Аж 2 О.

- Нет, конечно, зачем? Им меня вот так хватает, - парень перечеркнул пальцем свое горло. - Давай так, я - Зуан, что бы ты хотел сказать мне? Рыжий недоуменно уставился на доктора, зеленые глаза стали чуть темнее, а губы поджались. - Вы издеваетесь, да?! – омега резко повысил тон, вспылил. - Я тебя спрашиваю, что ты хочешь мне сказать, Данк?! – довольно грубо процедил Хас, полностью передавая в себе черту поведения агрессивного Альфы. Доктор избрал тактику шоковой рефлексии - когда пациент насильно помещается в состояние ролевой игры. Партнера, с которым происходит конфликт, играет доктор, пробуя разные модели поведения и прощупывая реакции пациента. Это поможет ему понять, какими чувствами обременен молодой омега, и какова причина. - Да пошел ты! - рыжий метал молнии взглядом, он даже не понял, почему он играет в эту игру, просто так вышло, наболело, и он повелся. - Данк, я хочу знать, что случилось, почему ты такой злой, неужели я сделал тебе больно? – доктор пересел на постель рядом с парнем, приобнял его за плечи. Данк начал дрожать, как осиновый лист, его настрой резко сменился на глубокое расстройство, он спрятал лицо руками. - Вы понимаете, он меня предал, вместе... – всхлипнул парень, - с Жехом, они... сдали, меня схватили и там были люди из СПО*, а потом меня... оттуда прямо в... Речь Данка была несвязной и сбивчивой из-за того, что его сотрясала накатывающая истерика. Хас даже не подозревал, что его пациент на грани. Подобные перепады конечно типичны для омег, но обычно они просто проявляли крайнюю агрессию. Данк так хорошо держался, а потом образ непоколебимости треснул, и вот он настоящий, тот, у которого действительно есть проблема. Но точно сказать какая Хас не решался, надо было дослушать. - Меня привезли, в комнату увели и ... я так боялся, они забрали меня, прямо из комнаты Олера, я думал нас вместе, - снова всхлип, - он не давался, а я, меня ударили, не мог я защищаться. А там одежду порвали и в комнате потом, в той, меня, меня... насиловали. Не пускали к нему, Олер, прости меня, я не должен был говорить все Жеху, зачем же я так! Он чуть согнулся, уже беззвучно давясь болью, что теперь рвалась из него мощным потоком. Хас не растерялся, поглаживая парня по голове и понимая, что все куда серьезнее, чем можно было предположить. А то, что вмешались СПО, это вообще как-то странновато. - Данк, а Олер - кто это...? Он был слишком потрясен, слишком очарован этой болью и растерял весь профессионализм, желая только успокоить это рыжее чудо. Парень еще раз всхлипнул, поднял голову, и хрипло не своим голосом, произнес: - Омега... Олер. Мой омега. Год скрывались, жили вместе,... а я, Жех, убью. - Тише, – гладит его по голове, а в мыслях: «Вот это номер, попал же я, или он... омега, это как вообще». Что самое странное, Хас хоть и был потрясен таким откровением, но не посчитал это ущербным, в какой-то мере даже... восхитился? - Год вдвоем? Вы же, как скрывались-то? Уму непостижимо, – в голосе Хас слышалось удивление. - Вы тоже считаете, что это неправильно, да? – Данк отодвинулся. - Скорее наоборот, мне, как специалисту, этот случай не знаком, но я в нем заинтересован и не вижу ничего такого предосудительного в данной ситуации, просто странно, ты тут у меня первый такой. Зато стало сразу ясно, каким боком прописалось в семейные разборки СПО, отцы, конечно, трусы, испугались за свою репутацию и привлекли специалистов для утверждения несостоятельности их чада, и, судя по тому, что мальчик прямиком оказался в борделе, папы в СПО хорошо приплатили за отказ от отцовства, мирно и без лишнего шума. - Мне, понимаете, лечение оно, это Зуан, старший... он, специально, он знает, что я даже в борделе смогу любить и быть рядом с Олером, а тут - одиночная палата, никого не впускают, вот так он решил. - А что с Олером? – доктор уже чертил в своей голове некоторый план по отношению к ситуации. Ему нравился Данк. Док, будучи отцом, понимал, как это тяжело не иметь детей. У него у самого были дети, и для него это было счастьем. Что это – для тех, кто не может? На его решение повлиял факт, что при разборках с ребенком отцы пустили в ход самый мерзкий способ – избавились, но при этом запекли в место, откуда, без разрешения СПО, Данка не выпустят. - Я не знаю, - вздохнул омега, успокоившись. Ему было больно, он думать об этом не хотел, но приходилось. Ночью ему приснился сон, как он и Олер в парке, гуляют, а с ними их дети, которых они смогли получить под опеку. Счастливые и смеющиеся детки, бегающие вокруг них и ... пробуждаться не хотелось тогда. А улыбка его любимого Олера? Одна она заставляла Данка верить в большое и светлое будущее, даже если мир перевернется и рухнет. Он, его Олер, и их дети, будут жить без этого мира, он им не нужен. Из задумчивости его вывело то, что он вспомнил помимо сна. - Через неделю у меня начнется течка... а в силу дефекта, я должен принимать лекарства или будет больно очень, - Данк немного смутился. - Так..."Креасар", полагаю, единственный хороший болеутоляющий и понижающий гормональную бурю, стоит не мало. - Он у Олер только есть. Да, он наркотический, его можно только по очень острым случаям, и это могут купить только родители омег или опекуны. Ну, или уже совершеннолетние, а мне еще два года до этого. - А у него тоже бесплодие? Данк кивнул утвердительно. Хотел бы он, чтобы было иначе, но только вот Олер ни в чем не виноват. Да и в целом они же уже смирились со многим. - Знаешь, я вот что подумал, - Хас был серьезно настроен, он решил помочь. Нет, не из чистого альтруизма, ему было интересно, во-первых, узнать об их жизни максимально подробно, ведь Данк и Олер, по сути своей, - феномены, и Главы страны полные кретины, если чураются любого отклонения от нормы, которая между тем уникальна. Да и потом, он уже не первый раз вытаскивал омег, которых запихали в психиатрическую больницу из соображений личной выгоды, но при этом цели были высокие. Некоторых помещали сначала в психушку, для запугивания и затравки, а только потом в бордель. В прочем и не важно, доктор настроился помочь, он перевернул расчириканый листик, открывая чистую сторону в блокноте, и внимательно посмотрел на Данка. ______________ СПО* - союз патронажных ассоциаций. Следят за приемными детьми. Осуществляют присмотр за семьями, в которых забирают детей. Пользуясь положением, проворачивает финансовые сделки продавая детей, куда им удобнее.