Ловец снов

Ночной город похож на россыпь драгоценностей. Сверкающий, завораживающий, волшебный. Совсем как мужчина, идущий рядом с сумеречным охотником. Алек провожал каждый его жест восхищённым взглядом и все ещё не мог поверить, что пару минут назад раскрылся перед десятками влиятельных нефилимов. Он обнимал мага за талию и слушал его мягкий, обволакивающий голос. Кажется, Бейн рассказывал истории из своего прошлого — про встречу с будущими лучшими друзьями, про кратковременный переезд в Японию, про его приключения на свадьбе короля Британии... Александр смотрел на него и ощущал самое настоящее счастье. Позже ему придется объяснить родителям свой выбор и они, наверняка, будут уверены в помутнении рассудка старшего сына. Однако, ничто на свете уже не заставит Алека передумать. Все проблемы сейчас казались ничтожными. Стоило двери лофта закрыться за спинами парней, как Магнус легко извернулся в чужих руках, прижимая нефилима к стене и мягко прикасаясь губами к чужому подбородку. Алек не задумываясь наклонился к нему, вовлекая в долгий, чувственный поцелуй и ощущая лёгкую щекотку под лопатками. Именно так и появляются крылья. Поправив, щекотавший его, рукав зимней шубы, Алек вновь вернулся к сладким, тягучим поцелуям своего, теперь уже официально, парня. В груди разливалось безумно приятное ощущение тепла. Алек уже знал, что это такое — быть нужным. Прикрывая в бою и выполняя приказы, он стал незаменим для многих. И вот сейчас, он заслужил быть любимым. Нужным не для помощи на работе, а просто так. Ощущая как Магнус теснее прижимается к нему, не желая прекращать эту секунду, Александр улыбался в поцелуй и думал о том, что именно сейчас он наконец обрёл любовь. Самую верную и волшебную. Чуть оторвавшись от любимых губ под жалобный стон мага, он посмотрел в его глаза, отмечая как расширяться кошачьи зрачки и как переливается медовая радужка. Нефилим не стал разрывать объятия, или продолжать поцелуй. Их губы почти соприкасались, тёплое дыхание мужчины будоражило душу и заставляло сердце биться быстрее. Волна нежности затопила Алека и он сам не понял, когда поднял руку и ласково провел раскрытой ладонью по смуглой щеке. Коснулся кончика носа губами и, хрипло шепча признания в любви, вновь захватил его губы в плен.

***

Лишение воли бывает разным, и не всегда может быть приятным, как в случае с Александром. Дверь за похитителями закрылась и Катарину вновь окружил полумрак. Только теперь она больше не была в нём одна… « Магнус, Рагнор!» — промелькнула паническая мысль. Если бы рядом были ее друзья! Маленькая девочка с забавными кудряшками и парень в очках чем-то пугали девушку. Может быть дело было в бессмысленном взгляде и странном блокноте парня, а может в возбуждённом хихиканьи ребенка. Катарина попыталась обратиться к парню, но из горла вырвался какой-то сип вместо голоса. Это ещё больше рассмешило малышку, она захлопала в ладоши и протянула руки в сторону девушки. Ухватила Катарину за волосы и сильно дернула, вырывая болезненный стон. Парень все ещё оставался безучастным. Девочка обращалась с Катариной немного грубо, с любопытством крутила в руках её запястья и вела себя так, словно получила новую игрушку. Катарина резко отшатнулась, пытаясь вырваться. Малышка внимательно наблюдала за каждым ее действием, а потом, прямо из воздуха, вытянула браслет из белого металла. Застегнув его на запястье девушки, она распустила веревки и Катарина тут же бросилась к двери. Магия все ещё не подчинялась ей, видимо из-за нового украшения, однако снять его можно будет и позже. Дёрнув на себя закрытую дверь, Катарина в полной мере осознала беспомощность своего положения. Маленький маг и парень, безразличием напоминающий зомби. Или отреченного… «Только бы не козни Валентина!» — взмолилась хирург, однако ни один бог этого мира не пожелал ответить на её молитвы. Внезапно в стене распахнулся портал. Это девочка хочет показать что-то, своей новой «кукле». Катарина не задумываясь, нырнула в сверкающую воронку, думая о доме, однако этот пространственный переход не был стационарным и работал по другим принципам. Девушку завертело во всех направлениях и выкинуло в какой-то незнакомой комнате. Катарина огляделась вокруг в поисках орудий самозащиты, но не смогла ничего рассмотреть в полнейшей темноте. Может быть это подвал? Стоило сделать шаг и нога запнулась о неожиданную преграду. Катарина упала на холодный каменный пол, все больше убеждаясь, что находится в очередном подземелье и про себя ругая слабое воображение Валентина, копирующего плохие боевики. Ощупав местность возле себя, маг вынесла печальный вердикт — это был не подвал. Скорее рукотворный туннель под городом. И нога девушки зацепилась вовсе не за камень. Катарина подняла неожиданную находку, сжимая ее за черенок и надеясь, что ее можно будет использовать как оружие. Теоретически это было возможно. Руки оттягивала необычная ноша, но бросать лопату девушка не собиралась. В конце концов ее можно будет использовать вместо посоха или прощупывать опасные участки пути перед собой, если темнота так и не разсееться. А пока двигаться приходилось на ощупь, касаясь ладонью влажных, прохладных камней на стене, чтобы чувствовать направление. Ещё не раз девушка натыкалась на брошенные рабочие инструменты, спотыкаясь и падая навзничь. Лопата звенела по земле, Катарина мысленно прощалась с жизнью, однако никто не бежал на звук, словно её и не преследовали. Может она сама идёт в расставленную ловушку? Но, оставаться на месте ещё хуже, а так появляется маленький шанс отыскать выход на поверхность. Усталость и темнота мешали Катарине сосредоточиться. Каждый шаг давался ей с трудом. «Только бы не упасть», — думала девушка, прислушиваясь к каждому звуку, чтобы первой уловить эхо чужих шагов. Но, все было тихо. Ощущение неминуемой беды лишь усиливалось с каждым шагом. Кто-то или что-то подстерегало ее в туннеле, далеко впереди. Кто-то, кто оставил здесь лопату и проложил туннель. Скорее всего, это были отреченные Валентина. А у нее нет даже магии, чтобы защититься от них! Туннель круто изогнулся, уже напоминая девушке затерянный лабиринт, подталкивая вернуться обратно. Он немного расширился и стал ещё больше пугать блондинку. Но, тут впереди забрезжил свет и, к тому же, возвращаться всё равно было некуда. Катарина прибавила шагу, отметая в сторону все свои сомнения. Крепче сжала найденную лопату и смело шагнула на свет. Резкая смена освещения ударила по глазам. После длительного пребывания в темноте было непросто сразу же перестроиться к яркому свету. И все же девушка старалась увидеть как можно больше, отмечая про себя, что её ожидания разбились об айсберг реальности. Катарина рассчитывала увидеть выдолбленную в скале пещеру, сделанную как продолжение тунеля, похожую на бонусные уровни популярных видеоигр, где главной задачей героя является прохождение максимального расстояния, невзирая на возникающие препятствия. Пещера бы освещалась тусклым светом факелов, на стенах и уже поэтому была предпочтительнее открывшегося вида. Но, с другой стороны факелы отбрасывали бы на стены кривые, уродливые тени окружающих объектов, а такого психологического давления её психика уже просто не выдержала бы. Перед девушкой, раскинулась обширная лаборатория. В центре комнаты, находился хирургический стол с необходимыми инструментами, в углу стояли клетки, сваренные из различной арматуры, на прутьях которых врач без труда опознала запекшуюся кровь. Катарина внимательно оглядывала колбы с химическими веществами, которые напоминали алхимические реактивы и находились в поразительном хаосе. Хотелось немедленно навести порядок в этом жутком месте. Рука колдуньи потянулась к разбросанным по столу папкам с выпавшими из них, пожелтевшими от времени листами, и тут же отдернулась назад. Катарина инстинктивно старалась держаться подальше от подобных вещей, как бы неопрятно они не выглядели. Возле двери находился крохотный шкафчик, явно используемый для подсобных нужд. Он выглядел пошарпаным и часто используемым. Из него торчал черенок лопаты, точно такой, какую нашла девушка, а рядом со шафчиком, в следах осыпающейся со стен побелки, стояло жестяное ведро с водой, в которой болтались забытые тряпки в ярко алых разводов. Видимо, это были полотенца для рук, которые использовались хирургом в конце работы. Катарина принялась искать что-то, что помогло бы ей снять браслет. Но, её нашли раньше, чем девушка успела выполнить задуманное. Колдунья услышала шаги за своей спиной и обернулась на звук. Тотчас ее свалил сильный удар в живот и она упала на бок, сильно повредив руку. Боль растеклась от запястья до самого плеча и надежда, что все обойдется простым синяком, испарилась как дым. Правая рука девушки стремительно онемела, предупреждая о весомых последствиях падения, но Катарине некогда было жалеть себя. Перехватив лопату здоровой рукой, врач отстранённо отметила как правая безжизненно повисла и мысленно утешила себя тем, что все могло быть гораздо хуже. В ту же секунду она почувствовала отчётливый запах серы, издаваемый приближающимися демонами и, взмолившись всем богам, замахнулась на стоящего перед ней мужчину. Лопата описала красивую дугу и полетела в сторону от цели. Мужчина одобрительно кивнул уже знакомой Катарине малышке, которая сидела на шее крупного демона. — Умница, доченька. — Похвала была оказана нейтральным тоном, однако девочка радостно улыбнулась и пояснила недоумевающей Катарине: — Мы играем в семью. Валентин — мой папа! Гордость в детском голосе заставила Катарину крепко зажмуриться и потрясти головой. Та закружилась, а странный сон не пожелал разсееться. Девочка посмотрела на Катарину с сочувствием и почти дружелюбно спросила: — Хочешь поиграть со мной в куколки? Валентин поморщился и хотел уже возразить малышке, однако отвлекся на звонок телефона. Зло рыкнув что-то на тему игр котёнка с мышью, он отвернулся, будто стремясь избежать женского общества и заговорил в телефон на ломаном финском наречии. — Так ты, будешь со мной играть? — девочка вновь привлекла внимание Катарины, нетерпеливо выстукивая носком ботинка по полу. — Да, конечно. — согласилась девушка, надеясь уговорить ее снять браслет или помочь ей выбраться на волю. Губы малышки растянулись в улыбке, она вытянула руку, ладонью в сторону Катарины и колдунья внезапно утратила контроль над собственным телом. Она сама превратилась в живую куклу маленькой девочки с забавными темными кудряшками.

***

Солнечный свет разрезал полумрак спальни. Тоненький лучик коснулся алых шелковых простыней и скользнул по сплетенным в единое целое телам возлюбленных. Александр Гидеон Лайтвуд никогда ещё не был так счастлив. Его обычное утро начиналось с оглушительного визга сигнализации, оповещающий о новом нападении демонов. Если же это время выдавалось спокойным — Ходж находил для него работу. Какое-нибудь занятие, бесконечно скучное и не приносящее ни малейшей пользы. После ранних заданий он обычно выглядел и чувствовал себя паршиво. Всплеск адреналина сменялся ощущением абсолютной разбитости, будто он превратился в фарфоровую вазу и по нему проехал асвальтоукладочный каток. В случае, когда он отправлялся на общественные работы, ему оставалось лишь смириться с неизбежным злом и изобразить бодрость, для чего приходилось использовать ледяной душ. И это тоже не всегда помогало. Бывало и так, что ночная вылазка совпадала с ранним подъемом. Такие дни Алек проводил уединенно, опасаясь сорваться на ком-нибудь. Его настроение стремительно снижалось до отметки минус бесконечность и ни один математик ещё не смог доказать ему, что такого числа не существует. Вчера, как и предыдущие сутки, Алек провел весь день сбиваясь с ног в поисках пропавшей подруги своего парня. Он поднимал архивы, бегал по всему городу и даже отправил запрос на помощь Конклава. Это был шаг отчаянья, последний крик о помощи, в успехе которого не было уверенности. Ему, ожидаемо, ответили отказом и Алек решил не рассказывать об этом Магнусу. Вечером, едва заметив в одном из коридоров приближающуюся Маризу, он трусливо шмыгнул в библиотеку, где активировал стационарный портал и уже спустя пару минут находился в Бруклине. Он избегал её с того самого каминг-аута, словно отсрочка могла отменить неизбежный скандал. Алек ещё не рассказывал родителям, что ему нравятся парни, и теперь безумно переживал как они восприняли это известие. Уснуть у него получилось лишь под утро, нефилим фактически не сомкнул глаз, мучаясь чувством вины за то, что не может убедить себя подойти к матери. Институт стоял на ушах. Александр каждого охотника заставил участвовать в поисковой операции и, странное дело, многие соглашались ему помочь только для того, чтобы поддержать в личных вопросах. Девушка, приехавшая в Нью-Йоркский Институт по обмену, сказала, что вдохновилась его примером и сама совершила признание. Она пригласила свою девушку познакомиться с родителями и они не выразили протеста, когда услышали подобные новости. На выходных она полетит домой, чтобы представить им свою судьбу и, планирует окончательно перебраться в Нью-Йорк, но уже вместе со своей второй половиной. Слушая все это, Александр ощущал себя обманщиком и нервно косился в сторону кабинета отца. Он был рад за свою знакомую, однако ему было непросто выносить всю открывшуюся ситуацию. Вряд ли его родители окажутся так же благосклонны к нему и Магнусу. Поэтому охотник чувствовал себя черезвычайно плохо. В его голове звенели разрозненные мысли, сердце разрывалось от невыносимой тяжести и сил хватало лишь на постоянное действие. Казалось, что стоит ему остановиться и проблемы догонят его чтобы поглотить с головой. На единственной за эти дни тренировке он трижды позволил Джейсу победить его и, наконец, поймал себя на излишней рассеянности. Сам Джейс жаловался на постоянное, выматывающей чувство тревоги, передающейся через связь парабатай. Солгать, что дело лишь в беспокойстве за Катарину, не получалось. Магнус видел переживания своего бойфренда и старался помочь ему с его бедой, однако самого мага изматывало ожидание новостей. Он все время проводил за поисками способа отыскать Лосс, но её след ускользал сквозь пальцы. Кроме того, Верховного Мага Бруклина по-прежнему мучили ночные кошмары, теперь связанные лишь с его новой проблемой. Оставалось надеяться, что ни один из них не был пророческим и Катарина не отбивалась от Валентина с помощью лопаты. Это даже звучало подобно бреду сумасшедшего, потому Магнус никому не рассказывал содержание своих снов. Когда Александр стал ночевать в его лофте, скрывать приступы паники и начинающуюся истерику становилось все сложнее, потому он неизменно успокаивал своего нефилима выдумками про парящий в воздухе дом, норовящий раздавить его и огромного демона, который приходит к нему по ночам. Александр старался перевести все в шутку и отвлекал его наигранно оптимистичными утверждениями. Только маг уже совсем перестал верить в лучшее. Стоило Александру покинуть лофт и в нем начиналась настоящая буря. Первым делом маг хватался за телефон и звонил Рагнору, а затем и остальным своим друзьям. Рафаэль демонстративно добавил его в черный список и Магнус не мог винить его в предательстве. Выдержать бурный поток истерики, мог далеко не каждый. Порой он начинал метаться по комнате, даже не замечая что ходит по стенам и потолку, заламывая руки или цепляясь пальцами за волосы с такой силой, что иногда выдирал их целыми прядями. Магнуса мучило чувство вины перед давней подругой. Занятый своими личными вопросами, он не сразу заметил исчезновение Катарины. Прошло уже несколько дней с тех пор, когда ее последний раз видели на работе, а теперь найти девушку не удавалось. Люк подключил к этому делу полицию примитивных, однако все что им удалось выяснить — здесь не обошлось без помощи сверхъестественных явлений. Руководство Люциана аккуратно прикрыли дело, пользуясь тем, что у пропавшей не было родственников, которые могли бы требовать от них результата. Признавать свою беспомощность приходилось и друзьям Катарины, которые напрасно проводили день за днём в попытках отыскать чудодейственный способ спасения. Никто не чувствовал магии Катарины, её вещи не отвечали на магические импульсы и не давали зацепок. Расследование Института быстро зашло в тупик и многие признали девушку погибшей. Рагнор даже предложил организовать похороны, несмотря на угрозу нападения Валентина. Только Магнус Бейн не хотел сдаваться и не давал другим опустить руки. Александр начинал засыпать посреди разговора и мечтал лишь про отдых. Долгожданные выходные он потратил на поиски, а теперь вынужден был совмещать их с охотой на демонов. Порой ему невыносимо хотелось придушить собственного парня, звонящего по нескольку раз на день и устраивающего фирменный допрос. Он понимал его чувства, однако это лишь сильнее выматывало, совсем не помогая в поисках. Вечером он пришел к Магнусу, сгорая от страстного желания упасть в спячку на ближайшие месяцев пять. В холодильнике обнаружился только алкоголь, если не считать таинственных зелий, которых его парень приготовил для своего постоянного клиента. Магнус вышел встречать его без привычного макияжа, кожа азиата не блестела, губы высохли и потрескались, а под глазами залегли темные тени. Сердце Алека сжалось от боли при виде такого Магнуса. Маг смотрел на него с надеждой, хотя и выглядел абсолютно разбитым. Когда Алек отвернул лицо и молча покачал головой, Магнус перестал дышать и боль пронзила его тело. Слишком внезапно, чтобы не закричать. Не забиться в бессмысленной истерике, выплёскивая накопившиеся напряжение. Александр посмотрел на плачущего мага и, на секунду прижав к себе, отволок в ванную. Раньше ему помогал прийти в себя холодный душ. Капли воды упали на разгоряченную кожу, мокрая ткань облепила тело. Влага попала на кафель, на брошенную в беспорядке косметику мага. Горестный вздох вырвался из груди Магнуса, его плечи перестали дрожать, а тело затрясло от холода. Он обхватил нефелима руками за талию и прижался к его груди, тихо всхлипывая. В голове немного прояснилось. «Стоит, наверное, сказать Алеку, что подобные методы мне малоприятны… С другой стороны это было жестоко, но действенно». Магнус поднял голову, чтобы поговорить с Александром и обомлел, увидев как нефелим заснул, стоя под ледянным душем. Утром, он разбудил своего нефилима поцелуем и чашкой бодрящего кофе. Это было, самое приятное пробуждение Александра, за последние года и он решил в другой раз сказать Магнусу, что предпочитает классический рецепт без сахара.