Любить Дракона

Не успела Нэлка прочитать и двух страниц увлекательнейшей книги, на которую сменила философский трактат, как в библиотеку вихрем ворвался Стив. Одной рукой он прижимал к груди добытую с таким трудом сумку Изольды, а второй держался за голову. — Что такое? — спросила Нэлка. — Пришлось улепетывать? При бегстве не вписался в поворот? — Да нет, — улыбнулся Стив. — На остаточном свечении не рискнул переправляться на ту сторону. Огляделся, чтобы сориентироваться на местности. И вдруг у меня прямо из-под носа увели сумку. Пришлось немножко подраться. Не рассчитал силу удара. Тут, видишь ли, зеркало — сколько получал твой противник, столько же прилетало и тебе. А мужичонка цепкий попался – сумку впился, как клещ, и не отдавал. Нэлка рассмеялась, а Стиву судя по всему было не до смеха. Но он — и драка. Это нонсенс. — Какой он из себя? — улыбнувшись, спросила она. — Расскажи про мужичонку. — Немолодой, невысокий, тучный, страдает отдышкой и зеркальной болезнью, — как мог, Стив описал своего противника. — Это мой муж, — кивнула Нэлка. — Ты его, что ли, приложил? — Нет, — Стив покачал головой и поморщился. — Другого. Высокий, худощавый. Я его плохо рассмотрел, он стоял сбоку от зеркала. Пытался помешать — Наверное, из тех, кто пил кофе на моей кухни, — хмыкнула Нэлка. — Сильно ударился? Давай посмотрю… Стив присел перед ней на корточки и наклонил голову, она осторожно прикоснулась к его волосам. Мягкие, шелковистые, а глядя на его ежик, и не скажешь. — Шишка изрядная, — резюмировала Нэлка, проведя кончиками пальцев по затылку мужчины. А потом вдруг наклонилась и поцеловала прямо в шишку, как мама, когда жалеет ударившегося ребенка. Но тут же резко отстранилась от него и опустила руки. — Думаю, от такого удара о стену тот человек пребывал некоторое время в отключке, — ухмыльнулся Стив, выпрямляясь и поднимаясь на ноги. — Расскажи, что в сумочке было такого, из-за чего мне пришлось рисковать жизнью и здоровьем. — Ничего там не было такого, — надула губы Нэлка, как в молодости, и сделала вид, что обиделась, мол ни о чем таком она и не просила вовсе. — Не сердись, — попросил Стив, накрывая ее руку своей ладонью. — Я понимаю. Не хотелось оставлять следы своего присутствия в квартире. Нэлка кивнула. — Как мне теперь лучше попасть домой на выходные? — спросила она. Стив пожал плечами. — Если у тебя есть еще одно знакомое зеркало, то через него и любое зеркало в замке, которое откроет портал. — ответил он. — Но боюсь, что такое отыскать будет сложно. — А еще способ есть? — поинтересовалась Нэлка. — Конечно, — кивнул Стив. — Сотрудникам показана смена обстановки после двух недель вахты. И если не удается переправиться привычным им способом, то можно через агентство. Там даже порой организуется очередь. — Вот как! — улыбнулась Нэлка и встала, чтобы поставить книжку на место. — Но ты уже опоздала, — охладил ее порыв Стив. — Переход работает только в пятницу, причем в строго определенное время. — Как же так? Нэлка чуть не заплакала. — Но есть еще один, — улыбнулся Стив. — Попросить меня. — Правда? — Нэлка вцепилась в рукав его «летучей мыши». — И вы меня переправите? Он согласно покачал головой. Легко осчастливить человека — для этого надо просто захотеть. — Беги переодевайся, — предложил Стив. — А потом зайдешь ко мне в приемную. Нэлка тут же поставила книгу на полку, подхватила свою сумочку, из-за которой она оказалась в библиотеке и, на свое счастье, встретила Стива, и, стараясь не хлопать дверью, выскользнула из нее и сразу умчалась на второй этаж, мечтая лишь об одном, чтобы никто не попался ей на пути и не задержал пустопорожним разговором… — Ты готова? — спросил Стив и взял Нэлку за руку, словно подставил крепкое мужское плечо. А ладонь большая, сильная, теплая и неожиданно шершавая, мозолистая. Удивительно. Секретарь, а такое чувство, будто рука лесоруба или камнетеса. Нэлка кивнула, кинула последний взгляд на их отражение в зеркале и прикрыла глаза. Теперь-то она уже знала, что не слепит только свой портал — от света всех прочих и ослепнуть можно. А красивая бы из них получилась пара — оба темноволосые, стройные, молодые… Стиву ни за что бы не дала более сорока лет, а она его самую малость моложе. Рядом с ним не хотелось выглядеть глупой девчонкой, да и не могло рядом с ним быть глупой девчонки. Нет, возраст она менять ни за что не станет — все что ее, то, несомненно, ее. Стив крепко обнял ее за талию, привлекая к себе. — Ногу выше, шаг вперед, — скомандовал он. Нэлка послушно шагнула в зеркало, позволяя мужчине прижимать к себе сильнее, чем требовалось. Ей же не было неприятно. М-м-м, и запах его туалетной воды ей безумно нравился. «Эль Пасо». Она прекрасно знала этот утонченный аромат. Когда-то своему молодому человеку дарила подобную туалетную воду на день рожденья. Почему не вышла за него замуж? Сейчас была бы расплывшийся вширь матроной, озабоченной домой, кухней, детьми и мужем. А не вышла, потому что не позвал. Уехал работать в Германию, нашел там себе немку, а о подруге в России даже ни разу и не вспомнил. А, может, и правильно, что не вышла за него замуж. Видела в «Одноклассниках» во что превратился ее бывшей молодой человек. Желтухину хотя бы почти семьдесят, а тому и сорока еще нет. При воспоминании о муже как-то неприятно защемило сердце. Одна, опять одна. Хорошо, что устроилась на работу… — Можно уже открыть глаза, — раздался возле уха завораживающий шепот, а чужое дыхание приятно пощекотало шею, отчего у Нэлки мурашки побежали по спине. Она дернулась, и Стив, как бы нехотя, отпустил ее. — Это моя берлога, — проговорил он несколько смущенно. Нэлка открыла глаза и огляделась. Комната. Довольно большая, два окна на двух смежных стенах занавешены плотными шторами. И не поймешь, то ли дом где-то в пригороде, то ли квартира в многоэтажном доме. Скорее, квартира. Если прислушаться, что слышно, как за стенкой работает телевизор, плачет ребенок. О! Знакомый звук — лифт остановился на площадке. — Однушка? — спросила Нэлка. Стив кивнул. — Мне одному больше и не надо, — улыбнулся он. — Я здесь практически не бываю. Он протер пальцем по запылившемуся экрану телевизора — на матовой поверхности осталась дорожка. Кровати Нэлка не увидела — в квартире не ночует, совершенно точно. Зато зеркало во всю стену. «Перевалочная база, — решила она. — В такое зеркало можно многих провести и многих увести, а не только одинокую глупую женщину». — Вы не проводите меня домой? — спросила Нэлка. — После того, как я там увидела посторонних, как-то опасаюсь одна идти туда. — А зачем тебе туда идти? — спросил Стив. — Ты можешь остаться в этой квартире, а я вернусь в замок. — Нет, — Нэлка слишком быстро схватила его за рукав куртки. — Нет, — повторила она уже спокойнее. — Мне надо переодеться, — Нэлка подергала болтающуюся на ней юбку и оттянула на груди пиджак. — У меня есть дома вещи несколько меньшего размера, которые еще совсем недавно были мне маловаты. Не хотелось бы пока тратиться на тряпки. — Что потом? — спросил Стив. — Вторым пунктом моей программы стоит розыск мужа и его адвоката, — произнесла Нэлка. — Думаю, все бумаги, касающиеся развода, они уже подготовили. Я подпишу их и могу быть свободна. Хотелось бы управиться за два дня, пока пробуду здесь. Насколько я понимаю, в вашей конторе не принято отпрашиваться по семейным обстоятельствам. — Развод? — радостно улыбнулся Стив. — Ты об этом ничего не говорила. — Не люблю жаловаться, — покачала головой Нэлка. — Так вы проводите меня домой? Стив кивнул. — Подожди меня здесь, — попросил он свою гостью. — Можешь осмотреть комнату — знаю, женщины любопытны, разрешаю перетрогать каждую вещь. Я сейчас, только переоденусь. Нэлка махнула рукой, мол, за нее можно не волноваться. Она присела на краешек дивана и принялась ждать. На самом деле Стив ошибся — она не принадлежала к когорте тетушек, которые суют свой нос, куда надо, но в основном куда их не просят. Не была ревнива, никогда не просматривала страницы в социальных сетях своих парней, а потом и супруго, никогда не шарилась по карманам, не снимала чужие волосы с пиджаков, не заглядывала в телефоны. Наверное, поэтому и пропустила тот момент, когда муж завел молоденькую. Любовницей Нэлка ее даже в мыслях не называла. Наверняка знала, боясь лишиться половины имущества, как было прописано в брачном договоре, ее неверный муж все же соблюдал целибат в определенном смысле на время бракоразводного процесса. Что до этого было, Нэлка не могла с определенностью утверждать, но в течение прошедшего месяца, тут она была уверена на сто процентов, ей муж не изменял, в отличие от нее. Но ей за измену ничего не грозило. Адвокат Желтухина, посчитав своего клиента слишком старым, чтобы блюсти ему верность, вымарал из брачного договора пункты, касающиеся измены жены. Если бы не сосед Вася… Нэлка поморщилась. Теперь близость с ним казалась такой мелкой местью неверному супругу, что и вспоминать о ней не хотелось, а если и вспоминалось, то с отвращением. — Ну, я готов! Из размышлений ее вывел голос Стива. Нэлка повернулась в его сторону и обомлела. Она даже потрясла головой, чтобы избавиться от наваждения — стоявший на пороге комнаты мужчина никак не мог быть Стивом. — Это ты? — спросила Нэлка и часто-часто заморгала. — Я, — кивнул мужчина. — Не похож? — Самчик, — фыркнула Нэлка. На улице прошла бы мимо и внимания не обратила на этот экземпляр мужской части человечества — в обтягивающие джинсы упакована упругая попка и крепкие ноги, майка с белым тигром не скрывала рельефа груди, казалось, под ней на животе мужчины можно пересчитать кубики. От бицепсов и трицепсов глаз не отвести. Теперь понятно, почему ладони у секретаря шершавые и в мозолях. Потягай-ка железо в качалке, чтобы так офигительно выглядеть. — Аболон Полведерский, — презрительно бросила Нэлка. — Что? — не понял ее Стив. — У тебя другая одежда есть? — спросила она, презрительно кривя губы. — У нас с тобой слишком разный стиль, чтобы идти по улице рядом. — Нет, — ответил Стив. — Да и эта не моя. Что совсем плохо? Он виновато пожал плечами. — Да как тебе сказать… — Нэлка сменила гнев на милость. — Рядом с тобой я буду выглядеть, как престарелая дама, снявшая на ночь стриптизера. — И что мне делать? — растерялся Стив. — Надеть назад костюм, в котором я сюда прибыл? Он решительно был настроен поступить именно так, как сказал. — Нет, — остановила его Нэлка. Она подошла к Стиву, оглядела его со всех сторон. Приказала: — Подними руку и согни в локте. Мужчина послушно напряг бицепс. — Пум-пум… Нэлка потрогала его пальцами, проверяя насколько тот крепок. Наверное, со стороны это выглядело очень смешно, но она не могла удержаться и не доставить себе такого удовольствия — прикоснуться к телу Стива. — Может, футболка с рукавами найдется? — спросила она. — Давай посмотрим вместе, — предложил ей Стив. — Ты оденешь меня в то, во что сочтешь нужным. А потом я куплю себе строгий костюм и рубашку. — Это замечательная мысль, — согласилась с ним Нэлка… Стив подвел ее к шкафу в коридоре и, открыв дверцу, развел руками в стороны. — Выбирай. А выбирать-то и на самом деле было не из чего — хозяин не сильно заморачивался во что одеваться. В основном майки без рукавов, одну из них и нацепил на себя Стив, джинсы разной расцветки, но одного фасона, шорты, бриджи и безрукавки со множеством карманов. И все-таки Нэлка умудрилась откопать в этой груде тряпок ослепительно белую футболку без принта с намеком на рукава. — Надевай, — приказала она и подала Стиву в придачу еще безрукавку темно-серого цвета. — По крайней мере, так ты будешь выглядеть моим телохранителем. — Тебе важно, как я буду смотреться рядом с тобой? — спросил мужчина. — Нет, — огрызнувшись, ответила Нэлка. — Но при этом не хочу, чтобы на тебя бабы пялились. — Так ты ревнуешь? — рассмеялся Стив. — Вот бы не подумал. ИзольдА, оказывается, тоже не ледяная и не лишена чувств. — Ни капельки не ревную, — потупилась Нэлка. Она не знала, что еще добавить. А на душе, на самом деле, скребли кошки — такой мужчина, как Стив, не может быть один. Рядом с ним просто обязана быть женщина — умница или красавица, а, может, и умница, и красавица одновременно… На такси, на общественном транспорте Нэлка ехать со Стивом не решилась, они добрались до бизнес-центра, где на парковке продолжала стоят ее машинка, затем, пересев на нее, подъехали к Нэлкиному дому. — Я боюсь, — проговорила она, зажав ладони между колен и не желая покидать автомобиль. — Не бойся, я с тобой, — Стив приобнял ее за плечи, позволяя положить голову на грудь. — Если что-то не так, уходить станем огородами. Я провожу тебя до квартиры, более того, посмотрю, насколько твой дом — твоя крепость. Нэлка кивнула. Она верила ему, а в его объятиях чувствовала себя бесконечно защищенной… На лифте они поднялись на последний этаж и остановились перед одинокой дверью на площадке. Трясущимися руками Нэлка вытащила из многострадальной сумочки ключи. — Давай позвоним, — предложила она. — Давай, — согласился Стив. — Только в твоей квартире никого нет, — добавил он уверенно. Нэлка нажала на звонок. Потом позвонила еще. Затем просто легла на кнопку чуть ли не всем телом. Никто не подходил к двери — она услышала бы, ежели чего, как включился домофон и заморгала кнопка над дверью. — Никого, — произнесла не очень уверенно. — Не могу. Нэлка передала ключи Стиву, чтобы тот открыл дверь, у самой никак не получалось попасть в замочную скважину. А, может, просто хотела схорониться за его широкой спиной, когда они станут входить в квартиру… Стив, будто специально, топал, как слон — если в квартире кто-то был, чтобы выскочил ему навстречу, а Нэлка, наоборот, кралась на цыпочках. Только зачем непонятно. — Но они были здесь, были, — закричала она почему-то радостно, видимо, обрадовавшись, что все это ей не привиделось, и указала рукой на раковину, где стояли четыре грязные чашки и валялась банковская упаковка. — Были, — кивнул Стив, — Я это и не отрицаю, но демоны самоликвидировались. Заметим, мужчин было четверо, потом пришел пятый. — Почему это мужчин? — хитро прищурившись, спросила Нэлка. Это она видела, что на кухне сидели мужчины, а Стив, по его словам, в квартиру не заходил. — А ты много знаешь женщин, которые не красят губы? — вопросом на вопрос ответил тот. Стив указал на чашки — ни на одной из них не было следов губной помады. Нэлке стало стыдно — ну чего, спрашивается, придирается к мужчине. Хочет найти недостатки? А если у него их нет? — Можешь смело оставаться здесь одна, — вынес вердикт Стив, обойдя квартиру. — Если запрешь дверь на засов, то никто к тебе не проникнет. Разве что с крыши. Он направился на выход. — Звони, если что, — предложил, чуть задержавшись в дверях. — Я приду и тебя спасу от любого врага. — Погоди, не уходи, — жалобно попросила Нэлка. — Давай завтра поужинаем в ресторане. — Давай, — согласился Стив. Он так и не обернулся, чтобы не видеть лица женщины. Иначе просто никуда не уйдет, а ему нельзя. — Я сейчас поеду в магазин за костюмом, в таком наряде меня разве только в какой-нибудь дешевый бар пустят. Нэлка поняла, что Стив не останется, даже если она бросится к нему в ноги — обязательно найдет причину, чтобы уйти. — В шесть, — произнесла ему в спину Нэлка, — я заеду за тобой. Можно было бы и сегодня, но уже поздно, думаю, костюмом ты сможешь разжиться только завтра. Она и не заметила, как перешла со Стивом на ты. Нэлка закрыла дверь на засов, прошла в гостиную и плюхнулась на диван. Сейчас она посмотрит новости, соберется с мыслями, помоется в душе, а затем приступит к выбору платья для завтрашнего романтического свидания с секретарем своего начальника. Как только вернется в замок, сразу сменит внешность, как и хотела, станет на пятнадцать лет моложе. Рядом с таким мужчиной она почувствовала себя древней старухой, особенно в нарядах, которые покупал для нее муж. Это с ним она должна была смотреться солидно, как на пальце крупный бриллиант в дорогой оправе. Но не рядом со Стивом. Пока он бродил по замку в бесформенном черном платье с пелериной на плечах, похожий на большую летучую мышь, и подавлял всех своей энергетикой, Нэлка и не замечала, насколько он хорош собой. Боялась лишний раз взглянуть на него. На его идеальное лицо, будто с обложки глянцевого журнала — волевой подбородок с ямочкой на нем, ярко-очерченные губы, словно накрашенные, часто растягиваемые в доброй улыбке, пожалуй, чуть тонковатые, но они его нисколько не портили, темные, почти черные, как у нее сейчас, коротко стриженные волосы, ежик, тонкий прямой нос, широко посаженные живые карие глаза, высокие скулы. Просто невероятный красавец. А если к этому добавить еще и шикарную стройную фигуру, то и говорить нечего. Только понравился он ей совсем не за внешность. Скорее наоборот, там в замке он ее притягивал сильнее, чем здесь. Именно невероятной энергетикой. Нэлка прикрыла глаза, нашарила на диване пульт от телевизора и включила местные новости — ничего интересного. Переключила на другой новостной канал, прослушала курсы валют, словно ее интересовало в данный момент больше всего. Так и заснула в гостиной под бубнеж диктора… До утра проспала как убитая. Все тот же диктор, словно и не уходил из студии, бубнил какие-то то ли новые, то ли старые новости. Нэлка редко выключала телевизор — все какое иллюзорное присутствие постороннего в доме человека, которому можно не отвечать. Опять же всегда была в курсе событий, что в городе, что за рубежом. Прослушав до конца блок новостей на канале «Евро ньюс», она переключилась на местный новостной канал. Эти трепались ни о чем, зато всегда новенькое — блоки повторялись всего три раза за день. Чтобы себя хоть чем-то занять до вечера, Нэлка решила навести минимальный порядок в квартире, чего, пожалуй, не делала с первого дня замужества. Начала с кухни. И первым делом ручками перемыла чашки из-под кофе. Ну на самом деле, не включать же посудомойку из-за такого ничтожного количества посуды — да и она не белоручка, по крайней мере, никогда ею не была. Протерла от капель воды одноразовыми тряпочками раковину, чтобы придать ей блеск, столешницу рядом. Полностью удовлетворенная собой плюхнулась на диван, чтобы немного передохнуть перед тем, как начать мыть пол. Уборку паркета трудно назвать мытьем. Нэлка даже не знала, как толком это сделать. Но протереть пол не помешало бы, немного освежить его. В хозяйственной комнате, где бывшая домработница хранила свои орудия и средства труда, Нэлка отыскала все, что ей могло потребоваться. И даже перчатки на руки — новехонькие. Чужими она вряд ли воспользовалась. А от той химии, которой чистили пол, ее ногтям, и без это требовавшим похода к мастеру, несомненно пришел бы каюк. Тогда или не до похода в ресторан, или не до уборки. Нэлка сделала звук телевизора громче, чтобы было слышно в самой дальней комнате и принялась мыть пол. Громом среди ясного неба из уст диктора прозвучала информация о смерти ее мужа. Нэлка уже заканчивала уборку и протирала кожаный диван в гостиной, на котором проспала всю ночь. Она устало опустилась на него и стала жадно прислушиваться к голосу, монотонно читавшему новости, совершенно не вязавшимися с тем, какая драма в этот момент разворачивалась на экране. Сначала камера крупным планом показала интерьер ресторана — Нэлке он показался знакомым. Муж иногда обедал там. Не дешевое заведение — Желтухин порой предпочитал шикануть, чтобы не сочли скрягой, чем доказывать, что общепитовский, пусть и дорогой, обед у него вызывал несварение, и приходилось пользоваться таблетками. Обычно это бывали исключительно деловые обеды. Ей несколько раз довелось побывать в этом ресторане на подобных мероприятиях. Все весьма чинно и невероятно скучно. А потом камера наехала на столик, за которым сидел Алексей Желтухин в довольно странной компании. Нэлка сразу узнала соседа Васю и адвоката Генри Ильича. Двое других ей были не знакомы, но диктор не назвал их имена. Вот к их столику подошла молодая красотка. «Значит, так выглядит моя соперница», — хмыкнула Нэлка, продолжая всматриваться в экран и ловить слова диктора. Кривляясь, как марионетка, девушка что-то сказала Желтухину, а потом уселась напротив него. Тот протянул к ней было руки, но потом быстро убрал их, так как официант выставил перед ним какое-то блюдо. Камера больше не двигалась, словно снимавший наверняка знал, что произойдет дальше. Желтухин вытащил пузырек с таблетками, запил водой и упал замертво. Последние кадры, словно смакуя, показывали еще и еще раз. Нэлка тихо заскулила. За что ей такое? Она понимала, что муж немолод, несколько нездоров. Ему бы похудеть немного… Но хоронить его не собиралась в ближайшее время, да и он сам жениться собрался еще раз. Планы всяко у него были совсем иные. И что ей делать? Куда бежать? К кому обращаться? Нэлка подскочила, заметалась по гостиной, но диктор заставил ее снова вернуться на диван. — Единственным подозреваемым, — продолжил вещать голос из телевизора, — является жена господина Желтухина, местонахождение которой на данный момент не известно. Просим всех… И на экране появилась ее фотография, где она еще блондинка, и крупным шрифтом телефон, по которому могут позвонить бдительные граждане, чтобы донести на женщину или сообщить о ее местопребывании. — Спокойно, — произнесла вслух Нэлка. Когда ей начинала угрожать опасность, она сразу становилась собранной и решительной. Похороны могут и подождать. Ей надо позаботиться о своем алиби. — Какое алиби! — взвыла Нэлка. — Надо доказывать, что это не я отравила горячо любимого супруга. Но как? Как? Спокойно, спокойно, — она огляделась по сторонам. — Меня здесь не было. Пусть попробуют разыскать меня в замке. А я тем временем подумаю, как доказать свою невиновность. Нэлка быстро убрала следы своего пребывания в квартире. Жаль, что пыль на мебели и следы на полу назад не вернуть. Переоделась в незаметное платье, подошедшее ей более или менее по размеру, туфли лодочки, взяла самую простую сумочку и выскользнула из квартиры. Еще бы стереть видеозаписи — Нэлка прекрасно знала, где стояли камеры слежения. Но муж никогда не делился с ней, где спрятаны записывающие устройства. Она не знала, хотя облазила каждый уголок квартиры, значит, и другие нескоро найдут. Нэлка решительно направилась к своей машине на парковке, но в последний момент передумала. Никто не обратит внимания на брюнетку в цветастом платье с пакетом из гипермаркета в руках. В пакете Нэлка вынесла из квартиры костюм и туфли, в которых «пропала», многострадальную сумочку, ей тоже придется отправиться на помойку, одежду и перчатки, в них она мыла пол и убирала в квартире. Последние лежали в отдельном пакетике. Их и надо выбросить отдельно, чтобы никак одежду пропавшей жены Желтухина никак не связали с простеньким платьицем домохозяйки, которая по каким-то причинам решила избавиться от него… Еще и пяти часов не было, а Нэлка уже позвонила в дверь квартиры Стива. — Я еще не готов, — попытался оправдаться тот. — Мы же договаривались на шесть. — Ресторан отменяется, — решительно заявила Нэлка. Она прошла в комнату и включила телевизор. — Меня обвиняют в смерти мужа, — произнесла Нэлка, объясняя свое раннее появление у Стива. — Дело резонансное. Что ни говори, а супруг — один из крупных меховых воротил. Сыщики станут носом рыть, чтобы разыскать меня и засадить за решетку. Ты только послушай, что она говорит. Нэлка сделала звук громче. — Господин Желтухин начал бракоразводный процесс, по словам его адвоката. После развода его жена Изольда получала лишь элитную квартиру в центре города и годовое содержание в размере одного миллиона рублей, но это только до того момента, пока госпожа Желтухина не выйдет повторно замуж. Сейчас же она стала владелицей многомиллионного состояния, так как других наследников у господина Желтухина нет.