжал всего в футе от зверя. Мальчик извивался, пытаясь вырваться и побежать. Фрэнк нырнул за кинжалом, когда волк ударил Джерарда когтистой лапой, оставив на его фарфоровой щеке четыре длинных зубчатых следа.       Пальцы Фрэнка сжались вокруг ручки кинжала, он почувствовал, как в его жилах вспыхнула ярость, горячая и жгучая, как кровь, которая текла по лицу Джерарда. Фрэнк мог поклясться, что мальчик сдался, как только волк пригвоздил его к земле. Фрэнк бросился вперед, оттянул руку назад и нацелился на горло животного. Он использовал все свои силы, чтобы ударить волка по затылку, что приводило к тому, что животное впилось в Джерарда, заставляя его кричать. Но это продолжалось недолго. Фрэнк вонзил острый клинок в горло зверя, провернул его внутри и вынул кинжал. Волк, рычащий и хныкающий, подавлял всхлипывания и мягкие крики боли Джерарда. Его тело дёргалось и быстро истекало кровью. Сползая на землю, волк изо всех сил пытался сохранить себя в живых. Несмотря на ненависть на это животное за то, что он ранил лучшего друга, Фрэнк отвернулся от него с гримасой и выронил клинок из покрытой кровью, липкой руки. — Джерард! — Фрэнк бросился к своему хныкающему другу, опустившись на колени рядом с окровавленным мальчиком. Джерард был полностью истощён, он ужасно дрожал, хватая свою кровоточащую руку и плача. Он издал небольшой вскрик, когда солёные слёзы потекли по раненой щеке. Его другая рука потянулась к Фрэнку. — Фрэнк, ты ранен. Я знал, что это произойдет.       Фрэнк прервал мальчика, взяв его за руку и прижимая к груди. — Тебе тоже причинили боль. Я приказал тебе бежать, почему ты не убежал? — Я не мог покинуть тебя! — Джерард внезапно закричал, сел и отдернул руку из рук Фрэнка. — Ты думаешь, я оставил бы тебя наедине с волком, который был почти больше тебя? — Я — охотник, Джерард, я умею сражаться, — Фрэнк протянул руку Джерарду, чтобы помочь встать. — Тебя чуть не убили, — Джерард застонал, когда Фрэнк помог ему подняться. Вес и давление, напрягающие его мышцы, заставили Фрэнка сжать зубы от напряжения на его собственных ранах. Он обнял Джерарда за талию и прижал к себе. Всё его тело протестовало, боль вспыхивала в нём, его раны кровоточили и жалили, но он не мог оставить Джерарда, ведь мальчик в равной степени пострадал. Он тихо ахнул от боли, уводя их с кровавой поляны, которая когда-то была их любимым местом, но теперь испорченная ужасными воспоминаниями. Фрэнк не знал, смогут ли они вернуться и снова почувствовать здесь спокойствие. — Нам нужно вернуться в деревню, — Фрэнк мягко задыхался, его руки дрожали. Джерард заметил, что Фрэнк борется с болью, и снимает с плеча Фрэнка свой вес, пытаясь поддерживать себя. — Больно, Фрэнки, — Джерард едва прошептал дрожащим голосом. От этого сердце Фрэнка разбилось. Он стиснул зубы, вытирая горячую кровь с руки мальчика, и обнял друга крепче. — Я знаю. Всё будет хорошо, когда мы доберёмся до деревни. Потерпи немного, Джерард.       Фрэнк едва мог пошевелиться, после того, как его надёжно забинтовали, и его раны были сшиты. Боль была тупой и всё ещё жила в его коже, но это было не так плохо, как раньше. Его руки, отмытые от крови, почти онемели от лечения, которое проводили врачи деревни вместе с заживляющим гелем. Он потерял довольно много крови от укуса на плече и длинных ран на предплечьях. Фрэнк чувствовал слабость, к которой он не привык, но ему всё же удалось подняться с кровати в лазарете и попытаться встать, не потеряв равновесия от потери крови.       Когда он вошёл в деревню с Джерардом, почти висящем на нём, жители впали в панику, как только увидели их обоих в плохом состоянии. Мягкосердечные люди незамедлительно вызвали доктора, который должен отвезти их в лазарет, где их залатают. Мать Фрэнка следила за тем, чтобы о сыне позаботились. Её глаза наполнялись слезами, когда на её глазах раны Фрэнка промывали и сшивали. Джерарда отвезли в другую комнату, чтобы проделать тоже самое. Фрэнк был серьёзно обеспокоен состоянием Джерарда, ведь мальчик был без сознания. — Твой отец отправился с остальными охотниками, чтобы проверить лес на наличие других волков, — мать Фрэнка вошла в комнату с одеялом, взятым из дома, в руках.       Фрэнк посмотрел на мать, его рука схватилась за прикроватную тумбочку. — Я убил волка, который напал на нас. — В лесу может быть стая волков. Никто из нас не хочет рисковать, — Линда заставила сына сесть на кровать, осторожно, чтобы не травмировать его раненное плечо. Он медленно опустился на матрас и покачал головой на просьбу матери откинуться на спинку. — Как Джерард? — мягко спросил Фрэнк.       Глаза Линды смягчились и она издала почти бесшумный вздох. Повесив одеяло на подножье кровати, она сложила руки и посмотрела на Фрэнка. — Он без сознания. У него травма головы, раны, как у тебя и несколько царапин. К счастью, его лицо не искалечено, однако на щеке останется шрам.       Фрэнк закрыл глаза, его грудь начала болеть. Он знал, что Джерард был ранен по его вине, знал, что был способ предотвратить нападение на Джерарда. Но мальчик был упрям и не слушал, когда Фрэнк приказал ему бежать с поляны, чтобы спастись. — Я мог бы предотвратить это, — голос Фрэнка сломался, его пальцы вцепились в простынь, — Если бы я был сильнее, я смог бы быстрее убить волка и Джерард не был бы ранен. — Это не твоя вина, — Линда села рядом, взяв холодную трясущуюся руку в свою, теплую, поглаживая большим пальцем. — Ты был достаточно силён, чтобы убить его самостоятельно и вернуть Джерарда. Ты тоже был ранен. — прошептав, Линда крепко сжала руку сына, её карие глаза сияли искренностью и печалю. Он посмотрел в её глаза, глаза, которые он унаследовал, которые любили девушки деревни. Всякий раз, когда он видел своё отражение в глазах матери, он видел другую версию самого себя: Фрэнк Айеро, который был сильнее; Фрэнк Айеро, который мог сделать что угодно.       Сжав руку матери, он поцеловал её в висок, высвободил руку из её рук, встал и сделал большой вздох. Линде было любопытно узнать, почему Фрэнк начал вставать, но как только он был в двух шагах от двери, понимание сверкнуло в её глазах. Открыв дверь и вступив на скрипучие деревянные половицы коридора, Фрэнк тихо направился в соседнюю комнату, где, как он предполагал, лежал его лучший друг.       Комната не отличалась от его собственной, с полированными деревянными полами и металлическими перилами на кровати, вместе с зашитыми вручную шторами, свисающими с крючков, прибитых к потолку. Стены, украшенные картинами, были закрашены после повреждений водой во время сильных зимних штормов.Входя в комнату и тихо закрывая за собой дверь, Фрэнк взглянул на противоположный угол.       Обеспокоенные родители Джерарда оставили сына отдохнуть и исцелиться на ночь. Фрэнк вспомнил, как они мчались к своему сыну, их широко раскрытые глаза блестели от слёз, когда они увидели его состояние. Когда Фрэнк взглянул на кровать, покрытую густым синим одеялом, которое, должно быть, принесла мама Джерарда, Фрэнк увидел маленькую фигурку Джерарда, которую подпирала куча подушек. Фрэнк видел, как его грудь поднималась и падала от дыхания, его губы были приоткрыты, а голова была наклонена в сторону.       На раненной щеке держалась марлевая повязка. На мальчике отсутствовала рубашка, которая могла бы прикрыть зашитые раны. Его повязки казались тяжелее и толще на хрупком теле. Джерард был бледен, кожа была тонкой и мягкой. Он был травмирован сильнее, чем Фрэнк. Чёрные волосы мальчика были разбросаны по подушке. Его красный плащ висел на вешалке, стоящей у кровати. Фрэнк заметил несколько пятен крови, просочившихся через повязки Джерарда, которые из-за бледности мальчика казались темнее.       Фрэнк опустился на скрипучее кресло-качалку у кровати Джерарда и приблизился, скрестив руки на кровати и положив подбородок на них. Он слушал мягкое дыхание Джерарда, видел, как последний слегка вертел головой, будто неспокойно спал. Это напомнило Фрэнку, как однажды, когда Джерарду было восемь лет, а ему, Фрэнку, десять, Джерард провёл ночь в доме Фрэнка, когда оба его родителя вышли из города за большим объемом материалов и товаров, в обмен на полезную одежду и оружие. Джерард был уложен в импровизированную кровать, сделанную из множества одеял, из кокона которых выглядывали лишь бледное круглое лицо и большие карие глаза мальчика. Когда Джерард заснул, Фрэнк начал молиться о благополучии семьи. Он молился о здоровье, приюте, чтобы там всегда была еда, и о безопасности семьи Джерарда.       В ту ночь у Джерарда начался кошмар — один из тех, где его родители были сметены метелью, и его оставили без семьи. Бедный мальчик плакал и хныкал, отталкивая одеяла, когда Фрэнк обернулся и потянулся к Джерарду. Он обнял младшего мальчика и сказал ему, что всё в порядке, его родители вернутся, и он не должен волноваться. Фрэнк позволил Джерарду сползти с ним на одеяла и, отдав ему игрушечного кролика, которого мать сделала для сына, чтобы мальчик успокоился, помолился с ним, пока Джерард не заснул. Теперь, когда Фрэнк смотрел на Джерарда, который медленно просыпался, он всё ещё мог видеть невинность на его бледном нежном лице. Джерард медленно открыл глаза, они были такими же большими и яркими, не такие, как у самого Фрэнка. Глаза у Джерарда были оливково-зелеными, с прожилками, иногда они казались светло-карими, в другие дни они были ясными зелёными. — Фрэнк? — Джерард тихонько просипел, повернув голову, слегка щурясь. Он облизал сухие губы. — Я здесь, — Фрэнк улыбнулся своему другу. Он поднял голову с рук и приблизился к мальчику.       Джерард посмотрел на своё тело, оценивая повязки и состояние. Его глаза забегали по комнате. — Куда ушли мои родители? — Предполагаю, что они ушли, чтобы дать тебе отдохнуть. Не вижу других вариантов, — объяснил Фрэнк. Джерард взглянул на одежду Фрэнка, повязки и швы выглядывали в некоторых местах. — А ты? Почему ты не отдыхаешь? — Ты был ранен сильнее, чем я предполагал. Мне нужно было убедиться, что тебе лучше, — вздохнув, Фрэнк взял руку Джерарда в свою, — Тебе всё ещё больно? — Я чувствую онемение, — Джерард нахмурился, когда поднял и медленно опустил руку. — Это лекарство, которое нам дали. Кажется, оно работает. — Ч-что случилось после того, как мы вернулись в деревню? — тон в голосе Джерарда колебался в начале предложения. — Мама говорит, что охотники вышли проверить местность на наличие других волков. Они подозревают, что волк, напавший на нас, был из стаи. — Фрэнк неосознанно поднялся и провёл рукой по своей охотничьей метке, кожа под которой была всё ещё нежной. Он чувствовал припухлость в форме своего знака зодиака под кончиками пальцев. — Боже, — прошептав, Джерард откинулся на подушки, громко вздохнул и закрыл глаза, — Надеюсь, с ними всё хорошо. — Если я смог справиться с одним, то они наверняка справятся с целой стаей, — успокоил Фрэнк, несмотря на небольшую каплю страха, стекающую по его спине, как крошечный кусочек льда по горячей поверхности. Закусив губу, он нашёл руку Джерарда под одеялом и сжал её. — Я так счастлив, что с тобой всё в порядке, — прошептал Фрэнк, — Я не смог бы жить с мыслями, что тебя больше нет. — Ты спас меня, — Джерард открыл глаза, встречаясь взглядом с Фрэнком. Они сияли от слёз, угрожая пролиться, а длинные ресницы намокли. — Это ты спас меня. Волк убил бы меня, если бы ты не был храбрым и не добрался до него, — Фрэнк сглотнул ком в горле, наклонился и положил руку на перевязанную руку Джерарда, — У тебя есть шрамы, чтобы доказать это.       Они оба обменялись воспоминаниями, которые теперь не забыть, которые навеки объединили мальчиков, даже если они разойдутся и никто из них больше не назовёт другого своим другом. Несмотря на ущерб и травму мальчиков, Фрэнк считал, что они оба могут исцелиться морально и продолжат свою жизнь. Возможно, однажды вернутся в лес и перестроят свою с детства любимую палатку. Фрэнк с нетерпением ждал будущего, создавая приятные воспоминания взамен неприятных.       Но поскольку они оба пережили событие, через которое они с трудом смогли пройти, их тишина была прервана громким, кровожадным шумом, пронёсшимся на расстоянии, воем, выходящим из глубин леса, из которого мальчики могли не вернуться. Вой волков.