The Hoppin' Frogs

После того, как главное событие вечера закончилось, люди стали расходиться в разные стороны, двигаясь в сторону выхода или бара, чтобы взять напиток — лишь Тереза Лисбон, словно парализованная, стояла посреди клуба, не в силах сдвинуться с места. Джейн с трудом следил за Лисбон в суматохе и суете в клубе после того, как The Hoppin' Frogs окончили вечер «Желтой розой Техаса». Слегка приподнятая сцена давала ему хороший обзор, и он увидел, что ее миниатюрная фигурка все еще стоит на месте посреди движущейся толпы даже спустя несколько минут после того, как песня закончилась. С нарастающей тревогой он начал пробираться к Терезе через море людей, не отрывая от нее взгляда, но его репутация рок-звезды и природная решительность позволили дойти до нее за считанные секунды, не смотря на плотную толпу — так же Моисей вел еврейский народ через Красное море. — Лисбон? — тихо спросил он, подойдя к ошарашенной брюнетке. Его мягкий голос вывел Лисбон из транса, и она посмотрела на него, утонув в теплом и встревоженном взгляде лазурных глаз. Собрав в кулак последние крупицы сил, она преодолела небольшое расстояние между ними и уткнулась лицом ему в грудь. Руки Патрика немедленно накрыли ее, после чего она обняла его за талию так сильно, что почти лишила его способности дышать. Джейн достал из кармана носовой платок, почувствовав, что она немного успокаивается, и взмахнул им перед ее глазами. Лисбон с благодарностью взяла его, улыбнувшись сквозь слезы — ведь только Патрик Джейн мог владеть платком из египетского хлопка с вышитыми инициалами в углу. Этот теплый и искренний жест вызвал новую волну слез. — Да уж, наконец-то этот дурацкий платок пригодился, — подумала Тереза, фыркнув на свой собственный идиотизм. Большая, элегантная, сильная и красивая рука мягко погладила ее по щеке, заставив Лисбон чуть приподнять голову. — Ты в порядке? — спросил он хриплым шепотом. Влажная зелень ее глаз сверкала, как изумруды, от чего у Джейна перехватило дыхание. Лисбон кивнула. Слегка приобняв ее за талию, Джейн осторожно повел в сторону закулисья подальше от толпы и пристальных взглядов других гостей. Остальным же участникам группы не нужно было намекать, чтобы они предоставили им немного воздуха. Они переместились в дальний угол, когда увидели басиста с встревоженной девушкой — Джо показал ему большой и ободряюще кивнул, на что Джейн слегка улыбнулся. Патрик подвел Лисбон к стулу и аккуратно усадил ее, присев на колени, чтобы видеть ее глаза. Нежно взяв ее за руку, Джейн внимательно наблюдал за ее реакцией, готовый в любой момент сделать шаг назад, но Лисбон лишь сжала руку в ответ, переплетя их пальцы. Внезапно изумление и грусть скользнули по ее лицу, а взгляд остановился на его руке. — Ты его не носишь, — прохрипела Тереза. — Уже несколько недель как, — спокойно отозвался Джейн. Новые слезы выступили на зеленых глазах. — Я даже не заметила этого… — прошептала она голосом, полным грусти. — Мне очень, очень жаль, Джейн. — Не о чем сожалеть, Тереза, тем более я не кричал об этом на каждом углу. Все в порядке, — он тепло ей улыбнулся, и в его глазах не было ни капли страха. — Нет! — Она ответила яростно, негодование исказило ее прекрасное лицо. — Не в порядке! Это очень важно, ты мой друг, я должна была сразу заметить такие вещи, — в ее голосе сквозила горечь. — Почему этого не случилось? — прошептала она. — Инстинкт самосохранения, я полагаю, — тихо сказал он, поглаживая большим пальцем ее костяшки, — я тебя понимаю, и сам испуган до смерти. — Джейн прочистил горло и посмотрел ей прямо в глаза, — И для ясности — сегодня, Тереза, я обнажаю перед тобой свое сердце. Я пытался выразить чувства своими действиями, но, видимо после того беспорядка, который я привнес в твою жизнь, этого не достаточно. Он глубоко вздохнул, пока Лисбон продолжала смотреть на него с широко раскрытыми глазами. — Я сделал тебя своим первым условием не потому, что хотел контролировать твою жизнь. Я хотел, чтобы самая умная, самая добрая, самая красивая леди-коп в мире имела возможность получить работу, которую она заслуживает. Я также сделал это потому, что я люблю тебя всем, что осталось от моего сердца, и я нуждаюсь в тебе. — Он с трудом сглотнул, прежде чем продолжил хриплым шепотом. — Я знаю, что ты, вероятно, уже отреклась от меня, но твоя сегодняшняя реакция дает мне немного надежды, мой нежный, маленький, розовый бутон. Слеза скользнула из ее глаза и побежала по ее щеке, пока Джейн не смахнул ее большим пальцем правой руки. Она улыбнулась ему сквозь слезы улыбкой, полной надежды, любви и обещания. Медленно он наклонился к ней, вопросительно глянув на нее с надеждой, на что Тереза лишь кивнула — этого было достаточно, чтобы преодолеть последний рубеж между ними. Их губы наконец-то встретились. Сначала легкое прикосновение, но искры было достаточно, чтобы оба сердца воспламенились. С рычанием Лисбон зарылась пальцами в кудри Джейна и притянула к себе, не встретив ни малейшего сопротивления. Ее язык завладел его ртом, ее губы попытались съесть его. Годы тоски, разочарования, любви и похоти, казалось, вырывались наружу в этом неземном поцелуе. Реакция Джейна была не менее сильной, но он отдал контроль Лисбон, зная, что сейчас ей это необходимо, но ему грех было жаловаться. Его сердце отстукивало барабанный ритм, столь характерный для древней мелодии, которая связывает узами две родственные души. Джейн тихонько вздохнул, понимая, насколько редко он бывал так счастлив, и притянул ее еще ближе, чтобы еще больше прижаться ее маленькое теплое тело к себе, впитав все чувства полностью. Когда Тереза наклонилась к нему, Джейн притянул ее ближе, и это было только вопросом времени, когда она упадет на него — но Лисбон не растерялась и растянулась на Джейне. Их губы не теряли контакта, чем чрезвычайно порадовали свою аудиторию, которая выразила свое одобрение хлопками и громкими свистами. Лисбон и Джейн вздрогнули, покраснев до корней волос как подростки, но все то же время улыбались друг другу как два дурочка. В последний раз она чмокнула его в губы, встала и протянула руку, чтобы помочь подняться. Оказавшись на ногах, Джейн притянул Лисбон напоследок в объятие, прежде чем вернуться с ней к друзьям. — Так держать, Рик! — Джо приветствовал его с энтузиазмом, сверкнув белозубой улыбкой от уха до уха. Лисбон надеялась, что Джейн включит шоумена в нужный момент, потому у нее самой способность говорить резко пропала, уступив место желанию провалиться сквозь землю. И, действительно, умение Джейна очаровывать всех вокруг не заставила себя ждать. — Извините, что напугали вас до смерти, — бодро сообщил он, сияя, словно медный пятак, на самом деле не испытывая никакого сожаления. — Напугал до смерти? — Лайонел, пианист, с недоверием посмотрел на них. — Это был настоящий блюз, брат. И, черт возьми, в конце это было горячо как в аду. Лисбон зарделась еще больше, но рискнула бросить несколько застенчивых взглядов на членов блюз-бэнда: пятеро мужчин 45-50 лет с нежностью и заботой глядели на Джейна — и этот взгляд говорил Лисбон, что на нее эта забота распространялась тоже. Он действительно завел новых друзей, подумала она с благоговением. — Это Тереза, самая красивая, добрая и щедрая женщина, с которой я когда-либо имел честь познакомиться. Также совпало, что она и женщина, которую я люблю от всего сердца, — Джейн обнял Лисбон за талию. Этого она не ожидала: искренний, открытый, честный Джейн. И она не была уверена, что когда-либо до этого краснела так сильно. Ей удалось выдавить из себя лишь жалкое «привет». — Все в порядке, — прошептал он ей на ухо. — Они мои друзья. Нет причин смущаться, и я говорю лишь правду. Лидер группы Джо решил вмешаться и взять на себя инициативу, чтобы разрядить ситуацию, прежде чем она станет действительно неловкой. — Я думаю, это повод отпраздновать. Пойдемте обратно в клуб, ребята. Оттуда должны уже все разойтись. Я уверен, что Мэтти не будет против, если мы ненадолго останемся. — Лучше ей быть не против, — вмешался Джим, трубач, — мы сегодня сорвали ей неплохой куш. — Я все слышала, — сказала харизматичная, решительно настроенная леди, в которой Лисбон распознала Матильду, владелицу клуба — она стояла у дверей, подобоченясь и нахмурившись, но я ухмылкой на губах. Зайдя в комнату, она оглянулась, и, наконец, остановила свой взгляд на Лисбон, которая кивнула ей. — Что за повод? — спросила темнокожая женщина. — Рик наконец заполучил свою девочку, — сказал Джо. — Ах, понятно — удовлетворенно кивнула Матильда, окинув ее взглядом с ног до головы, — значит, это ты Рози? — И в направлении Джейна, — неплохой улов, Блондинчик. Лисбон почувствовала, как ее сердце болезненно сжалось. Что еще за Рози, черт возьми? Джейн встретил другую женщину? — Простите, но я Тереза, а не Рози, — собравшись с духом, сказала Лисбон. — О нет, милая, не волнуйся. Рози, это просто имя, которое я придумала сама в своей голове. Ну, знаешь, для той единственной, о которой наш Рики поет с такой страстью и тоской самый настоящий блюз. Его Желтая роза, понимаешь? — Она наклонилась и клюнула Джейна в щеку. — Теперь я понимаю, почему ты сегодня своей песней растопил все женские сердца, дорогой. — Улыбка Матильды могла зажечь все свечи вокруг, — Мальчики, вы идете? Шампанское за мой счет. Давайте скорее! The Hoppin' Frogs, Матильда и Тереза сели за стол, на котором тот час же появились бокалы, а шампанское текло рекой. В мгновение ока вся неловкость, которую испытывала Лисбон, испарилась. Друзья Джейна были приятные, добрые и дружелюбные люди, которые сразу же подключили ее к разговорам. Терезы была очень удивлена, когда узнала в ходе беседы, что все члены группы тоже знали о прошлом Патрика, включая то, что он убил монстра голыми руками. Через некоторое время в разговоре Джейн пробормотал, что Лисбон играла на кларнете, и ее немедленно пригласили присоединяться к ним иногда. Она была вынуждена признаться, что давно не практиковалась, и из этого прямо сейчас вряд ли что-то получится толковое. Ли, саксофонист, сразу же предложил дать ей несколько уроков, чтобы вновь вернуться в форму. Мысль о том, чтобы снова заняться любимым хобби и возможность разделить страсть к джазу с Джейном наполнило сердце Терезы счастьем, и она с радостью приняла предложение Ли. — Как ты все-таки тут оказался, Дж… Патрик? — спросила она некоторое время спустя. Да, мне потребуется время, чтобы отвыкнуть от Джейна и привыкнуть к Патрику. — Да, как, черт возьми, как это случилось, Рики? — поддразнил его Джо. — Мне самому интересно, — самодовольно ухмыльнулся Джейн. — Дайте-ка мне угадать: он смошенничал? — фыркнула Тереза. — Можно и так сказать, — ответил Джим. — Вот что я тебе скажу: белый, самодовольный парень — это последний вариант, который мы хотели видеть среди нас. И вот, он все равно тут, — парни расхохотались. Пианист Лайонел, самый сдержанный из всех, приободрившись только после бокала или двух шампанского, вздрогнул на этом моменте, — не то, что бы это было жульничеством, скорее она шантажировал нас, чтобы взяли его, — усмехнулся он. — Становится все интереснее, — протянула Лисбон. — Не могу сказать, что я удивлена… Но можно с этого места поподробнее? — О, я обнаружил объявление на фонарном столбе, в котором было сказано, что группа ищет джазового басиста, — объяснил Джейн, забавляясь происходящим вокруг, — ну я пришел на прослушивание, сделал то, что было нужно и вуаля — я почетный член этой группы. Делов-то! — Ага, конечно. Что-то мне с большим трудом в это верится, — фыркнула Лисбон. — И правильно, — веселился Джо, — дело было прямо тут, в клубе. У нас репетиционный зал внизу, в тот день на прослушивание пришло еще пять человек, и это была полная катастрофа. Потом мы обнаружили, что в баре остался сидеть белый чувак, и подумали, эй, неужели Матильда не могла позаботиться, чтобы тут не ошивались всякие сумасшедшие? Мы были дико расстроены после такого неудачного дня и уже собирались сворачиваться, когда этот дерзкий самодовольный блондинчик сам себя пригласил к нам на прослушивание. *** Восемь месяцев назад Пять участников группы The Hoppin' Frogs были глубоко разочарованы. Подходящего кандидата все не было, они обсуждали события последних двух часов и пришли к выводу, что никто из сегодняшних товарищей им вообще не подходит, даже если они готовы закрыть глаза на какие-нибудь недочеты. — Без обид, ребят, но мое терпение подходит к концу, — провозгласил кудрявый блондин в сером костюме и рубашке с цветочным принтом, стоят в дверном проеме. — Ведь Мистер-я-люблю-музыку-но-ненавижу-людей ушел тринадцать минут и, — он глянул на свои наручные часы, — сорок семь секунд назад. Не пора ли уделить мне немного внимания? Джо обернулся и посмотрел на человека, которого они видели в баре. — Ты белый, — сказал он, нахмурившись. — И у тебя нет с собой инструмента. Кудрявый воспринял это как приглашение войти. — Очень проницательно, — ухмыльнулся он. — Я не могу ничего поделать с цветом моей кожи, но вторая проблема легко решается. Из-за работы я не смог прийти пораньше, и у большинства групп есть много инструментов, лежащих без дела, поэтому я подумал, что на время я могу обойтись пока так. — Извини, но мы уже нашли кое-кого. В любом случае спасибо за проявленный интерес, — добавила Джо, пытаясь избавиться от странного парня. — О, я вас умоляю, нашли они кого-то! — фыркнул незнакомец. — Первый парень считает, что он второй Пол Маккартни, и по его мнению, он окажет вам большую честь, если появится на концерте-двух, потому что больше он не сможет себе позволить из-за плотного графика. Второй, помимо его ужасного вкуса в галстуках, купил смехотворно дорогую гитару по рекомендации журнала «Аккорд» лишь для того, что компенсировать полное отсутствие хоть какого-то таланта. Номинант номер три, у которого первый урок игры на гитаре лишь на следующей неделе, решил, что поскольку он все новое схватывает на лету, то всего лишь через пару месяцев затмит вас на сцене. Четвертый товарищ сообщил, что настоящие инструменты давно уже никто не использует, и он с радостью напишет для вас музыку нового поколения на своем блестящем ноутбуке. И я полагаю, что Мистер-я-люблю-музыку-но-ненавижу-людей в общем и целом умеет играть и владеть инструментом, но как же жаль, что быть членом группы подразумевает под собой человеческое общение. Остальные участники группы присоединились к двум мужчинам в этот момент и уставились на блондина, который с самодовольным видом вызывающе смотрел на Джо, мол, давай, скажи, что я еще не прав. — Откуда, черт возьми, ты все это знаешь? Ты подслушивал или что? — спросил Сэм с плохо скрываемым раздражение. — Вы же знаете, что дверь звукоизолирована, — вмешался Ли. — Он, должно быть, разговаривал с остальными, пока они ждали вместе наверху. В дверях появилась Матильда Сипп, владелица «Мисс Сиппи». — Нет, он ни с кем не разговаривал, я была там все это время. Он заказал чай и сидел, глазея по сторонам. — Ну, и тогда как ты узнал? — Сэм снова бросил на незнакомца скептический взгляд. — Я просто обращаю внимание, — весело ответил блондин. — Мы можем перейти к делу? Как мы все только что поняли, вам все еще нужен басист, и я предлагаю свои услуги. *** Наши дни. — И как ты можешь догадаться, все были просто в восторге от Рика, — сказал Джо саркастическим тоном. — Но я подумал, что, черт возьми, лучший способ избавиться от него, вероятно, просто побыстрее покончить с этим. Поэтому я попросил его рассказать нам о себе. — Да, и это привело к страшной части. — Усмехнулся Лайонел. — Рик зашел такой: эй, мы тут рассказываем истории или это все-таки прослушивание? И Джо сказал, что знать немного о жизни другого тоже важно. И, как мы уже могли наблюдать похожее сегодня вечером, Рик умеет выражать себя через музыку. Поэтому он попросил гитару и сообщил, что так будет проще всего рассказать историю его жизни. Всего одна песня, пообещал он. — Одна песня, чтобы описать его жизнь? Очень я сомневаюсь… — Тереза засмеялась. Эй, — пожаловался Патрик. — Я могу быть очень даже содержательным. — Итак, что это была за песня? — сгорала от любопытства Лисбон. — О да, тогда он действительно сразил нас наповал, — протянул Джим с широкой улыбкой, — Да, тогда мы просто еще не знали всей правды… Все участники группы и Матильда разразились смехом. — Ладно, я уже умираю от любопытства. Что за песня? — нетерпеливо вмешалась Тереза. — Знаешь, что? Я думаю, тебе нужно снова это сделать, Рики, мой мальчик. Ради старых былых времен, — предложил Джо. — Не знаю-не знаю, — вздохнул Джейн. — О, давай, это будет весело, — уговаривал его Джо. — Я тоже возьму свою гитару и подыграю тебе, но поешь ты сам. Идет? Остальная часть компании присоединилась к нему, умоляя, пока Патрик не согласился. Он и Джо взяли свои инструменты. Лисбон сидела в возбужденном предвкушении и понятия не имела, чего ожидать. Джейн сыграл короткое вступление, а затем запел таинственным голосом:

Я застрелил шерифа, но я не стрелял в него, о нет! О да, в моем родном городе все преследовали меня, заявляя, что хотят правосудия за убийство шерифа, за его отнятую жизни. О, сейчас! Я застрелил шерифа, но я клянусь, что это была самооборона. О, нет! Я сказал, что застрелил шерифа, о боже! И они утверждают, что это серьезное преступление. Шериф Кровавый Джон всегда ненавидел меня, я не знаю, за что. Каждый раз, когда я сажал семя в землю, он говорил — убей это до того, как оно взойдет. Читаю в новостях: я застрелил шерифа, о боже! Но я клянусь, что это была самооборона. Где шериф? Я застрелил его. Однажды свобода пришла за мной, и я бежал из города, но внезапно я увидел шерифа Кровавого Джона, прицелился, выстрелил в него несколько раз и сказал, что если я виноват, я заплачУ. Но рефлексы сработали лучше меня, и вот что из этого следует: каждый день ведро спускается в колодец, но однажды дно прохудится, да-да, прохудится. И я сказал: я застрелил шерифа, Господи, но я не стрелял в служителя закона.

* Все захлопали, когда Джейн закончил петь, кроме Лисбон — она пребывала в глубоком шоке. Это был первый раз, когда она услышала, как он открыто рассказывал что-либо в смерти Кровавого Джона в ее присутствии. И тут до нее дошло, что, очевидно, он делился многим из своей жизни с новыми друзьями, но не с ней. С другой стороны, давала ли она ему хоть малейший шанс на это? Если бы они проводили хоть какое-то время вместе последние месяцы, рассказал бы он ей об этом? Если быть честной с самой собой, то нет. И виноват тут был явно не Джейн. Это была она, кто отвернулась от него, отказываясь от его предложений сходить куда-нибудь или поехать вместе в его трейлере, который она даже не видела толком изнутри. Просто видеть его обручальное кольцо и растерянный взгляд было достаточным для того, что понять, что он не меняется. Джейн застрял в прошлом, слишком травмированный, чтобы даже попытаться начать новую жизнь, и всегда готовый сбежать, следуя своим мимолетным мыслям. И возможности, которые ей предоставляла новая работа, и новые люди, которых она встречала, просто убедили ее похоронить все надежды на совместное будущее с Патриком Джейном. Единственный способ добиться этого состоял в том, чтобы проводить с ним как можно меньше времени, поскольку в тот момент, когда она была физически близка к ему, она не могла перестать ощущать свою любовь и глубокую эмоциональную связь. И это никак не способствовало ее плану отдалиться от Патрика и его многотонного эмоционального багажа. Поэтому у нее действительно не было оснований злиться на него за то, что теперь у него были друзья, с которыми он делился своей жизнью. Ее, его лучшего друга, не было там, в конце концов. И она могла только догадываться, насколько важным было для Джейна говорить об этом. Было больно думать, что она почти предала его. От нее также не ускользнуло, что во время песни он не взглянул на нее. Лисбон не знала причин на это, но ей это определенно не понравилось. На протяжении нескольких минут она потерялась в своих мыслях, и рука Джейна нежно сжала ее, вернув к реальности. — Все будет хорошо, Тереза. Мы во всем разберемся, не волнуйся. Мне нужно было новое начало, также как тебе нужно было сделать шаг назад. Это было жизненно необходимо для нас обоих. Но никто не сможет отнять у нас наше прошлое, и никто никогда не будет так близок к моему сердцу, как ты, моя дорогая, — Джейн наклонился к ней и прошептал на ухо. Казалось бы, что после всех этих лет Терезу было уже ничем не удивить, но Патрик снова превзошел себя, проявив сверхъестественные способности, точно высказав ее мысли. И она повернула голову, что взглянуть на него. Их глаза встретились, и они молча обменялись негласной клятвой, что преодолеют все невзгоды рука об руку. Они всегда читали мысли друг друга, по крайней мере, раньше. Джейн нежно погладил щеку Терезы, большим пальцем лаская подбородок, и она утонула в его синих, выразительных глазах. — Я люблю тебя, — тихо шепнул он ей. Несколькими минутами народ начал расходиться. Патрик отправился за кулисы, чтобы взять свои вещи, вернувшись через несколько минут обратно к Терезе, облаченный в черную джинсовую куртку, с бас-гитарой в чехле за спиной. Он выглядел настолько аппетитно, что Тереза готова была съесть его. Участники группы покинули клуб, махнув на прощание, оставив Джейна и Лисбон одних на улице. Наручные часы Джейна подсказали ей, что было уже два часа ночи, и только сейчас она вспомнила, что вообще-то была на свидании с Маркусом и сейчас понятия не имела, где он. Тереза даже не могла вспомнить, когда она в последний раз его видела. Ей было немного стыдно за то, что она напрочь забыла о Пайке. — Я уверен, что с ним все в порядке, он большой мальчик, — весело сказал Джейн, снова прочитав ее мысли. — К сожалению, я не могу предложить подвезти тебя, несмотря на то, что мой дом на колесах идеален для дальних разъездов, для города это не очень подходящий транспорт. — Как ты сюда добрался? — полюбопытствовала Тереза. — На двухколесном средстве передвижения. Она внимательно осмотрела его. — В джинсах? Разве ты не должен носить кожаную куртку? — Не мотоцикл, моя дорогая, а обычный велосипед. Знаешь, одно из тех приспособлений, где нужно крутить педали, чтобы добраться из точки А в точку Б? Она недоверчиво покачала головой. — Какие еще сюрпризы ты преподнесешь мне сегодня вечером? Теперь ты занимаешься тем, что требует физической активности? Что дальше? Ты объявишь, что присоединился к техасскому стрелковому клубу? — Никогда в жизни, Лисбон, — усмехнулся он. Затем добавил серьезнее, — Ты хочешь, чтобы я вызвал такси? Хм… куда мы поедем? — Что ж, могу сказать одно: я точно не поеду с тобой на твоем велосипеде, Джейн, — поддразнила его Лисбон. — Я не уверена, что знаю, чего хочу сейчас, — призналась она. — С одной стороны, я действительно хочу побыть с тобой сегодня, но так много произошло, и я думаю, мне нужно время, чтобы разобраться со всем этим. Я немного переполнена эмоциями. — Я тебя понимаю, потому что сам нахожусь в таком же состоянии, — он обнял Терезу. — Но больше всего я боюсь, что, черт возьми, если я отпущу тебя сейчас, ты просто осознаешь и поймешь, что это совсем не то, что тебе нужно. И я не думаю, что смогу жить с этим, — вздохнув, добавил Патрик. Лисбон почувствовала, как его била легкая дрожь. — О, Джейн, — она притянула его еще ближе, не забыв про гитару на спине, — этого не случится. Я… — она немного помедлила, но, наконец, собравшись духом, продолжила, — я еще не сказала этого, Патрик, но я тоже тебя люблю. После этой исповеди две пары губ встретили друг друга в горячем безумном в поцелуе, наполненный чувственностью, но не похотью. Он давали друг другу обещание, такое же глубокое, страстное и первобытное, как и их любовь, наполняя каждый уголок тела теплом и счастьем. Это продолжалось до тех пор, пока кислород не закончился, губы не распухли от поцелуя, а сердца начали синхронно отстукивать ритм.  — Останься со мной сегодня, Тереза. Просто… Я просто хочу держать тебя в руках, ничего больше, пока мы оба не будем готовы, — он ласкал ее щеку. — Хорошо, — согласилась она. — Но без шуточек, мистер. — Пока ты танцуешь со мной до конца любви, я с радостью позволю тебе взять на себя инициативу, — Патрик тепло улыбнулся Терезе.