Ловец снов

Промокшие в утренней росе подошвы, скользили по осыпающимся под нажатием ноги ступеням. Алек не выпускал руки Магнуса, с опаской поглядывая на его нетерпеливые жесты. Увидев падение подруги, маг был готов побежать по ступенькам, не проверяя их на прочность и уже третья из них оборвалась прямо под ним. Слабый магический импульс и маг повис в воздухе, но взгляд его парня от этого не смягчился. В подземелье царил слабый полумрак, не дающий разобрать рисунки на стенах и потолке. Лишь слабые контуры идущего впереди и выложенный самоцветами пол с изображениями цветущего сада. Лестница привела к короткому туннелю, за которым простирался огромный зал. Под белыми сводами выстроились усыпальницы, похожие на шляпки огромных сказочных грибов. Их бесконечные ряды терялись во мраке, который был не в силах разогнать свет факелов или ведьминого огня. Словно этот мрак был вызван чем-то другим, злыми духами или дурными помыслами. — Изабель! — голос Магнуса, эхом прокатился под сводами Города Молчания. Алек подошёл к гробницам и ему смутно вспомнилась Клэри.

***

— Брат Иеремия рассказал, что они сжигают мертвых, а из пепла создают вот этот самый мрамор, из которого построен Город. — лицо примитивной презрительно скривилось. —Неужели для Конклава даже смерть не преграда служению цели? — Любой нефилим сочтет это за честь, — надменно ответила Изабель. — Между прочим, примитивные тоже сжигают усопших. — Я и врагу не пожелаю и после смерти не обрести покой. — пробормотала рыжая себе под нос. — Даже Валентин такого не заслуживает.

***

В подземелье витал знакомый запах дыма и пепла, но теперь, к нему примешивалось еще что-то, похожее на густой тяжелый запах гниющих фруктов. Алек потянул носом воздух, нахмурился и вытащил меч из ножен, прошептав имя своего святого покровителя. Магнус зажег на ладонях синее пламя и уверенно показал на следующею лестницу. Теперь он начинал узнавать планировку и мог предположить куда идти дальше. С каждым метром вглубь земли огонь на руках Магнуса становился меньше, а сил на его поддержание уходило все больше. Ведьмин огонь в руках Алека слабо мерцал и был похож на фонарик с севшей батарейкой. Темнота наступала, мягко обволакивая и перекрывая доступ кислорода. Магнус чувствовал себя ужасно и думал лишь о том, что во всем происходящем была его вина. Это из-за него Изабель попала в ловушку. С губ мага сорвался тихий стон. — Mea culpa, mea maxima culpa! — проговорил он в пустоту. Александр посмотрел на него с удивлением. Он не мог понять о каком поступке говорит маг, используя формулировку покаяния и исповеди в католических обрядах. Проще всего было предположить сарказм в словах полудемона. Однако, голос мага звучал искренне и оттого ещё страшнее. Какая наибольшая вина, могла мучить сейчас Магнуса Бейна? Александр не мог предположить, но решил узнать при первой же возможности. Кажется, не только у него начали появляться секреты.