Ты моя весна в платье из бабочек.

 — Гермиона, ты снова не надела кофту! — Парень взлохматил непослушные локоны, прислушиваясь к недовольному сопению. — Не смотри на меня так! Не успел отвернуться, чтобы доделать партию «Кровопролитных» батончиков, а ты уже шкодишь. — Я тебе не малютка, а состоятельная, замужняя женщина: что хочу, то и ворочу! — Гриффиндорка вздернула и без того курносый нос, морщась от неожиданно заставшего её чиха.       Боязливо сканируя лицо возлюбленного, она уставилась на ярко рыжие волосы, переливающиеся на солнце. Взгляд заскользил ниже, упираясь в два озера, смотревших на неё с укором, смехом и ещё одной эмоцией, которую девушка еще не научилась различать за четыре года их совместной жизни. — Самый настоящий, вредный младенчик! Почему я должен носиться за тобой, как папочка? — Увидев нагло высунутый малиновый язычок, дразнящий его, он стал наклоняться к губам-бантику, тут же приоткрывшимся, ожидая ласки мужа.       И вот, когда до желанного поцелуя оставалось катастрофически мало, голубоглазый остановился, пристально вглядываясь в ее лицо, хмуря брови, прикладывая ладонь ко лбу и поглаживая его, проверяя температуру.       Вопрос так и повис в воздухе, уступая место непониманию той реплики, которая звенела в ушах, отдавая мелодичным баритоном: — Мисс Грейнджер, вы меня слышите? Я же просила вас выпить это лекарство!

***

      Хватаясь за голову, она резко приняла сидячее положение, повлекшее за собой потемнение в глазах и заставившее тело снова безвольно упасть на перину. «А где же дом, сад, кофта?» — Мысли путались, вызывая очередной приступ слабости. «И кто же сыграл роль моего заботливого мужа-сиделки? Рон?» — В памяти всплыли небесно-голубые глаза и медные волосы, которые никак не могли принадлежать другу, черты которого она узнает из тысячи.       Теперь внимание заняло помещение, заведомо раздажающее своей безукоризненной белизной: комната представляла собой жалкую пародию на магловскую психушку из дешевых мелодрам, однако стен, обшитых стеганым полотном, не наблюдалось, что несказанно радовало.       Руки непроизвольно потянулись к прикроватному столику, нащупывая среди разной цветной дряни палочку.       «Милый сон…» — Мысленная ухмылка сменилась шоком. — «А где же все? У нас были Зелья… О нет, Снейп пришибет меня. А-а-а-а-а.» — Пальцы побежали по макушке, массажируя затекший затылок, одновременно формируя из гнезда, которое успело вернуться, воспользовавшись временным безвластием расчески Джинни, густую косу, тот час упавшую на правое плечо.       Послышался противный скрип двери, извещавший о прибытии нежданного гостя. Им, к сожалению, оказалась всего навсего Мадам Помфри, заботливо измерившая температуру, запихав при этом в рот несчастной студенистое содержимое бутыля непонятного происхождения.       Иногда, мозг не успевал принимать во внимание то, что в руках хрупкой женщины было столько силы, будто она барабанщик-рокер в одной из многочисленный групп или, на худой конец, качок под прикрытием. — Мадам Помфри, простите, я что, в психушке? — Гермиона приподнялась на локте, уставившись на медсестру с отчаянием, тут же давая себе подзатыльник за тупой вопрос. Откуда в психологическом диспансере взяться их милой целительнице. — Типун вам на язык! Мисс Грейнждер, чтобы не попадать в такое состояние, нужно больше спать. «Выше Ожидаемого», конечно, похвально, но не ценой собственного здоровья! Пришлось поместить вас в отдельную палату, предоставляя возможность отлежаться в полной тишине. Падать в обмороки я вам запрещаю, слышите! — Она покачала головой: в этом жесте без труда читался упрек и нескрываемая жалость. — Там мистер Поттер и чета Уизли ломятся. Мне пустить их? Лучше дайте положительный ответ, иначе мне кажется, что они воспользуются дубинкой горного тролля и выломают мне дверь!       Подсохшие губы тронула усмешка: ощущение надобности кому-то грело душу. Казалось, что эта команда достанет из-под земли. Даже если съехать от них в далекую Россию, куда-нибудь в жаркие края, к морю, придется убегать, натыкаясь на торговцев чурчхелой и мужичков с пивными животами, ибо знаменитый пинок Джиневры получить не особо хотелось.       Громко засмеявшись, Грейнджер показала рукой жест одобрения. Ворота в царство «Болезнь и безвыходность» впечатались в мраморную стену с характерным звуком.       На пороге, в один момент оказавшимся слишком узким, столпились пятеро… Пятеро? «А эти двое что тут забыли? Почему даже в лазарете мне нет от них покоя?» — Поднеся к лицу подушку, кудрявая застонала, сотрясая обивку.       Близнецы, ставшие ночным кошмаром, уже растянули рты в ухмылке, которая не предвещала ничего хорошего. Внезапно, Джордж и Фред пошатнулись, уступая место, вылетевшей словно фурия, сестре. — Нет, ну ты посмотри на неё?! Мне бегать за тобой с часами и дежурить около библиотеки?! — Джинни подскочила к койке, срывая с лица подруги единственную защиту. Сейчас она особенно напомнинала ей Молли, любимую Молли в состоянии гнева. Ничего особенного. — Прости-и-и-и. — Гермиона заскулила, делая щенячьи глаза. — Можешь накрасить меня к Святочному Балу! Заманчиво, м? — Умеешь ты шантажировать людей! Но не смотря на это, я составила тебе режим, и попробуй только засидеться в библиотеке хотя бы на секунду дольше, тебя ждет мой гнев, сопровождаемый восковой депиляцией! — Рыжая заиграла бровями, наслаждаясь произведенным эффектом.       Гарри и Рон засмеялись, вспоминая рассказ о «великом, вселенского масштаба» преображении, и о новой фобии гриффиндорки — «Veet».       Когда парни засеменили к бедняжке, намереваясь спасти ту от Джиневры-Молли Уизли, в палату влетел еще один объект, призвав всех одним своим видом к молчанию.       Виктор Крам…       Болгарин вывернул руку, являя на свет огромный букет, состоящих из белых и красных роз, тут же опуская их в графин с водой, покоявшийся на тумбе.       Карие глаза пристально всмотрелись в замерших людей. — Как ты? — Увидев кивок, оповещающий о том, что ничего страшного не случилось, он продолжил, смерив близнецов взглядом.— Гермиона, подумав над твоим письмом, я решил, что нужно согласиться, известив тебя об этом лично… Так что, это здорово — мы, наконец, вместе. — Склонил коротко стриженную голову. «В его стиле.» — Грейнждей проделала ответный жест, показывая ему, что ей нужно поговорить с друзьями на едине. — Увидимся в библиотеке завтра. — Грузная фигура скрылась в дверном проеме.       Поттер и Уизли переглянулись, уставившись на неё. Джинни просто рухнула на стул, прошептав: «Мерлиновы кальссоны…»       Джордж заходился в смехе, в то время как никто не заметил старшего близнеца: его руки судорожно сжимались, короткие ногти впивались в кожу, а глаза смотрели на «заучку» с искренним непониманием и некоторой обидой.