Глава 36. Испытание Тома.
7 февраля 2018 г., 13:27
Мои сны о тебе - далеко остались внизу, и Перед тем, как очнуться, смотри - с твоего корабля Крысой прыгает страх, почти не касаясь бортов И ты видишь, как мимо плывет голубая Земля На спинах холодных гладких черных китов.
Мы сидели с бабулей и Томом за столом и пили чай. Чай был очень вкусным, других бабуля не держала. К процессу чаепития она всегда относилась очень серьезно, можно сказать обстоятельно. По размаху ее чайная церемония могла посоперничать с традиционным английским файв-о-клок. На столе всегда присутствовали как минимум три вида заварки, конфеты, выпечка и печеньки. Последние меня радовали больше всего. Про мед и разнообразные варенья и говорить нечего. Чай всегда подавался в сервизе. Фишка бабули. Глубокие, просто огромные чашки в цветочек и золотой каймой по верху с миленьким заварочным чайником. Увидев такое варварство в первый раз, Том округлил глаза и поджал губы. Да-а, Его Темнейшество привыкло пить чай из тонкого английского фарфора или из золотых кубков в Большом зале, напрочь забыв про тяжелые приютские года. Что из этого большее извращенство, еще вопрос. Вот он, врожденный и затем бережно взращенный аристократизм. Том, ерзая на сиденье, цедил очередную чашку чая, и, помедлив, решительно взглянул на меня: - Я ходил в деревню, там никого… Все исчезли. - Никуда они не исчезали, просто ты никого больше не видишь, - хмыкнула бабуля. - Я не понимаю... - Ты больше не принадлежишь этому месту полностью, ты выздоровел. - Раз так… Я хочу в Хогвартс, когда вы меня вернете в Англию? – Том мгновенно оживился. – Когда у меня будет новая волшебная палочка? - Том, пойми, ты не сможешь вернуться прежним, ты же знаешь? Старое имя принесет тебе только неприятности. - Да, я думал об этом, я понимаю, что это необходимо. Я уже кое-что придумал. Сменю внешность, имя, представлюсь своим дальним родственником, который долго скрывался от преследования Лорда. - Похвальная предусмотрительность, но все будет немного не так, - бабуля улыбнулась, и тут раздался требовательный стук в окно. - Чаек-то допей, а Вадим пока откроет. Том подобрался. Я кивнул, и, поднявшись, вышел в сени. В дом вошли мои предки. Кайракан, Волх и Медведь аккуратно вели под руки незнакомую женщину в старой потрепанной одежде. Незнакомка была откровенно некрасива: изможденная, худая, косоглазая и невзрачная. Разве что волосы хороши, густые и темные, они тяжелым покрывалом падали на плечи. И глаза… Если бы не косоглазие, они были бы очень выразительны. Я смотрел на нее профессиональным взглядом и понимал, что, в принципе, не будь в ее семье множественных близкородственных браков, она была бы интересной. Возможно, даже красивой. Как тот же Том. Незнакомка внимательно и жадно рассматривала вежливо вставшего Тома. В глазах ее было странное чувство. Кайракан подошел ко мне и вытянул из-за стола, позволив захватить чашку. Задвинул за спину. Видимо, внешний вид обманчив, не так уж она была и безобидна. Предки молчали. Том бросил на меня вопросительный взгляд, но я только махнул рукой и тоже промолчал. Я недоумевал, никто не предупреждал меня о гостье. Том помедлил, посмотрел на стол, на жалкий вид женщины, отмечая ее изможденность и крайнюю худобу. - Присаживайтесь, леди. Могу я предложить вам чай или, может быть, вы захотите поесть? Том отодвинул ей стул. Незнакомка только кивнула и устроилась на самом краешке сидения, робко поглядывая на бабулю. Та, прищурившись, зорко следила за ней, отслеживая малейшие движения. Том, взглядом спросив разрешение у бабули, налил ей чай и, бросив жалостливый взгляд на ее фигуру, пододвинул поближе выпечку. Женщина отпила из чашки, съела печеньку и заговорила: - Здравствуй, Том. Скажи мне, как ты? Тебе здесь нравится? - Здравствуйте, мне тут нравится, - Том пожал плечами, - но как здесь говорят: «В гостях хорошо, а дома лучше». - А у тебя он есть, дом? – в голосе женщины не было издевки, только участие. - Какое-то время я думал, что он у меня есть, - Том помолчал и продолжил, - я бы хотел туда вернуться. Очень. - А родные или любимые? Парень скользнул по мне и бабуле взглядом, дернул плечом и неуверенно покачал головой. - Нет, у меня никого нет. - Друзья? Том только вздохнул и поморщился. - А ты хочешь семью, чтобы тебя любили и всегда ждали дома? - Хочу, кто ж не захочет? – немного грубовато ответил Том и скрестил руки на груди. – Но я привык быть один. К чему эти вопросы? И вы, кстати, так и не представились. - Пойдем со мной, я дам тебе шанс получить желаемое. - Почему я должен вам верить? И что вы захотите взамен? – он растерянно и настороженно смотрел на собеседницу, поглядывая на нас в поисках поддержки. - Потому что однажды я уже подарила тебе… шанс. Незнакомка поднялась на ноги и протянула ему руку, предлагая идти за ней. Том задумался, явно пытаясь понять, о чем она говорит, но руку принял. Тонкие длинные пальцы помяли в руке мягкую женскую ладонь. Том нахмурился, как будто бы ощущение было странно знакомым. - Мама? – неуверенно шевельнулись побелевшие губы. Она кивнула. Том дернулся и попытался освободиться, но женщина держала крепко и, не собираясь отпускать, упрямо потащила за собой. Слишком много силы было в таком хрупком теле. Я бросился за ними, но меня перехватили предки. Том помертвел и, оглянувшись на меня, отчаянно крикнул: - Вадим, помоги мне! Я рванулся из рук. - Стой, дурак, нельзя вмешиваться! - Добра ему хочешь? Тогда не лезь. Три мужика держали меня, не давая выскочить следом за мертвой Меропой, которая уже утаскивала Тома за ограду. Бабуля, нимало не беспокоясь за Тома, меланхолично допивала чай. За окном я увидел толпу. Они стояли ровными рядами немного поодаль от последнего дома, за оградой, не шелохнув и пальцем. Неестественная, безжизненная неподвижность их тел наводила жуть. Толпа духов смотрела прямо на Тома, ожидая, когда Меропа притащит к ним сопротивляющегося парня. Их пустые глаза пристально, не мигая, следили за ним. Я снова рванулся из ослабевшей хватки и кинулся из дома. На крыльце меня цапнул Волх, неуловимым движением делая подсечку и аккуратно укладывая на крыльцо. - Стой! Не смей мешать ему. Духи будут делать свой выбор, а он сделает свой. - Что? - Это испытание. Ты тоже его проходил, только не помнишь этого. Я обмяк, понимая, что уже ничем не могу помочь Тому. Это было не в моей власти. Я мог только надеяться. Я пристально следил за происходящим, не слыша разговоров – звуки за оградой будто отрезало, в ушах был лишь звук своего неровного дыхания. Том постепенно успокоился, оказавшись в толпе и прислушиваясь к матери. Она держала его за руку и что-то ему втолковывала. Бледное испуганное лицо парня застыло, он до крови искусал губы. Дебил. Нельзя давать духам чуять кровь. Мать потянулась, но вовремя опомнившись, отдернула руку и что-то сказала, отчего Том моментально облизнулся. Какое-то время он стоял на месте, но, пересилив себя, шагнул вперед.***
Его мать вытащила его за ограду. Том споткнулся и чуть не влетел в толпу, но мертвецы отступили. Он растянулся на земле. Меропа тут же потянула его вверх, вздернув на ноги. Поразительная сила в таком хрупком теле. Том внимательно всмотрелся в нее и потерял дар речи. Где та замарашка, которую он увидел в доме? Сейчас рядом с ним стояла леди. Стройная, изящная фигура была лишена малейших признаков истощения. Черные волосы блестящей волной красиво ложились на плечи. Темные глаза были лишены живого блеска, но поражали глубиной взгляда. Косоглазие пропало. Сутулые плечи распрямились. - Единственный твой шанс вернуться – суметь добраться до костров у реки, - Меропа протянула руку, указывая в сторону поля на излучину. На том месте, где проходили гуляния, горел огромный костер, возвышаясь над толпой. Чтобы попасть туда, нужно было пройти сквозь ряды мертвецов. – Перейдешь реку – вернешься. Но простым путь не будет. Том на эти слова только нервно усмехнулся. Когда бывало иначе? Сквозь строй мертвецов виднелся просвет, туда Том и направился, глядя поверх голов на свою цель. Костер призывно подмигивал ему неровным пламенем. Едва Том сделал первые шаги, ему навстречу выступили люди. Трое: двое мужчин и женщина в старомодных богатых одеждах. Впереди стоял молодой мужчина, странно знакомый ему. Если бы Том был его возраста, то мог бы сказать, что они похожи, будто родные братья. Да, ошибки быть не могло. Перед ним стояли его отец и родители отца. Внимательно всматриваясь в равнодушные лица, отмечая знакомые черты, парень вспомнил, при каких обстоятельствах видел их в последний раз: надменный излом губ, презрительные слова, собственные боль и гнев, ярость и обида, как он поднимал палочку… - Ты отцеубийца, - ровным голосом сказал отец. – Ты не достоин быть Риддлом, ты повинен в нашей смерти. - Не сильно и хотелось. Ты виноват, что моя мать умерла. Ты бросил беременную жену, законную супругу. Ты даже не попытался найти меня, своего законного наследника, первенца, единственного сына, а вы, - Том вскинул голову, вглядываясь в пустые глаза деда, - не образумили его. Когда я пришел, вы даже не захотели выслушать меня. - Ты – не наш. Мы отказываем тебе от рода, ты не достоин нашей крови, - сказали хором все трое и растаяли, не оставив следов на дороге. Вместе с ними пропала добрая половина толпы. Мертвецы зашевелились, занимая освободившееся место. Они двигались бесшумно, в полнейшей тиши и безветрии. Том только выше вскинул подбородок и сделал следующий шаг. Он успел пройти по дороге совсем немного, когда путь ему перегородил мужчина. Морфин, вспомнил Том. Он встретил дядю пьяного в ветхой развалюхе, бывшей пристанищем для когда-то богатого и могущественного рода. Дядя кинулся на него с ножом, приняв за старшего Реддла. - Ну что, племяш, - усмехнулся Морфин. - Вон оно как все сложилось. Глядишь, если б не подставил меня – я, может, и сам помог бы тебе этих магглов снобских прибить. И он дробно рассмеялся. Тома передернуло. Крайне зловредным типом был его дядюшка. Большинство людей в толпе не показывали никаких эмоций, поэтому злобный смех Морфина пугал, оглушающе громко звуча в этой неестественной тишине. - Ну что, племяш, будешь моим? – и опять хихикнул. Том отшатнулся. - Нет, никогда. - Хм, ну смотри. Дураком был, им и остался. Не родня ты мне. И с этими словами Морфин исчез, с ним пропал добрый десяток человек. Вперед выступила женщина, вместе с ней шел мужчина очень похожий на Морфина. Марволо, понял Том. Он никогда не видел своего деда и женщину рядом с ним. Хоть здесь нет его вины, с облегчением вздохнул парень. - Испоганил, паршивец! Родовые ценности в такую погань превратил, маггловское отродье! – зашипел Марволо и потянулся к его шее. Его остановила рядом стоящая женщина. – Ты прервал наш род, недоделок. Кольцо! Медальон! Том почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он разорвал свою душу трижды и Мерлин знает сколько еще раз. - Что сталось с тем родом? – равнодушно бросила она. – Только бастарды да сквибы и остались, да и то не прямой линии. Я твоя бабка, мальчик, заодно и сестра Марволо. Многие века мужчины Гонтов брали в жены свою близкую родню. Проклятия и вырождение стали нашим уделом. Моей дочери хватило смелости разбавить кровь и отдать жизнь за тебя, как, впрочем, сделала и я для нее. Тебе было дано столь многое: сила, красота, родовые дары как последнему в роду… Ты клялся, что прославишь нас. Но как бездарно ты, паршивец, распорядился этим даром. Ты – не наш. - Ты - не наш, - эхом повторил за ней Марволо, и они оба исчезли. С ними пропало еще с десяток человек. Толпа постепенно редела и снова обступила его со всех сторон. Том сглотнул и шагнул дальше. - Но ты – мой, - сказала Меропа, дотрагиваясь до его плеча. - Я же убил тебя. - Но ты все равно мой сын, и в моей смерти ты не виноват. Так случилось. Ты должен идти дальше, не задерживайся. Времени не так много. Том сглотнул, в горле был комок. В груди впервые в жизни разрасталось тепло. - Спасибо… мама, - поблагодарил он сдавленным голосом. Он шел к костру, дорогу заступали люди, знакомые и незнакомые, шепот матери ввинчивался в уши, оставляя знание, воскрешая память. Это были чистокровные маги, полукровки, все, кто отметился в его предках. Он узнавал представителей двадцати восьми священных фамилий, а также уже вымерших древних родов. Вереница лиц, тихий шелест голосов. Они легко отказывались от него, обвиняя в смерти своих потомков, а Том все крепче сжимал зубы, вспоминая. Идти с каждым шагом становилось все труднее, словно на плечи ложилась тяжесть, а ноги путались в травах и колосьях, словно они пытались задержать его. Стремительно темнело, небо было уже усыпано звездами. За последние несколько часов, которые ушли на путь, Том устал так, словно не спал несколько суток подряд. И это постоянное чувство беспомощности никак не давало расслабиться. Каждый шаг воспринимался как последний. Он будто ступал по трясине, одна ошибка – и все, ему не выбраться. Он чувствовал это всем своим существом, и это чувство выматывало. Он не понимал, что здесь творится, не мог представить, что произойдет в следующий момент. Он просто хотел, чтобы всё закончилось. - Ну, здравствуй, потомок, - усмехнулся ему в лицо очередной Гонт, - я, в отличие от твоих ближайших родичей, не хочу потерять наш последний шанс возродить род. Поэтому я приму тебя, но не вздумай упустить и эту возможность. В противном случае тебя ждет кара. Роду нужен наследник и, желательно, не один. Видят предки, я старался, но достойных нести искру моей магии, мое наследие не нашлось. - Кто ты? – спросил Том, немного растерявшись. - Корвин Гонт, и ты – мой. Запомни, иначе тебе не поздоровится. - Ты – мой, - эхом прошелестели десятки голосов, повторяя слова и по цепочке расходясь от Корвина от мертвеца к мертвецу. Том облегченно кивнул, груз на плечах разом уменьшился. Легкость окрыляла - вот что такое поддержка рода. Впервые в жизни он испытывал такие чувства. Корвин пристроился за правым плечом, за левым шла Меропа. Костер оказался совсем близко, берег реки был буквально в двух шагах. У костра сидели и стояли то ли полулюди, то ли и вовсе нелюди к человеческим существам отношения не имеющие. Духи?.. Странные маски вместо лиц, страшные морды, нечеловечески прекрасные лики, крылья, копыта, хвосты, клыки, рога, когти - многорукие и многоногие создания поддерживали костер. - Ты можешь выбрать себе покровителя, но не ошибись. У тебя три попытки. Том медленно обвел взглядом толпу, внимательно всматриваясь в эти создания, сидящие вокруг костра. Он старался надолго не задерживаться взглядом ни на ком, но тут увидел знакомые лица. В толпе стояли Медведь и бабуля. Том радостно встрепенулся и, не успев подумать, выпалил: - Их! - Послушай, мальчик, - бабуля немного грустно улыбнулась, - мне нечего тебе дать. И ты мне тоже ничего предложить не можешь. - Нет, я здесь не для выбора достойного, а для того, чтоб назначить цену за твою жизнь, - качнул головой содяце, - ты не нашего рода, но у твоих потомков будет шанс встать под мою руку, если ты осилишь плату, которую мы потребуем. Ты и семь поколений после тебя будете обязаны помочь всякому, на кого укажем я или твой целитель, Вадим, наследник двух родов. Том растерялся еще больше. Усилием воли он подавил эмоции и мысли, вызванные словами Медведя, и стал сосредоточенно рассматривать существ у костра. Том медлил, боясь ошибиться, ведь попытка осталась только одна. - Ну, что? – усмехнулся голос слева, Том обернулся. Рядом стоял прекрасный мужчина с длинными светлыми волосами. Было непонятно откуда он взялся. Что-то цепляло в его облике, но Том сразу не смог сообразить, присматривался внимательней и пытался понять, предчувствуя, что этот выбор может изменить все. - Я – один из первопредков, коих ты видишь перед собой, - он плавно повел рукой, указывая на существ у костра. – Выбери меня и получишь богатые дары. Он искушающе улыбался. - А что взамен? – Том не спешил соглашаться. Какая-то деталь, которую успел зафиксировать его мозг, но он сам не успел еще осознать, беспокоила его. Глаза! Форма зрачков постоянно менялась, перетекая из кляксы в кресты, потом вытягиваясь в узкую щель, как у кошки, и снова становилась человеческой. Том окинул взглядом фигуру в великоватой безрукавке, увидел татуировку змеи, обернувшейся вокруг левой руки. На правой красовалась птица, обнимающая крыльями предплечье. Том напрягся, вспоминая. Когда-то давно он уже слышал или читал про что-то похожее. Что-то про богов… - Ты трикстер, - полувопросительно сказал он. Мужчина внезапно весело усмехнулся. - Да-а, ты прав, мальчишка. Я шутник. Джокер в колоде карт. В прошлый раз ты не смог заинтересовать меня, был слишком обычным. Но то, как ты прожил свою жизнь, что успел сотворить… А что еще сделаешь, ммм, – он громко и театрально похлопал ему, мечтательно прижмурившись. – Ты очень меня повеселил, мальчик. Озлобленный ребенок в страхе перед смертью практически уничтожил себя и тех, кто пошел за тобой. Какая изощренность… если бы это был твой план, а не стечение обстоятельств, - его лицо застыло в холодном высокомерии. Вновь осмотрев Тома с ног до головы, он опять мечтательно улыбнулся: - Твои мотивы были исключительно чисты, кристально честны. Ты не прикрывался словами о добре или великой любви. Ты вел на войну и не врал. Раб своих заблуждений. Ты очень позабавил меня. - Меня никто никогда не любил, я всегда был вынужден всего добиваться сам и рассчитывать только на себя, - Том почему-то испытывал потребность оправдаться, как-то объяснить. Лицо трикстера снова заледенело, безумная улыбка застыла на губах. Том еле сдерживался, чтобы не отшатнуться. Эти резкие смены настроения и эмоций откровенно пугали. - Не любили… - первопредок опять тепло и ясно улыбнулся, тем ярче был контраст с предыдущим выражением лица. – Да, но любовь – не самое главное в жизни, хотя каждая тварь стремится ее найти. А вдруг любовь – всего лишь страх одиночества или один из базовых инстинктов, продолжение рода, все такое? М? – полубог чувственно изогнул губы, но глаза оставались внимательными и злыми. – Не забывай, что есть не менее важные вещи – долг, честь, вера и достоинство. В тебе есть то, что привлекло меня, твоя честность в первую очередь перед собой. Можно врать другим, но себе – никогда. Ты усвоил это. Трикстер медленно обходил Тома по кругу, внимательно рассматривая того с ног до головы. Голос его то повышался почти до крика, то опускался до тихого шепота. - Хватит, зачем тебе это? – Том передернул плечами. Он не все понимал в словах первопредка, но слушал внимательно и запоминал. А еще до одури боялся. Трикстер пугал своей непредсказуемостью и откровенным безумием. - Не поддался, молодец, - он удовлетворенно улыбнулся. - Ты мой. Твоя душа прошла сквозь горнило безумия – ты выдержишь мой дар. Но если примешь его, будешь должен соблюдать закон, запрет, гейс. Это закономерный итог выбора такого как я. Он расхохотался, хлопнул в ладоши и резко спросил: - Ну что, согласен? Время истекло. За спиной Тома раздавался сбивчивый шепот Корвина и Меропы, она просила остановиться, упирая на непомерную цену, а Корвин подталкивал согласиться, говоря, что трикстеры сильнее всех, а за силу надо платить. Том решился. - Я согласен! – выкрикнул он. Казалось, все на бесконечно долгий миг замерло. Первопредок медленно склонил голову в кивке, сыто усмехаясь. - Я дам тебе два дара. Оба были присущи твоему роду. Первый – парселтанг, за этот дар я запрещаю тебе убивать змей. Второй – дар поиска желаемого, за это запрещаю тебе соревноваться. Азарт более не для тебя, ну, может быть, кроме исследований. Пожалуй, это можно, – он самодовольно усмехнулся. – Я не настолько жесток, поблагодаришь потом. А то еще съедешь с катушек как Гормлайт, - последнюю фразу Том еле расслышал, так тихо полубог сказал ее. Трикстер отвернулся от парня, подошел к костру, зачерпнул голой рукой пламя и протянул Тому. - Бери, ты прошел свой путь и сделал выбор. Том завороженно уставился на свою ладонь, в которой танцевало белое пламя. Корвин и Меропа по очереди поднесли свои порции пламени. У Корвина оно было светло-зеленым, Меропа поделилась голубым. В руках Тома цвета смешались, приобретая холодный бирюзовый оттенок. Огонь не обжигал, напротив – приятно холодил ладони. Он огляделся вокруг и понял, что рядом почти никого не осталось, - лишь трикстер, Меропа, Корвин да еще в некотором отдалении от них стояли двое – мужчина и женщина. Полубог повернулся и поманил их к себе. - Это твои… ммм, в общем, потом поймешь, - трикстер ехидно усмехнулся, лукаво поглядывая на Тома. Мужчина поклонился трикстеру, потом Тому: - Для меня это большая честь, мой лорд! - выражение его лица было восторженным. - Я знаю, изгнанник Рода Селвин, - Трикстер усмехался и щурился как довольный кот. Женщина, напротив, довольной не выглядела. Нахмурившись и поджав губы, она с возмущением и злостью рассматривала Тома. Парень под её взглядом выше вздернул подбородок, выставляя танцующее в руке пламя перед собой, словно щит. Он не понимал толком, что происходит, и из-за этого злился. Еще эти незнакомцы давили своим присутствием. И как назло он не расслышал, что покровитель сказал им. Наверняка, это касалось и его. На его плечи легли руки родных, успокаивая. Меропа и Корвин ободряюще улыбались ему. Корвин презрительно усмехнулся в лицо незнакомки. - Не забывай, Джейн, что ни ты, ни твой мальчишка не смогли взять огонь, - процедил он. – Я провел тебя через реку только для того, чтобы ты продолжила линию. Джейн отвела взгляд. - Смотри, тебе нужно на ту сторону, - трикстер указал рукой на другой берег реки. Над водой клубился густой туман, в нем мелькнул крупный силуэт. Через пару мгновений Том увидел белоснежную лошадь, бредущую к берегу. Вода достигала ей до груди. Длинная седая грива колыхалась, сносимая течением. Кобыла выступила из тумана на пологий берег, и стало видно, что на ее спине лежит спящий ребенок. Лошадь подошла ближе, повернулась, мазнув по людям пустым взглядом. В её глазницах клубилась серая дымка, будто из речного тумана вырвали кусок и поместили в стеклянные шарики. Мальчик, на вид лет десяти, крепко вцепился руками в густую гриву, но глаза его были закрыты. С ним что-то было не так, но Том опять не мог понять, что именно. Это ощущение сбивало с толку, не давало сосредоточиться. - Мой лорд, вам пора, - сказал тот, кого назвали изгнанником Рода Селвин. Он стащил мальчика с лошади и передал женщине, которая с радостным возгласом схватила мальчишку и крепко прижала к себе, начиная плакать. Том хотел было задать свои вопросы, но трикстер угрожающим тоном сказал, не дав и рта раскрыть: - Тебе пора, время уходит. Том кивнул и подошел к лошади. Мужчина помог забраться на её спину так, чтобы не погасить огонь в руках Тома. Корвин подсказал, как правильно сесть. Меропа погладила по босой ноге. - Мой лорд, - мужчина светился улыбкой. – Я счастлив, что служил вам, и бесконечно горд. Том посмотрел в его знакомое лицо сверху вниз и вспомнил. Кристофер Грин! Непризнанный бастард Селвинов, его верный последователь, принявший метку в неполные двадцать лет. Он погиб в бою с аврорами, прикрывая отход Лестрейнджей. - Я не забуду тебя, Крис, - Том перебросил огонь в одну руку, наклонился и погладил мужчину по щеке. – Прости, что не могу наградить за верную службу. Крис поймал его ладонь и поцеловал костяшки пальцев. – Вы подарили мне себя, мой бессмертный лорд. Большей награды мне не нужно. Кобыла, словно зная, что нужно делать, развернулась и спокойно направилась в реку. Туман окутал всадника и танцующее в его руках бирюзовое пламя, скрывая от взглядов тех, кто оставался на берегу.
